kosachev

Константин Косачев

28 июля 2018

F

Сегодня вместе с коллегой Олегом Морозовым отозвали из Государственной Думы наш законопроект о необходимости аккредитации визовых центров.

По-прежнему убеждены в правильности самой идеи и будем добиваться ее законодательного оформления в интересах защиты интересов российских граждан. Ситуация, когда в принципе отсутствуют правовое регулирование и контроль за деятельностью частных компаний, не известно кому принадлежащих, но имеющих дело с персональными данными граждан и оказывающих массовые услуги населению, не допустима.

В то же время не можем не учитывать информационную кампанию, развёрнутую оппонентами самой идеи и подогреваемую, как можно предположить, владельцами и бенефициарами таких центров. Чего только не приписали нашему законопроекту — от якобы неминуемого подорожания услуг и вплоть до неизбежного исчезновения самих центров.

Оставляем эту оголтелую кампанию на совести тех, кто ее организовал. Можем только посочувствовать гражданам, которых откровенно дезинформировали и запугали. Да мы и сами без всякого сомнения проголосовали бы против закона, закрывающего визовые центры.

Другое дело, что такого намерения у нас никогда не было, да и в самом законопроекте, если его читать, а не интерпретировать, его тоже нет и в помине. Есть определённые идеи ведомств, как эту работу организовать, они не в законе, а в проектах прилагаемых нормативных актов (такие сейчас требования), которые, конечно же, подлежали обсуждению и корректировке в ходе работы над законопроектом. Обычная, нормальная практика.

Но оставлять возникшую ситуацию на лето, позволяя и далее будоражить общественное мнение тем, кто сейчас зарабатывает миллиарды в мутной воде, мы тоже не вправе.

Кстати, увидели в ходе развернувшейся дискуссии и несколько здравых идей, которые обязательно учтём в ходе дальнейшей работы над законопроектом. Так что — да, отзываем, но нет — не отказываемся от самой идеи и обязательно вернёмся к ней в ходе осенней сессии. А до перевнесения законопроекта в новой редакции приглашаем разумное и здравомыслящее профессиональное сообщество, всех заинтересованных граждан к продолжению диалога. Увидимся в сентябре.

Оригинал

Вижу на новостных лентах инфошум по поводу нашего с коллегой Олегом Морозовым законопроекта по необходимости аккредитации визовых центров. Поясняю.

Первое. Никаких запретительных намерений у нас как у авторов законопроекта нет и в помине. Это услуга, удобная населению и способствующая развитию туристической отрасли. Речь о том, чтобы юридически защитить права и интересы потребителей от неквалифицированных и недобросовестных производителей этих услуг. Плюс персональные данные, в том числе биометрические, которые должны храниться и обрабатываться в определённом порядке, а не произвольно. Вот для чего нужна аккредитация, в этом единственный смысл законопроекта. Возникающие попутно вопросы можно и нужно обсуждать, предусматривая соответствующие поправки во втором чтении законопроекта в случае его одобрения в первом.

Второе. Инициатива по проблеме исходила от самого бизнес-сообщества, от «Деловой России». Начало было положено на заседании отраслевого отделения ДР по визовому аутсорсингу 24 марта 2016 года на тему «Регулирование деятельности визовых центров». Были приглашены все участники рынка, а также заинтересованные организации. На заседании присутствовали представители — Ассоциации туроператоров России, МИДа, Фед агентства по туризму, ГБУ МФЦ… Именно по итогам этой встречи ДР попросила Институт Законодательства изучить вопрос и выдать рекомендации. Эта работа сделана профессионалами-юристами. Итог — законопроект.

Третье, с благодарностью. Профессионально отреагировала Майя Ломидзе, исполнительный директор Ассоциации туристических операторов:
«Тысячи российских небольших юридических лиц, реклама которых пестреет в интернете, — это не визовые центры. Введение аккредитации как раз создает сложности таким компаниям, не имеющим права собирать документы с людей и оформлять визы в качестве посредников. Формально их деятельность на данный момент не является нарушением закона, но, по сути, у них нет таких полномочий, а люди, оформляющие визы через такие компании, всегда рискуют. Конечно, введение аккредитации и определенных технических требований для настоящих визовых центров наносит определенный вред именно таким компаниям. Их услугами пользуется очень много российских граждан, зачастую не задумываясь, что эти компании несут документы в тот же визовый центр, они не работают напрямую с консульством. Мы по факту не видим сейчас оснований для паники, потому что, во-первых, закона нет, во-вторых, мы не считаем те требования, которые есть в законопроекте, существенными ограничениями для профессиональных визовых центров, много лет работающих на территории России».

Оригинал

Итоговая декларация саммита альянса не оставляет никаких сомнений: ключевым государством, являющимся спасителем и хранителем этого реликтового института ХХ века, является… Россия.

Лидеры НАТО прописали все мыслимые и немыслимые прегрешения России, включая недоказанные — дело Скрипалей, нарушения «обязательств в сфере контроля над вооружениями», «гибридные действия, включая попытки вмешаться в избирательные процессы и суверенитет» стран-членов альянса. Не обошлось и без отсылки к трагедии MH-17, и даже к «дискриминации крымских татар», которую умудрились включить в декларацию военного (!) альянса.

На фоне набора стандартных обвинений довольно трогательно звучат утверждения о том, что на протяжении более двух десятилетий НАТО, мол, работало над налаживанием партнерства с Россией. Но, надо полагать, Россия не оценила расширение альянса до самых ее границ в роли инструмента «налаживания партнерства», и эта ее неблагодарность теперь беспокоит его членов. Тем более что Россия имеет наглость размещать свои ракеты на своей территории, но… рядом «с границами НАТО».

Вот что я думаю. Огульные обвинения и отсутствие малейших попыток проанализировать ситуацию трезво, осознать свою ответственность и собственные ошибки, нужны для того, чтобы прикрыть главные проблемы альянса – внутренние. Россией, как спасительным цементом, по сути, «замазывают» растущие трещины в монолите НАТО, возникшие между Америкой Трампа и Европой Меркель. Поэтому итоговый «крик души» («спасите, кругом русские!») саммита и нужен для того, чтобы убедить нарастающее число скептиков в Европе, но и в какой-то мере помочь Америке примирить население стран Европы с неизбежностью повышения военных бюджетов. Трамп, по сути, продает безопасность как товар, и его ультиматум имеют действие. Можно лишь посочувствовать европейцам, так не вовремя поругавшимся с Россией, чем они сами в же лишили себя встречных аргументов в споре с Вашингтоном. Трамп резонно спрашивает: страшно? Платите!

Оригинал

Ожидаемое состоялось – нынешний президент Турции Р. Эрдоган побеждает на президентских выборах и уже принимает поздравления от зарубежных лидеров.

Эти выборы были особенными: во-первых, они проходят в условиях не отменённого чрезвычайного положения, что уже вызвало критику из Европы, где посчитали некорректным проведение выборов в этой ситуации. Однако вряд ли можно утверждать что такое положение повлияло на ход и результаты выборов: предвыборные страсти, высокая явка, реальная конкуренция – все это было. Ну а чрезвычайное положение обещал отменить и сам победитель, и его ближайший конкурент Мухаррем Индже (впрочем, он это сделал раньше Эрдогана).

Вторая особенность нынешних выборов – резко выросшая «цена» приза их победителю: с прошлого года в новой Конституции ранее почти номинальные полномочия президента намного расширены и включают в себя, среди прочего, право напрямую назначать высших должностных лиц, влиять на судебную систему, вводить режим чрезвычайного положения.

Для Эрдогана важно и то, что на параллельных парламентских выборах также победил поддерживающий его «Народный альянс», в который входят президентская Партия справедливости и развития и Партия националистического действия. Это означает, что в стране не будет двоевластия и обеспечено прохождение всех нужных турецкому лидеру инициатив. Однако его партия не имеет большинства мест в одиночку, а потому придётся согласовывать свои действия с партнером.

Хотя победа Эрдогана на обоих «фронтах» весьма убедительна, многие говорят о существовании серьезного раскола в обществе и наличии мощной оппозиции. Поэтому получение турецким лидером, правящим уже 15 лет, мандата на продолжение курса будет во многом зависеть от его успеха. Прежде всего, в экономике. При Эрдогане укрепила своё благополучие довольно большая часть среднего класса, на это и делал ставку сам лидер, говоря, что «второго Эрдогана нет» для тех, кому сегодня есть что терять. Но проблем все равно хватает, а потому любые осечки могут стоить очень дорого.

Это подразумевает и улучшение отношений во внешнем контуре. Не случайно оппонент Эрдогана обещал восстановить хорошие связи с Европой, а также с сирийским лидером Б.Асадом.

Полагаю, после выборов мало что изменится в отношениях с Россией. Эрдоган ведёт здесь свою линию, на которую не могут повлиять ни союзники Турции по НАТО, ни внутренние силы. Сейчас наши связи пребывают на высоте, и если не будет резких перемен в регионе, нет причин и для ухудшений на двустороннем треке. Это означает и продолжение сотрудничества в сфере ВТС – здесь президент Турции ведет себя тем увереннее, чем больше критики в его адрес из Брюсселя, в частности, по поводу закупок российских комплексов С-400. Эрдоган обвинил НАТО в двойных стандартах, ибо у другого члена НАТО Греции есть российские С-300, и ее в этом никто не упрекал, и продолжает гнуть свою линию, предложив России даже совместное производство систем С-500.

Будет продолжено взаимодействие и в борьбе с терроризмом, в том числе – в трехстороннем «астанинском» формате вместе с Ираном. И это также крайне важно, в том числе для самого турецкого лидера, претендующего на лидерские позиции в регионе.

Но конечно же, Эрдоган – это Эрдоган. И он будет руководствоваться только своими и турецкими интересами, а не иными соображениями. Он ведёт сложную и весьма жесткую игру как в регионе, так и в мировом контексте, нередко на грани фола. Поэтому зигзаги в будущем возможны. Но пока он — победитель и обладатель народного мандата ещё на 5 лет.

Оригинал

США объявили о выходе из состава Совета ООН по правам человека. Что бы ни стояло за этим решением, а риторика, как обычно, зашкаливает, оно демонстрирует не силу, а слабость Вашингтона. Сильные, будучи уверены в своей позиции, продолжают доказывать её правоту в любых условиях, даже в меньшинстве. Это, кстати, всегда делала и продолжает делать наша страна — и в Совете Безопасности ООН, и в Комитете по правам человека, и в той же ПАСЕ, в которой всегда готова работать, лишь бы условия были равными.

Не то США. Их сила часто не в правде, а в банально сколачиваемых всеми правдами и неправдами «коалициях», которые вскакивают в аплодисментах при виде американского флага. А если не получается — хлопанье дверью оказывается единственным выходом. Так было и с ЮНЕСКО, и с Межпарламентским союзом, и в ряде других случаев. Теперь вот и до прав человека добрались.

Эмоции понятны — США ведь, как известно, много платят в бюджет ООН, а голосования раз за разом оказываются не проамериканскими, а честными и объективными…

И напоследок, к слову о правах человека. Зашкаливающая риторика раздаётся из страны, власти которой в эти дни на глазах у изумлённого мира отбирают у вышвыриваемых из США нелегальных мигрантов их несовершеннолетних детей. Счёт которым уже на тысячи. Комментарии излишни.

Оригинал

Сам факт первой в истории встречи президента США и лидера КНДР, подписание совместной декларации с провозглашенной целью денуклеаризации Корейского полуострова и встречными американскими гарантиями северокорейской безопасности, равно как и оптимистичный настрой обоих лидеров – это, безусловно, тот «актив», который имеет весь мир после саммита в Сингапуре.

Есть и определенный пассив. Ведь речь идет, если быть педантичными, о встрече двух «нарушителей»: одна из сторон годами не выполняет резолюции Совбеза ООН, а другая буквально месяц назад вышла из соглашения, по которому предоставлялись гарантии другому государству, также обязавшемуся прекратить развитие своей ядерной программы – Ирану, против которого США возобновили и усилили санкции. Кроме того, оба лидера — мастера того, что в английском называется «U-turn», или «разворот на 180 градусов», что наблюдалось невооруженным глазом все несколько недель подготовки к саммиту и вряд ли на нем закончится.

Поэтому уверенности в том, что обе стороны немедленно бросятся развивать сингапурский успех, пока нет. Слова Трампа о том, что процесс денуклеаризации на Корейском полуострове начнется «очень и очень скоро» — это больше пожелание, чем факт.

Скептики полагают, что стороны преследовали каждая собственную цель, и обе их добились: Д.Трамп хотел шоу и демонстрации нетривиального поведения – его предшественники, дескать, не встречались с северокорейскими лидерами, а он это сделал. Хотя и припугнул перед этим в своем «фирменном» стиле. А про намерения Северной Кореи предположила британская Гардиан: КНДР хотела быть признанной серьезной державой, с которой следует разговаривать на равных (эта цель была достигнута самим фактом проведения саммита), а также начать «новую эпоху» в отношениях с США, что даст ей больше веса в отношениях с Китаем.

Но как Пхеньян понимает, что с ним считаются именно пока он является источником ядерной угрозы, так и Вашингтон вряд ли может всерьез рассчитывать на то, что его гарантиям кто-то будет верить на 100% — см. упоминавшийся иранский опыт, а также судьбу ливийского лидера Каддафи, на которую Вашингтон уже намекал применительно к Ким Чен Ыну.

Означает ли это, что скепсис должен перевесить в оценках встречи двух еще недавно враждовавших сторон, которые сегодня рассыпались в похвалах друг к другу? Конечно же, нет. И здесь важна роль международного сообщества. Поймать двух лидеров на слове и подталкивать дальше, демонстрируя единство позиций ведущих мировых игроков, примерно как по иранской теме – вот то, что сейчас важно делать всем остальным. Ким Чен Ын назвал саммит «прелюдией к миру» — и это, пожалуй, вполне точная оценка: это еще не мир, но прелюдия к нему, без которой не «заиграет» основная тема. ФБ Поэтому сейчас крайне важно не упустить этот шанс и не опотерять весь актив, который был наработан в Сингапуре.

Оригинал

Решительно предлагаю не впадать в эйфорию от очередного словесного «зигзага» президента Трампа по поводу целесообразности возвращения России в формат «Большой восьмерки».

Во-первых, сам Трамп сейчас выглядит скорее эксцентриком, чем выразителем общего мнения G-8. И сама его идея с Россией может быть его банальной «маленькой местью» остальным участникам встречи, грозившим принять совместное заявление без него.

Во-вторых, он ничем не рисковал, ибо уже высказались другие члены формата (в частности – Канада) о том, что не допустят участия России.

В-третьих, и это самое важное – он сказал, в принципе, очевидную вещь: Россия гораздо больше нужна «Восьмерке», чем «Восьмерка» — России. В частности, как переговорная площадка. Но и как инструмент сплочения рядов самих западных стран. Появление на этом внутризападном «междусобойчике» исключенной ранее России помогло бы на время забыть о противоречиях внутри нынешней «Семерки» (а они все более заметны), и потому наше участие стало бы во многом спасительным для этой площадки.

Отсюда ключевое: а оно нам надо? Убежден, что нам не нужно бросаться на каждую реплику про «неплохо бы вернуть Россию, если она…» и т.п., а предложить собственные условия для возвращения: отмена санкций и уважение интересов. Иначе это будет бессмысленной тратой времени ради очередных амбиций и тщеславия западников. У России точно нет такой мечты, как, например, у украинского руководства – почаще «светиться» рядом с самыми богатыми и влиятельными. Говорить нужно на равных и по существу, остальное – игры словами.

Оригинал

2936396

2936398

В хорватском Загребе 1 июня состоялось очередное заседание Специального комитета Бюро ПАСЕ по вопросу о роли и миссии Ассамблеи. Мне было поручено представлять Федеральное Собрание России.

В Загребе — потому что Хорватия на ближайшие шесть месяцев приняла на себя функции председателя Совета Европы и именно ей предстоит «разруливать» продолжающийся кризис в ПАСЕ. Кризис, связанный не столько с отсутствием там российской делегации, сколько с обнажившимися при этом политическими и юридическими проблемами для Совета Европы в целом.

Очередное — потому что это заседание Комиссии было уже четвёртым с момента создания в январе текущего года и потому что первоначально возникший разброс мнений, граничащий с хаосом, можно разгребать только кропотливой и регулярной работой.

Главное в этом разбросе — а допустимо ли в принципе применять санкции против парламентариев, а если да — то на основании каких критериев и каких процедур? В нынешнем уставе ПАСЕ на этот счёт сказано крайне немного и весьма расплывчато. Чем и не преминули воспользоваться наши записные недоброжелатели, раз за разом создающие в ПАСЕ видимость антироссийского большинства, представляя собой на самом деле меньшинство.

На сегодняшнем заседании как раз большинство было за реформу правил процедуры вплоть до полной отмены самой возможности ограничения прав национальных делегаций в ПАСЕ. Против ожидаемо работали только трое — украинец, литовец и британец. Консенсуса явно не получилось, но так задача и не ставилась — хорошо, что хотя бы обсуждение пошло.

Не раскрывая прочих деталей (заседание было закрытым), скажу, что испытываю осторожный оптимизм в отношении возвращения в ПАСЕ духа здравого смысла. Мы ещё совершенно точно не в конечной точке, и речь о возвращении российской делегации пока не идёт. Но лёд тронулся. И далее присяжные заседатели договорились о следующем: на предстоящей в конце июня сессии ПАСЕ будет подготовлен завершающий доклад Комиссии, его передадут в два профильных Комитета (по политическим вопросам и по правилам процедуры) с тем, чтобы выйти на обсуждение конкретных поправок собственно на Ассамблее либо в октябре этого, либо в январе будущего года.

Исход этой работы пока не очевиден. Но очевидно другое: неучастие российской делегации в деятельности ПАСЕ — это проблема не России, а Ассамблеи. И Совета Европы в целом, впервые в своей истории столкнувшегося с проблемами легитимности своих уставных органов. Если ничего не изменится к январю, когда наступит срок запроса полномочий для национальных делегаций, включая российскую, на следующий год, беды не будет. Время в любом случае работает на здоровые силы в организации, как бы ни старались отрапортовать обратное коллеги Киеву, Лондону или Вильнюсу.

Оригинал

Стремясь во всем играть «первую скрипку», США в итоге очень часто все портят своей чисто американской непосредственностью. Так, заявление официального представителя Госдепа Хизер Нойерт (вслед за официальными обвинениями Австралии и Нидерландов) о том, что Вашингтон, естественно, полностью поддерживает выводы «Международной следственной группы» по поводу якобы российского происхождения ракеты, сбившей в 2014 году над Донбассом борт MH17, вроде бы вполне предсказуемо. Но Госдеп не удержался от констатации: «заявление подтверждает то, что мы говорили с первых дней этой трагедии» — что виновата Россия.

То есть самая влиятельная страна мира открыто заявляет: мы с самого начала, до всякого расследования, назвали виновных, и тем самым подтверждаем нашу крайнюю заинтересованность в итогах любого расследования по этому делу. Причем Вашингтон в этом отнюдь не одинок. Я не говорю про Украину, над территорией которой был сбит самолет и которая по любой криминалистической и правовой логике должна быть в числе подозреваемых, однако же была включена в следственную группу. Для нее это расследование с заранее назначенным финалом, естественно – манна небесная.

Тем более, что в отчет включили еще один важнейший сюжет – не просто о причастности России или ее военных к трагедии, а о якобы свободном ввозе и вывозе через российско-украинскую границу российских систем вооружений. Прицел очевиден: убить сразу двух зайцев – обвинить Россию и в атаке на самолет, и в военном присутствии на Украине. Надо ли говорить, какое информационное, правовое, политическое значение придавалось с самого начала работе «Международной следственной группы»? И был ли у нее вообще выбор? Если учитывать, что на кону стояли не просто обвинения в адрес России, которые нужно было сделать не голословными. Под вопросом оказывались репутации и карьеры ведущих политиков Европы, включая ключевую фигуру тогдашнего и нынешнего бундесканцлера Меркель.

Как известно, именно после трагедии над Донбассом было принято решение о присоединении ЕС к жестким американским санкциям (ведь Америка, как заявлено Госдепом, все знала с самого начала). И любое иное решение «международных следователей» обернулось бы не просто скандалом: конкретные лица должны были бы ответить за огромный ущерб отношениям с Россией, экономикам стран Европы и безопасности в регионе. Это попахивало бы не отставками, а уголовными делами. «Боинггейт» буквально взорвал бы Европу.

И еще одно обстоятельство, которое нельзя упускать из виду. Именно события последнего времени – все более туманное дело Скрипаля и скандальные «химические атаки» в Сирии – показывают, что мы имеем дело с теми, кто, во-первых, готов не считаться с жертвами, если надо срочно получить обвинения в чей-то адрес, и, во-вторых, возвел провокации в ранг государственной политики, пользуясь подавляющим информационным превосходством, читай – ключевым на сегодня правом на доминирующую трактовку тех или иных событий.

Но тем самым они же дают и ответ на самый главный вопрос, с которого расследователи всего мира начинают свои поиски: «Qui prodest» — «кому выгодно?». Так кому выгодно опубликовать «сенсационные» расследования «Международной следственной группы» с одним из явных подозреваемых в ее составе и с предсказанным Госдепом США в самом начале результатом?

А кто-то, возможно, знал его еще и до крушения «Боинга» — пресловутый «сайт независимых расследований» Bellingcat, на «данные» (т.е. многочисленные картинки и ролики из соцсетей) которого во многом опирается расследование, был создан 15 июля 2014 года, за два дня до трагедии в небе Украины. Может, пора уже начать настоящее расследование всего, что произошло в 2013-2014 году на Украине, над Украиной и вокруг Украины?

Оригинал

Опубликованный Международным комитетом палаты общин британского парламента доклад с пафосным названием «Московское золото: российская коррупция в Великобритании» — это, прежде всего, ответ на растущие обвинения в адрес Лондона в том, что тот раздул истерию вокруг «дела Скрипаля», призвал к солидарности союзников, а сам при этом вполне комфортно принимает капиталы и их обладателей из России. Поэтому авторы доклада покаянно признают, что, мол, Британия годами не предпринимала достаточных мер для того, чтобы остановить поток «грязных денег» из России. Но теперь, конечно же, все будет иначе, ибо российские деньги — ни много, ни мало — имеют последствия для национальной безопасности.

На парламентских слушаниях на эту тему еще в марте участники весьма скептически оценили готовность правительства бороться с иностранными «грязными» деньгами, заявляя о том, что за последние двадцать с лишним лет сюда были закачаны сотни миллиардов долларов, они — в системе, инвестированы, и никто не торопится их оттуда извлекать. Причем речь идет о разных странах, к которым у Лондона традиционно возникают претензии по поводу сомнительного происхождения идущих оттуда денег.

Кампания по борьбе с иностранными деньгами, построенная на желании Британии поправить свою репутацию «прачечной» для криминальных капиталов, может, впрочем, нанести ей вред как государству с комфортными условиями для бизнеса. Ибо «под раздачу» могут попасть и вполне легальные капиталы и инвестиции, просто потому что кому-то не понравится страна их происхождения. Естественно, деньги найдут приемлемые альтернативы, но Лондон может потерять больше, чем выиграть. Однако понятно, что сейчас политика довлеет над экономикой, и британские власти перешли в «режим Трампа»: готовы вредить сами себе, лишь бы отбиться от внутренних обвинений.

Оригинал

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире