Меня часто просят рассказать про «детский закон №139» и все, что с ним связано. И каждый раз приходится поправлять, что «детский» — это 436-ой, а закон №139 имеет к детям косвенное отношение, так как прямым образом предусматривает типы информации, которые вообще не могут распространяться в российском сегменте сети Интернет: ни среди детей, ни среди взрослых.

Справедливости ради надо сказать, что одна статья закона вносит поправки к закону о защите детей и представляет собой результат двухлетней борьбы за здравый смысл (можно дискутировать, насколько она была успешна, но почитайте сначала исходный текст, например, статьи 14 436-ФЗ), отменяя технически нецелесообразную и бессмысленную маркировку всех ресурсов в интернете, предусмотренную ранее. Основную же часть этого закона составляют поправки в законы «Об информации» и «О связи», где определяются типы запрещённой информации и описывается процедура уведомления хостинг-провайдеров и операторов связи о наличии такой информации в российском сегменте Сети.

Описанная процедура, по единогласному заключению технических специалистов, нереализуема без потерь для скорости работы и связности Сети, а в свете перехода на IPv6, следствием чего является динамическое изменение IP-адресов («сетевые адреса», по которым обязаны блокировать операторы связи) и развитие облачных технологий, вовсе теряет смысл.

Почему?

Ленину приписывают фразу о том, что любая кухарка способна управлять государством. Несмотря на то, что он утверждал ровно обратное, у нас прочно закрепилась эта установка и теперь каждый депутат считает, что мандат гарантирует ему высокий законотворческий потенциал. А заодно и третий глаз во всех вопросах жизни и деятельности человечества.

139-ФЗ наглядно продемонстрировал наличие системных ошибок в законодательном процессе. Вместо того, чтобы законом поставить задачу перед профильными специалистами, Госдума прописывает технологии ее решения, таким образом обнажая свою полную технологическую некомпетентность.

Риски?

1. Банальная ошибочная блокировка добросовестных ресурсов, не содержащих запрещённого законом контента, — вследствие, как минимум:
1) Динамически изменяемых сетевых адресов;
2) Неполноты базы провайдеров хостинга (прежде всего зарубежных);
3) Возможности размещения на одном сетевом адресе большого количества ресурсов и отсутствия принципа, согласно которому в этом случае блокировать сетевой адрес нельзя.

2. Возможность использования в конкурентной или политической борьбе – если у вас есть ресурс, который вам не нравится, то делаем следующее: выясняем IP, размещаем на другом ресурсе на том же IP статью про наркотики, прекурсоры или самоубийство, а затем спамим Роскомнадзор уведомлениями о наличии на ресурсе запрещённого контента. Намного дешевле и эффективнее, чем DDoS.

3. Экспоненциальное падение общей скорости сети при увеличении количества заблокированных страниц.

Кто пролоббировал, то есть кто виноват?

Вариантов может быть несколько:

1) Самый часто упоминаемый – ГОСУДАРСТВО. Решили цензурировать интернет, чтобы [CENSORED]. Не зря же с недавнего времени в академиях и университетах защищаются диссертации с темой «Интернет как угроза национальной безопасности России»;

2) Другая распространённая версия – РОСТЕЛЕКОМ. Купили DPI, технология сложная, очень дорогая, нужно окупать. Например, осуществить передел рынка голосового трафика;

3) ПРАВООБЛАДАТЕЛИ – менее распространённая, но тоже не лишённая смысла версия в случае двухходовки, при которой следующим шагом может стать применение описанной в законе схемы к вопросам нарушения авторских прав;

4) Наконец, самая вероятная версия: ДЕПУТАТЫ, не сумев оградить своих детей от «плохого» контента, решили навести порядок единственным известным им способом — законодательно переложив задачу на плечи других, к тому же Интернет ведь не сложнее кофеварки.

Что будет дальше?

Рассмотрев, какие проблемы могут возникнуть, а также вероятных инициаторов, можно предположить что:

1) Если это инициатива ГОСУДАРСТВА (ДЕПУТАТОВ я бы тоже добавила сюда), то может быть три варианта развития событий:

• Делая акцент на том, что закон был призван всего лишь призвать отрасль к саморегулированию и ничего плохого в общем-то никто не хотел (то есть никто не будет рад, если заблокируют Википедию или ВКонтакте), закон продолжит работать, а основные тяготы разрула сложных ситуаций лягут на плечи Роскомнадзора. Далее – все будет зависеть от прецедентов.

• Будет последовательно продолжаться риторика в духе «вы все педофилы», и даже в подтверждение правильности принятого закона в досудебный порядок что-нибудь довнесут – например контент, содержащий признаки экстремизма;

• Государство осознает (уже сомневается), что закон работать не будет, и инициирует поправки.

• РОСТЕЛЕКОМ, скорее всего, уже осознал, что бизнес-план так себе и не будет возражать против исключения операторов связи из закона, то есть против поправок.

• Если ПРАВООБЛАДАТЕЛИ, то им придётся объяснить что технология DPI никак не поможет бороться с нарушениями авторских прав с сети Интернет, а для реализации процедуры уведомления нужно принять новую версию 4 части Гражданского Кодекса и прописать нечто аналогичное DMCA в российском законодательстве.

Что делать?

Вносить поправки и в дальнейшем привлекать технических специалистов к написанию технических законов. При этом в будущем желательно делать технические регламенты законами только в случаях крайней необходимости. Намного разумнее ставить задачу – например, «Хотим фильтровать, дайте рекомендации», выслушивать, какие есть возможности, какие аргументы и после этого принимать решение, а не прописывать неработающие вещи и тратить миллиарды налогоплательщиков на бессмысленные действия.

В целом, как совершенно правильно заметил Председатель Правительства, нужны международные соглашения в данной области, а на уровне одной страны проблемы с противоправным контентом можно решить, только запретив Интернет.


Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире