Будучи человеком вспыльчивым, даже на светском рауте могу затесавшегося туда пьяного дебошира огреть набалдашником своей платиновой трости (правда, часто менять приходится, бестолковая голова оказывается прочнее набалдашника).

Так что 31-го редко прохожу через Триумфальную площадь, чтоб не нанести, не дай, Бог, моральную травму своими тирадами или своим зонтиком (хотя вроде бы «Нургалиев разрешил») каким-нибудь впечатлительным омоновцам, забывшим о 31-й статье Конституции и волочащим по грязному асфальту очередную беззащитную жертву. Тем более что много красивых слов живого великорусского языка знакомы мне с детства.

Так что чаще наблюдаю за происходящим за стеклом, из окон расположенного рядом с памятником Маяковского пивного ресторана «Пилзнер», окна которого выходят прямо на памятник Маяковскому. После шести, как и площадь, ресторан оживает. В будний день стекается «планктон» со всех офисов окрест.

Торговля ППМ

За соседними столиками пивного ресторана то и дело слышится бурная дискуссия:

— А знаете, сколько вам будет стоить ППМ?

— Тут вот у нас сквер. Знаете, сколько вам надо получить ППМ

— Здесь проходит трасса. Я даже не представляю, во что вам обойдется полный набор ППМ! – раздается с другого столика.

— Мы эту трассу никак не обойдем?

— Нет!

— Давайте обсуждать детали относительно ППМ!

Поначалу думал, раз все силы столичной полиции заняты Лимоновым и десятком его соратников, под носом у московской полиции в открытую идет торговля оружием, продают пистолеты-пулеметы Макарова (ППМ), в окружении несметных полчищ «космонавтов» готовятся криминальные разборки на трассах и в скверах Москвы. Однако вскоре мои опасения развеял вице-президент Академии художественной критики Алексей Клименко.

Оказалось, «белые воротнички» торгуют в ресторане «Пльзень» не пистолетами-пулеметами Макарова. Нет, профессия у них куда более мирная, чем у торговцев оружия, но торговля их не менее опасная для жителей города.

Академик Клименко объясняет, что такое ППМ и к чему приводит отказ от императива «не врать, не воровать»

— Посмотрите сюда! — восклицает академик Клименко на одной из архитектурных выставок в Манеже, показывая на широкую незастроенную полосу между московским районом Кожухово и городом Люберцы, как будто специально предназначенную для современной автомагистрали. — Какой-то распределительный склад, какой-то продовольственный центр с автомобильным терминалом. А знают ли те, кто всё это протащил, что здесь, в Манеже, за перегородкой, висят планшеты архитекторов Московской области, которые проектируют тут трассу скоростной автомагистрали Москва — Нижний Новгород?! Вы представляете, во сколько обошлись владельцам каждого такого склада, терминала их ППМ?

— Пистолеты-пулеметы Макарова? – спрашиваю я, все еще представляя, как придется держать оборону владельцам незаконно построенного склада.

— Да нет, что вы! – смеется академик Клименко. – ППМ – это постановления правительства Москвы! Пожалуйста, смотрите, здесь все прописано: по каждому объекту: на планшете приводится номер ППМ, его дата. Нынешний генплан статуса закона не имеет. Отдельными постановлениями можно протащить все, что угодно, 

Действительно, хоть рядом с Триумфальной и есть Оружейный переулок, но расположены вокруг отнюдь не оружейные склады. Здесь — офисы всех основных проектных институтов столицы (Москпроект-1, Москпроект-2, НИПИгенплана, офисы чиновников Москомархитектуры и его главного архитектурно-планировочного управления).

— Сейчас практически невозможно согласовать въезды в Москву, — говорил мне на той же выставке в Манеже представитель НИиПИ градостроительства Московской области Роман Фельдман. — Всё, что когда-то было согласовано на уровне генплана, перечеркнуто новыми ППМ. Даже въезд на трассе Москва — Санкт-Петербург согласовывали годами.

Действительно, в том стыке Москвы и области по генплану, который был принят еще до Лужкова, должна была пройти скоростная хордовая магистраль Ховрино-Вешняки, с одной стороны выходящая  на трассу Москва-С.Петербург, в другой – на Н.Новгород и на Рязань (северный дублер Волгоградского проспекта). Но в условиях транспортного коллапса появляются тромбы не только на окраинах, но и в центральной части города. Есть, например, проект застройки у платформы Карачарово. Там автострада из Н.Новгород и Рязани должна по хорде Ховрино-Вешняки вливаться в трассу Третьего кольца и уходить в сторону Питера.

Тромб имени Камшалова

В начале нулевых приятель, с которым мы вместе работали в редакции газеты «Новые Известия», стал директором издательства «Экономика». Заехал к нему на Бережковскую набережную. Приятель знакомит меня со своим шефом, гендиректором НПО «Экономика» Феликсом Шамхаловым (это сейчас о Шамхалове пишут в блогах как о лидере дагестанской мафии, захватившей «Экономику», а тогда о нем говорили как о выдающемся экономисте, позднее ставшем даже председателем ВАКа – Высшей аттестационной комиссии). Приятель представлял меня своему шефу как признанного эксперта в области градостроения

— Хотим строить коттеджный поселок в окрестностях Заречья, жить за городом, на природе, — говорит мне Шамхалов, — а нам возражают, мол, какая-то дорога проходит там.

В общем, Шамхалов просит узнать, как ее обойти.

Через неделю снова заезжаю к своему приятелю и захожу к Шамхалову.

— Ничего у вас не получится!— развожу руками. – Через ваш поселок проходит трасса скоростной автомагистрали Одинцово-Мытищи.

Скоростные хорды генплана академика Уласа:

Одинцово-Мытищи (№1)

Ховрино-Вешняки (№2), ответвление Ховрино-Борисово (№2-1)

Внуково-Балашиха (№3)

Татарово-Бирюлёво (№4)

Шамхалов лишь отмахивается, мол, вопрос решен. То есть, за неделю нужные ППМ (постановления правительства Москвы), о которых бурно дискутируют в пивном ресторанчике в подножии Москомархитектуры, уже получены.

Коттеджный поселок построен. Шамхалов и сейчас живет там. Правда, под домашним арестом. Заведено уголовное дело. Но не по поводу диссертаций, в массовом количестве проходивших через ВАК по принципу copy-paste. И не по поводу ППМ, разрешавших стройку прямо поперек дороги. Нет, по поводу каких-то банковских кредитов. То, что Шамхалов построил дома вместо дороги, никого не интересует.

Не врать! Не воровать!

Между тем, застроенная коттеджами хорда должна ответвляться от Минского шоссе задолго до города Одинцово, проходить вдоль трассы Киевской ж.д. по пустырю между Солнцевым и Переделикным и входить в Очаковскую промзону, разрезая пополам нынешний поселок Шамхалова. Далее трасса должна огибать район Матвеевское, вливаться с кольцо №3 у нынешнего Сити и сходить с него на Рижской эстакаде, проходя по северо-западной границе Лосиного острова.

Что вместо этой трассы?

Вырубают деревья на Можайском шоссе в Москве (на проспекте Мира давно уже вырублены!), строят северный обход Одинцова (платный!), который упрется тупиком в небоскребы Сити (вытянутые развязки  кольца №3 не позволит выйти туда). Опомнившись, с юга вместо скоростной трассы пытаются продолжить трассу в обход Сколкова – с крутыми виражами, обходящими каждый поселок, появившийся на запустевших колхозных полях и оставив нетронутым зауженный участок у Лесного городка.

Что делать с домами, построенными на дорогах?
Академик Глазычев считал: дальше – только динамит!

Естественно, такая трасса уже е не будет скоростной магистралью. Так что впору и за пределами Москвы вспомнить о методе «работы над ошибками» академика Глазычева «Дальше – только динамит!», а в том ресторанчике, что приютился в подножии Москомархитектуры, как сейчас на всех видеосюжетах портала You Tube, вывесить бегущей строкой:

«Не врать! Не воровать!»

Иначе мы никогда так и не сможем передвигаться по нашему городу.



Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире