Просил студентов проходить тест по политическим убеждениям, и результат предсказуемый, но хороший. Консерваторов довольно мало, меньшинство лево-либералы, большинство готовы защищать личные свободы и рыночные отношения. Это можно нарисовать на доске и с гордостью сообщить, что на философии мы занимаемся «визуализацией данных». В целом Высшая школа экономики дает этот, не самый дурной, надо сказать, bias: этические дилеммы студентами решаются в основном через утилитаризм, а в остальном «рынок решит». На фоне того, что происходит в России, я готов безоговорочно поддерживать такие очевидно антиавторитарные настроения.

Сегодня в такой обстановке, как выразился мой коллега, криптолибертарианства проводил семинар по неомарксизму с задачей пояснить язык, который используется этим течением для разговора о политике — в рамках курса по политической философии. У меня сложилось ощущение, что студенты интуитивно не видят пафоса, который был свойственен левому движению от утопистов до Марка Фишера, так что приходилось выкручиваться, чтобы этот пафос передать. Марксисты так устроены, что без пафоса освобождения и социальной истины их язык вообще не работает.

Один студент заявил, что его претензия к Марксу и сыновьям в том, что их система взглядов аморальна и предложил, что случается в наших аудиториях довольно редко, стандартный кантианский аргумент в духе Нозика. Все, что заработано человеком честным трудом, принадлежит ему по праву, следовательно частная собственность неотчуждаема и составляет основу справедливого устройства общества. Учения, оспаривающие этот принцип, не могут рассматриваться всерьез.

Я, конечно, начал задавать не менее стандартные вопросы про наследование. Мы принимаем аргумент о справедливости рыночной меритократии, в рамках которого все, что заработано вами, является безусловной наградой, которую вы заслужили. Как в таком случае работает институт передачи капитала наследникам? И как можно оценить реальную динамику этой «наследственной меритократии»: какое число нынешних богатейших людей планеты получили свою награду по заслугам, а какое число — по наследству? Может ли наследование считаться заслугой?

Ради поддержания пафоса пришлось придумать мысленный аргумент с омоновцем, который передает своему сыну единственное, что он заслужил в течение жизни, — право безнаказанно избивать людей на улице. В аудитории были юристы, которые сказали, что такое право наследованию не подлежит, в отличие от имущества, но я защищался тем, что это такой безумный мир мысленного эксперимента, где мы уже приняли соответствующие поправки в Гражданский кодекс, и так можно.

Тем более, что идея наследования статуса выглядит чуть менее нелепой, если вспомнить, что в сословном обществе она была распространена повсеместно, и представители аристократии помимо имущества своих отцов получали от них многочисленные личные права.
Безусловно, существует множество причин, почему идея Платона о запрете наследования абсурдна. Однако почему мы считаем идею передачу детям капитала разумной, а права бить дубинкой прохожих — нет? Возможно, могла бы даже существовать специальная омоновская процедура передачи такого права от отца к сыну с вручением шлема, щита и других регалий и произнесения клятвы Золотову.

Вся эта дичь, понятное дело, нужна не просто потому, что это забавно, а чтобы показать уязвимость аргументации о моральном статусе рыночной меритократии: ее довольно трудно распространить на наследников.

Оригинал



Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире