leonid_gozman

Леонид Гозман

09 декабря 2017

F

Прочел тут в ФБ строгий и справедливый укор Улюкаеву. Он, оказывается, свои слова о покаянии перед людьми по бумажке читал! Не от сердца, стало быть.

Притворялся, чтобы нас, благородных, разжалобить. Не выйдет!

Мне прокурор десять лет не требовал. Поэтому не знаю, смог ли бы я произнести такие слова без бумажки, не забыв что-нибудь от волнения? Не знаю, смог ли бы вообще их произнести – приговор они, точно, не смягчат.

По-видимому, те, кто осуждают Улюкаева «за бумажку», с честью прошли через тяжелейшие испытания, в сравнении с которыми перспектива сесть на десять лет – мелочь, не стоящая беспокойства. Они не кланялись пулям, они не сломались под пыткой. Он несгибаемы и совершенны.

Или, наоборот, они мелочны, жестоки и не способны к нормальным человеческим чувствам.

А вообще, читать, что поделом, мол, ему, нечего с кровавым режимом сотрудничать, противно. Политика политикой, но людьми надо оставаться. Пробовать, по крайней мере.

Был, помнится, один, который призывал милость к падшим. Устарел, конечно. Мы же тут прекрасную Россию будущего строим.

О фантастических успехах канала RT – его популярности, вхождении в каждый американский дом, о высочайшем авторитете – я знаю лишь от руководителей самого канала RT. Другие люди, которым я доверяю, как минимум, не меньше, говорят, что популярность RT – на фоне статистической погрешности. Следовательно, меры против них – в частности, отказ в аккредитации в Конгрессе — глупость. Но это пусть американцы разбираются.

Интересно другое. Мы, ясное дело, не смолчим, примем ответные меры. Зеркальные. Депутаты говорят, что иностранных журналистов не будут пускать в Думу и СФ. Они думают, они, действительно, парламент? Они думают, кого-то, да еще и за рубежом интересует их деятельность? Обе эти конторы представляют собой полупустые здания, по которым ходят сонные люди с депутатскими значками в тщетной надежде, что кто-нибудь возьмет у них интервью или просто о чем-нибудь спросит. А в красивых и просторных бюро пропусков и вовсе пусто – в этих зданиях ничего не решается и поэтому туда никто и не приходит. Кстати, в проклятые девяностые в очереди за разовым пропуском можно было простоять час.

Надо какую-то другую ответную меру придумать.

22 ноября 2017

Люди и вурдалаки

Вся эта сволочь набросилась на мальчишку не за то, ЧТО он сказал. Он ведь не сказал ничего, кроме того, чему его учили нормальные люди — от Пушкина («милость к падшим») до рассказов бабушки о том, как наши женщины приносили хлеб пленным немцам. (Абсолютно правдивых, между прочим, рассказов, мне об этом немцы рассказывали, побывавшие в нашем плену и на всю жизнь сохранившие благодарность этим женщинам).

Они набросились на него потому, что по дурости своей — а в массе своей они очень ограниченны — и в силу задержавшегося сигнала сверху подумали, что МОЖНО, ПОРА. Они почувствовали запах человеческой крови, они с восторгом, с облегчением — наконец-то! — увидели, как из могил вылезают вурдалаки — «им бы, гипсовым, человечины, они вновь обретут величие».

Они набросились потому, что в этом их природа — набрасываться всей сворой, рвать на части, вцепляться в горло. Они могут называть себя коммунистами или патриотами, говорить, что они за монархию или за республику, за план или за рынок. Все это неважно. Важно, что им нужна человеческая кровь. Они не могут без нее.

Похоже, ошиблись. Похоже, не посадят ни родителей парня, ни учителей, спустят на тормозах. Но они ждут. И непременно набросятся на следующего. Им даже не нужна команда «фас», достаточно лишь легкого, еле заметного кивка.
Господи, сколько же нам нужно осиновых колов и серебряных пуль!

Я не про спорт. И не про то, правильно или неправильно наказывают наших спортсменов? Про параолимпийцев, например, подписывал всякие петиции, чтобы их, все-таки, пустили. Я про то, почему происходит то, что происходит?

Владимир Путин, вроде, все объяснил – допинговые скандалы вокруг наших спортсменов раздуваются для того, чтобы, сорвав наше участие в Олимпиаде в феврале, дестабилизировать ситуацию в России к марту, ко времени президентских выборов. Эта идея – какая неожиданность – была дружно подхвачена пропагандистами, у которых после слов президента открылись глаза — март, действительно, идет сразу же после февраля. Я не слышал пока, что, если наших спортсменов не будет на Олимпиаде, то Путин проиграет выборы, а выиграет их, допустим, Анфиса Чехова, но слышал зато, что американцы на это надеются и потому дают миллиарды долларов на раскрутку ложного, разумеется, представления о криминализации нашего спорта.

Считать, что все идиоты планеты сосредоточены именно в России – это гордыня. В США они тоже есть. В том числе и такие, которые думают, что Путин может проиграть выборы. Правда, в условиях меритократии вряд ли они имеют не то, что миллиарды, но вообще сумму, превышающую пособие на которое они живут. Более логично предположить не заговор с целью недопущения победы Путина на выборах, а то, что власти РФ на самом деле были пойманы за руку – лично у меня нет сомнений, что допинг – не знаю, бОльший или мЕньший чем в других странах – курируется у нас государством. Ну, а это наложилось на общий негативный фон  — Крым, Боинг, Сирия, хакеры и прочее – и вот теперь на Олимпиаду могу, и вправду, не пустить.

Но интересна реакция России. Думаю, ее определяют два фактора.

Во-первых, искренняя вера во врагов, «шарящих по нашим школам» с целью вывоза оттуда на Запад талантливых детей, разрабатывающих генетическое оружие, стремящихся раздробить Россию (по-видимому, чтобы иметь еще больше головной боли, чем сейчас) и т.д. Одна из самых тревожных тенденция последнего времени – потеря адекватности, уход в астрал как раз тех людей, которые и принимают самые кардинальные политические решения. В том числе, о войне и мире. Ядовитые пары пропаганды, направленной на население, отравили и их сознание. Они поверили своему телевизору.

Второй фактор – сугубо прагматический. Надо увеличить явку на выборах. Причем не просто явку — тех, например, кто «по приколу» придет проголосовать за разнообразных клоунов обоего пола, но прежде всего, явку искренних сторонников кандидата номер один. Сейчас они совершенно демотивированы – они, конечно, за него, но результат предрешен, жизнь трудна, крымский праздник закончился. Зачем идти на участок? Но если они не пойдут, может повториться Болотная – обманутые люди подумают почему-то, что их обманули.

Для явки нужно сплочение вокруг вождя. Оно может быть позитивным – радость или гордость за что-то, совершенное под его руководством. А может – негативным – сплочение нации против врагов.

Олимпиада, в принципе, может дать позитивное сплочение. Но только если наша команда там покажет результаты, близкие к Сочи. Те, разумеется, которые были до того, как из-за отобранных медалей Россия потеряла первое место в командном зачете. И если наше спортивное и политическое начальство полагает, что такой победный результат будет достигнут – без допинга или с «неловленным» допингом – тогда Олимпиада нужна, и российские представители изо всех сил будут добиваться участия в ней нашей команды.

Ну, а если прогноз пессимистичен, если понятно, что успех Сочи повторить не удастся, а  результаты будут весьма скромными? Тогда выгоднее, чтобы нас на Олимпиаду не пустили. Сразу же после русофобского решения МОК наше государство сможет с праведным гневом отвергнуть идею участия «чистых» спортсменов под олимпийским флагом, а по всем телевизорам страны пройдет волна протестов. Отдельные спортсмены, которые согласятся участвовать в личном качестве, будут объявлены предателями, а в СМИ будут обнародованы материалы о том, что МОК поголовно состоит из бывших охранников гитлеровских концлагерей. И обвинять во всем люди будут, конечно, не Путина – он-то при чем? — а американцев, которые, фактически, объявили нам войну на уничтожение. А в ответ мы сплотимся, в ответ мы все, как один. И конечно, пойдем и проголосуем за того, благодаря кому мы встали с колен и уже скоро разобьем коварного врага.

Главным бенефициаром возможного отстранения российской сборной от Олимпиады будет российская власть.

Как я обращался к согражданам 35 лет назад в день смерти Брежнева

В день смерти Брежнева у меня должна была быть публичная лекция во Фрязино. Я тогда лекциями зарабатывал, платили во Фрязино великолепно — 50 рублей за лекцию, публика на меня приходила, ездил я туда каждый месяц. А тут: «... с глубоким прискорбием…», все отменяется, траур, плакали мои 50 рублей! Но звонят из Фрязино. Проконсультировались, говорят, в райкоме, там разрешили — не развлечение, ведь, а просвещение, можно.

Приезжаю. А надо сказать, что из-за того, что советская власть придумала много способов борьбы с чрезмерными, как ей казалось, доходами, организаторы моих лекций не могли называть их моими лекциями, а объявляли «Устный журнал» с двумя выступающими. В первые пять минут, пока люди рассаживались, выступал кто-то с информацией об изменениях в работе магазина, о предстоящем субботнике и прочем, а потом уже я, часа на полтора.

Так вот, прохожу в комнатку за сценой, а там сидит какая-то женщина и горько плачет. Ну, я вышел, чтобы ей не мешать. Тут подходит ко мне человек из одного из фрязинских институтов, который все и организовывал, и несколько раздраженно спрашивает, не настолько ли я расстроен, что не могу выступать? Я спросил, а чем я должен быть расстроен? Оказалось, смертью Брежнева — плачущая дама была врачом местной детской поликлиники, которая и должна была занять пять минут передо мной, но не может сдержать рыдания. Я его заверил, что справлюсь.

Стоим мы с ним за кулисами, а специально обученная девушка говорит залу слова, предписанные райкомом: «Радио принесло печальную весть…». А потом: «У нас должно было быть два выступающих. Но первый оратор очень расстроен и выступать не может». «Ну, вот, — говорю я этому, который все организовывал, — а сейчас она скажет, что второй, наоборот, очень рад. И куда я от вас поеду? И на какой машине?».

Лекцию я прочел нормально, народ расстроенным не выглядел. На обратном пути нашу машину через каждые несколько километров останавливали патрули, проверяли документы. А в здании на Лубянке — мы проезжали через площадь — в двенадцать ночи горели все окна. Начиналась новая эпоха.

Судите сами.
Человек жив, пока о нем помнят. Событие тоже — живо, пока о нем помнят.
Если бы ровно сто лет назад в нашей стране случилась великая революция, то сегодня нынешний глава государства обратился бы в связи с этим к нации — уроки, мол, итоги и прочее. Не обратился.
Если бы ровно сто лет назад в нашей стране случилась великая революция, то сегодня объявлялась бы минута молчания в память жертв развязанной тогда гражданской войны — белых, красных, случайных. Ее не было.

Если бы ровно сто лет назад в нашей стране случилась великая революция, то сегодня открывался бы мемориал жертв революции и гражданской войны. Его нет.
Если бы ровно сто лет назад в нашей стране случилась великая революция, то сегодня все новости были об этом — о том, как отмечают, как вспоминают. Этого не было. Но был, зато, большой сюжет о годовщине парада 7 ноября 1941 года.

Если бы ровно сто лет назад в нашей стране случилась великая революция, то сегодня вспоминали бы тех, кого никогда почти не вспоминают — тех, кто сопротивлялся, кто не остался дома, а вступил в безнадежный бой. Юнкеров Петрограда и Москвы, участников Тамбовского и Кронштадтского восстаний и многих других. Ведь, кроме жертв, палачей и пассивных свидетелей, были и герои. Их не вспоминают!
Власть фантастически, паранойяльно боится революции. Воспоминание о том, что случилось сто лет назад, ранит тонкие души нашего начальства. Значит, ничего и не было. А был парад 1941 года! Ура, товарищи!

Во время фронтального наступления противника огромное значение имеют даже самые маленькие победы. Они – свидетельство того, что мы живы и не сдались.
27 октября 2017 года произошло исключительно важное событие. Центральный суд города Сочи отменил приговор, вынесенный судом первой инстанции гражданину Начевнову за перепост семи картинок с изображением Христа в неканонических ситуациях – на спортивных снарядах и т.д. Приговор был не страшным, его не сажали, но оштрафовали на немалые деньги, на пятьдесят тысяч и, главное, признали виновным, т.е. объявили преступником. Со ссылками на решения давно забытых древних Соборов, на чувства верующих и на все прочее, на что они обычно ссылаются. В сравнении с пытками в тюрьмах, в сравнении с тотальным беззаконием, мелочь, конечно. Наша обезумевшая Фемида могла и реальный срок припаять. Но неблагодарный Виктор Начевный не хотел платить штраф и не хотел считаться преступником. Он подал апелляцию. Сейчас он и его адвокат Александр Попов из «Агоры» одержали промежуточную победу – приговор отменен, дело вернули на новое рассмотрение.

Я пишу об этом не только потому, что оправдательный приговор в наших условиях сродни чуду. Главное для меня, что Виктору помогал не только его адвокат, но сотни, а может, и тысячи незнакомых с ним людей. Мне, честно говоря, не понравились картинки, но я сделал их перепост на своем ФБ и попросил всех, кто это видит, из солидарности с Виктором и чтобы продемонстрировать нашу общую готовность противостоять всему этому бреду сделать перепосты у себя. Напрямую было несколько сот перепостов, сколько было вторичных перепостов, не знаю. У властей была дилемма – отменить приговор первой инстанции или судить еще несколько сот или тысяч человек. Ну, или не заметить их «преступления», продемонстрировав тем самым, что их законы – и не законы вовсе, а так.

Судья Центрального суда Сочи про наши перепосты знала – обвиняемый говорил о них в своем последнем слове. Разумеется, ни я, ни кто другой не знает, повлияло ли это на ее решение? Так же, как никто не знает, оказал ли влияние на ход войны тот факт, что конкретно этот фашистский танк был остановлен у этого конкретного окопа и не пошел дальше? Но День Победы, который, несмотря на весь лицемерный державный звон, великий праздник, складывался именно из этих окопов.

Я хочу не только поздравить Виктора, но поблагодарить и поздравить всех, кто делал перепосты. Вы ведь знали — не исключено, что вам придется за это ответить. Но возмущение мракобесием и несправедливостью оказалось сильнее. Чувство собственного достоинства оказалось сильнее.

Мы не выиграли ни войны, ни сражения. Мы выиграли один бой. И даже если бы противник отступил и без наших усилий – а мы никогда не можем этого знать точно – мы с вами продемонстрировали готовность остановить тот танк! А значит, они не пройдут!

Уважаемые господа! А вам не приходит в голову, что за пределами тусовки, внутри которой мы все так уютно общаемся, тоже люди живут? И они не всегда точно такие же, как мы.

В социальной психологии есть понятие ошибки репрезентативности – наш собственный опыт кажется нам значительно более репрезентативным, чем он есть на самом деле. У меня сосед татарин – я знаю татар, был два дня в Америке – знаю, как живут американцы.

Кандидат в Президенты Российской Федерации Ксения Анатольевна Собчак рассказывала как-то, как она была наблюдателем на выборах. Все, говорит, хотят наблюдать внутри Садового Кольца, возле дома, а я, говорит, поехала – дальше она назвала что-то вроде Тропарева. В ее словах, кроме естественной гордости собственной самоотверженностью, звучала еще и уверенность в том, что ВСЕ — внутри Садового, а те, кто вне, хоть и обладают правом голоса, но принадлежат к другому биологическому виду. Интересно, какой процент читателей живет внутри? Собственно, это и есть ошибка репрезентативности — ее друзья живут, наверное, в районе Бульваров.

Но я не о том. У меня вопрос к восхищающимся идеей ЯПРОТИВВСЕХ. Я, например, точно, против них всех. Объясните мне, с какого бодуна я должен при этом голосовать за одного (одну) из них? Потому, что у нее нет шансов? Так, ни у кого нет. Кроме известно кого, естественно. Потому, что голосующие за нее понимают, что у нее нет шансов. Так это верно и относительно избирателей Явлинского, Миронова и прочих. Почему тогда не за них?

Но главное, какой, по вашему, процент из тех, кто придет на выборы, будет знать об этой замечательной идее? Нет, если ВСЕ – это те, кто, кто внутри Кольца, то тогда не меньше двадцати процентов. Но в Тверской области с этим уже будет напряженка. Ведь, это только очень узкая тусовка обсуждает, кто, что сказал на пресс-конференции. Большинство же народа эту ерунду не смотрит. А увидит 18 марта список кандидатов, среди них К.А.Собчак. Кто-то за нее проголосует – потому, что Дом-2, шоу, дочка Собчака, молодая, а Он достал. И вообще, женщина. Ее знают, это правда. Но отнюдь не благодаря этой странной, рассчитанной только на очень узкий круг идее. И поэтому, судить по процентам, отданным за Собчак, о том, сколько народу против всех, никак нельзя.

Я не ее пытаюсь «разоблачать» — кто я такой? Может, она и искренне. Я про странную аберрацию сознания – то, что услышали и обсуждаем мы, якобы, услышала и обсуждает вся страна. Пока мы будем так думать, ОНИ будут делать со страной, что хотят.

Что интересно – нас ведь предупреждают. Открытым текстом говорят, а мы не верим и только ухмыляемся.

Над сериалом «Спящие» все смеются. Как положено, не посмотрев – авторы большинства рецензий, судя по фактическим ошибкам, фильм не смотрели, а лишь быстро просматривали. А работа, по-моему, вполне профессиональная, в целом, напоминает «Родину». Хотя к концу сценаристу, похоже, надоело, и пошла уже совсем чушь. Сериал продвигает, конечно, дикую идеологию и абсолютно ложную картину мира, но на дворе, как никак, семнадцатый год, вы чего ждали?

Но я не про кино. Основной посыл сериала предпочитают не замечать. А он вовсе не в том, о чем все говорят. Что Навальный, мол, и прочие – это все на американские деньги. И что правозащитники все исключительно «так называемые». Это зрителям и так известно – из новостей и ток-шоу. Идея глубже, архаичнее и страшнее.

Рупором ЦРУ являются не они – да кто они такие, чтобы о них говорить? – а правительство РФ. Министр топлива и энергетики, как две капли воды похожий на Шувалова (при аресте его почему-то понижают в должности, цензура, по-видимому), штатный агент ЦРУ, вице-премьером – тот пока вне штата, но готов предать в любой момент — он крутит, как хочет. Премьером, кажется, тоже. Американские шпионы – в руководстве и оппозиционных СМИ, и, будете смеяться, федеральных каналов. Все они, кстати, заканчивали МГИМО. От них, а не от школьников с уточками спасает страну ФСБ, подчиняющаяся, как подчеркнуто в фильме, не правительству какому-нибудь, а президенту лично. Он – не шпион!

Это первый канал, восемь вечеров, прайм-тайм. Из понимания интимной близости между государственными СМИ, с одной стороны, и самим государством и его правоохранительными органами, с другой, следует, что начальников скоро начнут сажать не за мелкие коррупционные шалости, а именно за шпионаж. А граждане невосторженного образа мыслей будут привлекаться уже не за участие в несанкционированных мероприятиях, а за измену Родине. А это, кстати, не штраф! С новым счастьем, господа!

18 октября 2017

Имитация фарса

Не могу обсуждать мотивы Ксении Собчак – я их не знаю. Не считаю возможным, обсуждать ее саму и делиться с публикой своим отношением к ней и к ее первым заявлениям — она не мой герой, но никому свою точку зрения не навязываю. Но сам факт ее выдвижения довольно много говорит о том, что ждет нас в марте 2018 и, главное, после.

Полагаю, что оценивать ее участие, если ее зарегистрируют – сама она, кажется, в этом не сомневается, хотя собрать триста тысяч подписей в разных регионах – задача почти невыполнимая (если без помощи Кремля, разумеется) – так вот, оценивать ее участие надо не по тому, как она повлияет на процент явки и на расклад голосов. Ясно, что не очень сильно. И не к расколу либерального электората стремится Кремль – было б, что раскалывать! И недопуск Навального участием Ксении не компенсируешь, будь она трижды спикером Болотной и членом Координационного совета оппозиции.

Важно другое. Вне зависимости от ее собственных намерений, участие Ксении Собчак помогает Кремлю в решении куда более важной задачи – в превращении выборов в фарс. По-видимому, тезисом Кремля будет: все, кроме Него, клоуны и/или впавшие в маразм старики. Может быть, они выдвинут еще Стрелкова или еще кого-то из «героев Донбасса», хорошо бы смотрелись Хирург и отец Всеволод Чаплин. Ведь, удастся ли им решить «Задачу 70-70», т.е. обеспечить семидесяти процентную явку и семьдесят процентов в первом туре за главного кандидата, не ясно. Значит, возможны сомнения в легитимности и снова Болотная, а использовать Росгвардию они, конечно, готовы, но, явно, не хочется. Но тезис «все  — клоуны!» позволит если не юридически, то психологически легитимизировать результат – ну, что же поделать, что нет у нас ни либералов настоящих, ни левых? Вот подрастут, тогда, конечно. А пока Он!

Чем смешнее будут выборы, тем сильнее будут позиции Путина – не по цифрам ЦИК, а на самом деле.

Но ведь то, что ждет нас в марте 2018 – не выборы, разумеется, но и совсем не фарс. Это очень серьезно. Это закрепление того курса, по которому мы уже который год не столько идем, сколько скатываемся. Это очередной крах надежд на восстановление разрушенных институтов. Это дальнейшая изоляция, это локальные войны и повышение вероятности войны мировой. Это что угодно, только не смешно. А они хотят превратить это в нечто вроде «Вокруг смеха».

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире