m_gaidar

Мария Гайдар

18 июля 2015

F
В связи с появлением большого количества вопросов в соцсетях, я хочу еще раз озвучить свою позицию: Я всегда была за территориальную целостность Украины, против аннексии Крыма и категорически против войны, которая ведется на востоке Украины.

Данную позицию я неоднократно озвучивала в России, и мое несогласие с политикой и войной, в том числе, является причиной того, что я пришла работать сюда и собираюсь получить украинское гражданство.

Оригинал

Дорогие друзья!

Это очень важное расследование «Новой Газеты» о ДТП в Кирове, за которое был осуждена невиновная водитель троллейбуса Марина Ногина.

Эта история о том, как следователи и черные пиарщики сначала посадили за гибель ребенка невиновного человека, а потом обвинили в этом меня, но не заметили, как тут замешаны люди в погонах. В статье подробно разобрано почему Марина Ногина невиновна. Марина, мать троих детей, была осуждена на три года реального тюремного заключения, и отсидела их «от звонка до звонка». Это очень жестоко и несправедливо по отношению к ней и ее детям.

Корреспондент «Новой» Иван Жилин обращается к версии, что, что Алису Суворову сбила я. И здесь открывается очень важный момент! Первый раз мою фамилию в контексте этого ДТП 27 июля 2011 года использовали не безличные комментаторы кировских форумов, а вполне реальные пропагандисты из радикального кремлевского издания «Правда.ру».



Ну, а далее, как только «версия» была вброшена, благодаря отлаженной машине пропаганды, вся история получила мощную поддержку и до сих пор поисковики на мою фамилию выдают:



Это какой—то чудовищный цинизм использовать в политических целях такую страшную трагедию, как гибель ребенка! Мерзкий, отвратительный, жестокий и бесчеловечный цинизм!

«Новая» пишет и о том, кто же сбил Алису Суворову на самом деле.





«Новая газета» направит запрос в МВД и прокуратуру с приложением всех материалов, на которых основана данная публикация, и просьбой направить дело о гибели Алисы Суворовой на новое расследование по вновь открывшимся обстоятельствам.

Я очень прошу всех, кому не безразлична судьба данного дела, помочь с распространением данной информации!
Ваши репосты, шеры и ретвиты могут помочь инициировать новое расследование, а также донести до людей объективную информацию о случившейся в Кирове трагедии!

Оригинал

В связи с разворачивающейся вокруг меня, моей семьи и моего имени ситуацией, считаю необходимым сделать заявление для прессы, общественности и всех заинтересованных лиц.
В течение последнего месяца я неоднократно получала сведения о том, что моей персоной прямо или косвенно интересуются некие лица, представляющиеся сотрудниками правоохранительных органов, следователями, журналистами и кем угодно ещё. Они настойчиво обращаются как к моим собственным знакомым, так и к другим людям с одной-единственной целью — чтобы те прямо или косвенно подтвердили информацию о моей виновности в смерти Алисы Суворовой, погибшей в Кирове 20 января 2011 года в результате ДТП, либо нашли для них того, кто мог бы это подтвердить.

Уже несколько лет я постоянно сталкиваюсь с отвратительными и полными нелепостей слухами, распространяемыми обо мне в интернете. Я всегда считала, что неэффективно и глупо ввязываться в дискуссию с анонимными обвинителями, пишущими на форумах и в блогах под вымышленными именами. Не было ни одного серьёзного издания или журналиста, публично объявившего меня причастной к ДТП, в котором погибла школьница. Мне никогда не предъявляли никаких официальных обвинений — ничего, на что я смогла бы достойно ответить. Только клевета в соцсетях, которая распространяется в расчёте на то, что люди, не привыкшие разбираться в сути событий, примут все это за чистую монету, подумают, что дыма без огня не бывает.

Очевидно, что этот дым создаётся намеренно, регулярно и отнюдь небесплатно — фейковыми аккаунтами ботов, псевдо-блогерами и маскирующимися под СМИ сайтами, отрабатывающими заказную «чернуху». По странному стечению обстоятельств, наибольший всплеск подобного рода комментариев и публикаций в интернете совпадает с определёнными периодами моей политической деятельности. Последний скачок активности таких публикаций приходится на лето 2014 года, когда я выдвигалась кандидатом в депутаты Мосгордумы.
Для меня эта история ужасно неприятна и утомительна, мне всё время приходится обороняться от нападок несуществующих виртуальных персонажей, которые поливают меня грязью. Наше государство устроено так, что репутацию и доброе имя человека становится практически невозможно защитить, когда деньги налогоплательщиков щедро тратятся на содержание большого количества провластных молодёжных движений, занимающихся раскручиванием «чернухи» и провокациями. Технологии втаптывания имени людей в грязь отработаны до совершенства, и никто не застрахован от того, что завтра на него будет объявлена травля по всем государственным каналам.

Мне пока сложно сказать, с чем связан новый виток раздувания этой истории. Для возбуждения против меня уголовного дела нет никаких оснований, но многочисленные следователи и журналисты, вьющиеся вокруг моих знакомых в Кирове и в Москве, конечно, очень неприятны. До сих пор я не получала ни одной официальной жалобы или обвинения, не видела ни одного журналистского материала, подписанного именем реального человека. Мне уже очень давно хочется ответить на клевету и поставить точку в этой истории, но претензий предъявить по этому поводу по-прежнему некому. Как и не с кем судиться, чтобы защитить свое имя.

Я хочу заявить, что готова отстаивать свое честное имя и защищать свою репутацию всеми доступными средствами. Всеми силами я буду способствовать тому, чтобы Кировская трагедия была тщательно расследована, и выводы были широко обнародованы. В ближайшее время я намерена обратиться к кировскому сенатору Казаковцеву Олегу Александровичу с просьбой о помощи и содействии в расследовании этого дела.

Всё никак не доходили руки написать про произошедший на днях инцидент с моим блогом на сайте «Эха Москвы». Несколько дней назад кто-то, получив доступ к моему личному кабинету, опубликовал там вот такой текст:

1501840

Здесь в одну кучу свалено всё: санитар Голухов, эстонский парковщик Ликсутов, иностранный агент Нигматулина. Текст на редкость тупой и злой — ничего подобного я, разумеется, не писала и не размещала. Пост успел провисеть пару часов, и его прочитало несколько тысяч человек.

Сложно представить, кому могло понадобиться писать что-то подобное. Но, по странному стечению обстоятельств, это происходит после того, как у меня прошёл обыск и сотрудники СК  изъяли мои компьютер.

Если честно, не очень приятно думать, что моя техника досталась очередным жаждущим карьерного роста подросткам из «Молодой гвардии». Ещё неприятней — предполагать, что так могут развлекаться сами сотрудники Следственного комитета.

1501842

Вчера в Хамовниках прошли общественные слушания по точечной застройке сквера, находящегося на территории действующей Академии хореографии. Я знаю, что при виде словосочетания «общественные слушания» сразу наступает смертельная тоска и желание закрыть страницу. Но произошедшее вчера в Хамовниках стоит того, чтобы обратить на это внимание. Кроме того, вышедшая сегодня пресса пестрит пугающими заголовкам, из которых сложно понять, что же там происходило в действительности.

На самом деле эти слушания — крайне редкий пример того, как жителям удалось добиться пусть небольшой, локальной, но победы. События вчерашнего вечера изобиловали яркими и захватывающими моментами: в актовом зале балетной школы, как в точке бифуркации, сошлись и смешались сразу все: политики, чиновники и бизнесмены, местные жители и ценители балета. Прекрасная, на мой взгляд, картина, наглядно иллюстрирующая реалии нашей сегодняшней жизни. Как на ладони можно было увидеть все конфликты: между властью и обществом, балетом и точечной застройкой, Кобзоном и его аудиторией.

Кстати, уже в это воскресенье, 16 ноября, пройдёт митинг, на котором местные жители снова выразят свой протест против планирующегося строительства. Начало митинга в 13.00 в сквере у Крымского моста по адресу Комсомольский проспект, вл. 1.

Если же резюмировать, то ситуация по состоянию на сегодняшний день обстоит следующим образом:
1. В самом центре Москвы, в Хамовниках, есть балетная школа. На её территории и находится сквер, а сама школа со всех сторон окружена жилыми домами.
Яндекс.Карты - Google Chrome 2014-11-12 16.44.40
2. На территории балетной школы «что-то» хотят построить. Из документов на сегодняшний день существует градостроительный план земельного участка.
3. Если посмотреть этот документ, то из него следует, что:
— будущуая постройка может быть высотой до 11 этажей;
balet1
— хитро прописанная информация о разрешённом строительстве участка в этом документе означает, что для будущего строительства застройщик имеет полное право разрушить сквер.
balet 2
5. Слушания проводятся именно c целью утверждения этого документа. По закону такие слушания — это единственная возможность жителей высказать свою позицию. Если они этот документ примут, то никаких законных методов повлиять на происходящее не останется: все дальнейшие перепланировки будут происходить уже без участия жителей.

6. Родителям и ученикам балетного училища на входе раздают вот такие распечатанные на принтере А4 листовки и говорят, что это будет новый корпус учебного заведения балетной школы. Бассейн для детишек, новые раздевалки со шкафчиками для пуантов, в конце концов. Поэтому родители учащихся (подавляющее большинство из которых жителями района не являются!), идею строительства горячо поддерживают. И верно: как можно быть против бассейна и новых пуантов?

школа2

7. У местных жителей оснований не доверять распечатанным на принтере листовкам достаточно: по сходной схеме их обманывали уже, по меньшей мере, дважды.

Сначала была история с находящейся по соседству школой олипмпийского резерва Шамиля Тарпищева, за которой располагался сквер для прогулок. Вопреки рассказам чиновников и самого Тарпищева о гостиницах для одарённых детей, на месте вырубленного сквера построили два высотных жилых дома, в которых нет ни малейшего намёка ни на детей, ни на гостиницы — зато очень много элитных аппартаментов для продажи. Никакого обещанного восстановления деревьев и кустарников, загубленных при строительстве, сделано не было.

Вторая очень похожая история произошла со строительством на месте знаменитой 33-й школы в Хамовниках, в которой во время войны располагался госпиталь, а также был создан едва ли не первый в России пионерский отряд. Её здание фактически развалилось из-за особенностей грунта. И на этом же месте заложили жилой дом, чья высота в процессе строительства плавно дошла сначала до семи этажей, потом до одиннадцати, а потом ещё и на крыше умудрились сделать надстройку. В построенных домах, к слову, из-за особенностей грунтов постоянно приходится откачивать стоящую в подвалах воду, что не даёт нормально эксплуатировать подземные паркинги.

8. Ну и последний момент. Начало слушаний в 19:00, регистрация — в 18:30. Уже в 18:15 у запертой калитки стоят около двухсот (!!) жителей во главе с муниципальным депутатом Александрой Парушиной. Кстати, большое спасибо Саше за проведённую ей титаническую работу по информированию жителей и привлечению их на слушания. Такое количество людей лучше всяких слов свидетельствует о крайне серьёзном уровне возмущения в районе.

Где-то к 18:25 жителей начинают пропускать в здание школы и регистрируют в журнале, требуя паспорт и прописку. Регистрация продвигается очень медленно, пожилые бабушки дисциплинированно стоят в очереди в узком холе, где негде ни раздеться, ни попроступ присесть. В помещении очень много работников управы, которые не делают ничего для убыстрения процесса регистрации.

В это время в зал, где должны проходить слушания, уже полностью заполнен людьми. Примерно половина из них — это подростки, ученики балетного училища. Александра Парушина просит всех, кто по закону не имеет отношения к слушаниям, покинуть зал. Зал реагирует на это тишиной и подхихикиваниями.

В 18:45 на место событий с мегафоном в руках прибывает Сергей Митрохин, жители начинают понемногу просачиваться в зал. Какие-то молодые люди наседают на Митрохина с разных сторон и пытаются вырвать у него мегафон, но он его не отдает и требует вызвать полицию. Полиция приезжает и растерянно толпится в проходах вместе с остальными.

В 19:00 регистрация завершена от силы процентов на 40%, большинство жителей ещё даже не подошли к залу, в котором уже негде стоять. Из боковой двери в зал с достоинством вплывает Михаил Куснирович, с ужасом смотрит на Митрохина с мегафоном в руках и быстро исчезает в одной из других боковых дверей.

В 19:05 торжественно раздвигается занавес. На сцене — президиум из 10 человек . У них на столе вода, микрофоны и они явно намереваются провести слушания по заранее установленному сценарию.

19:10. Не проходит и пяти минут с открытия занавеса, как ситуация накаляется до предела. Выступающие на сцене люди практически полностью игнорируют происходящее. Митрохин, Парушина и жители вынуждены по очереди брать мегафон и выступать с просьбой остановить слушания и провести перерегистрацию. Призывы к совести президиума эффекта не имеют. Жители кричат «позор», требуют вызвать Собянина и отправить в отставку главу управы, всё чаще не стесняя себя в оценках и выражения. Продолжается вся эта вакханалия минут 20 — в основном, благодаря Митрохину: он физически не даёт говорить, постоянно что-то крича, в мегафон и игнорируя язвительные замечания как из зала, так и из президиума.

19:30. Президиум дружно встаёт со своих мест, как показалось, с целью наконец-то прекратить этот фарс. Но нет: оказывается, на сцене просто появляется Иосиф Давыдович Кобзон! Объятия, цветы, рукопожатия. поцелуи рук. Жители воспринимают его появление Кобзона как ещё одно свидетельство бессмысленности своей борьбы. Скандирования «позор» и требования отставки главы управы, несущиеся через оркестровую яму, усиливаются.
Балет в 11 этажей: на слушаниях по застройке Хамовников разразился грандиозный скандал
Мы обращаемся к Кобзону и просим его дать нам провести слушания по закону. Он, смутившись, отвечает: «Ну что вы там в мегафон кричите? Выходите на сцену и говорите вместе со всеми!». Часть жителей вместе с нами поспешили воспользоваться его приглашением.

Кобзон, взяв микрофон, сообщает: «Я только что приехал из Донбасса!». Зал притихает, явно не понимая, как реагировать на эту информацию. Иосиф Давыдович в растерянности обводит глазами собравшихся. Заметно, что он рассчитывал приехать на праздник балета, а не оказаться в центре острого социального конфликта. Какая-то регистрация, требования каких-то отставок…

«На Донбассе люди как-то добрей и позитивней к друг другу относятся!» — продолжает гнуть свою линию заслуженный артист России. Выкрики из зала его явно смущают всё больше. Наконец, он произносит последнюю фразу: «Майдан никому не нужен!» и… переходит на сторону жителей!

Депутат заявляет, что если разгорелся такой конфликт, то к требованиям жителей надо прислушаться. Авторитет Кобзона для президиума непререкаем: его члены моментально идут на уступки, согласившись на перенос слушаний. Зал дружно апплодирует: жители рады тому, что сумели предотвратить этот фарс, порядком уставшие ученики балетного училища и их родители — тому, что наконец-то можно покинуть помещение.

Иосиф Давыдовыч уже собирается уходить, но вдруг поворачивается к залу и спрашивает: «А может, нам завершить это всё песней?». Аплодисменты, смех, невнятные выкрики. Какая–та бабушка рядом со сценой громко и отчётливо говорит: «Спойте, Иосиф Давыдович! Спойте, пожалуйста, про Россию!». Но Кобзон почему-то петь не стал. А жаль! Это стало бы отличным завершением этого мероприятия!

P.S. Постаралась изложить всё предельно точно, но поскольку я была непосредственным участником таких бурных и стихийных событий, прошу простить, если в тексте вдруг обнаружатся какие-то небольшие фактические неточности и хронологические нестыковки.

Оригинал
06 ноября 2014

От редакции сайта

Внимание!
Размещенный ранее на этой странице текст не имеет отношения к Марии Гайдар и размещен в ее блоге на сайте некими злоумышленниками без ее ведома.
Как я уже писала, в прошлые выходные в Москве прошёл беспрецедентный по своей массовости и уровню политического накала митинг врачей.

Основной его мыслью, помимо вполне понятного и закономерного общего недоверия к властям Москвы, стала критика страховой модели медицины в целом и фонда обязательного медицинского страхования в частности. Якобы всё происходящее сегодня навязывается Фондом ОМС, а страховая модель медицины — первопричина всех бед. Такие мифы опасны тем, что отвлекают нас от сути проблем. Поэтому остановлюсь на этом посыле подробнее.

Характерно, что мантру про ОМС и страховую медицину повторяют сегодня очень многие: врачи, пациенты и даже сами чиновники от здравоохранения. Последнее удивляет особенно: уж они-то должны знать, что никакой «страховой медицины» у нас в России нет в принципе, а Фонд ОМС суть лишь проводник политики, выбранной властями того или иного региона.

Миф о существовании в России страховой медицины основывается, в первую очередь, на том, что у каждого из нас есть свой полис медицинского страхования, который нам выдают в страховых кампаниях:

Полис ОМС
© Фото: Сергей Киркач
Тем не менее, факт наличия таких полисов и компаний, их выдающих, не делает нашу медицину страховой. Потому что на деле эти компании выполняют не страховые, а сугубо обслуживающие функции. Фактически, они выступают в роли расчётного счёта между лечебными учреждениями и фондом ОМС. Через них проходят деньги — и они с этих денег берут определённый процент. Также на них возложены функции контроля за качеством медицинской помощи, на практике чаще всего сводящиеся к формальным придиркам по оформлению медицинских документов. Единственным реальным результатом этого контроля являются налагаемые штрафы, которые уходят в страховую кампанию. Это, понятно, становится предметом отдельного раздражения врачей и руководителей медицинских учреждений.

Страховых же функций у этих компаний нет никаких: они не аккумулируют наши средства на своих счетах и никак ими не управляют, а их прибыль соверешенно не зависит от того, какое мы потребляем количество услуг. Другими словами, у них нет никакого страхового риска. Если человеку выдан полис ОМС, то и расплачиваться за него будет будет фонд ОМС. Компании же просто получают свой процент за счёт прохождения через них денег.

Всё это значит, что страховые риски целиком и полностью ложаться на государство, реализующее свою финансовую политику в сфере здравоохранения через региональные фонды ОМС. То есть страхователь у нас по сути один: государство. А нашими страховыми компаниями являются те самые 85 региональных фондов обязательного медицинского страхования, у каждого из которых своя собственная политика — и, соответственно, своя собственная точка зрения на финансирование здравоохранения. В каждом регионе сейчас своя уникальная система, которая формировалась, исходя из финансовых возможностей субъекта, особенностей медицинской сети и демографического состава населения, а также профессионализма и фантазии управленцев.

В разных регионах системы могут быть совершенно разными. Где-то оплата формируется, исходя из койкодня, где-то руководствуются медицинскими стандартами, где-то — клинико-статистическими группами. Иногда в ОМС включают фтизиатрию и даже психиатрическую помощь. В некоторых регионах в системе ОМС работает множество частных центров, а где-то их нет совсем.

В общем, здесь полное многообразие подходов и методов. Поэтому если в чём-то и упрекать федеральный Минздрав и Фонд обязательного медицинского страхования — так это в том, что при закреплённых в Конституции единых для всех гарантиях медицинской помощи у нас в стране по-прежнему сосуществуют столь разные системы, дающие на выходе принципиально разные результаты для пациентов.



Оригинал
Друзья, как вы помните, в прошлый понедельник в моей квартире прошёл обыск.

Знаете, на основании каких фактов и аргументов, предъявленных следователем судье Басманного суда Наталье Дударь, было вынесено решение о проведении обыска? На основании анонимной публикации в живом журнале одного из многочисленных ботов, где была выложена УКРАДЕННАЯ переписка Алексея Навального! То есть единственным юридическим обоснованием оказались недостоверные и непроверенные, так ещё и полученные незаконным путём данные!

Надо сказать, у всех участников этой истории всё замечательно. Кандидат юридических наук Наталья Николаевна, в очередной раз подтвердившая свой высокий профессионализм, продолжает беспристрастно расследовать самые громкие и резонансные дела: к примеру, катастрофу во Внуково. Платные блогеры, профессионально занимающиеся патриотизмом, переехали в новый четырёхэтажный офис, вмещающий аж 250 сотрудников. Автор жалобы Бастрыкину, лидер «Молодой Гвардии» Максим Руднев, 1987 года рождения, благодаря своей незаурядной гражданской бдительности теперь руководит Центральным исполнительным комитетом «Единой России». Замечательный пример работы социальных лифтов, я считаю.

пост4

протокол1

протокол2

Естественно, всю эту историю с судебными заседаниями, где за 10 минут рассматривается 40 листов материалов дела, мы обжалуем. Факт, что какая-то публикация какого-то анонимного блогера, в которой говорится о частной переписке, полученной НЕЗАКОННЫМ путем, не может служить основанием для обыска с выбиванием дверей. Это очевидно не только юристам, но и просто любому здравомыслящему человеку. Не говоря уже о том, что нам  показали копию судебного постановления об обыске только после того, как истёк срок его обжалования.

ответ1

овтет 2

ответ3

Оригинал
Сегодня в Москве прошёл Митинг врачей. Для тех, кто всё пропустил: медицинские работники протестуют против укрупнения больниц и сокращения рабочих мест. Всего на Суворовской площади сегодня собралось почти семь тысяч человек.

много
По разговорам в толпе было понятно, что основной костяк собравшихся действительно составили врачи и медицинские работники. А по поведению и выступлениям людей стало ясно, что многие из них на подобных мероприятиях были вообще первый раз в жизни.

Настроение всех собравшихся очень точно можно описать одним-единственным словом: «Достали!».
1
Видно было, что у людей, что называется, наболело. «Власть нас оскорбляет, не уважает и не слышит, а мы ей не доверяем и считаем, что они всё делают ради своих личных коммерческих интересов»,вот главный рефрен, который был слышен во всех выступлениях. Неважно, кто говорил: терапевт, кардиолог, педиатр или водитель «скорой». Достало, что называется, всех.

Главными врагами и виновными были объявлены заммэра Москвы по соцразвитию. Леонид Печатников и, что характерно, Фонд ОМС. Это, конечно, скорее показатель накала и глубины проблем, чем реальная их причина. Фонд ОМС Москвы (как и любой другой Фонд ОМС) — не более чем расчётный центр, распределяющий деньги по правилам, определяемым руководством здравоохранения региона. Во всех регионах фонды ОМС работают по-разному, в зависимости от политики правительства и департамента.

Самое обидное во всей этой ситуации — это то, что у столичных властей были все возможности и ресурсы провести реформу здравоохранения Москвы спокойно, планомерно, шаг за шагом: без этих драконовских мер, которые неизбежно приведут к конфликту. Теперь же сделать что-то будет действительно сложно: упущено чересчур много ценного времени.

Столичные чиновники от медицины безнадёжно опоздали. Большинство передовых регионов страны провели эти реформы ещё в середине нулевых: в тучные годы, когда собирались деньги в ОМС, осуществлялся переход на одноканальное финансирование, шло массовое переобучение, создавались отделения врачей общей практики. Да, всё это также проходило очень сложно и отнюдь не безболезненно. Но делалось это в период роста ресурсов, на подъёме финансирования, когда денег в здравоохранении становилось все больше, закупалось оборудование, росли заработные платы.

Затем была вторая волна реформ 2011-2013 года, так называемая «модернизация здравоохранения». Для всех, кто платит налоги, существенно увеличились отчисления в ОМС, но зато всем регионам выделялись поистине колоссальные деньги на ремонты и оборудование. Важно понимать: реформы были условием получения финансирования, а не следствием его недостатка. Идеология была следующей: «Вы оставляете только необходимое, вам придётся доказываеть, что это действительно нужно. Но то, что останется, можно будет хорошо отремонтировать и оснастить».

Я сама защищала нашу программу модернизации Кировской области в Минздраве. Я отлично помню, как приходилось отстаивать каждый ФАП , каждую поликлинику и отделение, доказывать, что их существование действительно необходимо: в них будет кому и работать, и лечиться. Те средства, получаемые нами на модернизацию здравоохранения, были существенным стимулом и значительным подспорьем в реформах. Мы знали: если не сделать это сейчас, можно упустить этот шанс навсегда.

Москва получила около 50 миллиардов рублей федеральных денег. В пересчёте на одного человека это в 10 раз больше, чем получила вся Кировская область! На эти деньги было закуплено оборудование, проведены ремонты — а теперь те же самые учреждения собираются закрывать! Это не просто очень странно, это попросту противоречит всякой логике. В том числе и тем условиям, под которые эти деньги выделялись.

Ещё одна существенная проблема — это то, что проблема решается классическим административным подходом. Даже если сделать вид, что дорогостоящие земля и площади в центре Москвы, которые после «оптимизации» перейдут в частные руки, тут ни при чём. Просто взять и закрыть «лишние» больницы и отделения — это самое топорное и страшное, что можно сделать. По этому пути уже прошли многие регионы, набив немало шишек. В Кирове так происходило много раз на протяжении нулевых. Начинали сокращать койки, возрастало недовольство — и всё быстро сворачивалось. В результате вместо спокойного и поступательного движения вперёд огромные силы и средства тратились на то, чтобы попросту не откатиться ещё дальше назад.

Но самая главная проблема этой реформы — это отсутствие демократии. Да-да, я прошу прощения, что опять о своём, но связь здесь самая прямая. Московские власти зачистили абсолютно всех. В Мосгордуме сейчас пять свежеизбранных депутатов-единороссов — главных врачей московских больниц, представляющих без малого миллион избирателей. Каждый из них во время избирательной кампании выпускал красивые листовки и говорил бабушкам у подъездов о том, как важно, чтобы врачи представляли интересы простых людей в городском парламенте. Бабушки согласно кивали и шли голосовать на участки, рядом с которыми специально для них открывали рынки-однодневки с капустой по 15 рублей. Никто из депутатов с момента избрания не сказал ни слова в защиту врачей и пациентов. Мосгордума считает, что на сегодняшнем митинге врачей не было вообще.

Городской парламент вернулся во времена Моссовета, муниципалитеты практически уничтожены. Понятно, что в такой ситуации работать очень просто и приятно: не надо ничего обсуждать, не надо ни с кем договариваться, не надо идти ни на какие компромиссы. Но нужно понимать, насколько это опасно политически. Да, никто не скажет власти ни слова «против». Но, что намного хуже: никто не скажет и слова «за». И любое обострение положения приведёт к тому, что люди станут перед выбором, кому верить: врачу или чиновнику? И ответ, думаю, будет совершенно очевиден.

Оригинал

Друзья, напоминаю, что в отношении сложившейся в Москве ситуации с парковками мы запустили акцию по сбору подписей!

Мы говорим о том, что резидентные разрешения на парковку должны быть бесплатными, а дальнейшее расширение зоны платной парковки — проходить обдуманно и согласовываться с местными жителями. Пожалуйста, поставьте свою подпись — нам важен каждый голос!

За выходные мы получили большое количество сообщений и комментариев относительно нашей инициативы. Этим постом я хочу ответить на самые распространённые из них — те, в которых противники нашей инициативы стараются аргументировать свой негатив. Надеюсь, это поможет кому-то разобраться в ситуации а, возможно, и сменить свою точку зрения.

1394568

Аргумент №1:

«Это дешевый популизм!».

Ничем не подкреплённое и, к сожалению, самое популярное обвинение. Людям так долго внушали, что государство не несёт перед нами никаких обязательств, что многие из нас в это поверили. Такие комментарии я часто встречаю практически по всем темам. Против платы за «продлёнку» — дешёвый популизм. Против повышения тарифов ЖКХ — дешёвый популизм. Против увеличения налогов — дешёвый популизм. Против укрупнения школ и больниц — дешёвый популизм!

Никакого популизма здесь нет и быть не может. Всё просто: у автомобиля есть два состояния: езда и стоянка, третьего не дано. Плату за что-то можно брать только там, где у человека есть выбор. Человек принимает решение, ехать или не ехать в какую-то условную точку B, C, D и, соответственно, рассчитывает, так ли необходимо ли ему платить в данном конкретном случае, или же можно обойтись поездкой на общественном транспорте. Но для этого у него должна быть точка отсчёта А, где его автомобиль может быть запаркован без ограничений!

Аргумент №2:

«Бесплатно ничего не бывает!».

Совершенно согласна, жизнь в Москве ни для кого из нас не бесплатна: мы платим налоги. За всё, что делается в городе, будь то ремонт улиц, строительство дорог или благоустройство дворов, платим мы. Кроме того, из собственного кармана мы оплачиваем большую часть разнообразных услуг, поскольку качество услуг, предоставляемых государством, зачастую нас не устраивает. И если мы за что-то должны платить, то хотелось бы понимать, за что именно мы платим, что получаем взамен, что получает взамен общество и насколько эта навязываемая нам услуга важна и соответствует нашим ценностям.

Аргумент №3:

Парковочный детерминизм. «Мест мало, всем на парковку не хватит. Выхода нет. Вот, смотрите, опыт Лондона, вот — Нью-Йорка, а вот же целая книга об этом!».

Во-первых, плата за что-то — это далеко не единственно возможный механизм деления ограниченного блага. А во-вторых, прежде чем уходить в обсуждение механизмов, необходимо разобраться с целеполаганием. Хотелось бы понять, чего именно городские власти пытаются добиться. Какая ими решается задача и как плата за резидентное парковочное разрешение поможет достижению этих целей.

Мы пытаемся решить проблему с нехваткой места для парковки автомобилей или добиться того, чтобы люди перестали покупать автомобили? Или мы всё же хотим, чтобы автомобилями владели, но меньше пользовались (не ездили на них в центр/часы пик/дальше перехватывающих стоянок)? Это разная политика. Человек может владеть автомобилем, но ездить на нём только лишь на дачу, в Ашан и до школы с детским садом. В таком случае, надо создать ему условия, в которых удобно перемещаться на автомобиле по своему району, но не хочется лишний раз выезжать куда-то ещё.

Или это всё же ещё одна форма сбора денег, что-то типа дополнительного налога за владение и пользование автомобилем (который мы, напомню уже платим)? Город собирает деньги с автомобилистов и делает на них добрые дела? Лично я теряюсь в догадках. Буду рада, если кто-то поделится и расскажет.

Аргумент №4:

«Жить в центре это привилегия, жители центра априори должны больше платить за всё или менять место жительства».

Я категорически не согласна с тем, что центр должен быть только для богатых и состоятельных людей с определённым уровнем достатка. Думаю, что никто из москвичей в этом не заинтересован. Посмотрите на элитные дома в центре — это почти всегда очень некрасивые здания из стекла и бетона, пустующие квартиры, закрытые, неприступные территории, где всё забетонировано и заасфальтировано — а при входе стоят и курят скучающие охранники.

Хорошо, у всех свои вкусы, разные представления о справедливости и взгляды на то, каким должен быть центр. Пусть. Но у меня вопрос к тем, кто живёт за пределами ЦАО: зачем вам это? Плата за резидентное парковочное разрешение невыгодна вам вдвойне. В результате вы будете платить за парковку и в центре, и около своего дома. При этом относительный вклад в копилку будет в разы меньше, так как, в отличие от центра, парковаться к вам приезжает намного меньше автовладельцев.

Аргумент №5:

«Мария, как вам не стыдно такое говорить?... Я всегда уважал вашего отца… Уж он бы никогда!..»

Подобные аргументы вообще ставят меня в тупик. Не помню, чтобы у моего папы была какая-то позиция по этому поводу. И уж тем более, совершенно не понимаю, почему кто-то считает, что он должен бы был обязательно поддерживать те меры, которые принимаются сейчас. Возможно да, а возможно и нет. К, сожалению, я уже никогда не узнаю его позицию по этому вопросу. Как и по любому другому.

Но я могу утверждать одно: если бы мой отец поддерживал бы какую-то меру или проводил в жизнь какую-то политику, то он всегда мог бы аргументированно объяснить, что, зачем и для чего он делает. Пока я ничего такого я не вижу. А вижу я вместо этого по всей Москве примерно следующее.

«Казус Сытинского тупика» (см. с 1:58):

Знаки «Остановка запрещена» с двух сторон — и тупик в конце. Зачем это? Где общественное благо? Каким высоким целям и идеалам служит запрет на парковку в этом тупике? Где здесь мощный реформаторский замысел?

Результаты завершившихся вчера выборов в Мосгордуму показывают, что нам не поможет никто, кроме нас самих. Поэтому если вы, точно так же, как и я, не можете найти ответы на все эти вопросы — голосуйте! Мы за то, чтобы установка таких знаков проходила только с учётом ситуации на местах, а зона платной парковки расширялась исключительно после проведения публичных слушаний и согласований с местными жителями.

Оригинал

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире