Апокрифические рассказы о том, как Леонид Ильич Брежнев тайно что-то невероятное пообещал японцам в начале 70-х годов я слышал неимоверное количество раз. Что, мол, секретный разговор с прибывшим в Москву премьер-министром Танакой проходил на безлюдной дорожке в номенклатурном парке. Что речь то ли шла о согласии на серьезные переговоры о Южных Курилах в ту пору, когда Москва намертво отрицала само существование территориальной проблемы, то ли вообще о передаче пары островов на некоторых условиях.

И вот свершилось: газета «Асахи» нашла нужный документ с грифом «Совершенно секретно. Бессрочно» в архиве видного японского политика Такэо Мики, который тот завещал после своей смерти библиотеке одного из токийских университетов. Это выполненная чиновниками МИД Японии официальная запись бесед с Брежневым. Которые во время своего визита в Москву в октябре 1973 года вел премьер Какуэй Танака — один из самых ярких и противоречивых политических деятелей Японии послевоенной поры.

3258021

Танака в октябре 1973 года провел в СССР четыре раунда переговоров с Брежневым — это были первые прямые беседы лидеров двух стран за всю историю двусторонних отношений. Быстро поняли, что договориться по Южным Курилам с ходу не удастся. На третьем раунде поругались — Брежнев предложил временно забыть о мирном договоре и подписать общий документ об основных замечательных принципах сотрудничества и добрососедства. Потом это же самое будут предлагать и при Ельцине, и сейчас.

Японский премьер заявил, что без упоминания островов как главного предмета переговоров вообще не станет подписывать даже итоговое коммюнике. Тут вскипел Брежнев — это ваши проблемы, нам вообще ничего не нужно. Но оказалось, что нужно. К четвертому раунду советская сторона предложила компромисс: давайте включим в итоговое коммюнике пункт о том, что урегулирование оставшихся с окончания Второй мировой войны нерешенных вопросов и подписание мирного договора послужат укреплению, установлению, созданию и т.д.

Премьер Танака, соглашаясь на вариант (это была огромная победа! Ведь Москва раньше вообще не признавала наличие каких-то проблем!) сказал Брежневу: думаю, вы понимаете, что нерешенные вопросы означают четыре острова. На что Брежнев ответил: «Я знаю». Но настырный японец дожимал — так вы соглашаетесь, что речь идет о четырех островах?

И тут Брежнев произнес свой знаменитый ответ: «Да». Наивные японцы считают это гигантской дипломатической победой. Ну, а переговоры вскоре зашли, как и полагается, в тупик. СССР наличие территориального вопроса не признавал до поездки Горбачева в Токио в апреле 1991 года. В 1993 году Ельцин в Московской декларации назвал предметом переговоров четыре южнокурильские острова, но это мало что изменило.

А в 1973 году ситуация была специфической и нервной. США при Никсоне только что пошли на сближение с Пекином, замаячила перспектива американо-китайского второго фронта против СССР на Востоке Азии. Японский премьер тоже вдогонку нормализовал отношения с КНР, Москве хотелось его чем-то заинтересовать и нейтрализовать. Но не получилось: длительный, хотя и временный американо-китайский альянс с подключением Японии стал реальностью и невероятно давил на Советский Союз в Азии.

Оригинал



Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире