kulikovnikita

Никита Куликов

05 октября 2018

F

Банк России внезапно для себя выяснил, что финансовые пирамиды не просто существуют, но даже не скрываются и расклеивают рекламу почти в каждом российском подъезде. И теперь «новое МММ» называется «Кэшбери», где вместо аналоговых методов финансовых пирамид 90-х, эта пирамида полностью соответствует всем новым тенденциям и даже использует в своей работе криптовалюту.

 

Собственно, а что не так с Кэшбери и почему ЦБ РФ ограничился высказыванием что «есть признаки пирамиды» но физически пока ничего не сделал? Этому есть простое объяснение. Так что отвечая на вопросы «почему проекту поверили» и «почему он все-таки действовал в правовом поле, пусть и на грани фола», предлагаю разобрать ключевые факты известные о данной организации:

 

1.    Они себя позиционируют как «площадка, которая сводит инвесторов и заёмщиков». Т.е. это ниша «уберизации», в которой работает условно Яндекс.Такси, действующая по тем же принципам:

·      Мы просто сервис/площадка/маркетплейс

·      Перед вами отвечает не наш сервис, а тот, кто по факту оказывает услугу. Не мы

·      Претензию можем принять, но только для того чтобы отправить ее по адресу

Это не противозаконно.

 

2.    Тезис «Выдавай микрозаймы и срочные займы частным лицам с доходностью до 200% годовых». Логично его продолжить «или не выдавай» и тезис «Кредитуй малый, средний бизнес и финансируй под залоговое обеспечение с гарантированной доходностью до 265% годовых». Словосочетание «гарантированная доходность» или «доходность» в принципе допустимо, если заемщик будет добросовестно исполнять свои обязательства. А «до 200%» и «до 265%» означает что займодавец сам выбирает ставку, но она все-таки имеет свои лимиты в зависимости от заемщика. К тому же, это можно трактовать как условная инструкция взаимодействия на площадке, а не руководство к действию.

Допускаю, что вопрос трактовки и дословного понимания текста может ввести в  заблуждение, но собственно правонарушение тут усматривается в другом ключе – а именно  ложной рекламе. Следовательно, можно написать соответствующую жалобу в ФАС на  недобросовестную конкуренцию Кэшбери и дальше наблюдать за действиями ведомства господина Артемьева.

 

3.    Тезис «Инвестируй в нашу собственную криптовалюту CashberyCoin» уже вызывает больше вопросов, но только с точки зрения, что криптовалюта в России еще никак не регламентирована, и, следовательно, ни регулятор ни правоохранительный органы толком не знают, как с  этим работать и противодействовать. Но при этом есть неоднократные разъяснения ЦБ РФ, что они против «денежных суррогатов», однако разъяснения — это не законы.

В любом случае, это не нарушает законодательство, в связи с отсутствием такого законодательства. Однако это может продолжаться только до момента появления такого законодательства.

 

4.    Призыв «Инвестируй в криптовалюту с  доходностью до 550% годовых» можно объяснить некими историческими показателями криптовалюты. Но в таком случае цифры можно было написать и покрупнее, учитывая, как в 2017 году вырос рынок до своего обвала в 2018.

Разумеется, это совершенно некорректно, но обоснование можно привести то же что и в предыдущем абзаце

 

Так что в  деятельности Кэшбери могут быть замечены признаки недобросовестной конкуренции, но основная проблема появления подобных пирамид конечно заключается в другом. Разумеется, это вопрос актуального образования граждан, т.к. сейчас мы имеем картину, когда к низкой финансовой грамотности населения добавились еще практически нулевые познания в новых технологиях. И образование населения, необходимое для жизни в новых во  всех смыслах реалиях, в том числе и желание самообразовываться, наравне с  внедрением продуктов Цифровой экономики – будет ключевым приоритетом развития России на ближайшие годы.

 

А цифровую трансформацию экономики уже не остановить, ведь, как обозначил в одном из своих выступлений посвященных Цифровой экономике президент России Владимир Путин, «все равно найдутся люди, которые спросят «А зачем нам это? У нас и так все есть. Есть нефть, газ, алмазы, металлы разные». — Это так, но  нам с вами нужен рывок. И мы должны его обеспечить. Сейчас эти технологии появляются каждый день, и тот, кто опоздает, моментально попадет в полную зависимость от лидеров этого процесса. Россия этого допустить не может».

И  этому тезису трудно что-либо возразить.

Итак, выборы мэра Москвы прошли, результаты подсчитаны, и следовательно уже можно сделать определенные выводы о данном событии.

Первое что явно бросается в глаза — это погода, которая была не типична для московского сентября, но как будто из последних сил держалась вплоть до отмечания дня города и разумеется проведения выборов. Разумеется это стоит оценивать с определенной долей юмора, но символизм очевиден.

Второе, это конечно же достаточно закономерный список по кандидатам в мэры, где действующему градоначальнику были противопоставлены бывшие и действующие депутаты разных уровней — от регионального до федерального. Очевидно что время «общественников» прошло и сейчас принадлежность к политическим партиям является ключевым моментом.

Особенно в программах кандидатов следует отметить «индивидуальность» программ, и в случае если действующий мэр опирался на свои уже реализованные проекты по улучшению города и достигнутые результаты, остальные кандидаты брали все его уже готовые решения и просто добавляли слово «против»: если вы за платные парковки, то мы против, если вы видите экономическую целесообразность корректировки цен на транспорт, то мы против, если вы за масштабное облагораживание города, то мы против и далее по списку.

К слову, на тематике платных парковок следует остановиться подольше. Не секрет что благодаря введения жестких правил парковок в Москве несколько разгрузилось движение, не смотря на то что машин в городе по прежнему очень много и их количество только увеличивается. Во-вторых, это удобство жителей районов где введены платные парковки — практически всегда можно найти место припарковаться, при том что по воскресеньям, когда парковки официально бесплатные, места под парковку в принципе начиная с 10.00 утра уже найти нереально. Это касается особенно ЦАО и ряда иных загруженных направлений, где местное население уже давно оценило все преимущества платной парковки.

Пару слов о цифрах. Как выборный процесс так и итоги выборов почти отражают реальную поддержку политических партий в стране, но все таки не без сюрпризов. КПРФ в целом получили традиционную поддержку от своего электората — почти 12%, и в этом плане не столь важно кто был из кандидат. ЛДПР выступили несколько хуже своих возможностей, но также набрали почти свой среднестатистический результат 7%. Действительно удивил результат Справедливой России, когда далеко не самая активная партия набрала почти столько же как ЛДПР — 7%. В данном случае вполне возможно сыграла роль грамотное позиционирование программы кандидата, который свое несогласие с действиями нынешнего мэра показывал гораздо увереннее остальных. И не смотря что результат в 7% не дает ничего, для партии Справедливая Россия это успех.

Ну и в целом, результаты выборов, какая бы явка не была, выглядят вполне закономерными, и показывают что москвичи, как и все люди, быстро привыкают к хорошему, например удобным парковкам, облагороженным дворам, огромному количеству парков и качественной городской инфраструктуре, и менять это в угоду каким либо политическим предпочтениям не будут. И действующий мэр сдал свой экзамен на отлично. Собственно, это не удивительно, ведь нельзя не заметить как похорошела Москва при Сергее Собянине.
В предыдущих статьях «Четвертая промышленная революция против пенсионной реформы: изменения неизбежны» и «Пенсионная реформа vs Безусловный базовый доход: предпосылки» в ходе обсуждения, мы пришли к выводу, что как бы это не было бы неприятно, но изменения в пенсионной системе назрели уже давно. Это неизбежность, почти как горькая микстура, которую все равно надо принять. Поэтому предлагаю перейти сразу к делу.

Уже понятно, что концепция и подходы к вопросу сформулированные в середине ХХ века в нынешней, цифровой, системе координат малоприменимы и малоэффективны. Тем не менее следует признать что в России, как в самой большой по протяженности стране, с несколькими часовыми поясами и не самым ровным индустриальным ландшафтом ввести единую одинаковую для всех социальную систему (включающую в себя в том числе и пенсионное обеспечение), удовлетворяющую всем интересам и требованиям каждого гражданина практически невозможно, и всегда найдутся те, кто посчитает, что его интересы не учли.

Еще одна проблематика, с которой придется столкнуться, это малые— и моно— города, а также иные удаленные населенные пункты, в которых пенсия старшего поколения является определенного рода финансовым подспорьем для молодых и не достигших пенсионного возраста людей, которые, к сожалению, не смогли найти достойно-оплачиваемую работу. И это вторая сторона пенсионного вопроса, без решения которого качественное реформирование системы соцобеспечения невозможно. Тем не менее, вопрос занятости населения в малых городах и отдаленных населенных пунктах пусть и взаимосвязан с изучаемым предметом, но все таки является не менее глобальным но иным вопросом, решением которого должны заниматься губернаторы на местах, в зависимости от потенциала, в том числе и исторического, развития вверенного им региона.

Новые вызовы и новые технологии по своему модерируют сложившуюся структуру пенсионного обеспечения. К слову, остается открытым вопрос насколько в принципе правильно называть указанные социальные выплаты — пенсионными, ведь они даже сейчас в некоторых случаях выплачиваются людям далеко не пенсионного, в общепринятом понимании, возраста (например в профессиях предполагающих ранний выход на пенсию). А в случае если рабочая позиция будет упразднена в следствии ее роботизации, то такие сотрудники гарантированно раньше времени будут отправлены «на пенсию» вне зависимости от их возраста или трудового стажа. Причем особо следует отметить, что речь идет именно о выходе на пенсию, а не на биржу труда, ведь профессия которой сотрудник обучался внезапно стала более нигде не востребована, и следовательно шансов найти новую работу по данному профилю попросту нет. Разумеется в некоторых случаях возможно переобучение сотрудника, однако данный подход не является универсальным, поэтому как вариант можно рассмотреть теорию «безусловного базового дохода».

Суть социальной концепции «безусловный базовый доход» предполагает регулярную выплату определённой суммы денег каждому члену сообщества со стороны государства. В классической схеме, выплаты производятся всем членам сообщества, вне зависимости от уровня дохода и без необходимости выполнения какой либо работы.

Что интересно, в России службой исследований компании HeadHunter был проведен соответствующий опрос, в рамках которого было опрошено 5 тыс. российских работников. Согласно опросу, с концепцией безусловного основного дохода хорошо знакомы лишь 18% российских работников, а 58% узнали о ней впервые. Но при этом 62% опрошенных работающих россиян поддерживают концепцию безусловного базового дохода, против высказались 20% респондентов.

В рамках мотивов, побудивших их ответить «за» были названы: снижение числа преступлений, спровоцированных бедностью — 50%, возможность повышения уровня жизни — 47% и более комфортный процесс получения образования 45%. Также в качестве положительных факторов было отмечено рост покупательной способности, увеличение числа предприятий малого бизнеса, а также рост числа желающих заняться благотворительностью и волонтерством.

Наибольшие доли респондентов (от 68 до 72%), поддержавших реализацию Безусловного базового дохода, пришлись на такие отрасли, как «туризм, гостиницы, рестораны», «рабочий персонал» и «транспорт, логистика». Что любопытно, указанные сферы деятельности стоят в первых рядах на автоматизацию процессов и роботизацию рабочих мест.

Но разумеется, система Безусловного базового дохода не идеальна и ее можно улучшить дифференцировав подход. Например, его можно выплачивать гражданам России с низким и средним доходом в виде льгот по налогам и социальным выплатам. В эту сумму можно также включить пособия по уходу за ребенком и пожилыми людьми, расходы на обучение, медицинскую страховку и т.п. И это только один из подходов, а их можно разработать десятки и сотни. И к слову, если перевести обсуждение в данную плоскость, вопрос изменения пенсионного возраста будет попросту не актуален.

В своей прошлой статье «Четвертая промышленная революция против пенсионной реформы: изменения неизбежны», обсудив ряд доводов и обстоятельств, мы пришли к выводу, что реформирование действующей пенсионной системы, а равно как и социальной политики, в любом случае неизбежно, и в первую очередь из-за ряда смежных факторов, например таких как модернизация производства, цифровая трансформация и тому подобное. Причем как-то повлиять на эти смежные факторы и попытаться их  «притормозить» также невозможно, как минимум потому что это часть естественного процесса эволюции, так что их дальнейшее развитие по-прежнему будет интенсивным. Следовательно, пенсионной и социальной системам также придется видоизменяться, как бы мы этого не хотели.

Для начала предлагаю разобраться, что собственно нам придется модернизировать. И для того чтобы на это ответить, мы  должны честно ответить на вопрос: мы точно понимаем на каком этапе развития сейчас находится пенсионная система России? Кстати, звучит как отличный вопрос для возможного референдума по пенсионной реформе.

Немного истории: только в  1930 году в Советской России было принято «Положение о пенсиях и пособиях по  социальному страхованию», что положило начало пенсионной системы. А с 1937 года пенсии стали выплачивать всем городским рабочим и служащим (ранее она платилась только определенным категориям граждан — революционерам, членам партии, некоторым группам инвалидов и т.д.). Итоговые очертания советская пенсионная система приобрела в 1956 году с принятием закона «О государственных пенсиях». Собственно в таком виде она и продержалась до наших дней, и единственное что менялось — это размер денежных выплат, что, учитывая инфляцию, вполне естественный процесс.

Теперь пара слов о среднестатистической продолжительности жизни в Советском Союзе и в России (малоприятная тема, но это та статистика, которая до сих пор используется в том числе и для расчета пенсий): в 1926-1927 годах средний возраст мужчин в СССР составлял 40 лет, женщин – 45 лет, и как следствие, в 1932 году был законодательно установлен возраст выхода на пенсию по старости: 55 лет для женщин и 60 — для мужчин. Согласно данным Росстата уже за 2017 год, продолжительность жизни в России составляет у мужчин 67,5 лет, у  женщин — 77,4 года. Возраст же выхода на пенсию по старости остался неизменным и по прежнему составляет 55 лет для женщин и 60 для мужчин.

Не нужно быть математиком или высококвалифицированным экспертом, для того чтобы заметить, что время шло, обстоятельства менялись, продолжительность жизни возрастала (что несомненно положительные новости), суммы пенсии также индексировались (без этого как было отмечено ранее никуда и  никак), а возраст выхода на пенсию оставался неизменным. Почти 90 лет. За это время страна прошла индустриализацию, победила в самой страшной войне ХХ века, запустила человека в космос, укротила ядерную энергию, отметила наступление ХХI века, а сейчас уже на полном серьезе обсуждается возможность роботизации и  автоматизации рабочих мест и частичное замещение человека в некоторых профессиях. То есть прогресс идет, жизнь меняется, а социальная поддержка по  прежнему остается на уровне 30-хх — 50-хх годов ХХ века.

Но разумеется, на это были объективные причины: сначала мы  строили коммунистический режим, потом его ломали и делали перестройку, потом было становление новой Российской государственности. И наконец мы достигли той степени развития, когда стабильность из простого термина стала нашей повседневной действительностью, когда страна готовится к очередной глобальной модернизации, на этот раз цифровой, когда, не смотря на то что по размеру территории Россия является самой крупной страной, зона покрытия широкополосного интернета приближается к 100%. И этот список можно еще долго продолжать.

Ну а если говорить проще — социальная поддержка населения в  СССР была одной из лучших, намного опередила свое время и даже до сих пор остается лучшей по сравнению с некоторыми зарубежными аналогами. Но у всего есть срок годности, и вот теперь очередь дошла до пенсий.

Применяющийся сейчас принцип «пенсионного обеспечения» несомненно морально устарел от реалий новой, уже четвертой по счету «промышленной революции», которая как отмечалось ранее подразумевает высокую автоматизацию и более широкое внедрение робототехники в различные процессы, что несомненно в итоге повлияет на занятость работников-людей, и в некоторых случаях государство будет попросту вынужденно целым категориям автоматизированных профессий обеспечить «ранний выход на пенсию». И для того чтобы хоть как то  защитить людей пока еще не пенсионного возраста, но в силу определённых причин не востребованных в рамках новой экономики, в научной литературе рядом ученых был предложен термин «безусловный базовый доход», который несомненно является эволюцией пенсионной системы.

Что это такое, почему его концепция в полной мере не подходит для России и как предлагается доработать базовую концепцию, улучшить ее, в  первую очередь для соблюдения всех интересов граждан, причем не только  материальных, но и социальных, я опишу в своей следующей статье.

Принял участие в первом заседании Совета по развитию цифровой экономики при Совете Федерации, которое еще оказалось выездным и проводилось в Калининграде. Учитывая что это новая структура и ничего подобного раньше не было, да и тот факт что его возглавляет  заместитель председателя Совета Федерации Турчак А.А., было крайне интересно понять какого уровня вопросы и с какой эффективностью будут обсуждаться. Тем более что на участие в мероприятии были заявлены почти все причастные к Цифровой экономике профильные чиновники. 


Как было прописано в программе заседания, в ходе обсуждения планируется определить приоритетные направления работы и обсудить ключевые вопросы, в том числе:

▪обеспечение системности и сбалансированности развития цифровой экономики в регионах России; 

▪повышение конкурентоспособности российских технологий и обеспечение цифрового суверенитета страны; 

▪цифровизация государственного управления;

▪развитие человеческого капитала для цифровой экономики.


Разумеется, такие темы и поднимались, но обсуждение все равно свелось к ключевым тезисам, которые скорее всего и будут взяты в работу. В первую очередь важным направлением обозначили образование в сфере Цифровой экономики. Данный вопрос в том или ином виде поднимался почти в каждом выступлении, причем с разных сторон. И что жители нашей страны должны знать хотя бы базис ключевых условий функционирования такой системы, для того чтобы они могли правильно воспользоваться всеми ее преимуществами. И относительно подготовки кадров на должности CDO. Дошло даже до того, что министр Цифрового развития Носков честно признался что сам в технических вопросах мало что понимает и ищет себе заместителя с техническим образованием, с которым мог бы советоваться.


Алексей Леонидович Кудрин обозначил необходимость законодательного регулирования отрасли, но насчет бюджетов на их деятельность выразил пожелание, что желательно их централизовать а не «размазывать» по интересантам, и предложил сделать таким распределительным центром Минцифраз, на что, к опять таки всеобщему удивлению, министр Носков сказал что «не готов», и опять сослался на отсутствие технического образования. 


Председатель Совета по развитию цифровой экономики при Совете Федерации Андрей Анатольевич Турчак с первых слов своего выступления обозначил, что данный совет не будет «еще одним очередным цифровым советом» (я например знаю таких 5, из них 3 только в Госдуме), а планируется как площадка для дискуссий и обсуждения полезных инициатив. Если совет и дальше будет в такой идеологии развиваться, то допускаю, что он может стать ключевым по вопросам цифровой трансформации. 


Также был затронут вопрос о цифровом суверенитете России, который, как было справедливо отмечено, в первую очередь связан с обязательным импортозамещением технологий и переходом на отечественное производство. Учитывая всю важность данного вопроса, было решено посвятить ему отдельное совещание. 


Губернатор Калининградской области Антон Алиханов рассказал про успехи своего региона на ниве цифровой трансформации, и в качестве примера привел технопарк GS в городе Гусев, где заседание совета и проходило. Также он поделился своим видением проведения некоторых цифровых реформ, которые уже начал апробировать у себя в области. 


Ну и в рамках дискуссии про поддержку отечественного цифрового бизнеса я со своей стороны предложил применять не столько меры финансовой поддержки (субсидии, налоговые льготы) или меры нетарифного регулирования (например предложение ФАС о замене стандартных приложений в смартфонах на Android на отечественные аналоги) устранить административные и бюрократические барьеры для повсеместного внедрения не только в частные, но и в государственные компании элементов венчурного финансирования проектов. В настоящий момент у компаний с госучастием, при проведении венчурного финансирования проектов, есть риск получить обвинения в «нецелевом расходовании денежных средств» причем сразу от нескольких органов: Счетной палаты, Прокуратуры и Следственного комитета. Судя по реакции Турчака и Кудрина, предложение было воспринято как актуальное, и в течении следующей недели АНО «ПравоРоботов» направит соответствующее предложение Андрею Турчаку для его внесения в финальный проект протокола решений Совета. 


Вообщем, с таким подходом со стороны Совета Федерации, потенциал развития у Цифровой экономики есть. 

Четвертая промышленная революция с каждым днем развивается все более стремительнее, и в некотором смысле это можно назвать «угрожающими темпами». По имеющимся оценкам ряда экспертов, у человечества есть не более 5 лет прежде чем повсеместная роботизация и внедрение Искусственного интеллекта (разумеется при должной степени его автоматизации) начнет лишать работников-людей рабочих мест. Получается, что за указанные 5 лет необходимо будет не только морально подготовится к этому, но и государствам следует успеть переформатировать имеющуюся систему образования и профессиональной переподготовки, модернизировать систему пенсионного обеспечения (возможно заменив его на Безусловный базовый доход и различными надбавками), пересмотреть социальную политику и т.п. Но уже очевидно, что горизонт в 5 лет на такие сложные реформы это почти нереальный срок. Правда это актуально пока только наиболее развитым странам и для тех стран, которые стремятся такими стать.

Как исследование 2017 года от Redwood Software и Sapio Research, так и недавний отчет от PwC приводят практически одни и те же цифры, согласно которым автоматизация может так или иначе оказать влияние порядка на 60% рабочих мест. И эта оценка вполне справедлива. В целом же, что наиболее заслуживает внимания в данном докладе, это то что почти 37% опрошенных считают, что искусственный интеллект и робототехника несут в себе риск для человека, при этом при аналогичном опросе, проведенном в 2014 году, процент опасающихся был ниже и  составлял 33%. Понятно, что разница всего в 4% можно списать на погрешности при проведении опроса, но все таки тенденция негативная.

Билл Гейтс, в своем недавнем интервью по данной тематике, отметил три ключевых навыка, обладание которыми позволит людям быть конкурентоспособными в гонке с искусственным интеллектом за рабочие места – это познания в сфере 1. науки, 2. инженерии и 3. экономики. При этом, с его точки зрения, в данных отраслях не обязательно разбираться на уровне эксперта, достаточно понимать основные принципы и тезисы. В частности, в случае с  робототехникой, например, специалисты, обладающие знаниями об управлении автоматическими системами, будут пользоваться большим спросом на рынке труда, чем сотрудники, не обладающие соответствующими навыками.

Но тем не менее, мы уже сейчас можем наблюдать как некоторые профессии попросту отмирают как вид, а другие уже находятся в так называемой «зоне риска». К примеру, уже удалось полностью автоматизировать работу колл-центров, и модернизировать виртуального оператора с уровня автоответчика, до обученного нейросетью вполне достойного собеседника, который в состоянии поддерживать беседу с позвонившим. Беспилотные автомобили, хоть их полноценное использование на дорогах общего пользования пока остается делом не скорым, по  идее лишат работы водителей такси и водителей-дальнобойщиков, в следствии чего модернизируется и видоизменится и работа служб такси и грузоперевозчиков, а  если на дорогах останутся только беспилотные автомобили, которые не склонны к  нарушению ПДД, то и необходимость в содержании большого штата сотрудников ДПС отпадет. И в принципе, такой «эффект домино» справедлив практически для любой отрасли

Совершенно справедливо предположить, что высвободившиеся человеческие ресурсы следует перераспределить для того чтобы они не потеряли свой доход, и как следствие, как минимум не ухудшили свой уровень жизни. Однако, совершенно очевидно, что без должного образования и наличия определенных навыков трудоустроить их будет несколько проблематично. И в купе с отстающей от  темпов цифровой трансформации бизнеса модернизации системы образования, говорить о трудоустройстве людей, потерявших работу будет достаточно проблематично, и, следовательно, государству ничего не останется кроме как обеспечить таких граждан «ранним выходом на пенсию», что является крайне негативным решением как для государства так и для людей, либо модернизировать пенсионное обеспечение и видоизменить социальную поддержку, для того чтобы получился некий «безусловный базовый доход».

Более подробно тема про безусловный базовый доход и варианты применения данной концепции в России будет рассмотрена в следующей статье.

Президент США Дональд Трамп 11 июля 2018 года подписал Исполнительный приказ «Executive Order Regarding the Establishment of the Task Force on Market Integrity and Consumer Fraud» о создании «Целевой группы по сохранению целостности рынка и расследованию мошенничества с потребителями». В данном контексте следует понимать, что термин «потребители» применяется в максимально широком контексте, и относится ко всему спектру работ, услуг, товаров. Как прекрасно выразился в своей речи в конгрессе США 35-й президент США Джон Фицджеральд Кеннеди, «Потребители — это все мы».

Суть предложения президента Трампа заключается в создании специального подразделения финансовой полиции, в  дополнение к уже имеющимся регуляторам и надзорным органам. В соответствии с  полномочиями, назначенными Генеральным прокурором по закону и другим применимым законодательством, указанное подразделение финансовой полиции будет осуществлять контроль и обеспечивать руководство над проведением:

· расследований и судебного преследования по  преступлениям, связанным с мошенничеством правительства, финансовых рынков и  потребителей, включая кибер-мошенничество и другие мошенничества, ориентированные на людей пожилого возраста, военнослужащих, ветеранов и других представителей общественности;

·      закупок и мошенничества с предоставлением грантов;

·      мошенничества с ценными бумагами и товарами,

· другие корпоративные мошенничества с акцентированием особого внимания мошенничеству, затрагивающему широкую общественность;

·      мошенничества с цифровой валютой;

·      отмывания денег, включая восстановление поступлений;

·      мошенничества в области здравоохранения; мошенничеством с налогами;

·      других финансовых преступлений;

Несомненно, если частично полномочия выглядят как трансформация аналогичных практик в угоду реалий нового времени, акцентирование внимание на криптовалютах нельзя не заметить. И это в стране, где действует, наверное, самый жесткий на сегодняшний день национальный регулятор на рынке ICO и криптовалют – SEC (Комиссия по  ценным бумагам и биржам США).

Данная бумага примечательна тем что она задает настрой отношению органов власти в целом, причем не только в США, к такому явлению как криптовалюты. Следовательно, в прогнозе года можно сделать вывод что недобросовестным проектам «быстро заработать и пропасть» уже не получиться и к каждому из них будут предъявляться требования и будут заданы вопросы со  стороны властей. Собственно, можно также спрогнозировать, что в скором времени предложения от «проведем успешное ICO» будут заменены на «проработаем юридическую структуру вашего крипто проекта», и рейтинги надежности криптопроектов, подобно Legal Crypto Rating будут приобретать все большую популярность, как один из ключевых инструментов обеспечения надежности вложений для инвесторов, а  также в качестве независимого аудита проектов.

И данные выводы можно сделать уже сейчас, даже не смотря на то что пока еще остается непонятным, как и в какой форме будет проходить работа. А сомнений что данная практика будет внедрена и другими национальными регуляторами в своих юрисдикциях не остается.

Несколько недель назад спокойная и размеренная жизнь Министерства образования была нарушена внезапным и непредсказуемым событием: министерства разделили на 2, и теперь в правительстве РФ появятся сразу 2 министра — министр Министерства просвещения и министр Министерства науки и  высшего образования. Новость несомненно крайне важная, т.к. фактически вместо одного ведомства разрабатывающего столь важную для общества госпрограмму в  сфере образования, мы получили сразу 2 ведомства со своим видением и подходом к  формированию госпрограммы, в связи с чем допускаю возможность что по итогу работы обоих министерств мы можем получить не то чтобы сильно противоречащие, но все таки с определенной долей различия 2 программы образования – начального и высшего, которые в просто обязаны будут взаимодействовать.

Но в любом случае 2 программы лучше чем одна, особенно учитывая что сейчас мы имеем определенно отсутствующую и отсталую от  действительности программу образования. Причем под отсутствием в данном случае следует понимать не столько адаптацию госпрограммы под меняющиеся реалии и  новые вызовы экономики, в частности Цифровой экономики и Цифровой трансформации различных бизнес процессов, т.к. все оказывается куда более банальным: в ряде регионов учителя вынужденно ставят акценты в своей работе на оформлении, т.е. на формальном соответствии требованиям и регламентам надзорных органов, вместо того чтобы концентрироваться на содержании программы, на формате ее подачи и на смысловой нагрузке передаваемых ученикам знаний, что несомненно проблема.

Одной из ключевых проблематик нынешнего подхода в образовании несомненно являются некомпетентно составленные учебники и учебные пособия, которые мало того что устарели и не отвечают потребностям Цифровой экономики и технологическому развитию страны, так еще и не предусматривают никакого задела на будущее. К слову, закостенелая система образования в ее нынешнем виде просто не способна быть гибкой и меняться исходя из новых вызовов которые стоят перед страной, и получается что о модернизации учебников, об их своеобразном «тюнинге», в принципе говорить не приходится.

Зарплата учителей, а если точнее низкая зарплата учителей, еще один сдерживающий фактор, который в то же время не оказывает негативного влияния на систему образования, т.к. учителя всегда относились к  своему ремеслу не с точки зрения заработка, а чувствуя свою ответственность за  образование целых поколений. Тем не менее, не высокие зарплаты учителей (возможно и не повсеместно, но даже 1 случай это уже позор для все отрасли) это тот репутационный фактор, который новые Министерства должны будут решить в  приоритетном порядке, и в этом плане появление сразу 2 министерств с  обособленными бюджетами также вселяет определенный оптимизм.

Ну и в целом, если мы говорим о необходимости модернизации системы образования, то нельзя не отметить бессмысленно увеличенную нагрузку на учащихся, рассчитанную по методикам 20 века, при том что мы живем уже в 21 веке (уже почти лет 20 как). И это определенно слабое место практически любой системы образования любой страны, т.к. ни одна система образования за счет своей тяжеловесности попросту не может предугадать потребности новых вызовов, а сейчас это Цифровая экономика, о которой пару лет назад даже никто и не помышлял, в связи с чем система образования всегда будет находится в догоняющем состоянии. И разукрупнение/разделение Министерства образование возможно сможет положительно повлиять на изменение нагрузки на  школьников и студентов и как следствие сделать систему образования более эффективной, и цифровой, ведь никакая Цифровая трансформация не может обойтись без специализированных, в том числе и узконаправленных, специалистов, которые не только будут разбираться в Цифровой экономике, но и получат необходимый задел на будущее, для того чтобы всегда оставаться востребованными на столь бурно меняющемся рынке труда.

Электромагнитное излучение существует повсюду: солнечные вспышки и молнии — это естественные источники такого излучения, радары, системы теле— и радиовещания и иные аналогичные изделия, и  процессы носят рукотворный характер. Так или иначе, периодически появляются электромагнитные волны разной мощности, которые в теории способны нарушить работу электронных устройств, ну а в целом всех устройств, подключенных к электроэнергии. Несомненно, это не является секретным знанием, и все устройства в данный момент соответствуют всем необходимым стандартам электромагнитной совместимости, благодаря чему производители могут гарантировать своим потребителям корректную работу таких устройств в окружающих нас условиях электромагнитной среды и устойчивость к большинству предсказуемым видам электромагнитного излучения, в первую очередь бытового. Но в последнее время наметилось определенное явление, которое ранее не рассматривалось как угроза, когда некими злоумышленниками могут быть созданы преднамеренные электромагнитные помехи — электромагнитные импульсы способные привести к повреждению цифровых устройств или нарушению их работы. Особо данная тенденция пугает, учитывая повсеместные разговоры о Цифровой трансформации бизнеса, что в свою очередь означает полный переход к цифровым технологиям.

Устройства Интернета вещей работают с низким и все уменьшающимся внутренним напряжением и взаимодействуют между собой с помощью беспроводных сетей с низким энергопотреблением, к  примеру, Bluetooth, несомненно находятся в зоне риска. Снижение их мощности, что является отдельным технологическим трендом, а также все возрастающая привязанность к ним со стороны пользователей с точки зрения доступности сервисов, а иногда и жизнеобеспечения, делают из них ключевую мишень для злоумышленников, которые могут создать соответствующие аналоговые помехи, направленные на электромагнитные поля, окружающие электронные схемы и соединения между ними, и  как следствие, после того как работа устройств Интернета вещей будет нарушена, это может угрожать и экономики, и безопасности, и жизнеобеспечению. К слову, такого рода атаку совершить не так уж и сложно: большинство необходимых инструментов фактически уже сейчас доступны любому радиолюбителю.

Уязвимость подключаемых устройств внешним воздействиям была всегда, но данному вопросу до последнего момента к сожалению, мало кто уделял серьёзное внимание. Однако сейчас подключаемые устройства внедряются во все аспекты жизни человека, и  зачастую от правильности их работы зависит как минимум сохранение привычного порядка жизнедеятельности, а как максимум — безопасность людей. К примеру, помехи в работе умного дома могут причинить такие неудобства как невозможность открыть/закрыть двери, отсутствие освещения и скажем сложности с подачей воды, тк все даже насосы для подачи воды в квартиры уже давно автоматизированы. Но  хоть и неприятные, но неудобства. А в худшем случае, умный объект инфраструктуры не подскажет беспилотному автомобилю дорожную обстановку и в таком случае вопрос уже будет касаться не просто неудобства, а реальной угрозы человеческой жизни. И что любопытно, для предотвращения подобного рода негативных сценариев большое внимание уделялось преимущественно кибербезопасности, в то время как электромагнитное воздействие на приборы — это скорее физическая и технологическая безопасность. Так что можно отметить, что в ближайшее время это будет очередным и крайне важным трендом развития ряда отраслей в рамках Цифровой экономики, и как результат — более безопасное и комфортное будущее.

Вопрос внедрения беспилотных транспортных систем в повседневную жизнь остается только вопросом времени. В настоящее время технологии достигли такого уровня, что единственный сдерживающий фактор их  повсеместного использования скорее лежит не в технологической (уровень разработок уже достаточно высок) или моральной (самолеты уже достаточно давно летают в автоматическом режиме и это никого не волнует), а в бюрократической плоскости, а если быть точным — в нежелании законодателей «ломать» сложившуюся систему законодательства. Но на пути внедрения новых технологий, обоснование в  стиле «зачем менять то что и так работает» разумеется неприменим, и как следствие губителен для развития зарождающейся на наших глазах отрасли. Таким образом, раз уж  вопрос с развитием беспилотных логистических систем практически решен, предлагаю рассмотреть какие сервисы, уже задействованные в логистике, могут остаться и быть применимыми и на беспилотным транспорте. 

В первую очередь, после снятия законодательных барьеров, следует озаботиться доработкой систем беспилотного транспорта и их адаптацией к использованию в местах общего пользования, а если точнее — подготовить их к взаимодействию с другими автомобилями в потоке и, что самое важное, с людьми вне автомобилей, которые могут в любой момент повести себя вне заложенной в беспилотник программы, например, перебегать дорогу в  неустановленные места. Собственно, такие трудности и заставляют некоторые логистические компании начать разрабатывать собственные беспилотные системы, как поступили наши партнеры АНО «ПравоРоботов» из логистической компании Traft, которые взвесив все риски и ответственность, в октябре 2017 года объявила о  планах по запуску собственного подразделения по разработке технологий для беспилотных машин. Решение об этом было принято после срыва контракта по вине контрагента на запуск первого беспилотного грузовика. Таким образом, можно констатировать что весь опыт и практику, накопленную годами логистические компании, перенесут и на беспилотный транспорт. 

Во вторую очередь, если вопрос с автоматизацией самих перевозок остается почти решенным, то следующим шагом следует озаботиться по автоматизации системы обработки грузов и системы формирования заказов. И нет сомнений, что нынешние технологии и разработки будут также перенесены и на беспилотный транспорт. В частности, уже сейчас ряд логистических компаний стараются максимально модернизировать систему формирования заказов, добавляя на  свои сайты и приложения калькуляторы заказов, позволяющие точно рассчитать стоимость пересылки груза. Некоторые компании стараются максимально упростить данную услугу доя своих клиентов. Так, например, компания ПЭК уже сейчас модернизировала свой калькулятор по формату расчета груза, в котором в  частности уже сейчас можно считать одновременно несколько направлений и даже  загружать информацию из Excel-файла (формат не самый удобный, но к сожалению, ничего более совершенного для CRM систем на транспорте пока не придумано). Система сама автоматически раскидает все точки доставки по карте и проложит наиболее удобный маршрут. И в целом нет сомнений что такого рода удобные калькуляторы будут использоваться для расчета стоимости груза и формирования путевого листа. 

Резюмируя все вышесказанное, можно сделать следующие выводы: 

1.     Раз уж беспилотными системами начали заниматься сами логистические компании, значит до эры их повсеместного внедрения осталось не  долго

2.     Все имеющиеся наработки и системы будут положены в основу беспилотных логистических систем

3.     Каждая доставка грузов, как сборных, так и индивидуальных, является тем базисом, на котором и создается беспилотное будущее логистики, а  значит все клиенты компаний Traft или ПЭК выступили своего рода испытателями прототипов беспилотных систем, чем несомненно можно гордиться. 

Ну и в целом, логистика будущего будет выглядеть так: клиент самостоятельно с помощью калькулятора транспортной компании делает расчет заказа и формирует путевой лист, система просчитывает все маршруты и уточняет сроки доставки, а дальше остается только загрузить посылку в беспилотный автомобиль и ожидать его доставки по месту назначения. Тем самым из системы будет полностью исключен человеческий фактор в виде курьеров и операторов, а сама доставка грузов будет максимально автоматизирована.

По-моему, картинка складывается вполне интересной, и главное, ждать осталось недолго — все уже происходит на наших глазах, и к тому же мы сами являемся испытателями такой технологии.


Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире