Как все уже знают, Конституционный суд сегодня внезапно признал, что женщины тоже имеют право на суд присяжных. Это, конечно возмутительно, неправославно и подрывает наши национальные скрепы не меньше отмены крепостного права. Не знаю, как так получилось. Возможно, Зорькин все-таки стареет и начал сдавать. Я сейчас в США, тут все, кому мы рассказывали, что в КС есть такое дело, очень офигевали от самой постановки вопроса. Но они тут все просто бездуховные. И многие даже геи. Меня уже засыпали вопросами, как это отразится на деле Надежды Савченко. Зорькин ведь сказал, что никак? Будем ли мы подавать жалобу? И куда? И что вообще будет дальше? Давайте по пунктам.

0. Напомню в чем сюжет. В 2013 году в УПК внесли поправку о том, что суд присяжных по ряду статей (главная из которых убийство с отягчающими признаками — ч. 2 ст. 105 УК) возможен только в случае, если подсудимому грозит пожизненный срок. А если не грозит — тогда либо один судья, либо тройка судей. Это автоматически отсекло возможность передачи присяжным дел в отношении женщин, поскольку женщинам по закону пожизненный срок не назначается. Максимум 30 лет. Про эту норму уже давно говорили, что она дискриминационная, на что разные государственные и духовные люди неизменно глумливо отвечали, что все наоборот, женщины же находятся в привилегированном положении. Им же «пыжа» не дают? Не дают. Так что пусть не выпендриваются. Про то, что у присяжных бывает до 15% оправданий, а у судей плюс-минус 0, государственные люди слышать не хотели. И вот сегодня Конституционный суд все же решил, что дискриминация и нарушение прав имеет место. Но это не повод пересматривать дела тех женщин, кому уже отказали в праве на суд присяжных по неконституционному закону.

1. Конституционный суд, разумеется, напортачил. Так делать нельзя. Если уж решили, что конституционное право нарушено, тогда надо предусмотреть пересмотр дел всех, кого это касается. Женщин, осужденных по ч. 2 ст. 105 УК РФ в России очень немного, а тех, кто реально подавал ходатайство о суде присяжных как Савченко и получил отказ на основании ст. 31 УПК — и вовсе по пальцам пересчитать. За все время действия нормы в редакции, признанной неконституционной, не наберется, думаю, и 20 случаев.

2. Принимал ли Конституционый суд во внимание конкретный случай Савченко при вынесении решения? Уверен, что да. Без этого могли бы и допустить пересмотр для других женщин. Их жалко. Если бы не большая государева нужда, у них мог бы быть шанс.

3. Можно ли было сделать больше в нашем случае? Нет. Мы обсуждали с Надеждой подачу жалобы в КС именно по этому поводу с первых дней, как я стал ее защищать в июле 2014. Но для этого нужно было сперва получить приговор. Дело Лымарь было рассмотрено в 2015 году. Мы в любом случае не успели бы проскочить в очередь жалоб раньше нее. А даже если бы такого дела не нашлось, и наша жалоба оказалась первой — см. п. 2.

4. Что мы будем с этим делать? Почти ничего. Надежда категорически настаивает, что после приговора не должно быть никаких новых жалоб и ходатайств, которые могли бы отодвинуть момент окончания всех и любых судебных разбирательств в России. Во-первых, все понимают, что это бессмысленно. В России не найдется судьи, неважно в суде какого уровня, кто решился бы отпустить на волю ценного заложника. И отказ от апелляции для нее — самый наглядный способ показать, что она думает о российских судьях и их системе в целом. Во-вторых, и в главных — уже год, с февраля 2015 все российские чиновники начиная с Путина используют мантру «суд разберется, уважайте и не вмешивайтесь» при любой попытке поднять вопрос об освобождении Савченко. Ок, этот этап мы прошли, приговор не за горами. Сейчас чем быстрее мы закончим, тем раньше перейдем к плану «Б». См. п 6

5. Жалобы в Верховный суд и в Страсбург по поводу отказа в суде присяжных если и будут поданы, то только в порядке зачистки процессуальных хвостов, чтобы не оставлять вопрос открытым. К практическому освобождению Надежды в течение ближайших месяцев это не имеет ни малейшего отношения.

6. А вот что к нему имеет прямое отношение, так это реакция на приговор США и ЕС. Я провел эту неделю в Вашингтоне, встречаясь с многочисленными бездуховными и неправославными людьми из Госдепа, администрации и конгресса. Они тут настроены очень решительно. Резолюция конгресса от 22 сентября 2015 года, осуждающая преследование Савченко — очень мощная штука в местных условиях.

Из Москвы трудно понять насколько мощная. Помимо прочего она предусматривает введение персональных санкций в отношении российских чиновников и политиков, причастных к этой истории. Те, кто проскочил мимо акта Магнитского, но например высказывался публично в том смысле, что неплохо бы эту бандеровку Савченко послать валить лес за смерть наших отважных ребят — те могут уже начать напрягаться. Предварительная работа над списками идет. Будут ли кроме персональных санкций, наложены дополнительные санкции на Россию — вопрос пока открытый. Если после приговора вместо тихого и быстрого обмена последует массовый переход на мантру «Ее осудили законно, уважайте наш суд», всякое может быть. Американцы все прекрасно понимают, мониторили судебный процесс с самого начала, и очень не любят, когда их держат за идиотов.

Оригинал



Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире