В истории с российской вакциной меня волнуют два аспекта: эпистемологический и связанный с политической философией.
Вакцинирование показало, что люди, во-первых, предсказуемо совсем не доверяют российским властям, коллективный опыт подсказывает, что за идеей Спутника V точно содержится какой-то обман. Во-вторых, мы как общество очень плохо понимаем, как работает научное знание. Две эти вещи накладываются друг на друга, так что отказ от вакцинирования выбор одновременно самых невежественных и самых просвещенных групп.

От науки ждут на 100% эффективных решений, как если бы ученые были современными магами. Комментарии к моему разговору с молекулярным биологом Константином Севериновым показывают, что как только ученый начинает говорить, что с вакциной все неоднозначно, что полностью эффективной и безопасной она быть не может (то есть когда ученый рассказывает о своем ремесле, где правят гипотезы, статистика и дискуссионные доказательные методы), это немедленно подтверждает худшие конспирологические подозрения. Честный ученый состоит в заговоре с властью с целью нас обмануть, принимаются только однозначные ответы в стиле «вакцина безопасна полностью» или «вакцина тотальное зло».

В действительности все вакцины, разработанные за несколько месяцев, являются недоисследованными, а единственный способ проверить их эффективность связан с массовым вакцинированием — то есть с накоплением статистики. Люди не видят разницы между вакциной и лекарством и предполагают, что где-то передовая фармакологическая промышленность изготовила панацею, но мы ее не получим.
При этом существует экспериментальный (научный) способ подтверждения ограниченной эффективности конкретной вакцины, который предполагает отчеты добровольцев о полученном уровне антител. Если вакцина, вколотая в российской поликлинике, дает затем подтвержденный результат, проверенный в независимой лаборатории, а такие еще к счастью в нашей стране есть, значит это настоящая вакцина (как и любая она при этом не дает стопроцентного результата).

А «политическая философия», которая приводит меня в бешенство, заключается в том, что на пике эпидемии эти блага доступны исключительно гражданам, зарегистрированным в Москве. Тот факт, что практически любой житель столицы может получить бесплатную вакцину в течение последнего месяца, а вот жители всех остальных городов получить ее не могут по факту «прописки», это своеобразное постсоветское решение дилеммы вагонетки: «спасай москвича».

Все страны мира сейчас решают вопрос о том, кто должен получать вакцины первыми. Здесь существует два основных подхода: вакцинировать сначала людей из группы риска (старшего возраста и с хроническими заболеваниями) или вакцинировать потенциальных «суперраспространителей» — людей, которые по своему роду деятельности должны ежедневно общаться с десятками и сотнями других людей. Насколько мне известно, ни одна страна мира не выбрала логистически более простой способ вакцинировать исключительно привилегированных жителей столицы. Это решение даже на психологическом уровне доступно только государству, которое десятилетиями привыкло приоритетно снабжать столицу всеми дефицитными благами — от колбасы до благоустройства.

В Москве сейчас развернута программа эпидемиологического благоустройства, а когда-нибудь потом она станет доступной и для жителей страны, которым повезло с местом постоянной регистрации меньше.

Так дважды усиливается неравенство: с одной стороны из-за отрезанности России от мирового фармакологического рынка (никаких западных вакцин у нас не будет еще годами, и выбора соответственно тоже), с другой — из-за «особого статуса Москвы». Москвичи в эпоху пандемии стали особым сословием.

Оригинал



Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире