Тревожные итоги исследования Сбербанком потребительского поведения россиян заставляют задуматься о вещах, выходящих далеко за пределы этого поведения.

За период с 2014 по 2018 годы часть населения, относящая себя к среднему классу, уменьшилась с 60 до 47%, а тех кто считает, что живет хуже среднего класса вместо 35% стало 48. На фоне пяти подряд лет падения реальных располагаемых доходов — вполне логично. Даже при том, что грань среднего класса была проведена более чем лояльно: «пропуск» в него давало наличие возможностей ходить в рестораны, ездить в отпуск и делать сбережения. Это всего одной ступенькой выше жизни от зарплаты до зарплаты.

Крайне важно помнить, что в основе настроений гражданина абсолютно любой страны всегда лежит состояние (точнее, его динамика) собственного кармана. У протестных настроений, так наглядно проявившихся на прошлогодних выборах и, в общем, не рассосавшихся и поныне, есть довольно обширный комплекс причин, но именно падение уровня жизни среди них — на безусловном первом месте.

Пределы есть даже у легендарного долготерпения нашего человека. Пять подряд лет снижения доходов — это очень много, это половина Великой депрессии, причем в условиях, когда списать происходящее на мировой кризисневозможно. Поэтому каждый следующий год и даже месяц сохранения «отрицательного роста» будет бить по массовым настроениям сильнее, чем предыдущий. Поэтому задача слома этой тенденции как главного средства профилактики социального разогрева является насущнейшей.

Нельзя сказать, что власть этого не понимает. Весомость социальной части февральского президентского послания не в последнюю очередь тем и объясняется, что так долго длящееся снижение уровня жизни значительной части населения воспринимается как стратегическая угроза — и что справляться с этим вызовом надо торопиться.

Однако при всей важности анонсированных в феврале мер по своей природе они адресованы в основном беднейшей части населения. Это объяснимо, но этого все равно недостаточно: многолетняя стагнация накрыла все слои общества (возможно, как водится, кроме самых богатых), и оставлять средний класс наедине с его проблемами было бы и несправедливо с моральной точки зрения и нерационально — с прагматической.

При этом проблемы среднего класса не залить деньгами «в лоб». Не столько потому, что эти проблемы в целом стоят дороже, сколько потому, что они вообще качественно иные. Про удочку, а не про рыбу, если прибегнуть к избитой метафоре. Про институты, а не про раздачу денег, если выразиться точнее.

Институты, вытекающие из самых обыкновенных либеральных ценностей. В первую очередь это бизнес— и особенно инвестклимат, который если в порядке, то влечет тот самый прилив, что, по образному выражению, поднимает все лодки. Слагаемых у него много. Одни (самозанятость и вообще упрощение жизни малому и мельчайшему бизнесу) государство видит и стремится совершенствовать, может, не идеально эффективно, но по крайней мере давно и последовательно. В других, причем более важных (правовое регулирование важных для бизнеса материй и особенно вопросы защиты активов и уголовного правоприменения по экономическим составам), качественных изменений к лучшему не видно которое десятилетие. Хотя недостатка в декларациях не было никогда.

Очень интересно, на какие радикальные меры власть может оказаться способной на этом направлении, если или когда она окончательно осознает, что слом длинного тренда на падение доходов относится к числу не только самых важных ее задач, но уже и самых срочных.

Больше материалов на Telegram-канале «Мейстер»



Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире