Читаю о следователе, лишившем инсулина подозреваемого по делу о массовых беспорядках в Москве, и думаю об общем ожесточении нравов в среде правоприменителей. Вспоминаю хорошо известный мне случай двухлетней давности, когда во Владивостоке женщина-следователь прямо сказала женщине-подозреваемой (в не тяжком преступлении), что вопрос о ее давно запланированной короткой поездке с сыном-инвалидом в питерскую больницу будет решен только в случае признания ею вины. Сказала в присутствии адвоката. Угрозы не помогли, следствие завершилось пшиком. О ее бессердечии по отношению к ребенку писали местные СМИ, адвокат всюду жаловался, никто и ухом не повел. В конце концов она ушла с работы, но по своей воле, теперь она тоже адвокат, в одной палате с тем, кто на нее жаловался — словом, ничего личного.

Оригинал



Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире