kirill_f

Кирилл Филимонов

13 сентября 2014

F
Парламентские выборы в Швеции, которые пройдут в  воскресенье 14 сентября, вряд ли привлекут внимание СМИ. Выборы в  маленькой 10-миллионной нации на отшибе Европы, о которой известно, что там никогда ничего не происходит и всё у всех хорошо, едва ли воспринимаются всерьез, – однако есть три весомые причины обратить внимание на результаты голосования.

10706515_10203572689971867_110353065_n.jpg

1. В Швеции меняется власть. Правоцентристский Альянс из либералов, центристов и  христианских демократов, управлявший страной на протяжении восьми лет, по всем опросам проигрывает «красно-зеленой» коалиции в составе социал-демократов, социалистов и «зеленых». С 2006 года Альянс здорово изменил шведскую систему «государства всеобщего благосостояния», понизив налоги и значительно приватизировав сферу образования, здравоохранения и транспорта. В Швеции, где принято считать, что на  государство можно положиться, отношение к усилению роли бизнеса более чем неоднозначное: либеральные реформы критикуют за снижение качества услуг. После воскресных выборов Швеция, очевидно, вернется к традиционной социалистической модели.

На чем смена власти вряд ли отразится, так это на российско-шведских отношениях. Уходящая коалиция занимала предельно жесткую позицию по поводу происходящего на Украине, и, согласно недавнему исследованию, 56% шведов одобряют политику Швеции по отношению к украинскому кризису – не одобряют только 28%. Солидарность с Украиной проявляют все основные политические силы.

10706388_10203572670411378_1158515635_n.jpg
Опросы показывают, что агрессивная предвыборная кампания с привлечением тяжелой артиллерии (на фото — агитация за популярного премьер-министра Фредрика Райнфельдта в стокгольмском метро) не поможет правящей коалиции удержать власть


2. Ультраправая партия «Шведские демократы» пришла к выборам еще более сильной, чем четыре года назад, когда она сенсационно сумела пробиться в парламент. Сейчас ШД могут рассчитывать на третье место и 9-11% голосов. Они обещают сократить иммиграцию и критикуют гуманитарную политику правительства, благодаря которой Швеция наряду с Германией приняла в прошлом году больше всего беженцев в Европе.

В отличие от многих стран Западной Европы, в Швеции ультраправые остаются маргинальным и даже  изолированным движением. Среди парламентских фракций есть договоренность о том, что в спорных случаях никто из них не будет прибегать к голосам ШД, чтобы протащить закон. Избирателей ШД практически невозможно встретить в крупных городах – их электорат сосредоточен в основном в небольших городах южных регионов, и последнее, что стоит делать в Швеции – признаваться в симпатии к ультраправым.

Журналисты не устают сообщать о расистских скандалах с участием членов ШД, многие из которых в 90-е начинали активистскую деятельность с неонацистских демонстраций. Кандидат от ШД в одном из южных регионов недавно была вынуждена отказаться от участия в выборах после утечки в медиа фотографии, где она пылесосит комнату с повязкой со свастикой на  рукаве. Забавно, но здесь в Уппсале список ШД на местных выборах возглавляет 25-летний Павел Гамов, уроженец Советского Союза.

3. Еще одна интрига выборов – сумеет ли партия «Феминистская инициатива» (ФИ) впервые пройти в Риксдаг. У ФИ нет аналога в Европе, и по итогам яркой кампании в мае она получила мандат в Европарламенте. Но национальные выборы – совсем другая история, и сейчас феминисты балансируют на грани минимальных 4%. ФИ идет на  выборы с нестандартной предвыборной программой, в частности предлагая разоружить армию, легализовать всех находящихся в стране иммигрантов без документов и сделать бесплатным общественный транспорт. Феминистская партия необходима, считает лидер ФИ Гудрун Шиман, потому что политическая система была сформирована задолго до того, как женщины получили право голоса. «Политика была создана мужчинами и для мужчин», – считает она.

10681730_10203572668811338_266679350_n (1).jpg
Агитация правящей Умеренной партии: «Воскресенье — никакой не красный день». Подпись сторонников ФИ: «Правильно, он розовый».

Успех ФИ сделал феминизм одной из ключевых тем кампании. Лидер социал-демократов (и, очевидно, будущий премьер-министр) Стефан Лёвен в эфире национального телевидения назвал себя феминистом и по просьбе ведущих даже попытался вспомнить классиков феминистской литературы. Либеральная Народная партия идет на выборы под слоганом «Феминизм без социализма». Опросы не обещают «красно-зеленой» коалиции 50% голосов, и в случае, если феминисты пройдут в парламент, их голос окажется ключевым для принятия решений. Феминисты намерены поддерживать политику левой коалиции.

***

Как бы скептично ни относились в  мире к шведской политике, здесь просмотр подсчета голосов – целый социальный институт под названием valvaka, сродни просмотру Евровидения или футбольного матча. Воскресный вечер шведы проведут с семьей или друзьями у экранов телевизоров за кофе или пивом, чтобы поболеть за своих – и в понедельник проснуться с новым правительством.
У посольства США в Москве 9 октября прошла серия одиночных пикетов в поддержку уволенных журналистов Радио Свобода.

Сегодня я узнал, что в Москве проблемно пикетировать не только органы власти, но даже американское посольство.

Вообще-то я никогда не участвовал в одиночных пикетах. Понятно, что пресечь их легко. Но мне казалась забавной мысль о том, что меня могут «свинтить» напротив посольства США. Ведь это же почти акт патриотизма. Спасибо сказать должны, а не свинтить. Я и так чувствовал себя немножко нашистом, когда с плакатом под мышкой спрашивал у прохожих, как добраться до американского посольства.

В первый раз полицейский подошел ко мне через пару минут после того, как я развернул свой плакат. На нем, к слову, было по-английски написано: «Коллектив Радио Свобода уволен. Какой подарок на день рождения Путину». Кажется, скорость работы правоохранителей объяснялась тем, что фамилия Putin была особенно жирно выделена красным фломастером. Полицейский, впрочем, моим паспортом остался доволен. К восторгу пришедших журналистов, он даже вытащил из мундира мобильный телефон и сам стал снимать меня на камеру. Похоже, ему понравилось.

Тем временем в полиции, по-видимому, происходила оживленная дискуссия о том, что делать с этими странными людьми. Людьми, которые не кричат «Долой Рейгана», но зачем-то всё же пикетируют американское посольство. Если такая дискуссия и была, то «ястребы» победили в ней быстро. Спустя минут пять, пока я отвечал на вопросы корреспондентов, ко мне подошел другой человек в форме. Тут наконец и началась классика: «Пройдемте, гражданин».

Угрюмый полицейский представился полковником и даже пробурчал фамилию. Основание для задержания? – «Вы сказали, что будете стоять один, а вас там вон сколько». Я попробовал объяснить, что стоял один, а «вон сколько» было журналистов, которые просто делали свою работу. «Сейчас поедете в отделение», – просто ответил он, как будто не слышал.

Меня подвели к низенькой, темной, облупленной бытовке по соседству со зданием посольства. Я всё еще надеюсь, что это не было отделением российской полиции при посольстве Америки. Если до этого положение выглядело серьезным, то теперь оно казалось странным. Когда же меня завели в эту лачугу и просто закрыли одного, стало смешно. «Что вы чувствуете?» – кричал французский репортер в узкую щелку, которую мне все-таки любезно оставили. Что мне было ответить? Он бы не понял, если бы я признался.

Через несколько минут в полиции вдруг решили сменить гнев на милость. В мою унылую обитель заглянул очередной офицерский чин:

– Пикетируйте, но людей рядом быть не должно!

– Но это журналисты, – попробовал спорить я.

– Пусть снимают в стороне, – ответил офицерский чин и применил последний убийственный аргумент: «А то сейчас поедем в отделение!»

Пришлось выйти и попросить журналистов не снимать пикетчиков, а общаться с ними в стороне. Мы продолжили выходить с плакатами по одному, и претензий у правоохранителей больше не было. Самый живописный момент акции настал тогда, когда позади пикетчицы с плакатом «Верните Свободу в России» в пробке остановился микроавтобус «Ритуальные услуги».

Главного мы все-таки добились – секретарь посольства Бэт Пуассон пообещала передать петицию с нашими требованиями людям в Вашингтоне, которые могут повлиять на решение американского менеджмента «Свободы». Требования всего два: вернуть работу уволенным журналистам и найти компромисс с российскими властями, который бы позволил «Свободе» остаться на средних волнах. Один из пикетчиков рассказал о своих родственниках, которые живут в глухой деревне – в 80 километрах от ближайшей зоны, где есть интернет. «Свобода», пусть и со старомодными средними волнами, предоставляла его родственниками новостную картину, отличную от телевизионной. И пока москвичи запросто рассуждают о бесполезности средних волн в эпоху интернета, родственники нашего пикетчика продолжают размышлять, где им искать альтернативную информацию после 10 ноября. В этот день вещание «Свободы» на средних волнах, по новому российскому закону, должно прекратиться.

829062

829064

829065

829066

Фото — Юрий Тимофеев

829063

Фото — Иван Трефилов

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире