igeid

Игорь Эйдман

04 февраля 2018

F

Вначале была мощная PR-кампания. С утра до вечера ТВ рассказывало об огромной пользе, которую принесло России крепостное право. Михалков и Проханов говорили, что это важнейшая национальная традиция, что русскому человеку нужны не бесовские западные свободы, а христианское смирение под розгами сурового, но справедливого барина. Чубайс и Ясин рассуждали о том, что преступления против священного права частной собственности, приведшие к большевитскому террору и очередям за колбасой, начались не в 1917, а в 1861 году, когда у помещиков были грубо отобраны принадлежавшие им по закону крестьяне.

Соловьев кричал об американской угрозе, защитить от которой может только формирование нового дворянства. «Лучше быть крепостным у своего барина, чем рабом у чужого плантатора» — визжал Киселев в своей очередной программе. Кобзон пел на мотив известного советского шлягера: «Крепостному праву — Да! Да! Да!. НАТОвскому флагу — Нет! Нет! Нет!». Американского журналиста Майкла Бома регулярно били на всех телевизионных ток-шоу за попытки очернить великую эпоху крепостничества.

Дума приняла закон об уголовном наказании за отрицание полезного значения крепостного права. Из школьных библиотек были изъяты «Мертвые души», «Муму» и «После бала». Никита Михалков, правда, все-таки снял по мотивам «Муму» очередной великий фильм. В нем благородная и патриотичная барыня возглавляет партизанский отряд, сражающийся против Наполеона. Собачка (французская болонка) грозит своим лаем выдать местонахождение партизан. Барыня со слезами на глазах умоляет Герасима утопить предательницу… В конце фильма барыня и Герасим на роскошных белых жеребцах въезжают в освобожденную от французских супостатов Москву, а затем венчаются прямо на Красной площади под колокольный звон и пушечные выстрелы.

Президент пошел навстречу «пожеланиям общества». Манифест об отмене крепостного права 1861 года был аннулирован, а право собственности на население страны — передано ЗАО «Крепостной Рай», учредителями которого стали несколько тысяч высших чиновников, олигархов, чекистов (сюда же смогли затесаться Михалковы, Собчаки и другие элитные семейства). Всех их возвели в дворянское достоинство, наделили землями и населенными пунктами вместе с жителями. 

Вслед за решением о восстановлении крепостного права молодежь в крупных городах вышла с плакатами «Мы не рабы!». Но после жестокого разгона нескольких демонстраций и посадки пары десятков активистов, протесты сошли на нет.

По-началу положение людей мало изменилось. Они продолжали трудиться на своих местах и даже стали забывать о своем новом статусе. Однако через некоторое время крепостных начали периодически отправлять на барщину в поместья свежеиспеченных дворян, оставляя некоторых, в основном смазливых девушек, работать там постоянно в качестве дворни. Люди быстро привыкли к этой ситуации и даже гордились, если барин приближал к себе их жен или дочерей. Избежавшие барщины считались оброчными и платили учредителям ЗАО «Крепостной рай» часть своих доходов в качестве оброка.

Деятели культуры и шоу-бизнеса с энтузиазмом приветствовали переход в статус крепостных артистов. Они гордились знаками внимания со стороны хозяев и даже дрались между собой, конкурируя за их расположение.

А потом было восстановлено право первой ночи. Телевидение быстро разъяснило взволновавшимся было крепостным преимущество этого древнего обычая: «Если с твоей женой не будет спать родной российский барин, с ней будут спать солдаты НАТО». Люди выбрали меньшее из зол, быстро успокоились и смирились…

Такого не было даже в разгар первой Холодной войны. Понятно, что туда их гонит страх перед агрессивной и непредсказуемой политикой Путина, одна из целей которой как раз не допустить расширения НАТО.

В нашем королевстве кривых зеркал все наоборот — действия приводят к результату, обратному их декларируемой цели. Борьба против расширения НАТО ведет к вступлению в него новых стран. «Борьба за мир» ведет к войне. «Защита прав жителей Донбасса» — к тяжелейшим проблемам для них. «Защита самоопределения Крыма» — к фактической ликвидации его автономного статуса и ручному управлению из Москвы. Борьба с санкциями — к введению новых санкций против собственных граждан (например на ввоз сельхозпродукции). Стремление навязать союз Украине — к смертельной вражде с ней. И так далее.

Оригинал

14 марта 2015

37-й год на марше

Оказался наш Дадаев не патриотом России, а врагом народа.

Судя по сегодняшним сливам в Интерфаксе и КП, власти наконец-то определилось с официальной легендой покушения на Немцова. Предпоследняя сказка о «мести исламских фанатиков за оскорбления пророка» была высмеяна публикой. Оскорблений найти не смогли, да и сами кандидаты в убийцы на фанатиков не потянули. Потом через «Новую газету» была вброшена версия о том, что заказчиками покушения были высокопоставленные кадыровцы. Но раскручивать ее не стали. Кадыров своих нукеров не сдал, а Путин не сдал Кадырова.

Сегодня власти вернулись к первоначальной лжи в стиле процессов 36-38-х годов. «Троцкистско-зиновьевские изверги по приказу из-за границы готовили злодейское покушение на Вождя и Учителя». Правда, почему-то, убили вместо Путина его личного врага. Видимо промахнулись, на курсы ворошиловских стрелков не догадались вовремя записаться.

Думаю, совершенно неслучайно, что сейчас много пишут о родственниках Дадаева за границей. Не удивляюсь, если скоро выяснится, что тетушка Дадаева была посредником между ним и «клубком международных шпионов, которые свили гнездо в Брюсселе под крылом западных разведок и олигархов-эмигрантов». Далее Дадаев под пытками (в этом наши заплечных дел мастера даже следователей НКВД давно за пояс заткнули) заставят признаться, что он по приказу злой ЦРУшной тетушки обманом внедрился в славный батальон МВД Чечни «Север», чтобы заниматься вредительством и дискредитировать родную путинскую власть…

Ну и так далее. Изучайте стенограммы больших московских процессов конца тридцатых. Там все уже написано. Путину и его «вышинским» даже ничего придумывать не придется.

Оригинал

Из сегодняшних новостей: прокуратура Новосибирска будет обжаловать закрытие дела против режиссера постановки оперы Рихарда Вагнера «Тангейзер» Тимофея Кулябина.

Кулябина видимо все-таки хотят посадить за нетривиальные театральные эксперименты с образом Христа. Страшно представить, что было бы с многими русскими классиками, живи они в путинское мракобесное время. Этот текст, вошедший в книгу «Новая национальная идея Путина», я написал, когда закон об уголовном преследовании за оскорбление религиозных чувств верующих еще не был принят. Сейчас расправляться с свободомыслящими стало еще проще.

Каждый атеист, свободомыслящий, критик религии и церкви может сегодня, что называется, попасть под статью. Нелегко бы пришлось и многим великим русским писателями, если бы они жили в наше время возрождения религиозного мракобесия. Я составил топ-5 возможных приговоров русским писателям, которые они могли бы получить от сегодняшнего путинско-гундяевского государства.

4 – 5 место. Толстой и Герцен: по одному году исправительных работ

Итак, пятое и четвертое место делят Александр Герцен и Лев Толстой за распространение высказываний:
Александр Герцен: «Религия — это главная узда для масс, великое запугивание простаков, это какие-то колоссальных размеров ширмы, которые препятствуют народу ясно видеть, что творится на земле, заставляя поднимать взоры к небесам».

Лев Толстой: «Церковь » — «название обмана, посредством которого одни люди хотят властвовать над другими».

Налицо возбуждение ненависти к социальной группе «служители церкви», как к людям, занимающимся «запугиванием простаков», «обманом», «препятствующим народу ясно видеть, что творится на земле». Эти тексты также могут унизить человеческое достоинство социальной группы «верующие», которые объявляются «простаками», «обманутыми» и «не видящими что творится на земле». Обвинительный приговор по 282-ой статье обеспечен. Суд может ограничиться годом принудительных работ.

Ну, что господа Герцен и Толстой, радуйтесь, что не посадили. Метла заменит вам перо. Метлы в руки и подметать московские улицы, живо!

3-е место. Виссарион Белинский: 2 года колонии общего режима

На третьем месте за создание и распространение текста «Письмо Гоголю» (1847 год) великий русский литературный критик Виссарион Белинский.

«…Неужели Вы искренно, от души, пропели гимн гнусному русскому духовенству, поставив его неизмеримо выше духовенства католического? Положим, Вы не знаете, что второе когда-то было чем-то, между тем как первое никогда ничем не было, кроме как слугою и рабом светской власти; но неужели же и в самом деле Вы не знаете, что наше духовенство находится во всеобщем презрении у русского общества и русского народа? Про кого русский народ рассказывает похабную сказку? Про попа, попадью, попову дочь и попова работника. Кого русский народ называет: дурья порода, колуханы, жеребцы? — Попов. Не есть ли поп на Руси, для всех русских, представитель обжорства, скупости, низкопоклонничества, бесстыдства? И будто всего этого Вы не знаете? Странно! По-Вашему, русский народ — самый религиозный в мире: ложь! Основа религиозности есть пиетизм, благоговение, страх божий. А русский человек произносит имя божие, почёсывая себе задницу. Он говорит об образе: годится — молиться, не годится — горшки покрывать. Приглядитесь пристальнее, и Вы увидите, что это по натуре своей глубоко атеистический народ. В нем ещё много суеверия, но нет и следа религиозности».

Здесь, конечно, исправительными работами не ограничились бы. На лицо злостное оскорбление достоинства социальной группы православных священнослужителей: «гнусное русское духовенство», «слуги и рабы светской власти», «находящиеся во всеобщем презрении у русского общества и русского народа», «дурья порода, колуханы, жеребцы», разжигание к ним ненависти как к «представителям обжорства, скупости, низкопоклонничества, бесстыдства».

Приговор – 2 года колонии общего режима и не неделей меньше. Пусть посидит «критик», подумает над своей беспутной жизнью.

Второе место. Александр Пушкин: 3 года колонии общего режима

За создание и распространение стихотворения:
«Мы добрых граждан позабавим
И у позорного столпа
Кишкой последнего попа
Последнего царя удавим».

Пушкину путинские «правоохранители» могли бы пришить не только 282-ю, но и 280-ю статью (призывы к насильственному изменению конституционного строя).

Три года общего режима для «солнца русской поэзии» обеспечены. Российская колония, конечно, не курорт, но, за то, все Дантесы под надзором администрации.

И, наконец, первое место. Сергей Есенин: 3 года колонии строгого режима.
На Есенина с компанией поэтов-имммажинистов современные юристы, обслуживающие путинско-гундяевский тандем, могли бы навесить целый букет статей: хулиганство по мотивам религиозной ненависти, совершенное группой лиц по предварительному сговору (213-я статья, части 1-я (б) и 2-я), уже знакомая нам 282-я, да еще и 214-я статья (вандализм).

Суть дела. Группа поэтов-имажинистов в 1920-м году устроила перформанс покруче, чем Pussy Riot. Поэты нарисовали краской на стенах Страстного монастыря антирелигиозные стихи. По общему признанию, наиболее яркое принадлежало Есенину:
«Вот они, толстые ляжки.
Этой похабной стены.
Здесь по ночам монашки.
Снимают с Христа штаны».

Если «пуськам» дали по 2 года, Есенина за такие художества какой-нибудь Хамовничевский суд упек бы года на три (причем, учитывая его буйный нрав и многочисленные приводы в милицию, строгого режима). На культовом здании был написан текст стихов, по сравнению с которым знаменитый панк-молебен — просто пример целомудрия и смирения. Плюс еще «вандализм» в форме непристойной надписи на историческом памятнике. В общем, пошел бы Сережа по этапу. На зоне пил бы меньше. Может быть, в петлю бы и не полез.
Клерикалы всегда и везде пытаются внушить обществу, что их главные враги — либералы, коммунисты и евреи. Но, в действительности, их основной противник – мировая, в т.ч. великая русская культура, в лице ее лучших представителей. Наши мракобесы, наверное, с удовольствием посадили бы за критику религии многих наших классиков. Но, вот облом, «кто же их посадит, они же памятники».

Оригинал

Не так давно в книге «Новая национальная идея Путина» я написал, что путинский авторитарный режим, опирающийся на коррумпированную чиновничью олигархию, имеет многие черты фашистской диктатуры; такие как агрессивная, аннексионистская внешняя политика, господство государственно-монополистического капитала в экономике, силовых структур в управлении, шовинизма и клерикализма в идеологии.

Демонстративное убийство Бориса Немцова подтвердило этот вывод. Из всех кровавых политических преступлений оно больше всего похоже на убийство боевиками Муссолини оппозиционного депутата Маттеоти в 1924 году. Тогда в Италии, как и сейчас в России, окончательно утверждался фашистский режим. В Италии это убийство вызвало острейший политический кризис и поставило власть Муссолини на грань краха. В России ничего такого не произошло. Причина в том, что в Италии еще сохранялись остатки оппозиции в парламенте и относительная независимость правоохранительной системы. Режим Путина в нашей стране зашел еще дальше по пути фашизации, чем политический режим Италии того времени.
Муссолини преодолел кризис, связанный с убийством Маттеоти, добился полного подавления оппозиции и концентрации власти в своих руках, а потом приступил к агрессивным военным авантюрам. Путин уже обогнал в этом направлении своего итальянского предшественника. Видимо очень торопится придти к тому же концу, что и Муссолини.
 -----------------------------------------------------------------------------------------------—

Отрывки из главы книги Денис Мэк Смита «Муссолини» «Убийство Маттеоти»

(поразительное совпадение ситуации)

К марту 1924 года избирательная кампания была в полном разгаре. Муссолини отдал префектам указание всячески препятствовать митингам оппозиции и не допускать критических статей в адрес правительства. Был пущен в ход испытанный метод обещания щедрых дотаций местным властям – дотаций, о которых, как всегда, потом никто и не вспомнил. Муссолини притворно говорил, что не хочет насилия, особенно «бессмысленного насилия», хотя число публичных нападений в это же время резко возросло.

Официальная версия гласила, что никогда никаких методов устрашения не применялось. Муссолини играл роль невинного, притворяясь, что никогда не пожелал бы «запятнать кровью по существу святое движение, которое я привел к победе».

Даже не принимая в расчет методов устрашения, махинации при проведении этих выборов были самыми бесстыдными из всех когда-либо имевших место. У оппонентов конфисковывали бюллетени для голосования, которые затем многократно использовались фашистами; тайна жеребьевки нарушалась всевозможными способами; неграмотные люди получали избирательные бюллетени на имена умерших; в официальных циркулярах для местных фашистских партийных организаций давались подробные инструкции по уничтожению в урнах избирательных бюллетеней оппозиции… Фашисты могли изымать баллотировочные ящики перед подсчетом голосов и, возможно, именно этим объясняется, почему в некоторых регионах оказалось, что проголосовало более 100 процентов зарегистрированных избирателей.

Конечный результат выборов был таков: фашисты получили 65 процентов голосов – гораздо больше, чем необходимо для занятия большинства мест в парламенте. Теперь они с гордостью заявляли, что никогда ни одна партия не одерживала такой победы. Разные оппозиционные группы получили всего три миллиона голосов и 180 мест.

Маттеотти был убит, потому что пытался поставить вопрос о незаконности прошедших выборов. Это был ответ на провокационную речь Муссолини, который 30 мая попросил парламент одобрить блок из нескольких тысяч законов разом. Маттеотти выступил с короткой, но смелой речью, которая многократно прерывалась всякого рода выкриками, чтобы заставить его замолчать. Муссолини не мог сдержать гнева, когда лидер социалистов стал подробно разъяснять, что победа фашистов на выборах была одержана только за счет мошенничества и насилия, в результате чего свободно выразить свое мнение смогло лишь меньшинство избирателей.

Маттеотти уже неоднократно подвергался нападениям фашистских убийц. В личной газете Муссолини проскальзывали предупреждения на случай, если он не будет вести себя тихо. Но лидер социалистов говорил своим друзьям, что хотя он и знает, что его жизнь в опасности, его долг сказать миру, что фашизм держится только на терроре и коррупции. Такие обвинения, сделанные ответственным парламентским лидером, вселяли сомнения в законность режима. Но еще более опасным было подготовленное Маттеотти обширное досье о фашистских преступлениях, основанное на показаниях, взятых исключительно из фашистских же источников. Было известно, что переводы материалов этого досье уже готовятся в Бельгии и Англии.

Прежнее поведение Маттеотти ясно показывало, что ни похищение, ни пытки не смогли бы заставить его замолчать. Убийство произошло якобы по приказу Филиппо Маринелли или Чезаре Росси, двух руководящих фигур в фашистской иерархии, которые постоянно встречались с Муссолини. Очевидно, что ни один из этих типов не совершил бы нападения на руководителя парламентской оппозиции, не будучи уверен, что таково желание их босса. Впоследствии все участники этого преступления заявляли, что Муссолини определенно его желал.

На следующий день, 11 июня, Муссолини публично заявил, что ничего не знал о готовящемся преступлении. Конечно же, виновники арестованы не были. Ближайшим помощникам Муссолини цинично советовал распустить слухи, что Маттеотти удрал за границу. Более того, он приказал в связи со случившимся: «создать по возможности больше неразберихи». «Если я выпутаюсь из этого дела, мы все выживем, в противном случае мы все вместе пойдем ко дну».

12 июня в парламенте Муссолини сказал, что у него возникли подозрения, что Маттеотти убит, хотя сам он все еще находится в потемках. Это признание было вызвано тем, что смотритель меблированных комнат сообщил полиции номер автомобиля с подозрительного вида людьми, которые несколько дней околачивались около дома известного политика. Этот автомобиль с обличающими следами крови быстро привел к убийцам.

Муссолини был очень расстроен этой новостью. Преступление, казавшееся безупречным, теперь становилось предметом разбирательства, а Думини находился слишком близко к его собственной персоне. В течение нескольких дней правительство было буквально в шоке. Впоследствии Муссолини признавался, что, найдись в тот момент несколько решительных людей, они без особого труда могли бы поднять на ноги общество и даже организовать восстание, которое бы смело фашизм.

Но ничего не случилось. Даже основные промышленные города – Милан, Турин и Болонья, которые за два года до того были свидетелями бурных народных демонстраций против подобного произвола, молчали. Это говорило о том, что сквадристы прекрасно справились со своей задачей запугать народ. Через несколько дней Муссолини вновь обрел равновесие. Он назначил перерыв в работе парламента, дабы прекратить дальнейшее обсуждение этого вопроса и мобилизовать фашистскую милицию – пока она еще не разбежалась от испуга, а также приказал арестовать Думини и его банду, чтобы было на кого свалить вину.

Боюсь, что Навального в это раз все-таки посадят. Это станет свидетельством усиления влияния «псов» в руководстве страны, ориентированных на прямое насилие, по сравнению с «лисами», действующими с помощью манипуляции (слегка изменил известную терминологию Парето). Посадка Навального станет началом ужесточения репрессий против противников режима.

Каким будет исход процесса Навального можно понять, вспомнив первую неудачную попытку его посадить. Тогда, как известно, реальный срок Алексею на следующий день после вынесения приговора неожиданно заменили на условный, а после этого его даже допустили к участию в московских мэрских выборах. Сделано это было под давлением «лис», т.е. проолигархического квазилиберального лобби, которое убедило власти, видимо на самом высоком уровне, что сможет расправиться с Алексеем обычными манипулятивными средствами, разгромив его на выборах. Что это было — глупость или заведомая подстава — неизвестно. Но хитроумный план с треском провалился. Навальный отлично выступил на выборах. Победа Собянина была неубедительной и, по мнению многих, нечестной. Власть поняла, что «лисьими» методами с «проблемой Навального» ей не справиться и решила прибегнуть к грубому насилию. Для этого заведомо фальсифицированное дело Ив Роше ведут к обвинительному приговору с реальными лагерными сроками. Сейчас практически не осталось шансов на то, что «лисы» опять смогут обойти «псов». Видимо власть не будет больше играть с Навальным в странные игры, а просто посадит его в тюрьму.

Посадят Алексея потому, что он смог доказать свою эффективность как политик, и путинское руководство поняло, что он реально опасен. Так что ожидаемый обвинительный приговор по очевидно надуманному делу — высокая оценка эффективности его оппозиционной деятельности. Всем лидерам оппозиции, находящимся пока на свободе, посылают сигнал: вы пока никто, маргиналы, и мы вас не боимся, но если зайдете за флажки — будете сидеть.

Я критически отношусь ко многим высказываниям и действиям Навального, к некоторым людям из его окружения, но сейчас не до содержательных дискуссий по мировым проблемам. Посадка Навального — угроза для всех российских оппозиционеров. Сегодня посадят его, завтра придут за другими, в т.ч. и за теми, кто его сейчас столь яростно проклинает.

Одним из самых серьезных и долгоиграющих последствий донбасской путинской авантюры стало появление неформального вооруженного движения «русских джихадистов». Название это условное, в движение входят и православные фундаменталисты, и дугинские евразийцы, и сталинисты, и русские нацисты. Объединяет их всех агрессивный национал-консерватизм, ненависть к Западу и европейским ценностям, ксенофобия, ориентация на войну и насилие. Такая широкая идейная база — скорее сила этих «джихадистов», чем слабость. Фундаменталистское православие не имеет широкой поддержки в российском обществе. Но антизападничество, вера в собственное национальное превосходство и исключительность, ксено и гомофобия — достаточно распространены.

Неформальный лидер «джихадистов» Гиркин -"Стрелков" сформулировал в недавнем интервью основные принципы этого движения, очень близкие к исламскому аналогу.
1. Также как и у исламистов, в картине мира «русских джихадистов» весь мир делиться на «правоверных», т.е. их самих и врагов истинной веры, т.е. врагов России и православия. Их единственно правильная цивилизация противостоит всему остальному миру, «абсолютно апостасийному, бездуховному, где всё построено на материалистических ценностях» («Стрелков»). Главный антагонист России — Запад. Но не многим лучше и Китай, где, как говорит «Стрелков», господствуют те же материальные ценности.
2. Между правильным «Русским миром» и порочным Западом неизбежна война. «Россию ожидает война… Нам предстоит война, и в этой войне мы либо победим, либо проиграем, но все равно очень сильно изменимся». По мнению его идеологов, этот «джихад» неотвратим и все честные русские люди обязаны принять в нем участие.

Донбасс становится аналогом Исламского Государства (ИГ) в Сирии и Ираке, оплотом русско-православного джихадизма. Не даром одновременно с видеоматериалами о казнях в ИГ, появляются записи из судов в донбасском анклаве, где людей с легкостью необыкновенной приговаривают к расстрелу.

Путин (наш Ассад) и русские «джихадисты» в Донбассе (аналог ИГ) — пока союзники, но со временем могут стать врагами. Российский президент вырастил в Донбассе Франкенштейна, который способен сожрать его самого. Путин хочет с Западом торговаться и торговать, а наши «джихадисты» ориентированы только на войну и считают ее неизбежной. Конфликт между идейными «джихадистами» и путинскими чиновниками-жуликами не за горами. В Донбасса уже началось противостояние между сурковскими «пиарщиками» и идейными фанатиками. В результате неформальный лидер «джихадистов» «Стрелков» был фактически выдворен из Донбасса. Но культ «Стрелкова» там жив и многие его люди остались на своих местах. Конфликт между Сурковым и «Стрелковым» может стать прологом открытого выступления «джихадистов» против нынешней власти. 

Почувствовав себя обманутыми Путиным или достаточно сильными, чтобы бросить ему вызов, «джихадисты» способны начать войну уже против него, в т.ч. и в России. Этот грядущий конфликт может быть похож на войну исламских джихадистов против коррумпированных режимов в Сирии и Ираке.

Беда в том, что чудовище «русского джихадизма» опасно не только для незадачливого российского диктатора, но и для всего мира. Запад еще не осознал того, что стоит перед новой угрозой. В Европе могут начаться процессы, перед которыми померкнут ужасы ИГ в Сирии и Ираке.

О чем бы не мечтал «Стрелков», но большинство населения России, как и Запада или Китая, составляют вполне материалистически ориентированные люди (об этом свидетельствуют все соцопросы). Они никогда не поддержат «джихадистов», несущих изоляцию, лишения, войну. Однако шансы у агрессивных фанатиков есть. Им может помочь наиболее воинственно настроенная часть российской правящей элиты, «силовиков». Среди «ястребов» много выходцев из спецслужб, сознание которых было отравлено еще в молодости в различных спецшколах урапатриотической, антизападной мифологией. Их поддержка может стать для развития русского джихадистского движения решающей.

Отношение россиян, ориентированных на европейские, демократические ценности, к Путину и джихадистам может быть только одно — чума на оба ваших дома.

А  знаете ли вы, что сегодняшняя «гибридная война» против Украины была достаточно точно и цинично описана еще в конце 90-х в статье Лимонова «Сценарий вооруженного восстания» (http://old.gothic.ru/dark/nihil/death/script.html), которая вошла потом в его книгу «Анатомия героя»?

Возможно удивительное совпадение лимоновского сценария и реального хода войны неслучайны. Уверен, что один из  организаторов вторжения в Украину, книголюб и человеконенавистник Владислав Сурков читал «Анатомию героя».

Итак, этапы проведения реальной и  информационной войны против Украины по Лимонову и Путину: 
• провокация столкновений, дестабилизация ситуации на захватываемой территории, 
• фальсификация информации о происходящем в СМИ, 
• распространение среди местного населения панических слухов, разжигание на их основе массовой истерии, 
• втягивание в войну местных жителей с помощью заведомо ложной информации о  направленных против них угрозах,
• массовое вооружение одураченных людей, 
• участие в войне регулярных войск под видом местных «ополченцев» и  добровольцев (этот пункт отсутствует в сценарии Лимонова, но не в практике Путина), 
• использование войны для решения внутриполитических задач ее инициатора (по Лимонову для свержения существующей власти, по Путину для ее укрепления).

Вооруженный конфликт, описанный Лимоновым и  реализованный Путиным, можно назвать постмодернистской войной, в которой «хвост виляет собакой»: СМИ и специально распространяемые слухи не  описывают происходящие события, а формируют их. Детонатором войны в Донбассе были провокационные слухи о предстоящей резне русского населения «бандеровцами». Лимонов предлагал спровоцировать войну с помощью фальсификации «доказательств» массового убийства россиян украинскими силами правопорядка. Цели провокаций и в сценарии Лимонова, и в практике Путина одни и те же — разжигание массового антиукраинского психоза в России и  русскоязычных областях Украины, а затем «резкий перевод… из стадии народного бессильного возмущения на тропу войны, с которой хочешь не хочешь, уже нельзя будет свернуть» (цитата из той же  давнишней статьи Лимонова).

Читаем сценарий Лимонова (все цитаты закавычены) и сравниваем с реальными событиями последнего времени.

Лимонов предлагал позаимствовать из местных моргов и выдать за жертвы украинских сил «50-100 трупов более или менее молодых людей… К месту, где собраны трупы, привозят группы журналистов, российских и иностранных. Оказавшись у траншеи с  окровавленными и полузасыпанными землей трупами, журналисты начнут лихорадочно снимать трупы. Теле— и фотосъемки от 50 до 100 трупов взорвут российское общественное мнение. Заголовки вроде «Украинский спецназ расстрелял 93 русских подростка, среди них девочка 13 лет» выведут из равновесия всю Россию».

Не правда ли, все это очень сильно напоминает сегодняшнюю российскую информационную войну против Украины. Помните историю о «распятом мальчике», а сколько уже было лживых вбросов об  обнаружении массовых захоронений «жертв украинской армии».

Лимонов абсолютно точно спрогнозировал эффект масштабной антиукраинской информационной провокации. Именно так и  произошло почти двадцать лет спустя:
«Россия, содрогнувшись, поверила в  злодеяние… Так как российское телевидение частично принимается на Украине и  первые неожиданные сообщения никто не успеет остановить, то вынуждены будут вздрогнуть и русские, живущие на Украине, 11 миллионов человек».

Лимонов очень четко прописал новую методику организации войны: вначале создается информационная картинка, а потом миф становится реальностью.

«Группа НБП по связям со СМИ работает на полную мощность, ежечасно снабжая СМИ тревожной информацией… Цель информации: склонить к крайним мерам, к участию в (пока еще не существующем) восстании колеблющихся… Убедить их, что они не будут первыми и не будут одинокими».

Именно так впоследствии и произошло в  Донбассе. Местных жителей там «использовали в темную»: под видом борьбы с мифической бандеровской угрозой втянули в участие в реальной вооруженной агрессии России против Украины.

Для Лимонова, как и для Путина, Украина — не главное. Основная цель их «проектов» — Россия. Лимонов мечтал организовать крымское восстание, чтобы перенести его Москву. Для Путина крымско-донбасская авантюра — средство укрепления своей личной диктатуры.
«Следует понимать, что возникновение конфликта между русским населением и украинскими оккупационными войсками не  есть самоцель, а лишь неизбежно необходимый первый этап вооруженного восстания с целью смены власти в Москве… В Крым стянутся все, кто воевал в  Приднестровье, в Сербии, в Чечне. Таких людей сейчас десятки тысяч».

В Донбассе Путин пунктуально реализовал крымский сценарий Лимонова. Десятки тысяч боевиков стянуты в пиратский анклав на российско-украинской границе. А вот реализуется ли другая мечта Лимонова о  том, что эти боевики станут детонатором взрыва уже в самой России, о том, что «Крым (то есть сегодня Донбасс) будет нашей Сьерра-Маэстрой, откуда мы придем в нашу Гавану, в Москву»?

Применяя методику Лимонова, люди Путина забывают под какие цели она была создана. Ее реализация может ударить и по самому российскому президенту. Путину пока удается использовать войну для укрепления своей власти. Но вероятность того, что эта война похоронит его режим, также не исключена. В  любом случае, все эти донбасские отморозки, вооруженные современным оружием, явно не остановятся на достигнутом, рано или поздно они будут убивать и в России.

 

Известный писатель Захар  Прилепин почувствовал в  воюющей Новороссии «ощущение какого-то праздника, ярмарки, доверия друг к другу», ведь, по его мнению,  «жертвовать собой — занятие праздничное, упоительное, улыбчивое». Помнится ельцинский министр Грачев тоже вдохновенно говорил  после штурма Грозного о юношах,  умиравших  с  улыбкой на устах.  Но, то «Паша-мерседес», а это — писатель, как бы, продолжатель «гуманистических традиций великой русской литературы», извините за штамп.

Читаю прилепинское восторженное описание войны, и вспоминаю Маяковского «может быть сейчас бомбой ноги выдрало у Петрова поручика?». И не столь важно, где служит этот Петров: в  украинской, в российской армии или у боевиков. В любом случае — он жертва тех, кто развязал эту войну.  Российские певцы «Новороссии» любят писать о преступлениях украинских военных. Наверное, что-то из их рассказов, к сожалению, правда. В любой войне преступления совершают все участвующие в ней стороны, так было всегда. И, конечно, каждый совершивший преступление, независимо от того на чьей стороне он воюет,  должен быть наказан. Но в войне, как в драке, важнее всего, кто начал первым.  Самый главный военный преступник — тот, кто начал войну, кто совершил агрессию. 

В Донбассе не  было внутренних условий для начала войны.  Не за что было воевать: положение русскоязычных после свержения Януковича не изменилось, не было межнационального конфликта, этнических чисток и т.д. Если бы не захват Крыма, массированная дезинформационная антиукраинская кампания, «стерлковский» десант в Славянске, а затем широкомасштабное вооружение и  обучение боевиков, участие в конфликте российских военнослужащих — войны бы  просто  не было. Это очевидно. Об этом прямо говорят даже сами энтузиасты «новороссийской кампании». «Возможно бы без Стрелкова тут ничего не получилось» — пишет тот же Прилепин.

Конечно, в войне активно участвуют боевики из числа местных жителей, но руководят-то всей этой гоп-компанией специалисты из Москвы, без поддержки которой «республики» не  продержались бы и двух недель.  Развязавшие войну — главные военные преступники.  Если процесс над виновниками этой войны состоится, солировать под первыми номерами на  нем в качестве обвиняемых должны российские руководители, а насильники и  садисты со всех сторон конфликта смогут составить им «достойную» массовку.

Если война — это ярмарка, то ярмарка смерти. Если она — праздник, то только для охотников на  человеков, радующихся открытию нового сезона легального уничтожения себеподобных. Конечно, наши певцы «Новороссии» не следуют толстовской традиции безусловного отрицания любой войны. Им, видимо, ближе формула одного американского политика, сказавшего в 80-е: «Есть вещи и поважнее, чем мир». Политик имел ввиду, что благородная цель войны может оправдать ее.  Даже если принять эту точку зрения, войну с  Украиной оправдать нечем. Она была развязана в краткосрочных корыстных интересах российского руководства. Иных целей у нее нет. Российским писателям-нонконформистам «лимоновской школы» представляется, что цель войны в Украине — создание на ее территории «Другой России» — некоего национал-социалистического (или по Лимонову, скорее, «военно-поэтического») квазигосударства, которое станет альтернативой буржуазной России и, как детонатор, подорвет ее изнутри. Эту концепцию Лимонов озвучил еще лет десять назад. И даже пытался реализовать ее в северном Казахстане. Но в реальности нынешняя война идет не за «Другую Россию», а за укрепление имеющегося и столь ненавидимого нашими писателями-«революционерами» российского путинского государства, за укрепление власти чиновников-буржуа и чекистов-коррупционеров.

Военные победы укрепляют  (а поражения чаще всего дестабилизируют) любую власть. Победа в Украине сделала бы путинский режим железобетонным. Именно за интересы прожженных жуликов у власти гибнут все эти улыбчивые российские боевики-идеалисты из репортажей Прилепина и Шаргунова. Все они — пушечное мясо российской криминальной олигархии. У них, при любом варианте развития событий, перспектив нет. В лучшем для них случае, если удастся выжить, а  пропутинские силы смогут удержать власть в Донбассе, эти боевики обречены стать охранниками шахт Ахметова или какого-нибудь нового уже российского хозяина.

Анклав в  Донбассе полностью контролируется Россией. А конкретно, сейчас там рулят махровые российские жулики, увлеченно пилящие деньги, выделяемые на войну и  военную пропаганду (об этом открыто говорит тот же Гиркин-«Стрелков», называя их руководителем небезызвестного Суркова). Никакой новой «Другой России» не  будет. Путинский режим сможет воспроизвести в Донбассе только самого себя — воровскую, коррупционную тухлятину.  Откат, распил, занос, Сурков… Каждый день очередному «Петрову-поручику» отрывает ноги. А наши «властители дум» вдохновляют оболваненных пропагандой боевиков и дальше с улыбкой идти на смерть ради амбиций и гешефтов российского руководства.

Максимум, что Россия сможет сделать без большой войны — создать на двух огрызках Луганской и  Донецкой области криминальный нищий анклав по типу Приднестровья. Кому это нужно? Ясно, что ни местным жителям, ни боевикам, ни самой России, которой придется спонсировать территорию, находящуюся в международную блокаде.  Боевики в Донбассе умирают в абсолютно бессмысленной войне, не имеющей никакой рациональной цели. Даже корыстные задачи путинского окружения реализовать не удастся. Эта война может дать ему только временные  преимущества. Вполне вероятно, что в долгосрочной перспективе она похоронит путинский режим.

Вся эта «новороссийская» авантюра закончится позорным отступлением и крахом или приведет к большой войне, а потом к неизмеримо более жестокому поражению России. Я считаю, что быстрый крах имперской политики лучше войны. А что скажут наши «мастера культуры»?

 

Имперская политика нынешних российских властей, приведшая к вторжению в Украину, имеет глубокие культурно-исторические корни.

Случилось мне несколько лет назад посмотреть сериал по роману Булгакова «Белая гвардия». Книжку я, конечно, еще в детстве прочитал и в разных театрах «Дни Турбиных» видел не раз. Но сериал меня просто сразил наповал. Его авторы предали роману Булгакова ярковыраженный украинофобский пафос. Сериал стал просто образцом пропаганды национальной ненависти, уровня классического нацистского антисемитского фильма «Еврей Зюсс». В сериале украинцы изображены какими-то монстрами: жестокими, жадными, злобными, тупыми. Этому скопищу кровожадных подонков противостоят благородные русские офицеры.

Я досмотрел эту пошлую тягомотину до конца только по одной причине. Сериал интересен тем, что откровенно демонстрирует колониальную психологию русского консерватора-патриота (которым в какой-то степени был и сам Булгаков). Из сериала понятно, какое место в его картине мира занимают Украина и украинцы. Психология офицеров «Белой гвардии» — это психология колонизаторов, которые сидят в крепости, осажденной восставшим против них народом, т.е. украинскими крестьянами. На свои силы надежд нет. Слишком мало их «господ», по сравнению с огромной враждебной массой «простолюдинов». Все надежды офицеров крутятся вокруг помощи других, более могущественных колонизаторов: немцев, французов, англичан. Офицеры в шоке: немецкая армия уходит из Украины, кто теперь будет защищать их от украинского народа? «Господа», как утопающие за соломинку, хватаются за любой самый несуразный слух. Готовы поверить даже в помощь мифических сенегальцев (помните, «а где же сенегальцев роты?»). В отношении русских офицеров к большей части населения Украины сочетаются элементы национальной и социальной ненависти. Ведь они выходцы одновременно из социально и национально привилегированного меньшинства (русские дворяне), которому противостоит социально и национально дискриминируемое большинство (украинские крестьяне).

У меня есть версия того, почему спектакль «Дни Турбиных» так любил Сталин. Он сам, также как и герои пьесы Булгакова, ощущал себя колонизатором в чуждой ему стране, основную массу населения которой составляли русские и украинские крестьяне. А крестьянству Сталин не доверял и опасался его, также как офицеры из «Турбиных». Сталин в итоге сделал то, на что у офицеров не хватило сил: переломил хребет крестьянству, причем, резче всего украинскому. Его, видимо, «кремлевский горец» особенно ненавидел. Поэтому Сталину нравились «Дни Турбинных», а Булгаков с трепетом относился к диктатору и даже написал о нем апологетическую пьесу.

Русские буржуазные партии, не только консерваторы, но и либералы — всегда относились к Украине как к российской колониальной провинции. Даже кадеты категорически возражали против предоставления ей автономии в 1917 году, и вышли из-за этого из Временного правительства. Только социалисты (эсеры, социал-демократы) и анархисты выступали за самоопределение Украины. Политика Сталина была продолжением правой, имперской российской традиции.

Пытаясь в 90-е годы как можно дальше уйти от сталинизма, Россия, на самом деле, возвращалась к нему. Большая доля ответственности за это лежит на российской интеллигенции. Сталинизм был реакционной, консервативной, имперской системой. Однако при этом он выдавал себя за наследника русской революционно-демократической традиции. Интеллигенция поверила в этот обман и отвергла вместе со сталинизмом то, что он выдавал за свои идейные «революционные» корни. Затем, как бы «от обратного», она обратилась к правой политической традиции, не осознавая ее близость к тому же сталинизму. В ее среде стали преобладать консерваторы-клерикалы и правые либералы. Одни начали прославлять Столыпина-вешателя, Николая II Кровавого и И. Ильина — поклонника итальянского фашизма. Другие подняли на щит Александра II — палача Польши и кадетов-империалистов, типа «Милюкова-Дарданельского». Наша интеллигенция стала воспринимать, как непреложные ценности, традиции, собственность и церковь, создала культ Достоевского-пророка и Солженицына-мыслителя, приняла их реакционные, клерикальные, ксенофобские идеи. В конечном итоге она взрастила идеологического монстра, на которого опирается путинский режим. Совершенно не случайно, что Солженицын, всю жизнь обличавший сталинизм, «в гроб сходя благословил» Путина, ставшего верным последователем сталинской имперской политики.

После 91-го года власть в стране захватили правые (либералы-реформаторы и силовики-консерваторы). Сейчас, правда, либералы в загоне. Но мы помним как они активно трудились над созданием «Франкенштейна», который со временем сожрал их самих. Русские либералы во второй половине 19-го начале – 20-го века были националистами и имперцами (это отмечал еще Герцен). Их идеологические последователи недалеко от них ушли. Еще не так давно Чубайс призывал к созданию «либеральной империи», доминирующей на постсоветском пространстве и говорил о возрождении Российской армии в Чечне. Эта армия, к несчастью для соседей, действительно возродилась и пошла дальше: на Грузию, Крым и Донбасс.

Совершенно неслучайно, что против Украины сейчас плечом к плечу воюют поклонники «белых» и сталинисты. Империализм – это то, что объединяет «белую идею» единой и неделимой России со сталинским СССР. Российский империализм, возродившийся в форме путинизма, можно преодолеть только в рамках революционно-демократической, либертарной, космополитической, антиклерикальной культурной традиции, восходящей к Белинскому и Герцену, Бакунину и Кропоткину, Чернышевскому и Лаврову, Льву Толстому и Короленко, Мартову и Чернову, Хлебникову и раннему Маяковскому, Платонову и Шаламову; к народникам и анархистам, эсерам и социал-демократам. Эта традиция исключает поклонение молоху государства и миражу империи, предполагает активное неприятие казенного патриотизма, лицемерной государственной церкви, господства бюрократии и собственников. До утверждения сталинской диктатуры она была мировоззрением большей части российского образованного общества. Без возвращения к этой культурной традиции имперскую болезнь преодолеть не удастся.

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире