В политической и общественной жизни страны бывают события, которые сначала кажутся рядовыми, локальными, рутинными, но с течением времени обретают статус знаковых. К таким событиям-символам прошлого года можно отнести череду ЧП в правоохранительных органах и скандальные результаты региональных выборов 11 октября. Они, подобно сыпи на коже больного, страдающего хроническим заболеванием внутренних органов, стали внешним проявлением серьезных проблем, накопившихся в  политическом и государственном организме страны. Настолько серьезных, что на самом верху заговорили о необходимости совершенствования политической системы и  реформирования МВД. Что нужно сделать, чтобы эти реформы состоялись? Какие изменения ждут нас в 2010 году?



Не  числом, а умением



То, что сегодня происходит в милиции, имеет давние корни. За время накопления негативных предпосылок, которое происходило на протяжении многих лет, многократно выросла численность милиции, но резко снизилось качество кадров. Коррупция поразила основы МВД, вывела из строя целые подразделения. Бал правит система круговой поруки, доведенная до маразма «галочная отчетность», снизу доверху все пронизано духом бюрократизации и стяжательства. Все это, к сожалению, дает то, что имеем — большой, некачественный правоохранительный аппарат, который к тому же, постоянно «залетает». Попытки руководства поправить ситуацию стандартными способами, увы, обречены на провал, поскольку нельзя бороться с системой, будучи ее частью. Нужна серьезная реформа. И проводить ее надо извне.



Много лет я предлагал политическому руководству страны создать рабочую группу при президенте из представителей законодательной и исполнительной власти, правоохранительного блока, общественных организаций, ветеранов МВД. Такая группа может за месяц-полтора подготовить план проведения реформы и предложить его президенту. А сегодня мы вновь поручаем системе проведение реформы самой себя. Неужели все сведется к структурным преобразованиям, к объединению-разъединению и некоторым кадровым подвижкам?



Если бы к моим предложениям прислушались, то уже сегодня нашу безопасность и спокойствие обеспечивало бы компактное, высокопрофессиональное, хорошо оплачиваемое и честное МВД. Но, видимо, в верхах есть опасения, что реформа может дать сбой, дезорганизовать ведомство, и выйдет еще хуже. Но хуже-то некуда.



Гражданского общества у нас нет



В российском государстве, считающем себя демократическим, есть только зачатки гражданского общества. Существуют назначаемая президентом Общественная палата с куцыми полномочиями, общественные организации, бизнес-сообщества. В них — социально активные люди, желающие блага для своей страны, потенциал которых можно было бы использовать, но он не востребован. Вот и получается, что гражданское общество начинается не с количества общественных организаций, а с тех реальных полномочий, которыми они обладают, в том числе и права контролировать действия исполнительной власти. А коль скоро таковых у представителей общества нет, каждый чиновник может послать их по известным в России буквам и адресам.



Потому-то наше население так пассивно. В  том, что на выборах 11 октября имели место многочисленные нарушения, народ узнал только после демарша оппозиции. Как будто не видел то, что происходило на его глазах. Спрашивают: чего добивалась оппозиция? Отвечу — во многом это был стихийный эмоциональный взрыв из разряда: «Достали!».



Мы  остро ощутили, что пришли к той черте, которая отделяет демократическое государство от тоталитарного. Еще чуть-чуть, и никаких инструментов, кроме насильственных, не останется. И тогда оппозиция, которая между собой далеко не всегда дружит, в едином порыве продемонстрировала абсолютную сплоченность – покинула зал пленарных заседаний Госдумы.



А что оставалось делать? Фальсификация выборов – тягчайшее преступление против собственного народа. Потому что если отсутствует возможность выбора — ротация власти цивилизованным путем – единственное, что остается у граждан – русский бунт, бессмысленный и беспощадный.



Мы, парламентские партии, этого не хотим. Наша задача – построить демократическое государство, в котором нет потрясений, революций и гражданских войн.



Такой парламент нам не нужен



То, что России необходима модернизация, знают даже школьники – так часто мы повторяем это магическое слово. И в первую очередь, страна нуждается в политической модернизации, модернизации политической власти, в первую очередь — развитии института парламентаризма. Наши политические партии, избранные народом в парламент, остаются безвластными, поскольку высший орган представительной власти реальными полномочиями не располагает. И даже «партия власти» является всего лишь партией при власти.



Федеральное Собрание не формирует правительство, не отправляет в отставку министров, не влияет на назначения чиновников департаментов и главков. У него нет права контроля, кроме обрезанного всевозможными ограничениями права расследования. В результате мы имеем всемогущую исполнительную власть, полностью закрытую от контроля и критики. У чиновника, обладающего громадными полномочиями, появляется соблазн использовать государственную должность в качестве кормушки. Дальше – тупик, кризис, крах. Об этом говорят и думают многие десятки тысяч людей во власти (и рядом с ней), бизнесе, науке.



Вариантов реформирования системы власти три. Либо парламентская республика, как в большинстве европейских стран, когда парламент формирует правительство. Либо президентская республика с наделением парламента широкими контрольными функциями. Либо французский вариант, где президент формирует правительство вместе с коалицией партий. В любом случае — не та абсолютная монархия, которая уже приводила Россию к череде кровавых революций!



Одновременно мы должны обеспечить независимость судебной системы. Судьи должны избираться самим судейским сообществом, а не назначаться исполнительной властью, как сегодня. Президент же пусть утверждает судей как гарант Конституции. Суд обязан быть независимым и справедливым. Надо немедленно демократизировать институты выборов, обеспечить равные права и возможности для всех политических партий. В цивилизованных странах политические партии реализуют свои программные установки через участие в исполнительной власти. Мы же фактически вернулись к однопартийной системе а-ля СССР. 99 процентов губернаторов, 100 процентов мэров крупных городов, 70-90 процентов членов законодательных собраний в регионах принадлежат к одной партии. Осталось только в Конституции прописать, дескать снова у нас «ведущая и направляющая…». Пора понять, что вертикаль власти исчерпала себя, она вновь обречет наш народ на такие испытания, что 1991 год покажется легким недомаганием.



Момент истины



В авиации есть понятие «точка невозврата». Это когда возвращение на аэродром вылета невозможно и надо лететь только вперед. Россия, на мой взгляд, эту точку прошла. У страны осталось всего два варианта развития: либо вперед в цивилизованное, демократическое будущее, и тогда надо ослаблять чрезмерно зажатые скрепы «вертикали власти». Либо назад, в советское прошлое, продолжая закручивать гайки, компенсируя полувоенной дисциплиной ошибки и промахи власти. Неужели все то, через что мы прошли в XX веке ничему нас не научило?!



Нынешний 2010 год для России будет определяющим в ее политической судьбе. Если мы договоримся о цивилизованных правилах, и «партия власти» признает, наконец, что проигрыш в политическом состязании вовсе не означает политическую смерть, — у России будет шанс избежать будущего гражданского конфликта. Своеобразный «момент истины» настанет скоро — на региональных выборах 14 марта. Они могут стать ключевыми для определения будущей модели политического устройства государства. Очень хочется пожелать мудрости нашему государственному руководству, и политической элите. У нас одна страна, один народ, одна жизнь и общая судьба.



Геннадий Гудков,

заместитель руководителя фракции «Справедливая Россия»,

заместитель председателя Комитета ГД по безопасности.




Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире