kasyanov_mihail

Михаил Касьянов

07 сентября 2017

F

Государственная пропаганда и работающие на мэрию СМИ старательно продвигают миф о менеджерском таланте мэра Собянина и его команды. Нам говорят, что они превратили столицу в образцовый европейский город. 

Но на самом деле за последние годы в Москве под копирку была выстроена система путинской вертикали. Главный принцип работы городской администрации — отношение к москвичам как к неразумным детям, не осознающим своего счастья. Финансы, земля, инфраструктура, принятие решений по любому вопросу полностью сконцентрированы в руках мэрии и используются в узких групповых интересах. Власть имитирует участие горожан в принятии решений фиктивными процедурами так называемых общественных слушаний, голосованием через интернет. За, казалось бы, современным лицом системы «Активный гражданин» прячется казенщина, бюрократия и коррупция. Под этой завесой чиновникам удобно осваивать городские ресурсы. В реальности все решения принимаются без учета мнения не только горожан, но и их представителей в муниципальных советах депутатов.
В заслугу московской власти ставят создание Московского центрального ж/д кольца и активное строительство станций метро, бурную реконструкцию городских улиц и намечаемую реновацию жилых районов. Нам говорят, что Собянин «не болтает, а делает», он знает, что нужно москвичам лучше их самих.

Я уверен, что город не может стать европейским, по-настоящему современным, а значит — комфортным для граждан, без свободного городского сообщества и его активной роли в городских делах. Люди хотят быть хозяевами своих кварталов, чувствовать себя, как дома в своем районе и городе, влиять на происходящее вокруг них, и эти чувства абсолютно естественны. Воля горожан должна играть определяющую роль и в расходовании бюджетных средств и при решении вопросов развития района и города.

10 сентября в Москве пройдут муниципальные выборы. На них будет избрано почти 1,5 тыс. депутатов местных советов. Мы видим, как городские власти замалчивают эти выборы. Они хотят силами зависящих от них бюджетников, 10-процентной явкой, назначить послушных им депутатов. Хотим ли мы бесконечных благоустройств улиц, т.н. образовательных комплексов вместо настоящих школ, поликлиник без специалистов, сноса старинных особняков, вырубки парков и другой «заботы» о нас со стороны мэрии? Если мы ощущаем себя свободными гражданами и хотим сами принимать решения о своей каждодневной жизни, то такое отношение властей к нам просто неприемлемо. Мы должны сказать свое слово и выбрать муниципальных депутатов, защищающих наши интересы. Да, власть украла у нас институт выборов, но на муниципальном уровне шансы всё же еще есть. У муниципальных советов сейчас крайне мало реальных рычагов давления на власть. Но если демократические кандидаты займут много мест в районных советах, то давление это будет нарастать: они будут добиваться расширения полномочий и ресурсной базы местного самоуправления.

Друзья, либо мы сдадимся под напором админресурса Собянина, либо придем на участки и проголосуем за кандидатов единого демократического списка, выдвинутых ПАРНАСом и «Яблоком».От этого во многом будет зависеть будущее нашего города, наших районов.

Москва – это наш город!

Задержание и брутальная ночная доставка Кирилла Серебренникова из Петербурга в Москву на допрос, ночь в СИЗО, демонстративное его содержание в клетке во время суда по мере пресечения — это показательная акция властей по устрашению свободолюбивых граждан, творцов свободного искусства. 

Расправы правоохранителей над политическими активистами для многих уже стали привычными. Они не приносят эффекта давления на общество, который нужен властям. Режим переходит в новую стадию работы с несогласными. Очередь дошла до деятелей культуры. 
Кирилл Серебренников, в отличие от многих обласканных властью деятелей культуры, занимает независимую позицию приверженности свободе и демократическим ценностям. В своем творчестве он метафорично указывает на лживость нынешней власти, на то, как пагубно может она влиять на человека. В «Гоголь-центре» велась просветительская работа: читались лекции, организовывались дискуссии и кинопоказы. Все это способствовало расширению кругозора людей, формированию у них свободного мышления. 

Более того, Серебренников демонстрировал свою гражданскую позицию не только в искусстве. Он регулярно участвовал в акциях политического протеста против военной агрессии российских властей и за честные выборы, публично поддерживал деятелей искусства, подвергшихся травле. 

Начиная уголовное преследование против Серебренникова и его коллег, власти рассчитывали на испуг и эмиграцию режиссера с мировым именем, одного из лидеров общественного мнения в России. Он мог бы спокойно дальше заниматься творчеством на западных площадках, где не раз был удостоен наград и премий. Но он остался в стране, невзирая на грозящую опасность. Такая, в понимании нынешних властей, дерзость не могла не остаться безнаказанной. И вот – демонстративное унижение и арест. 

Но агрессивные действия силовиков вызвали возмущение, которое выплеснулось далеко за пределы творческой среды. Под стены Басманного суда пришли сотни протестующих граждан. Режиссера поддержали даже вполне лояльные власти общественные деятели и журналисты. За него не испугались поручиться те деятели культуры, которые до сих пор одобряли политику Кремля. 

Островки свободы, каким был «Гоголь-центр», поэтапно уничтожаются, а немногие смелые художники объявляются преступниками и оказываются на скамье подсудимых. Нас пугают, но мы не должны бояться. Нужно продолжать борьбу словом и делом. 

Партия народной свободы (ПАРНАС) безоговорочно осуждает эти действия властей и требует прекращения уголовного преследования Кирилла Серебренникова.

Участие Евгения Ройзмана в выборах губернатора Свердловской области в Кремле сочли риском. Власть организовала все так, что ему просто арифметически не хватило подписей депутатов для преодоления муниципального фильтра. 

Отказ в допуске к выборам Ройзману заставляет поднять тему тактики и стратегии демократической оппозиции в преддверии президентской кампании 2018 года.

Призрачные надежды

Объявившие о своих намерениях участвовать в президентских выборах Алексей Навальный и Григорий Явлинский предложили своим сторонникам бойкотировать губернаторские выборы в Свердловской области. Надо полагать, что в декабре Навальный призовет своих сторонников бойкотировать и президентские выборы. Но до этого времени он будет вести свою предварительную кампанию с целью убедить электорат в неизбежности его регистрации властями. Решение о недопуске Навального уже принято. «Юридическое основание» и «широкое общественное мнение» для декабрьского официального отказа в допуске давно сформированы. Навальный и его соратники хорошо помнят, как после несанкционированных акций лета 2013 года выдвинутый ПАРНАСом Навальный был допущен к участию в мэрской кампании в Москве. Многие его сторонники верят, что участие в выборах мэра стало возможным именно благодаря уличному протесту. Они забывают, что муниципальный фильтр был преодолен их лидером подписями депутатов-единороссов, собранных по приказу властей. Надежды, что несанкционированные акции в декабре этого года убедят власти в целесообразности допуска Навального на выборы, просто наивны в свете сегодняшней политической реальности.

Явлинский, по-видимому, рассчитывает на то, что он будет допущен к выборам, а демократическая оппозиция и электорат будут вынуждены поддержать его «по факту» в качестве единственного допущенного участника. Но получить широкую поддержку таким образом ни Явлинскому, ни «Яблоку» еще никогда не удавалось. Да и рассчитывать на добрую волю власти «играть по правилам» совершенно не стоит. В 2012 году Явлинский, так же как и я в 2008 году, был снят с выборов из-за якобы «некачественных» подписей.

Поставить власть перед выбором

Чтобы реальная оппозиция была допущена на выборы президента, нужны такие общественно-политические условия, при которых цена отказа для правящего режима будет слишком высока. Многие согласятся, но скажут, что это невозможно. Но я утверждаю, что возможно, и этому есть подтверждение. В декабре 2011 года сто тысяч москвичей вышли на Болотную и затем на Сахарова. Тогда мы все смогли напугать власть, и заставить ее пойти на компромиссы. Оппозиция проводила переговоры с Медведевым и Володиным по пакету изменений в партийное и выборное законодательство, и власть приняла часть предложенных нами поправок. Тогда мы не смогли добиться большего, так как внутри команды организаторов протеста возникли разногласия. Наша партия ПАРНАС (Борис Немцов, Владимир Рыжков и я) неоднократно предлагала внести в список из пяти наших требований перенос президентских выборов на полгода для принятия новых законов, открывающих доступ к выборам всем оппозиционным силам. Другие участники с этим не соглашались, сводя все требования к повышению прозрачности и честности выборов.

Для создания общественно-политических условий, обеспечивающих допуск оппозиции на выборы, уровень и «качество» давления на власть должны соответствовать масштабу поставленной задачи – победе на президентских выборах и незамедлительной смене разрушительного политического курса страны. 

Должен появиться политический субъект, строящий свою программу не на эмоциях, а на разумных аргументах, и добившийся благодаря этой программе доверия избирателей. Но этот субъект — не отдельная личность, какой бы обаятельной, харизматической и технологичной она ни была. Им может стать только широкая коалиция. Её нужно создавать на базе главных демократических ценностей, на понимании основ государственного и общественного устройства, внешнеполитических приоритетов, на единых оценках истории страны. 

Крайне важно принятие коалицией принципа переходного периода от сегодняшнего политического режима к демократической России. Это сложный путь решительных реформ, сопряженный с большими личностными рисками, требующий готовности к политическому самопожертвованию ради будущего нашей страны. 

В таком коалиционном соглашении — Демократическом консенсусе, должны быть прописаны жесткие ограничения справа и слева. Недопустимы формулы «отобрать и поделить» и «Россия для русских», реабилитация большевизма, ксенофобские взгляды и имперские претензии на территории других государств. 

Всеядный популизм, желание понравится всем, игра на комплексах постсоветского человека должны быть пресечены. К сожалению, оказалось, что Алексей Навальный и многие его сторонники не понимают важности таких ограничений. Публичная дискуссия с Гиркиным фактически легализовала этого командира боевиков, признающего свои деяния и гордящегося ими. Тезисы, прозвучавшие на этих «дебатах», говорят о том, что взгляды Навального противоречат базовым демократическим ценностям. Он сводит их к циничному торгу по важнейшим вопросам внутренней и внешней политики, экономическим вопросам жизни нашей страны. 

Жесткие рамки коалиционного соглашения позволят выстроить устойчивую стратегию и тактику участия оппозиции в выборах. Сделают ее менее уязвимой к провокациям, атакам и искушениям со стороны власти.

«Удар» группой кандидатов

Мне представляется, что коалиционное участие в президентской кампании должно заключаться в выдвижении от оппозиции сразу нескольких известных кандидатов (например, Григория Явлинского, Евгения Ройзмана, Ирины Прохоровой, Владимира Рыжкова, Дмитрия Гудкова и др.) с гарантированной общей поддержкой всеми единого кандидата на последнем этапе. Но даже в таком формате допуск хотя бы одного кандидата не гарантирован, и если откажут всем, то масштабное протестное давление на власть становится неизбежным. Решение нужно принимать всем вместе: протест будет эффективен лишь при полном единстве. 

Объединение на базе общих принципов сразу же даст оппозиции доверие широких слоев населения, в том числе интеллектуальной и бизнес-элиты, и даже чиновников-профессионалов, ориентированных на демократические перемены. Чтобы заслужить такое доверие, оппозиция должна представить своим избирателям эффективную команду перемен — переходное правительство. Избиратель увидит, что он поддерживает опытных политиков и управленцев, умеющих работать с людьми и знающих, какие преобразования нужны стране. 

Командная работа станет гарантией от персонификации будущей демократической власти, от зацикленности на первом лице, неизбежно провоцирующей авторитаризм. Мы должны показать людям, что главное для нас — не смена людей во власти, а формирование демократических государственных и общественных институтов.

Путь только один

Да, к сожалению, опыт взаимодействия оппозиции дает слабую почву для оптимизма. Не были услышаны наши предложения по объединению с «Яблоком» перед думской кампанией 2016 года. Печален опыт создания демократической коалиции с Навальным на этих выборах. В результате растерявшийся демократический избиратель не пошел на участки, отказался наблюдать за подсчетом голосов. 

Но что же делать? Приходится вновь и вновь возвращаться к теме консолидации, потому что другого пути просто нет. Разобщенная оппозиция становится «спойлером» и «мальчиком для битья», множит неверие и апатию, помогая власти убеждать людей в своей безальтернативности.

Заявление главы «ДНР» Захарченко о создании «Малороссии», государства-призрака вместо Украины, российские власти пытаются выставить самодеятельностью. Несмотря на безумное содержание самой идеи, я уверен, что за  ней стоят кремлевские кураторы, в головах которых по-прежнему блуждает бред о «русской весне» как об инструменте подчинения Украины путинскому режиму.

Идея Малороссии была сформулирована и вброшена кураторами в  привычной для них шутовской, издевательской форме. Так, чтобы это выглядело несерьезно, но заставило бы задуматься и Киев, и Запад о готовности Москвы повышать ставки: вот, мол, недоговороспособность Киева к чему приводит, самопровозглашенным республикам приходится задумываться о независимости. 

Этот озлобленный цинизм выглядит как угроза: надо что-то делать, когда взлелеянный Кремлем проект «Новороссии» провалился. Весной Россия признала документы самопровозглашенных республик, рубль стал официальной валютой, предприятия были «отжаты» у законных собственников. Этими шагами российские власти сразу же перечеркнули минские соглашения. Благодаря Минску-2 Кремль рассчитывал получить рычаг давления на Киев через особый статус нынешних правителей самопровозглашенных республик. Претворить эти планы в жизнь не  получилось. Разрушенный Донбасс лежит уже третий год тяжелым бременем на плечах российских налогоплательщиков.

В арсенале у Путина остаются последние козыри. За абсурдными обещаниями создать «Малороссию» могут стоять вполне реальные планы по  официальному признанию Москвой т.н. «ЛНДР», особенно в условиях необходимости создания «образа будущего» в преддверии президентских выборов. Конечно, на захват территории Украины до Днепра в Кремле всерьез не  рассчитывают, но шантаж Кремля легко может стать реальностью в пределах границ Донецкой и Луганской областей.

В Кремле настойчиво анонсируют предстоящую встречу Владимира
Путина и Дональда Трампа на полях саммита G20 в Гамбурге. Особый акцент делается
на то, что президентам нужно «познакомиться друг с другом».


Уверен, что Путин будет стремиться создать в глазах Трампа образ «славного,
открытого парня», убедить собеседника в своей откровенности и заслужить
его доверие. Он будет увлеченно рассказывать Трампу про «антиконституционный
переворот» в Киеве, про «злых и брутальных» украинцев, которые
постоянно нарушают минские договоренности и нападают на «свободолюбивых
ополченцев». Он будет поражать собеседника знанием всех деталей и 
мельчайших подробностей происходящего. Фактически долгожданную встречу Путин
попытается использовать для своего рода «вербовки» американского
лидера.


Он обязательно расскажет американскому коллеге свою любимую, придуманную им же
самим историю про обещания Запада не расширять НАТО на Восток. Попытается
расколоть трансатлантическое единство, предлагая решать все вопросы
международной безопасности им вдвоем – Путину и Трампу.


В США обещали, что речь пойдет также о разногласиях по Сирии. Здесь диалог
неизбежно упрется в Асада. Путин будет всячески защищать его легитимность,
давая понять, что Асад для него — это просто «Сталинград»,
останавливающий дальнейшее наступление «арабской весны» и смену глав
государств революционным путем. А войти в международную антитеррористическую
коалицию, как это было в начале 2000-ых, Путин просто откажется.


Ежедневно возрастающая северо-корейская угроза также не станет предметом
продуктивного взаимодействия, несмотря на то, что никаких аргументов защищать
Ким Чен Ына и преуменьшать угрозу безопасности у российского руководителя нет.



В общем ожидать от этой встречи какого-либо конструктива и,
тем более, оттепели в российско-американских отношениях не приходится. Путин,
используя свои профессиональные навыки, прощупает Трампа как человека,
определит его слабые стороны, чтобы потом пробовать на них играть. Но даже если
Путин очарует Трампа, он никогда не сможет расположить к себе американский
истеблишмент, и в частности Конгресс, которые лишают хозяина Белого дома, кто
бы им не был, возможностей проведения непредсказуемой, безрассудной политики.

Несмотря на то, что в причастности подсудимых к исполнению преступления у адвокатов семьи Немцова сомнений практически нет, к следствию остается много вопросов. Это длительное разбирательство не убедило общество, что государство стремится раскрыть это демонстративное, дерзкое убийство лидера оппозиции.

Возмутительно, что ФСО не захотела предоставить записи с многочисленных камер наблюдения, где наверняка содержатся важные доказательства.

Мотивы преступления в суде вообще не  обсуждались. Свидетельские показания о существовавших в адрес Бориса угрозах не  обсуждались и не учитывались. Поиск организаторов и заказчиков этого политического убийства за два с лишним года не продвинулся вовсе. Суд отказался допросить важных свидетелей из ближайшего окружения Рамзана Кадырова и его самого, отклонил все ходатайства потерпевшей стороны. И в этом также ответственность государственной власти.

Я согласен с адвокатами семьи Бориса, что происходят чудеса: правоохранители «потеряли» Геремеева. Следователь едет к нему домой в Чечню, стучится в закрытую дверь, разворачивается и уезжает обратно. И это в стране, где выявление и поиск любого несогласного с властью не составляет для неё никакого труда.

Власть хочет осудить исполнителей и  поставить точку в этом деле, спустить дальнейшее расследование на тормозах. Но  мы не должны этого позволить. Наша общая задача и долг перед Борисом и его семьей — требовать от властей продолжения и доведения расследования до конца. Чтобы были названы и предстали перед правосудием не только исполнители, но и организаторы и, что чрезвычайно важно, заказчики этого зловещего убийства.

После того как силы международной антитеррористической коалиции сбили бомбардировщик армии Асада, российское Минобороны отдало приказ брать в прицел все самолеты коалиции западнее Евфрата. Помимо обычных обвинений в адрес Запада Москва закрывает специальный канал связи с коалицией по координации полетов в Сирии, хотя значение такого центра координации напротив возрастает.

Так это, что блеф кремлевских стратегов или реальная угроза войной? Такие заявления говорят о готовности Кремля и дальше повышать ставки в конфронтации с Западом ради поддержки сирийского диктатора. В военном ведомстве и МИДе атаку на бомбардировщик Асада называют нарушением государственного суверенитета Сирии. Но дело в том, что Запад не считает Асада легитимным главой Сирийского государства еще с 2013 года, после применения сирийскими властями химического оружия против оппозиции, унесшего жизни сотен людей. Уже четвертый год Владимир Путин и его министры пытаются убедить мир в легитимности правления Асада. Путин продолжает упорствовать в этих попытках, дойдя до того, что уже угрожает войной международной антитеррористической коалиции. Казалось бы насколько проще было бы способствовать политическому урегулированию в Сирии и объединить усилия с коалицией для совместной борьбы с ИГИЛ*. Но Путин лишь подливает масла в огонь, пытаясь всем доказать свою исключительность и заставить Запад признать легитимность Асада.

Такие игры заканчиваются, как правило, печально. Блеф может в любой момент превратится в реальный выстрел, и тогда война может выйти уже за пределы Сирии.

* деятельность организации запрещена на территории РФ

Сенат США почти единогласно принял законопроект о расширении санкций против России. В дополнение к старым (агрессия против Украины) названы новые основания для их введения – поддержка российским руководством сирийского диктатора Асада и вмешательство в американский избирательный процесс. «За» голосовали и демократы, и республиканцы. После принятия закона палатой представителей Конгресса Дональд Трамп должен будет его подписать или получить тот же результат через преодоление Конгрессом возможного президентского вето.

Уже в январе этого года, когда Дональд Трамп официально вошел в Белый дом, было ясно, что вопрос вмешательства Кремля в президентские выборы будет тщательно расследоваться и станет центральной темой для обсуждений в СМИ. Можно было догадаться, что не только политические соперники атакуют Трампа, но и его коллеги республиканцы используют этот повод для того, чтобы загнать нового президента и его команду в привычный для Республиканской партии коридор ценностей и понимания национальных интересов.

Это было ясно всем, но не Владимиру Путину. Он сделал все, чтобы убедить американцев в том, что их подозрения не напрасны, и им просто необходимо принять меры по защите основного института американской демократии.

Во многочисленных выступлениях и интервью Путин с упорством объяснял миру, что это американцы вмешиваются во внутренние дела стран по всему миру, и поэтому вмешательство независимых российских хакеров-патриотов в избирательную кампанию США не является чем-то страшным, а способы добычи информации не имеют значения. Не забыл Путин и свой фирменный тезис об отсутствии доказательств. Такие слова работают во внутренней пропаганде, но только сильнее злят американского обывателя, не говоря о политическом классе.

Путин, в итоге, консолидировал вашингтонский истеблишмент и противоборствующие партии. Результат – новые санкции, которые больно ударят по стагнирующей российской экономике. Но эти проблемы президент переложит на российских граждан.

Путин ведет себя как азартный игрок, не умеющий остановиться. Не имея на руках ни одного козыря, он повышает ставки в своей игре и делает это за счет нас — россиян и будущего наших детей.

12 июня в День России вновь сотни российских граждан оказались избиты дубинками и заперты в автозаки. Судебная машина штампует решения об административной ответственности. Появляются уголовные дела, и, скорее всего, последуют новые «посадки». Незаконное полицейское насилие вызывает острое ощущение несправедливости и чувство гнева. Возникает закономерный вопрос: как быть дальше?

Есть два сценария смены авторитарной власти. Первый — это конституционный способ через механизм выборов. Такой сценарий совсем не исключает уличного протеста. Напротив, его роль должна быть очень важной. Один из характерных примеров — «Оранжевая революция» 2004 года на Украине, когда воля тысяч граждан заставила власть отступить и повторно провести голосование второго тура выборов президента страны.

Второй сценарий — тот, с помощью которого пало большинство диктаторских режимов. Сценарий революционный. Тогда люди, веря, что перемены через выборы уже невозможны, выходят на улицы. Начинаются столкновения. Растет негодование и количество протестующих. Правительственные силы оказываются перед лицом противостояния с огромными толпами демонстрантов и отказываются от защиты режима. После этого диктатору и его приближенным остается только бежать.

Как известно, Партия народной свободы (ПАРНАС) придерживается первого сценария смены власти. Реализовывая его, в прошлом году мы пытались консолидировать другие политгруппы и участвовать в выборах в Государственную Думу. Но власть эту возможность растоптала, облив потоками грязи своих политических оппонентов и нарисовав и ПАРНАСу, и Яблоку смехотворные цифры.
Алексей Навальный, также как и мы с Яблоком, работает в рамках первого сценария смены власти и активно ведет подготовку к своей президентской кампании, заслуженно возглавив антикоррупционное движение в стране. Очевидно, он хочет максимально повысить для власти политическую стоимость отказа ему в допуске к выборам, рассчитывая вывести на улицы городов тысячи протестующих людей в декабре этого года.

После безжалостных избиений граждан на Болотной в 2012 году и на Тверской в этом году, незаконных задержаний, арестов и уголовного преследования, тотального игнорирования властью любых требований протестующих по всей России остается ли первый сценарий реалистичным? Я считаю, что да. Мы — приверженцы смены власти мирным путем, через выборы. У меня нет сомнений в том, что объединение всех демократических сил на выборах по-прежнему является ключевым фактором достижения успеха. У меня нет сомнений в том, что только воля сотен тысяч людей, приверженных нашим общим демократическим ценностям, способна заставить власть пойти на перемены и провести наконец свободные и честные выборы под контролем гражданского общества.

Именно поэтому мы считаем, что демократическое движение должно выдвинуть на президентские выборы нескольких кандидатов. Все граждане, приверженные демократическим ценностям, включая активных борцов с коррупцией, должны обеспечить каждому из кандидатов сбор подписей в поддержку выдвижения. И уже по результатам регистрации необходимо будет определить, кто станет единым кандидатом от оппозиции.

Отказ в регистрации одного кандидата не должен лишить граждан демократической альтернативы Путину. Мы должны использовать все возможности, чтобы получить эту альтернативу, основанную на договоренностях оппозиционных сил. Эти договоренности должны содержать ясное видение ближайшего будущего страны, вокруг которого необходимо консолидировать гражданское общество. Ведь наша задача — менять не людей во власти, а саму систему. На политиках сегодня лежит ответственность за будущее тех молодых людей, которые протестовали вчера на Тверской, и этой ответственностью мы не имеем права пренебрегать.

Подрыв основ Конституции

В пятницу Государственная Дума рассмотрит во втором чтении законопроект о так называемой «реновации» московского жилого фонда. Мы все уже, к сожалению, привыкли видеть, как власти регулярно нарушают Конституцию страны. Но сегодня готовится новое грубейшее нарушение Конституции, подрывающее основу нашего жизнеустройства. Инициаторы законопроекта хотят узаконить на федеральном уровне полное попрание незыблемого права частной собственности. Это уничтожение того, чем мы еще отличаемся от советского государства, того, что позволяет людям чувствовать себя хозяевами своей жизни и своего дела. При этом, речь идет о миллионах простых собственников, а не о миллиардерах, регулярно получающих льготы от нынешней власти.

Дело не в пятиэтажках

Да, дома вырабатывают свой ресурс. Требуется проведение их капитального ремонта и реконструкции, а ветхое и аварийное жилье подлежит сносу. А иногда, если это выгодно всем собственникам, то с их согласия, ещё не аварийное, но старое жилье также может сноситься. Я категорически «за» улучшение жилищных условий москвичей. Специального закона для этого не требуется. А вот по рассматриваемому законопроекту о «реновации» выгода конкретного собственника и его конституционное право никого не волнуют — квартира (его частная собственность) отнимается решением большинства жильцов. Да, наверняка большинство соседей — хорошие люди, у них есть своя разумная аргументация за снос дома. Но это не может являться основанием для лишения других граждан их частной собственности.

Очевидно, что власти спешат, хотят быстро расселить людей в много лет пустующие новостройки и поскорее завладеть дорогостоящими земельными участками. Справедливости ради надо сказать, что всё это было и раньше. Но частная собственность оставалась незыблемой. Она была неприкосновенной до тех пор, пока мэр Собянин не объявил юридические документы о частной собственности «филькиными грамотами». И тогда множество объектов торговой недвижимости в столице было уничтожено, несмотря на решения судов, подтверждавших право частной собственности. Тогда Каток Собянина только набирал скорость.

За 24 года действия нашей Конституции граждане привыкли чувствовать себя собственниками приватизированных квартир. Они научились ценить это, осознавая, что именно  собственность на жилье — самый мощный и стабильный актив. Власти же, уповая на правовую неграмотность населения, пытаются сделать все по-советски, по принципу: отнять, обмануть, поделить.

Процесс расселения должен проходить исключительно на основе согласия и экономической выгоды для каждого собственника недвижимости. Ведь если человеку сделать действительно выгодное предложение, он вряд ли от него откажется. В Москве не первый год сносят и расселяют дома, и при всех недостатках делалось это по индивидуальной договоренности с каждым собственником. И ведь расселили. Без всякой чрезвычайщины.

Градостроительная вольница

Если законопроект «о реновации» вступит в силу, он снимет с московских властей обязанность действовать в рамках Генерального плана, правил землепользования и застройки, санитарных, экологических и прочих градостроительных норм. При реализации масштабных градостроительных проектов эти нормы должны быть напротив ужесточены, а их соблюдение жестко контролироваться. Сейчас мы видим справедливые опасения жильцов домов, не попавших под снос. Они понимают, что выросшие на месте пятиэтажной застройки 20-этажные монстры обрушат и без того перегруженную инфраструктуру столичных районов. Вместе с этажностью вырастет плотность населения, и как следствие москвичи получат парализованные дороги, нехватку мест в школах и детских садах, огромные очереди в поликлиниках, и этот список можно еще продолжать долго.

Я отлично понимаю, что нынешняя Дума не представляет реальных интересов граждан России. Ее легитимность находится под большим вопросом. Но, учитывая беспрецедентность происходящего, я призываю депутатов не голосовать за законопроект «о реновации». Многих москвичей, которых коснется реновация, 6 июня даже не допустили до «открытых» парламентских слушаний. Одумайтесь! Вы же в угоду частным интересам бенефициаров «реновации» подрываете основу жизнеустройства двух миллионов граждан России, и они вам это могут не простить.

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире