lm_alexeeva

Людмила Алексеева

05 декабря 2018

F

Мы возмущены решением судьи Тверского районного суда Гордеева арестовать на 25 суток Льва Александровича Пономарева, правозащитника, члена Московской Хельсинкской Группы. Призываем Московский городской суд при рассмотрении апелляции Пономарева учесть нормы Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод и практику Европейского суда по правам человека.

Подписи

Людмила Алексеева, председатель Московской Хельсинкской Группы, член Совета при президенте РФ по развитию гражданского общества и правам человека Валерий Борщев, член Московской Хельсинкской Группы, председатель правления Фонда «Социальное партнерство», Александр Верховский, директор Информационно-аналитического центра «Сова», член Совета при президенте РФ по развитию гражданского общества и правам человека Игорь Каляпин, председатель МОО «Комитет против пыток», член Совета при президенте РФ по развитию гражданского общества и правам человека Григорий Мельконьянц, сопредседатель совета движения в защиту прав избирателей «Голос» Олег Орлов, член совета Правозащитного центра «Мемориал», член правления Международного историко-просветительского, благотворительного и правозащитного общества «Мемориал» Наталья Таубина, директор Фонда «Общественный вердикт» Александр Черкасов, председатель совета Правозащитного центра «Мемориал»

5.12.2018

3013707

Оригинал

Мы знаем примеры, увы, немногочисленные, когда власти и правоохранительные органы во время массовых протестных выступлений действовали в строгом соответствии с Конституцией и международными обязательствами Российской Федерации, обеспечивая порядок и безопасность участников мирных собраний – даже в тех случаях, когда органы власти, уполномоченные рассматривать уведомления о публичных мероприятиях, отказывали в их согласовании. Наряду с этим все еще широко распространена практика необоснованного и непропорционального применения силы в отношении людей, не представляющих угрозы ничьей безопасности и не совершающих никаких актов насилия — как участников массовых публичных мероприятий, так и журналистов, и просто прохожих.

К сожалению, последнее в полной мере относится и к событиям 9 сентября, когда по всей стране проводились акции против так называемой пенсионной реформы.

Информация, видео— и фотоматериалы из открытых источников дают все основания утверждать, что действия правоохранительных органов были необоснованы, непропорциональны и явно превышали порог минимально допустимого вмешательства для охраны общественного порядка. Широкое распространение получили фото задержаний малолетних и, наоборот, пожилых граждан, в чьих действиях не было ни насилия, ни таких угроз общественным интересам, которые могли бы оправдать применение к ним силы. Действия правоохранителей во многих ситуациях способствовали нагнетанию агрессии, дополнительно провоцировали, а не снижали конфликтность, а применение спецсредств носило неизбирательный характер и походило на акты возмездия и устрашения, а не на действия в защиту права. По меньшей мере пять человек получили серьезные травмы, но нам не известно ни об одном уголовном деле, возбужденном в отношении сотрудников правоохранительных органов по этим фактам.

По меньшей мере двадцать журналистов заявили о препятствовании их деятельности, в том числе пять человек заявили о получении телесных повреждений со стороны правоохранителей. По сообщениям СМИ, ГУ МВД по Свердловской области вообще заявило, что не видит разницы между протестующими и журналистами, демонстрируя незнание общепризнанных стандартов взаимодействия с прессой.

Ответственность за нарушения прав человека на мирных публичных мероприятиях и на нагнетании конфликтности вокруг подобных акций лежит не только на правоохранительных органах, необоснованно и непрофессионально использующих свою монополию на насилие, но и на органах власти, в чьи обязанности входит рассмотрение уведомлений и согласование времени и места проведения публичного мероприятия.

Отсутствие внятных и прозрачных согласительных процедур, отзывы согласований в последний момент, отказы под очевидно надуманными предлогами, перенос бремени реагирования на общественное недовольство на полицию и войска национальной гвардии и ставка на силовое подавление ведут к изоляции власти, нарастанию конфликтности и в конечном итоге чреваты потерей легитимности. Образ власти складывается в т.ч. и из образов полицейских и бойцов национальной гвардии, задерживающих подростков или избивающих дубинками безоружных граждан.

Мы в очередной раз призываем руководство страны действовать в рамках Конституции и международных обязательств в области прав человека. Только действия в правовом поле соответствуют ключевым интересам как власти, так и общества.

Совет Московской Хельсинкской Группы

Оригинал

Заявление Московской Хельсинкской Группы

Право собираться мирно и без оружия — одно из фундаментальных прав человека. Оно лежит в основе функционирования любого демократического государства. Совершенно нормально, когда граждане хотят публично выразить свои взгляды или отстоять общественные интересы и выходят на пикеты, митинги и демонстрации, чтобы быть услышанными обществом и властью.

Это право подлежит защите, даже если тема собрания кому-то покажется «неважной», «неприятной» или «неправильной», а по поводу места и времени его проведения организаторам и органам, уполномоченным на рассмотрение уведомлений, не удалось придти к согласию. Пока собрание остается мирным, обязанность властей (и прежде всего — правоохранительных органов), не только не препятствовать, но и оказывать содействие в его проведении. Применение силы (а тем более, силовой разгон) — крайняя мера, допустимая лишь в ответ на явные угрозы жизни и здоровью. Оно должно быть строго пропорционально той угрозе, которую стремится предотвратить, не может и не должно становиться рутинной реакцией на появление в центре города граждан с плакатами и лозунгами.

Отметим, что в течение последнего года на многих несогласованных публичных акциях правоохранительные органы Москвы действовали в рамках Конституции и международных норм: 7 октября 2017 года на акции в поддержку Навального, 27 декабря на акции «День свободных выборов», 28 января 2018 года на акции «Забастовка избирателей», 15 августа на «Марше матерей».

9 сентября в центре Москвы (как и во многих других городах России) планируются публичные акции против увеличения возраста выхода на пенсию. Несмотря на отказ в их согласовании, мы призываем правоохранительные органы действовать исключительно в рамках Конституции и международных норм, предписывающих государствам вне зависимости от наличия или отсутствия согласования при проведении мирной публичной акции предпринимать меры для обеспечения гражданам их права на свободу мирных собраний.

Людмила Алексеева
Председатель Московской Хельсинкской Группы,
члены и сотрудники Московской Хельсинкской Группы

Заявление Совета Московской Хельсинкской Группы

20 июня мировой судья Краснозатонского судебного участка г. Сыктывкара Республики Коми оштрафовал интернет-издание «7×7» на 800 тысяч рублей за «пропаганду наркотиков». Поводом стала публикация блогера Александра Смолеева, в которой есть видеоинтервью с членом федерального комитета Либертарианской партии Михаилом Световым. Рассуждения либертарианца о наркотиках Роскомнадзор посчитал пропагандой запрещенных веществ.

Дело в отношении издания «7×7» – еще одна иллюстрация возрастающего в стране административно-репрессивного абсурда, когда государство из всех орудий открывает стрельбу по воробьям.

Какое отношение интервью, за которое наказывают редакцию «7×7», имеет к пропаганде наркотиков? Никакого. Но в последнее время для бдительных «государевых людей» стало достаточно только наличия определенных табуированных слов в интервью, чтобы сработал охранительный инстинкт и во всю мощь заработала репрессивная машина. Ведь чего проще – вместо реальной тяжелой работы по профилактике и борьбе с наркоманией наказать СМИ, всего лишь затронувшее эту тему. И самое печальное, что имитация важной государственной деятельности осуществляется на деньги налогоплательщиков, то есть нас с вами.

Такое понимание своих обязанностей ведомством, призванным стоять на страже закона и общественного порядка, мало того что противоречит здравому смыслу, но и наносит урон свободе слова и средств массовой информации, чем только способствует усугублению проблем, которые необходимо широко обсуждать в обществе.

Заявление Совета Московской Хельсинкской Группы в поддержку требований Олега Сенцова

Мы с тревогой и болью узнали, что осужденный в России украинский кинорежиссер Олег Сенцов объявил бессрочную голодовку с требованием свободы украинских политзаключенных. Те, кто знают Сенцова, говорят, что он готов идти до конца.

Мы очень надеемся, что высшие должностные лица Российской Федерации не хотят войти в историю как лидеры бесчеловечного, чуждого гуманизма и милосердия авторитарного государства.

В российских местах лишения свободы находятся по меньшей мере 64 гражданина Украины, ставших жертвами обстоятельств, на которые они никак не могли повлиять. По сути, они стали заложниками проводимой Кремлем внешней политики в отношениях с Украиной, а значит репрессированными по политическим мотивам.

Отчаянный поступок Олега Сенцова очень напоминает подвиг советского политзаключенного Анатолия Марченко, который в 1986 году объявил голодовку с требованием освобождения всех политзаключенных в СССР. Марченко погиб. Был большой международный скандал. Нельзя допустить, чтобы погиб Сенцов.

Мы солидаризируемся с требованиями Олега Сенцова и призываем российские власти проявить гуманизм и благоразумие и выпустить на свободу заключенных граждан Украины. Их освобождение не только станет правильным жестом в отношении лишенных свободы людей и их семей, но и послужит импульсом к снижению напряженности между близкими народами России и Украины.

Совет Московской Хельсинкской Группы

Оригинал

Правозащитный совет России выступил с заявлением в связи с делом главы карельского «Мемориала» Юрия Дмитриева. Правозащитники, обращая внимание на нарушения на стадии возбуждения уголовного дела, предварительного следствия и судебного разбирательства, заявляют о том, что обвинение Юрия Дмитриева несостоятельно. Правозащитный совет России надеется, что суд вынесет законное и справедливое решение в отношении Юрия Дмитриева.

Судебный процесс над Юрием Дмитриевым показал:

обвинение несостоятельно

Заявление Правозащитного совета России

Юрий Алексеевич Дмитриев, глава карельского «Мемориала», был арестован в своей квартире в Петрозаводске 13 декабря 2016 года.

Следствие обвиняет Дмитриева в фотосъемке несовершеннолетней в целях изготовления порнографических материалов, в совершении развратных действий, а также в незаконном хранении оружия. Что положено в основу этих тяжких — до 15 лет лишения свободы — обвинений? Девять фото приемной дочери Дмитриева, вырванных из общего контекста более сотни семейных фотографий, и нерабочий фрагмент гладкоствольного ружья 60-летней давности, найденный Дмитриевым во дворе лет двадцать назад, когда он имел разрешение на хранение такого оружия.

Дело Дмитриева слушалось в Петрозаводском городском суде с мая 2017 года судьей Мариной Анатольевной Носовой. Государственное обвинение поддерживала прокурор города Петрозаводска Аскерова Елена Алексеевна. Оглашение приговора назначено на 5 апреля.

По мнению адвоката Виктора Михайловича Ануфриева и самого обвиняемого, до предъявления каких-либо обвинений, на стадии возбуждения уголовного дела, предварительного следствия и судебного разбирательства был допущен ряд нарушений:

— очевидно, имело место незаконное проникновение в жилище, т. е. была нарушена статья 165 УПК РФ о судебном порядке получения разрешения на производство следственного действия;

— уголовное дело было возбуждено на основании анонимного заявления, что запрещено частью 7 статьи 141.7 УПК РФ: анонимное заявление о преступлении не может служить поводом для возбуждения уголовного дела;

— мера пресечения в виде заключения под стражу была чрезмерной, поскольку следствие не представило достаточных оснований для избрания этой меры пресечения;

— были нарушены положения уголовно-процессуального законодательства при проведении первой искусствоведческой экспертизы: решение о её проведении следователь принял, не уведомив Дмитриева и его защитника, что нарушило право подсудимого на отвод экспертов, на предложение кандидатур других экспертов и иного экспертного учреждения, и на постановку перед экспертами своих вопросов, помимо вопросов следователя.

Исходя из вышесказанного, уже можно сделать однозначный вывод: обвинение Юрия Дмитриева несостоятельно.

Кроме того, дополнительная экспертиза, назначенная судом по просьбе стороны обвинения и поддержанная стороной защиты, полностью опровергла результаты первой экспертизы, подтвердив, что фотоснимки не являются порнографическими, что сексуальных намерений у Юрия Алексеевича не было и что снимки использовались для контроля физического здоровья ребенка и в медицинских целях. Этот вывод подтверждается и результатами повторной судебной экспертизы, проведенной в Центре им. Сербского.

В ходе судебного разбирательства, по существу, стало ясно, что действия Дмитриева не выходили за рамки нормальной родительской заботы о развитии и здоровье своего ребенка. Выступая с последним словом, Юрий Алексеевич зачитал письмо от дочери — она прямо говорит, что любит папу и ждет его возвращения.

Никоим образом не пытаясь влиять на независимость суда, мы обращаем внимание на нарушения, которые лишь частично изложены в этом заявлении, и надеемся, что суд вынесет законное и справедливое решение в отношении нашего коллеги Юрия Алексеевича Дмитриева.

Члены Правозащитного совета России:

Людмила Алексеева, председатель Московской Хельсинкской Группы, член Совета при президенте РФ по развитию гражданского общества и правам человека

Валерий Борщёв, председатель правления Фонда «Социальное партнёрство», член Московской Хельсинкской Группы

Светлана Ганнушкина, председатель Комитета «Гражданское содействие», член совета Правозащитного центра «Мемориал»

Игорь Каляпин, председатель МОО «Комитет против пыток», член Совета при президенте РФ по развитию гражданского общества и правам человека

Григорий Мельконьянц, сопредседатель совета движения в защиту прав избирателей «Голос»

Олег Орлов, член совета Правозащитного центра «Мемориал», член правления Международного историко-просветительского, благотворительного и правозащитного общества «Мемориал»

Лев Пономарёв, исполнительный директор движения «За права человека», член Московской Хельсинкской Группы

Наталья Таубина, директор фонда «Общественный вердикт»

Александр Черкасов, председатель совета Правозащитного центра «Мемориал»

За вашу и нашу свободу!

Уважаемые господа!

Мы, российские правозащитники, хотели бы привлечь Ваше внимание к важному для граждан России и для всей Европы вопросу.
В течение уже трёх лет российская парламентская делегация не может полноценно участвовать в работе Парламентской Ассамблеи Совета Европы.
Причины, по которым это произошло, хорошо известны. Среди подписавших данное письмо есть люди, которые оценивают их по-разному. При этом мы уверены, что международно-политические кризисы (в том числе и европейские), должны разрешаться на межгосударственном уровне и с использованием созданных для этого механизмов. В данном случае это, прежде всего, ОБСЕ.

В то же время, главная задача Совета Европы, организации, ориентированной на поддержание и мониторинг демократических и гуманитарных стандартов, прежде всего — защита прав человека.

В этом контексте нас крайне беспокоит то обстоятельство, что с каждым днём возрастает вероятность полного разрыва отношений между Советом Европы и Россией, что привело бы к свертыванию целого ряда направлений совместной работы, крайне важных для правового и гуманитарного прогресса на общеевропейском уровне. Такой разрыв означал бы, помимо прочего, прекращение полномочий Европейского Суда по правам человека на территории России. А это, безусловно, резко сократило бы возможности россиян отстаивать свои права.

Россия — большая и сложная страна. В ней имеются силы, которые были бы только рады выпадению России из общеевропейской системы защиты прав человека. Хотелось бы верить, что далеко не все наши европейские коллеги заинтересованы в столь противоестественном единодушии с такими, по существу, изоляционистскими и антидемократическими силами.

Мы призываем правительства и парламенты всех 47 стран-членов Совета Европы найти разумный выход из нынешней ситуации с тем, чтобы Совет Европы действовал как единое целое на всём европейском пространстве, а его механизмы, включая ПАСЕ и ЕСПЧ, представляли собой в высшей степени полноценные и легитимные органы, с мнением которых считались бы во всех без исключения странах Европы.

Подписи:
Людмила Алексеева, председатель Московской Хельсинкской Группы
Григорий Мельконьянц, сопредседатель Движения в защиту прав избирателей «Голос»
Лев Пономарев, исполнительный директор Движения «За права человека»
Андрей Бабушкин, председатель «Комитета за гражданские права»
Александр Верховский, дирекор Информационно-аналитического центра «Сова»
Лилия Шибанова, член МХГ, член СПЧ
Генри Резник, адвокат, член МХГ
Каринна Москаленко, адвокат, член МХГ
Юрий Ларин, адвокат
Марина Захарина, адвокат

Правозащитники Людмила Алексеева и Андрей Юров — совместные тезисы о перспективах Совета Европы

Первый вариант текста — «Совет Европы: спасти или дать погибнуть? (наброски и размышления)»[1] был написан авторами в апреле и в окончательной редакции представлен в октябре 2010 года, когда многие из последующих событий, связанных с Правами Человека, верховенством права и демократией в Европе, можно было лишь робко предсказывать.

С тех пор прошло семь лет. Семь тяжёлых лет. Новые войны, новые разорённые территории в центре Европы, новые массовые репрессии видоизменившихся режимов, новые вызовы самой идее общеевропейских институтов с твердыми правилами и стандартами. Мы оказались на грани полной эрозии международного права и, похоже, готовы смириться с крахом поддерживающих его институтов.

Вызовы всем трем главным «сферам и ценностям» Совета Европы — Правам Человека, верховенству права и плюралистической демократии — столь сильны, что, может быть, стоит уже не пытаться сохранить их «высокие стандарты», а ухватиться хоть за что-нибудь, что ещё можно сохранить… И прекратить думать о развитии, перейдя в глухую оборону. Впрочем, это — путь тления и распада.

Совет Европы умирает. Это было понятно еще семь лет назад.

И если тогда мы думали, что это может быть «не очень заметно некоторым сотрудникам структур Совета Европы, или некоторым политикам, или гражданам некоторых стран (некоторые, возможно, даже не помнят о самом факте существования Совета Европы)», — то теперь мы убеждены, что это очевидно всем, кто хоть как-то соприкасался с этой структурой в последнее десятилетие.

Мы говорили, что «по политическому влиянию Совет Европы начинает постепенно уступать на региональном уровне уже не только новому фавориту, Евросоюзу, но многим другим региональным инициативам, акторам и объединениям», а сейчас скажем — он стал большим (впрочем, уже не очень большим) искусственно питаемым симулякром, вызывающим у серьёзных политиков и дипломатов неприкрытую усмешку.

Мы писали, что «Совет Европы как структура потерял привлекательность для огромного числа стран и постепенно уходит в тень. И уже сейчас, кроме работы Европейского Суда, граждане многих стран Европы почти ничего не знают про Совет Европы. И многие неправительственные организации утратили интерес к структурам Совета Европы, понимая, что там, в отличие от Евросоюза, не только очень мало ресурсов, но и почти никакого реального политического влияния». Сегодня это уже звучит как банальность и общее место.

Далее, семь лет назад мы предупреждали об опасном явлении, говоря о том, что «в пространстве Совета Европы запустился активный процесс саморазрушения по 3-м линиям:

разделение стран Европы на членов Евросоюза и не-членов, и соответствующий перенос всей «европейской повестки» исключительно в пространство Евросоюза, что ослабляет Совет Европы и другие подобные европейские проекты, провоцируя пренебрежение к ним;
размытие самих основных линий, на которых изначально был построен Совет Европы – права человека, верховенство права и демократия – и уход в более общие или, наоборот, более частные и всех устраивающие «вегетарианские» темы, которые уводят от вопроса об обязательности следования трем главным линиям и позволяют различным, часто не очень демократическим режимам оставаться членами Совета Европы как «клуба джентльменов», но при этом уже не уважать главные принципы и правила этого клуба и не следовать им;
сверхтерпимое отношение к нарушениям основных принципов и стандартов рядом стран, прежде всего – Центральной, Восточной и Юго-Восточной Европы, что разрушает саму систему, основанную на единых и универсальных принципах и стандартах: либо стандарты потихонечку размываются и их уровень понижается практически официально; либо же на словах эти стандарты остаются все столь же высокими, но становятся как бы необязательными, или обязательными не для всех».
Сейчас мы наблюдаем результаты этого процесса, и они отразились на судьбах миллионов европейцев и беженцев — от Каталонии до Курдистана и от Лампедузы — до Луганска.

И если семь лет назад мы считали совершенно очевидным, что «без серьёзнейшей реформы самого Совета Европы, и — что особенно важно — без пересмотра позиций самих стран-участниц по отношению к Совету Европы, смерть его неизбежна», то сейчас мы видим, что реформа провалилась, либо она затронула только бюрократические структуры, не изменив самого важного — способности этих структур отвечать на вызовы современности. И, скорее всего, это произошло не из-за ошибок отдельных политиков внутри совето-европейских структур, а из-за отношения к Совету всех стран-членов. Из-за слепоты. Или из-за лени. Или из-за неверия в такие структуры на современном этапе развития «большой Европы» от Рейкъявика до Анадыря.

II 

Совет Европы уникален. И в этом смысле за семь лет ничего не изменилось: ничего подобного ему нет не только на европейском континенте, но и во всём мире.

Не только потому, что система защиты прав человека в рамках Совета Европы возникла еще в 1950-м году – всего лишь через два года после принятия Всеобщей декларации прав человека в системе ООН, и уже не как «декларация», а как один из самых эффективных и доказавших свою работоспособность механизмов, закрепленных Конвенцией. Именно в форме Европейской конвенции по правам человека и Европейского Суда система Совета Европы стала своеобразным символом (даже, если хотите, — «брендом») международного правосудия в сфере Прав Человека.

И не только потому, что именно Совет Европы изначально формировался как «клуб настоящих джентльменов», как союз достойных, как сообщество демократий — т.е. членство в нем означало некий «демократический знак качества», и имело важное символическое значение.

Но, прежде всего, — потому, что есть три позиции, делающие Совет Европы не просто уникальным, а абсолютно незаменимым.

Совет Европы объединяет «всю большую Европу» — не «малую» (как, например, Европейский Союз), и не «сверх-Европу» (как, например, OБCE), а именно «политическую Европу» — от Исландии и Гренландии до Чукотки. Именно поэтому Совет Европы до сих пор является своеобразным «европейским мостом» между Востоком и Западом, причем мостом не переговорным и дискуссионным, а правовым, обладающим стройными и прочными политическими институтами.
Совет Европы — это организация, которая создана для поддержания общего пространства ценностей, а не общего рынка, отдельных экономических или иных интересов отдельных стран или их блоков. В его основе лежат три стройных «абсолютных» приоритета, на которых должны строиться не только сам Совет Европы и все его институты и «колонны», но и большинство других европейских инициатив:
Права Человека;
верховенство права;
плюралистическая демократия.
Совет Европы предлагает не только ценностную идеологию для новой «большой» Европы, но и четкие стандарты и механизмы, в том числе формирующие Новое Общее Европейское Твердое Право (в отличие от OБCE и других подобных структур). И это далеко не только Европейская Конвенция по правам человека и другие конвенции, не только Европейский Суд и Европейская социальная хартия — это и Венецианская комиссия и многие другие механизмы, ставшие рабочими инструментами уже не только для Европы, но и для стран других континентов.
III

Зачем нужен Совет Европы? Здесь за семь лет также почти ничего не изменилось.

Даже если Совет Европы уникален, многие из его инициатив давно подхвачены другими структурами и инициативами. Зачем тогда за него так уж «цепляться»?

Почему нам так важно сохранить Совет Европы, вопреки естественно происходящему процессу его отхода на второй план, на «запасные пути»? Стоит ли прилагать огромные усилия для возвращения этой организации в состав ведущих европейских и мировых игроков?

Нам необходим прочный, именно европейский мост «Восток-Запад». Нам кажется не только нежелательным, но и очень опасным процесс разделения Европы на «Западный проект» (Евросоюз) и все остальные страны, не вошедшие в «лигу избранных» и являющиеся территориями «второго сорта». И в этом смысле Совет Европы является единственной реальной, институциональной и имеющей более долгую историю альтернативой евросоюзо-центричному подходу к Европе.
Три базовых принципа/цели/пространства Совета Европы — Права Человека, верховенство права и плюралистическая демократия — для многих стран Центральной, Южной и Восточной Европы сейчас снова крайне важны и снова находятся под угрозой. И именно сейчас особенно важно вернуться к чётким стандартам в этих сферах — в противном случае придётся надолго о них забыть.
С помощью европейского правового пространства, задаваемого Советом Европы, можно заставить работать уже созданные механизмы продвижения Прав Человека, верховенства права и принципов демократии – не формируя новые, а совершенствуя те, что уже обладают огромным авторитетом, опытом и ресурсами — на всех трех уровнях: международном, региональном и национальном.
А это означает, что имеющиеся механизмы и структуры Совета Европы нужно не размывать и ослаблять, а укреплять и поддерживать. И в этом — чуть ли не единственный залог сохранения и развития духа верховенства права во всей «Большой Европе».

IV 

Другой мир возможен.

Семь лет назад мы полагали, что реформа Совета Европы возможна, но «лишь в том случае, если ее поддержат не только собственно структуры Совета Европы или национальные правительства, но и граждане Большой Европы. Даже не представительные органы, избираемые гражданами, и даже не только влиятельные международные НПО (неправительственные организации), созданные самими гражданами, а собственно граждане».

Этого не случилось. Если десять лет назад ещё, возможно, и были, то сейчас уже точно нет никаких «граждан Большой Европы», так же, как и «институт гражданства Евросоюза» испытывает огромные трудности.

Нет никакого сильного светского солидарного гражданского общества Большой Европы. Есть отдельные мечтатели — общественные деятели, интеллектуалы, политики, студенты… Но у них сейчас нет ни видения этой новой Большой Европы, ни сил для продвижения такого видения, ни даже возможностей начать общеевропейскую дискуссию по этому поводу.

Всё отдано политикам, и прежде всего — популистам, новым глашатаям «суверенитетов», «реальной политики» и «национальных интересов». Но для них Совет Европы — лишь один из десятков инструментов (и, кстати, не очень подходящий), лишь трибуна, лишь возможность политических игр вокруг комитетов ПАСЕ и тех или иных «инициатив» Секретариата.

Но мы понимаем, что без идеи «Большой Европы», скрепленной единым и гуманным Правом, общими «правилами игры» и общими ценностями, на этом пространстве и, более того, во многих соседних частях света, не будет ни мира, ни прогресса, ни надежды на достойное развитие человечества.

Агенты Будущего.

Можем ли мы спасти Совет Европы? Можем ли что-то сделать? В какую сторону двигаться?

Мы должны стать агентами Будущего. Того самого будущего, которое может никогда не наступить, если человечество свернет в сторону упрощения, популизма и агрессии, но которое всё же возможно.

Для этого нам необходимо сосредоточить усилия на трёх вещах.

Единственный шанс на спасение Совета Европы — это очень чёткое и последовательное возвращение к трём главным приоритетам для всего региона в целом:
Правам Человека,
верховенству права,
плюралистической демократии
— и препятствование их постоянному размыванию, «смягчению» и откладыванию в сторону в угоду сиюминутным политическим интересам или ставшим модными вопросам.

Жёсткое следование намеченной стратегии по этим трём линиям — залог сохранения Совета Европы как уникальной и незаменимой структуры.

Особое внимание при этом должно быть уделено проблемам, связанным с поддержкой и защитой гражданского общества, без решения которых невозможны ни защита прав человека, ни утверждение верховенства права, ни развитие плюралистической демократии.

Активное взаимодействие с другими «европейскими проектами» — OБСE, Евросоюзом и другими — именно в отношении перечисленных трёх приоритетов. Причем Совет Европы должен играть в этом взаимодействии лидирующую и проактивную роль, а не следовать в фарватере других структур. В этом случае влияние Совета Европы будет расти, а не размываться.
Укрепление роли свободного и солидарного гражданского общества. Именно гражданские инициативы, как никакие другие акторы, должны стать самыми последовательными, смелыми и креативными сторонниками серьезных переосмысления и «перезагрузки» Совета Европы, а главное — усиления его роли в Европе.
Мы по-прежнему убеждены, что именно от граждан Европы должен зависеть облик Совета Европы. Нам надо выработать общие позиции и донести их до всех, кто ещё способен слышать и понимать. Нам необходимо сформировать сильное и авторитетное сообщество сторонников и союзников «Большой Европы». И начать действовать. Следующих семи лет у нас уже нет.

Людмила Алексеева, председатель Московской Хельсинкской Группы, почетный председатель Общественного совета международного Молодежного Правозащитного Движения, лауреат премии ПАСЕ им. Вацлава Гавела за вклад в защиту прав человека 2015 года

Андрей Юров, член Совета Международной гражданской инициативы для ОБСЕ, председатель Общественного совета международного Молодежного Правозащитного Движения, координатор рабочей группы по положению правозащитников Конференции международных НПО Совета Европы

Оригинал

В связи с распространением в СМИ информации о том, что силовым ведомствам дано указание действовать «очень жестко» на публичном мероприятии, которое пройдет 7 октября в Санкт-Петербурге, мы считаем необходимым обратить внимание властей на следующее.

Конституцией РФ и целым рядом международных документов в области прав человека, подписанных Россией, на государство возлагается обязанность не только не препятствовать реализации гражданами своего исключительно важного права собираться мирно и без оружия, но и всеми доступными средствами содействовать реализации конституционного права на свободу собраний.

Свобода мирных собраний как фундаментальное право человека лежит в основе функционирования любого демократического государства. Довольно часто возникают ситуации, когда граждане хотят публично выразить свои взгляды или отстаивать общественные интересы с целью быть услышанными представителями государства и обществом, чтобы при принятии решений учитывались их интересы.

В последние несколько лет угроза безопасности и столкновений используется как предлог для фактического запрета проведения массовых мероприятий. Органы охраны общественного порядка, которые обязаны защищать право граждан на мирные собрания, используются для разгона уличных акций. Все больше участников мирных собраний подвергаются немотивированным преследованиям и непропорциональным наказаниям. Действия силовых подразделений во время и возбужденные уголовные дела в отношении участников после акций протестов 26 марта и 12 июня этого года служат тому подтверждением.

Мы требуем соблюдения российской Конституции и призываем всех сограждан активно защищать свое право на проведение мирных собраний.

При задержаниях во время публичных мероприятий с информацией и за помощью можно обращаться по телефонам:

+7 (800) 707-05-28 (горячая линия Коалиционного штаба при ОВД Инфо)

+7 (985) 864-70-28 (Общественный вердикт)

+7 (499) 553-03-12 (Московская Хельсинкская Группа)

+7 (981) 804-07-33 или 987-82-31 (группа помощи задержанным в Санкт-Петербурге) Команда Московской Хельсинкской Группы

30 декабря 2016

Где мы и что делать?

Две недели назад в Москве по нашей вместе с Гарри Яковлевичем Бардиным и Андреем Борисовичем Зубовым инициативе в День российской Конституции состоялось заседание «Круглого стола 12 декабря», на котором мы подвели итоги 2016 года для гражданского общества и обсудили, что делать дальше. Основные мысли и предложения изложены в Заявлении.

Заявление Круглого стола 12 декабря

Мы, участники Круглого стола 12 декабря, обсудили на своем первом после выборов в Государственную Думу заседании итоги выборов, современную ситуацию в стране и задачи гражданского общества.

Демократические силы России и гражданское общество в целом потерпели в сентябре тяжелое поражение. В условиях массовых фальсификаций и монополии власти на телевидение трудно было ожидать иных результатов выборов, но немалая часть ответственности – на нас самих. Прежде всего, на тех, кто непосредственно вел кампанию – на лидерах политических партий, на тех, кто не смог или не захотел обеспечить единство демократов, на кандидатах-одномандатниках. Своя доля вины и на российской интеллигенции в целом, а значит, и на участниках Круглого стола 12 декабря – мы не смогли выстроить диалог с гражданами России, не смогли убедить людей в правильности и полезности наших идей.

Если нынешний курс во внутренней и внешней политике будет продолжен, страна погибнет. Мы не можем оценить, сколько времени отделяет нас от неизбежной катастрофы. Но мы должны «делать, что должно», надеясь на то, что результаты нашей деятельности будут востребованы и помогут предотвратить крах.

Мы считаем необходимым переформатирование существующих политических структур на демократическом фланге. Мы не имеем права предлагать готовые решения – это дело самих партий и движений, но если не будет нашего обновления и консолидации, это станет тормозом на пути демократического развития России. Долг демократических сил – сплотиться и выступить единым фронтом на предстоящих местных, региональных и президентских выборах.

Мы готовы содействовать достижению соответствующих договоренностей и принять участие в формировании общественного механизма, гарантирующего их исполнение в течение ближайших лет.
В основе нынешнего режима – примитивные, противоречащие реальности представления о своей стране и о мире. Дикость и мракобесие – не в меньшей мере опоры режима, чем ложь и фальсификации. Мы призываем российскую интеллигенцию вернуться к традиционному для себя делу – к просвещению. Разумеется, мы относим этот призыв и к самим себе.

Когда на наших глазах совершаются жестокости и несправедливости, когда люди ни за что садятся в тюрьму, когда с высоких трибун раздается ложь, мы можем, а значит, и должны оказывать моральное сопротивление. Ложь – опровергать; с невинными жертвами – проявлять солидарность; лицемерию – противопоставлять правду. Чтобы наша страна менялась к лучшему, мы должны хранить безусловные нравственные ценности и нести их в общественную и политическую жизнь России.

Людмила Алексеева
Гарри Бардин
Андрей Зубов

Михаил Аркадьев
Александр Белавин
Станислав Белковский
Ирина Боганцева
Валерий Борщев
Владимир Войнович
Сергей Гандлевский
Евгений Гонтмахер
Геннадий Гудков
Лев Гудков
Тимофей Дзядко
Виталий Дымарский
Алексей Захаров
Андрей Збарский
Дмитрий Зимин
Станислав Ивашковский
Алексей Кондауров
Михаил Краснов
Аркадий Любарев
Наталья Мавлевич
Виталий Манский
Владимир Мелихов
Олег Мороз
Оксана Мысина
Эмиль Паин
Лев Пономарев
Лев Рубинштейн
Александр Рубцов
Юрий Рыжов
Георгий Сатаров
Николай Сванидзе
Андрей Смирнов
Михаил Соколов
Александр Тверской
Петр Филиппов
Игорь Харичев
Мариэтта Чудакова
Илья Шаблинский
Лилия Шевцова
Виктор Шейнис
Виктор Шендерович

(Подписание документа продолжается)

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире