krugosvetov

Саша Кругосветов

15 февраля 2013

F
15 февраля 2013

Борьба мнений

 

Есть у нас в обществе борьба мнений. В Думе – тоже. Я имею в виду системную оппозицию. То, что она – системная, это всем ясно. Сидит в Думе, в местных органах. Все по закону. Чавкает – кушает госбюджет. А то, что оппозиция – большой вопрос. Была бы оппозицией, не взяли бы в Думу работать. Говорит, правда, что оппозиция. Иногда даже кричит. Мы – против, мы – против! А как голосовать, так все – за! Одним словом, говорит, уверяет, делает вид, что против. А власть, то есть медведи, делает вид, что верит, что она, оппозиция, и в самом деле против. Игра такая. В поддавки. Все друг другу поддаются.

Возьмем партию Лебедева – Жириновского. Это у нас – самая либеральная партия. Она дает свободу всем. И всех к себе принимает. Хоть ты – богатый. Хоть – бедный. Хоть – городской. Хоть – луговой (кажется, я ошибся – Луговой с большой буквы пишется). Против кавказцев они, против мигрантов, чтоб место свое знали. Арабов поддерживают. Всех. И мусульман, и не мусульман. Против Израиля. Стараются оказывать господдержку (официальную, конечно) любым арабским режимам. В обмен на что-то – может быть, на кэш (неофициальный, конечно)? Выгодно очень. Бизнес такой. Затрат-то много у самой свободной партии. Прохоров сказал: «ЛДПР – семейный партийный бизнес». Одобрил. Легализовать средства и имущество, правда, сложно. Как легализовать, когда главный либерал на пенсию пойдет? Я знаю как. Запомните. Поедет он послом в Израиль. Дипломатическая неприкосновенность, и с денежками – шито-крыто. Проверенный путь. Виктор Степанович дорожку протоптал. На Украине только. Поедет в Израиль либерал. Наплюет на антиизраильскую риторику. И будет жировать спокойно. Посещать родные могилы.

А еще две одинаковые партии для пожилых. Одна называется, по старому обычаю, коммунистической. Другая – справедливой. Что в общем – одно и то же. Они – за счастье народа. Чтобы социализм был. На коммунизм пока не замахиваются. А социализм – пусть будет. Как раньше. За справедливость. Типа – отнять и поделить. И – чтобы в стране порядок был. Чтобы не рыпался никто.

Отличие – одно. Справедливость – крикливая очень. А коммунисты новые – солидняки. Они знают, что все и так у них в порядке. Чего суетиться? Они – за рабочих. Здесь, конечно, далеко не все ясно. Электоральная база – тю-тю. Ничего не производим в стране. Все везем из-за рубежа. Расплачиваемся нефтедолларами. Нет рабочих – и не надо. И с социализмом, к которому наши неокоммунисты стремятся, тоже неясно. Сами-то они, функционеры партии, живут при капитализме. По капиталистическим законам. И те. И другие. И коммунисты, и справедливоманы, что на справедливости сдвинулись. У обеих партий – партийный бизнес. Партийный конвейер по производству идеологического товара повышенного спроса. Клепают лозунги и призывы по старым идеологическим клише. И продают. С выгодой для себя. Местами депутатскими торгуют. Привилегиями. Создают прибавочную стоимость. Живут припеваючи, на лучших тачках ездят. Политэкономия – никак не социалистическая. Ни тем, ни другим не нужны – ни свобода, ни равенство, ни братство. Единственное, чего они боятся, – как бы не пришлось страной руководить. Потому что тогда спрос другой будет. Пусть лучше старший брат руководит. Тем более, что у медведя – отличный характер. Пожалуйста, – крой его, как хочешь, крой – не хочу. А голосовать – извини. Голосовать надо, как сказано. Все новые законы – так и штампует Дума, так и штампует. Хоть бы кто слово сказал против. Полное единодушие. Народное единство. Что может быть лучше для страны? За закон Димы Яковлева все проголосовали. Из справедливоманов против – Дмитрий Гудков и Илья Пономарев. Первый – за папу обиделся. А второй – известный скандалист, он – всегда против. Остальные проголосовали, как надо. Дисциплинированные партийцы обеих партий. Конечно, их поучили немного. Геннадия Гудкова выгнали за плохой характер, все поняли – нечего с медведем шутить.

А вот молодой министр Дмитрий Ливанов против детского закона пошел.

Как же ты мог, Дима? Вроде, вначале правильно вел себя. Строго смотрел за учебными учреждениями, чтобы денежку зарабатывали, особенно – гуманитарные университеты и академии. А не просто актеров и режиссеров штамповали. А теперь, как себя ведешь? Совсем распоясался.

И тут на него набросились коммуняки новые. Неправильно, мол, коэффициенты для институтов выбрал. Почему именно коммуняки? Ну, не все же медведям непопулярные шаги делать. Надо им по-соседски помочь. По-братски. Не чужие, ведь, говорят они. Одно дело делаем.

Почему именно сейчас, а не три месяца назад? Тоже понятно. Тогда Ливанов понимал, кто есть кто. И вел себя прилично. Ничего, минобраз молодой. Мы тебе устроим второго Геннадия Гудкова. Хоть в темную, хоть в светлую.

Так что, друзья мои, системная оппозиция имеет она свое оппозиционное мнение. Говорит, что имеет мнение. Делает вид, что имеет. И медведи делают вид, что верят в то, что системная оппозиция имеет свое отдельное мнение. И вы тоже верьте, друзья мои. Все будет хорошо в обществе, где есть борьба мнений.

 

 

Как надоели эти потоки лжи, вранья, массовой культуры, безголосой попсы, размалеванной, тюнинговой, накладной «красоты», как надоели эти бесконечные бесталанные, искусственные, целлулоидные, гламурные Виагры, Блестящие, Фабрики. Жизнь напоказ. И деньги, деньги, деньги. Все только об этом и говорят. Этим восхищаются.

В Карелии, Старой Ладоге, Беломорске, Соловках, Кижах – совсем другие люди. Спокойные, чистые. Милые конопатые лица парней и девушек – экскурсоводов в Кижах. Вологда, Кострома. Совсем другие люди. Не такие, как в Москве и Петербурге. Будто там нет надутого, забитого пошлятиной телеэкрана. Будто там нет Дома-2, МузТВ, гламурных пустобрехов-ведущих и размалеванных подтянутых-перетянутых теледив, бесконечных конкурсов – то на коньках, то в цирке, то на танцполе, то – как бы поющих, – с участием одних и тех же надоевших, бесталанных, персонажей, захвативших все доходные места и диктующих нам фальшивые стандарты жизни, стандарты красоты, будто нет истеричного надуманного  и натужного веселья на всех телевизионных показушных праздничных вечерах и вечеринках. Учитесь у нас, берите с нас пример и платите за все, за все, денежки, денежки, денежки, бабло, одним словом. Ах, какие прекрасные покои у Киркорова, какие будуары у Волочковой, какие замки у Галкина! Полонский – главный герой многих тусовок, принц богатой гапоты: «у кого нет миллиарда долларов – пусть идет на три буквы!». Это я так сказал – на три буквы – он-то не стесняется. Стас Михайлов, Сергей Глушко, Наташа Королева – ах, что за люди, образцы для подражания, ну что за обаяшки, золотые сиськи, письки, бананы, яички нашей эпохи. А там – будто нет этого всего, совсем другие люди.

Выходит на сцену Дина Гарипова. Приехавшая в Москву с маленькой сумкой. Без подтанцовки. Ничего надуманного. Пухленькая, обычная, одета так себе, такая, как мы с вами. Не гламур, одним словом. Не трясется, не дергается, руками не размахивает. Потрясающей красоты медовый голос. И спокойная сила чистой души. Голосуют не за самый громкий голос, не за разухабистый репертуар, не за гламур, не за голые ляшки. Голосуют за Дину Гарипову. Браво нашему народу!

Градский сказал – природная постановка голоса. Ошибся. Жила Дина в маленьком городе Зеленодольске. Недалеко от Казани. Училась в театре Песни. Там хорошо учат. Преподаватели, как везде, живут скромно, но любят свое дело и детей любят. Сколько в этом городке талантов. Нескольких отобрали на «Голос». Поехала только Дина. Остальные отказались, решили: все равно все куплено. Получилось, что не куплено. В таких небольших городах и живут настоящие люди. Живут своей, а не чужой, придуманной, навязанной с телеэкрана жизнью. Там и вырастают таланты. И просто люди, не инфицированные бациллами лжи, бабла и гламура. Оттуда и пойдет новая Россия. Россию спасет провинция.

 

Станислав Микрюков, гражданин Узбекистана, 15 лет живет, учится и работает в Томске. И 15 лет не может получить Российское гражданство. То межгосударственного договора не было. То договор распространялся только на дипломы от… А он получил Российский диплом на один день раньше. То была временная прописка, то её уже не было. То просрочен узбекский паспорт. И наши пограничники не выпускали из России для переоформления паспорта. Хитросплетения нашей канцелярократии. Уму непостижимы нагромождения непроходимых бюрократических уловок и ухищрений. И все по закону. Хотя Президент декларировал неоднократно: надо дать бывшим гражданам СССР упрощенный порядок получения гражданства. И есть этот упрощенный порядок. А никак не получит Микрюков гражданства. Причина простая: не нравится молодой русский журналист томскому губернатору. Критикует много.

А у Депардье – никаких проблем. За один день стал гражданином России. И чего только ему не предлагают. И министром культуры Мордовии  стать, и Большой Драматический Театр в Питере возглавить.

 Я – не против Депардье. Только получается, что не закон у нас – закон. А желание отдельных, наиболее выдающихся лиц – закон. Вернее, наоборот. Именно для них закон не писан. А для Микрюковых – закон. Устроенный так, что никто уже в нем разобраться не может. Потому и невыполнимый. Известно – закон, что дышло…

           1962 год. Никита Сергеевич приходит на выставку в Манеж: «Дерьмо, мазня, кузькина мать!». Это был сигнал. Ивану Шевцову, бывшему военному журналисту, звонит его друг, скульптор Вучетич: «Настало твое время, Иван!». Выходит в свет книга Шевцова «Тля», написанная еще в 1949 в разгар борьбы с космополитами. Открывшая нам глаза, что космополиты, как тля, разъедают нашу страну. В свои последние годы он говорил (интервью О.Кашина), что не хотел бы сейчас повторения Брежневских времен. Потому что в Брежневском Политбюро русские жены были только у Кириленко и Долгих. Интересное объяснение. Он мечтал видеть Россию президентской республикой. Как у Лукашенко. Сейчас мы узнали, что ушел из жизни классический Иванушка-дурачок. Простодушный. Несгибаемый. С маниакальными фобиями. Борец с авангардизмом и сионизмом. Недостижимый идеал человека советской эпохи. Настоящий коммунист. Трепетный христианин. 

             Сегодня многие прощаются еще с одним человеком. Совсем другим. Dead Хасан. Всесильный, мудрый, живущий по закону. По закону воров. Имевший «смотрящих» по всей России. Может быть, – и за ее пределами. Вор в законе не имеет право работать. И не работал. Высшая каста! Но часто помогал разным людям. Снисходил до «мужиков». Если не решить вопрос – обращайтесь к Хасану. Так же как в свое время – к Япончику. Другая жизнь. Современный человек.

           Кто более нам  близок? О Шевцове – мало прессы. В СМИ – почти ничего. Странно! Символическая фигура, воплощение прошлой жизни нашей страны. Его взгляды должны быть близки многим. Почему никто не вспомнил о нем? Где вы, нацбол Эдичка Лимонов? Борющийся за большевизм и, судя по названию, за национальную чистоту. Где вы, чистопородный патриот Д. Рогозин? Где наши высокопатриотичные государственные СМИ? Где вы, поклонник советской империи А. Проханов? Удальцов? Кургинян? Зюганов? Анпилов? Где вы, новые Шевцовы? Почему забыли лучшего из вас, самого последовательного, самого непримиримого, самого несгибаемого бойца, лучшего выразителя ваших официальных интересов? Видно сами давно уже погрузились вы в море коммерции, а патриотические, националистические и социалистические лозунги – привычно надоевшие всем, и вам в том числе, взятые из прошлой жизни клише, крыша, одним словом.

           А что Хасан? Публикации. Телевизионный эфир. Все следят. Событие! Кто? Что? Откуда? Вспоминают Япончика. Кладбище забито соратниками. И журналистами. Тело – в Грузию. Потом обратно. Подключаются дипломаты обеих стран. Будет ли стрельба в Москве, раздел сфер влияния? Или обойдется? Как живенько! Как интересно! Всем интересно! Это ближе нам. Только кому? Почему это должно нас интересовать и волновать? 

          И язык соответствующий. Там было: дерьмо, мазня, кузькина мать. А сейчас? Шило в бок. Мочить в сортире. Никому скощухи не будет. Так в какой стране мы живем?

          Шевцов и Хасан. Две судьбы. Две жизни. Две жизни нашей страны. Хотя – как посмотреть. Понятия блатных созданы органами в советские времена для контроля и лучшего управления зоной, в которой «жило» более четверти населения. Просто оборотка той же советской модели. Которая сейчас оказалась наверху, как жуткая карикатура нравов советской империи. Могучая поступь советской империи продолжается. Две жизни одной страны.

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире