Итак, Следственный Комитет (СК) закончил «героическую» работу по делу «Кировлеса» и передал 30 томов материалов адвокатам Навального.  Дальше – суд.

Что все означает для лидера российской оппозиции? Означает это то, что его будут сажать.

Просто так, без инструкций сверху, СК – этот цепной пес путинократии – дел в суды не передает. Рассчитывать на то, что адвокаты Навального дадут достойный отпор обвинению или что Навальному попадется честный судья, — не приходится.  У Ходорковского адвокаты были не хуже, а «независимость российских судов» есть оксюморон.

Одной из примет путинской эпохи стала не только отмена презумпции невиновности в судебном процессе (в нарушении ст. 49 Конституции, между прочим), но и введение фактической презумпции вины (об этом я писал в связи с делом поморского активиста Ивана Мосеева). Введена она пока неформально, но учитывая шустрость, с которой Госдума штампует свои дацзыбао под видом законов, легализация этой презумпции не за горами.

Гласит же презумпция вины следующее:  

  • нынешняя власть есть самая справедливая в истории России;
  • если она кого-то судит, значит, есть за что;
  • если есть за что, значит, подсудимого надо наказать.

И действительно: оправдательный приговор в российском суде– явление такое же частое, как снегопад в Иерусалиме.  Вот, у Марины Сыровой еще несколько месяцев тому назад из 179 дел, включая процесс Pussy Riot, их было аж … один.  Так что длань российской Фемиды карает всех, но всех – по-разному. 

«Честные» подсудимые, те, которые поддерживают Бога, Президента и Отечество, отделываются условными сроками или отсрочками. Вот Валерий Копчук, который еще совсем недавно работал в Следственном Отделе ОМВД г. Пятигорска, в мае прошлого года напился, сел за руль своего «Фольксвагена», сбил женщину, припечатал ее к бортику дороги, нанес травмы, несовместимые с жизнью, и уехал. Нехорошо поступил, конечно, но ведь раскаялся и линию «Единой России» правильно понимает. Посему суд покарал его двумя годами лишения свободы условно.

Или вот Анна Шавенкова в Иркутске. Тоже наехала на двух пешеходов (сестер, кстати): одна сразу погибла, другая сразу стала инвалидом на всю оставшуюся жизнь. Тоже нехорошо, но сделала-то она это неспециально, к тому же опять-таки раскаялась, да и мама у нее в Иркутском Избиркоме работает. Так что Анна получила отсрочку своего трехлетнего срока, что означает, что при отсутствии рецидива, через несколько лет, наказание будет с нее вообще снято.

Но есть и «нечестные» осужденные:  Таисия Осипова, Надежда Толоконникова, Мария Алехина. Таким не полагается ни условных сроков, ни отсрочек.  Такие не каются. Такие даже в СИЗО или под следствием не желают вести себя, как положено. А только права качают, объявляют голодовку, болеют, а иногда даже позволяют себе уйти из жизни, лишив суд возможности вынести справедливый приговор (вспомним Сергея Магнитского и Александра Долматова).  И все потому – что власть не уважают. Навальный власть жуликов и воров тоже не чествует. Значит, приговор ему уже подписан.

С установлением путинизма российский суд превратился из правообеспечительной инстанции в карательную. Сами судьи видят себя неизбежным началом пенитенциарного процесса: за ними следуют охранники СИЗО, потом надзиратели в колониях. Судьи свыклись с мыслью, что если не они вынесут «правильный» приговор, то это сделают другие. Судьи хорошо знают, кто такой Навальный и какой приговор, с точки зрения Кремля, будет для него «правильным».

А разве может быть иначе?  Как только у оппозиции появляется лидер, как только власть сталкивается с достойным соперником, она кидает на него всю мощь своей репрессивной машины, лишая возможности функционировать.  Гудков, Удальцов, Развозжаев … теперь Навальный. Я уже не говорю о таких людях, как Политковская, Старовойтова, Маркелов, Бабурова, для обезвреживания которых не потребовались судебные ухищрения.  И потом лоялисты разводят руками, убеждая нас, что даже если Путин – в чем-то и не идеален, альтернативы ему все равно нет.  

Если посмотреть на российскую оппозицию ретроспективно, то выяснится удивительная вещь: благодаря стараниям властей среди ее представителей оказывались одни преступники или сумасшедшие. При этом на всех этапах карательной истории России за последние 100 лет коллеги Путина по тирании любили обвинять своих оппонентов в том, в чем были более все виновны сами.

Так, Сталин расстреливал несогласных по статьям о вредительстве и шпионаже, ибо наносил стране вреда больше, чем кто-либо еще, да и воспоминания о германской поддержке и пломбированном вагоне, видимо, совестили, вот и видел шпиона в каждом.

При Брежневе диссидентов сажали в сумасшедший дом.  А что еще можно было ожидать от генсека, выживающего из ума?

При Путине популярным средством борьбы с инакомыслием стали статьи уголовного кодекса; о хулиганстве, о хищениях итд. Естественный выбор для режима бандитского капитализма. Сублимация, сэр.  

Хочется надеяться, что в деле Навального произойдет чудо, пусть даже обыкновенное. Но хороших чудес последние годы мы не видели.  Были только плохие.

Что делать в этой ситуации Навальному? Как честный человек, гражданин и лидер он будет бороться. Но это все равно, что вызывать Кинг-Конга на честный бой по джентльменским правилам.

Я бы на месте Навального подумал об эмиграции, хотя в свете подписки о невыезде она сопряжена с почти нереальными трудностями. Я уверен, что Навальный готов к самому отрицательному исходу предстоящего суда. Но на свободе, пусть даже заграницей, он будет России полезнее, чем в какой-нибудь мордовской колонии.  К тому же, как показало расправа над Ходорковским, одним уголовным процессом дело может и не ограничиться. 

 



Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире