13:49 , 23 августа 2019

Шеринговая экономика — как результат повсеместного обеднения населения

Про шеринговую экономику в последнее время часто можно услышать много положительных отзывов: это и разумное потребление, и вопрос удобства использования, и конечно же вопрос экономии — зачем платить за вещь которой будешь пользоваться всего несколько раз за месяц/сезон/год? Однако все эти положительные отзывы и характеристики крайне однобоко описывают концепцию шеринга. В ряде случаев, концепцию шеринга можно трактовать не столько как «совместное использование», а скорее как «совместное приобретение», т.е. приобретение какого-либо предмета в складчину, возможности самостоятельно приобрести которого в собственность у пользователя скорее всего нет.

В пользу данной точки зрения свидетельствуют следующие факты:

1. вещь используется, а значит она все таки была нужна потребителю,

2. вещь скорее всего дорогая, т.к. стоимость вещи скорее всего является «не комфортной» тратой для бюджета потребителя, иначе бы он ее и так бы сам купил,

3. вопрос экономии ставится выше комфорта, т.к. вещь практически всегда б/у, и в ряде случаев за ней может понадобиться еще куда-то ехать,

4. как правило, это такие предметы, которые были бы востребованы широким кругом потребителей, но использование данной вещи именно в формате шеринга востребовано преимущественно потребителями получающими доход не выше среднего.

Собственно, это единственное логичное объяснение возникшей популярности шеринговой модели использования вещей, чьи базовые принципы были заложены еще при формировании коммунистической модели управления экономикой, но при этом не получившие такого широкогj распространения. Согласно исследованию РАЭК, объем рынка шеринга в России в 2017 году составлял 60 млн рублей, а по итогам 2018-го, совокупный объем рынка шеринга достиг уже 180 млн рублей. То есть всего за год рынок данной услуги вырос в 3 раза, и нет сомнений что данная динамика продолжится и в 2019 и последующих годах.

Без сомнения, 100% пользователей различного шеринга, будь у них такая финансовая возможность, гарантированно приобрели бы объект такого шеринга в собственность, а не делили его с незнакомыми им людьми (ощущение полного отсутствия приватности). Собственно, вышесказанное косвенно подтверждает имеющаяся в отчете РАЭК статистика: «... как правило, спросом пользуются премиальные или нишевые вещи: среди электроники – шлемы виртуальной реальности и новейшие игровые системы, среди одежды – вечерние платья, а также дорогой спортивный инвентарь, фотообъективы».

Негативная роль шеринга, которой к сожалению мало кто придает серьезное значение, заключается в том, что получая вещи в аренду, пользователи добровольно отказываются от личного имущества и частной собственности. И проблематика здесь гораздо глубже, чем просто факт наличия/отсутствия вещи, что по итогу может повлечь за собой ряд сложностей с которыми придется столкнуться пользователям, о которых сейчас никто не думает, или о которых просто не принято говорить вслух.

Первое, это подтверждение платежеспособности. При заполнении разного рода анкет или заявок, например на визу или в банке на выдачу кредита, можно столкнуться с ситуацией, когда будет необходимо внести сведения о своем имуществе, что в итоге может оказать влияние на принятие решения в пользу заявителя. Важность наличия имущества для банка — возможность его реализации с торгов для покрытия своих расходов в случае неплатежей клиента, а для консульского отдела наличие имущества может выступать косвенным гарантом того, что человек после поездки вернется обратно в страну. Таким образом, наличие имущества является может и не основным, но в ряде случаев это будет точно решающим фактором. А теперь представим, что у заявителя нет никакой собственности. Будет ли он по прежнему оставаться благонадежным в глазах проверяющего? Вопрос крайне спорный.

Второе, это риск изоляции от сервисов. Предположим, что все что раньше было принято покупать, будет браться в аренду/шеринг: квартира, машина, мебель, техника, одежда, спортинвентарь и т.д. И внезапно пользователь по какой-то неизвестной ему причине нарушает некое правило, описанное на полях 40-ка страничного договора с компанией арендодателем. И ему на некоторый период отключают право пользования вещью. А учитывая что ключевыми игроками на рынке шеринга рано или поздно останутся только крупные корпорации, то пользователь уже может быть заблокирован не только относительно выбранной вещи, а в сервисе в целом, и как следствие может теоретичесrи лишится доступа сразу ко всему арендованному имуществу.

К слову, такую тенденцию можно проследить на опыте компании Яндекс, которая из it компании, специализирующейся на развитии своего поисковика, стала международным многоотраслевым холдингом, давно выведшим свой бизнес за пределы интернета. Так, в сервисе Яндекс.Драйв, типичном примере шеринга, в Условиях использования сервиса Яндекс.Драйв, в п.2.10 указано, что: «Яндекс оставляет за собой право на свое усмотрение отказать Пользователю в доступе к Сервису или ограничить доступ Пользователя к Сервису (или к определенным функциям Сервиса, если это возможно технологически) с использованием его учетной записи или полностью заблокировать учетную запись Пользователя». В качестве причин таких последствий, помимо прочего, указаны: неполнота предоставленных сведений, недостоверность сведений, нарушение Условий использования, условий Договора аренды и/или дополнительных соглашений к Договору. При этом, за период 21.02.2018 — 27.05.2019 сменилось 9 версий Условий использования. То есть Условия пользования сервисом менялись каждые 1,5 месяца!

Как результат, человек, а точнее пользователь, перекладывает не просто право владения на вещи компаниям, но и фактически самостоятельно ставит себя в зависимость от этих компаний и от действий их советов директоров и юристов, которые и буду разрабатывать и согласовывать для пользователей условия использования им арендованной вещи. Для свободного мира, в котором термины «крепостничество» и «рабство» давно остались частью позорных страниц истории, такое новое «цифровое рабство» разумеется абсолютно неприемлемо. Собственно, такое развитие событий абсолютно не фантастическое, учитывая что шеринговая экономика растет год от года. Так, по итогу 2018 г., по подсчетам РАЭК, объем транзакций на основных платформах ЭСП в России составил около 511 млрд рублей, а в сравнении с 2017 г. объем транзакций вырос примерно на 30%.

В третьих, это невозможность вернуть и реинвестировать хоть какую-то потраченную на предметы пользования часть денежных средств. Вторичная перепродажа ненужных вещей это давно сложившийся и сформировавшийся рынок, для которого экономика шеринга представляет прямую угрозу. В первую очередь это касается таких C2C площадок как eBay, или Avito и Юла в России. Экономика вторичной перепродажи вещей достаточно простая — в зависимости от своего износа, собственник вещи имеет возможность перепродать ее с дисконтом в 20-50%. Согласно имеющейся статистики, ежегодно в России на С2С платформах приблизительно 8 млн пользователей становятся продавцами, 10 млн — покупателями. За 2018 год объем транзакций на С2С в России составил 370 млрд. рублей. 62% проданных товаров – б/у вещи, 23% — новые вещи, не подошедшие их владельцам.

Круговорот вещей в обороте и желание людей приобретать и пользоваться новыми вещами способствует постjянному, возобновляемому и предсказуемому спросу на новые вещи, приобретаемыми вместо старых. Покупка новых вещей в свою очередь стимулирует сразу несколько направлений экономики: это и добыча ресурсов, и производство, и услуги по продаже, каждое из которых в свою очередь это рабочие места, зарплаты сотрудникам и налоговые отчисления в бюджет.

В четвертых, и возможно это не самый очевидный риск шеринг экономики, это ложное ощущение пресыщенности и достаточности имеющегося уровня дохода, и как следствие нежелание развиваться в том числе и профессионально, для достижения нового уровня компетенции, следовательно продвижения по карьерной лестнице, изобретения и внедрения новых технологий и т.п., и как следствие зарабатывать больше. А это уже прямая угроза для экономики страны в связи с снижением налоговых сборов и как результат — замедление финансирования глобальных проектов, индексации пенсий, социальных проектоd и ряда других не менее важных задач.

При этом, важно понимать, что это вопрос не отдельно взятой страны, а общемировая тенденция.



Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире