Полагаю, все следят за ходом Болотного Дела — знают про многочисленные нарушения, душные аквариумы и тесные залы.
Работники Мосгорсуда неоднократно уверяли, что зал, в котором идет процесс (в него влезает не более 40 слушателей, включая родственников и прессу) — самый большой в Мосгорсуде и что суд никак не может предоставить доступ большему количеству людей.
Однако на сайте застройщика (Москапстрой) есть информация о том, что в апелляционном корпусе на шестом этаже расположен «Большой зал судебных заседаний для Уголовных дел с присяжными». Просторное помещение площадью 265 кв.м, рассчитанное на 119 мест, на балконе предусмотрены места для прессы. Обратите внимание, аквариума там ДВА. Это значит, что ребятам было бы там в два раза легче — сейчас они вдесятером теснятся в аквариуме, который рассчитан на двух человек.




Позавчера в зал без объяснения причин пустили только родственников и десяток журналистов, остальных оставили за дверью.
Сегодня после перерыва приставы что-то напутали и закрыли дверь перед половиной родственников. В конце концов, после криков и разбирательств, они впустили людей. Но дело ведь не в том, сколько времени мы там стояли и как молотили дверь, а в унижении, которое все при этом испытали. В слезах матерей, которым ясно показали, что их единственную возможность увидеть сыновей могут вот так вот отнять, просто закрыв перед ними дверь.

Еще приставы любят придумывать свои собственные правила.  Например, выделить в коридоре перед залом суда так называемый «периметр» и никого на него не пускать. То есть парни обставляют себя скамейками, выпихивают людей «за территорию» и сидят, наслаждаясь простором и общением друг с другом. Сегодня мы с Гелей Жуковой не стали повиноваться этим причудам и остались стоять на месте. Со стороны приставов незамедлительно последовали угрозы, конечно же, ни на какой устав или закон они сослаться не могли (просто потому, что нет закона, позволяющего приставам строить баррикады в коридорах), и, в результате применили по отношению к нам физическую силу и нецензурные оскорбления.
Приехали полицейские, которые даже не записали фамилии и номера жетонов. Вызвали начальника приставов, разговор с ним свелся к тому, что приставы имеют право делать все, что хотят, если им кажется, что это в целях обеспечения безопасности. Видимо, пристав который за час до этого сказал пожилой даме с двумя белыми шариками, что сейчас их прострелит — тоже действовал из соображений безопасности.
Геля поехала в отделение писать заявление. Когда она сказала, что пристав, не ссылаясь ни на что, грубо схватил ее и толкнул, полицейский предложил снять побои. Приставы остались сидеть в своем «периметре».

Конечно, это мелочи, никто не умирает, но зачем же их покорно терпеть? Это ведь не первый раз. Были уже и недопуски прессы в зал, и удаления родственников, и насилие.
Я уверена в том, что надо всеми возможными способами сопротивляться. Заставить дать нам большой зал. Не отступать, писать заявления, дергать полицию, скандалить с начальниками заступаться друг за друга, а не стоять и смотреть как кого-то толкают. Нельзя позволять им вести себя с нами по-скотски, унижать, оскорблять, толкать. Уж лучше потерять стул в коридоре, чем достоинство.
 



Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире