Стихотворение 200-летней давности с намеком на культ смерти частенько вспоминают сейчас в Японии в связи со специфическим юбилеем — 70-летием первых боевых вылетов летчиков-камикадзе во время Второй мировой войны. В кое-каких синтоистских храмах страны по такому поводу проводятся частные церемонии с участием родственников погибших и самих бывших смертников, которым посчастливилось выжить в силу разных обстоятельств. Жрецы в средневековых нарядах совершают медленные торжественные моления, а гости поднимают чаши с ритуальным саке. Официальных мероприятий не предусмотрено — уж больно тема деликатная. Не было, естественно, и встреч ветеранов с молодежью, а вот вирши начала XIX века получили новое рождение: «Если вас спросят о духе Ямато древней Японии, то отвечайте — это аромат цветов горной сакуры на восходе солнца». Ну, примерно так, в вольном переводе.

Дело в том, что это стихотворение одного из старинных философов было неофициальным девизом отрядов камикадзе: по их мнению, оно лучше всего отражало мрачную эстетику движения – цветы сакуры быстро распускаются и тут же облетают, это намек на быстротечность жизни и неизбежность смерти, о чем не следует печалиться. И все это, естественно, на фоне Восходящего Солнца, символа Японии, и ее несгибаемого самурайского Духа Ямато.

Одиночные самоубийственные атаки японские летчики совершали с первых дней войны, однако это были, так сказать, личные порывы. Официальный, одобренный сверху отряд камикадзе был сформирован в октябре 1944 года, когда Япония уже неумолимо проигрывала войну. США в союзе с британцами после первых поражений буквально задавили ее своей промышленной мощью, технологиями и новыми вооружениями. Токио нес колоссальные потери, но надеялся на силу своего несгибаемого духа Ямато – он обязан был переломить натиск аморальных англо-саксов.

Первую группу из пяти летчиков-самоубийц возглавил на филиппинском аэродроме Мабаракат молодой пилот морской авиации капитан Юкио Сэки. 21 октября его подчиненные совершили первый вылет, но он закончился неудачей — американские корабли найти не удалось. Успех пришел 25 октября, когда в воздух поднялись сам капитан и все его подчиненные на пяти истребителях «Мицубиси Зеро». Произошло это в ходе грандиозной битвы в филиппинском заливе Лейте, которая теперь считается крупнейшим морским сражением в истории человечества. Юкио Сэки первым на своем самолете врезался в американский эскортный авианосец «Сент Ло». Затем в него попал самолет еще одного летчика, а корабль был потоплен.

Успех этой атаки вызвал бурю восторгов в Токио. Все японские газеты вышли тогда со стандартными заголовками на первых полосах: «Жертвовать жизнью ради спасения Родины — вот дух императорской армии!» По указанию сверху был развернут истеричный культ почитания капитана Сэки, которого провозгласили «богом войны». Тысячи старшеклассников, студентов и молодых пилотов мечтали повторить его самоубийственный полет. «У меня было чувство уверенности и удовлетворения – я погибну за Родину и своих родных!»— рассказывает ныне 89-летний бывший лейтенант, который во время битвы за остров Окинава уже выруливал на старт, однако остался жив из-за поломки двигателя.

Всего в Японии были подготовлены тысячи камикадзе – не только летчиков, но и моряков, которые должны были управлять торпедами, начиненными взрывчаткой мини-подлодками, катерами. Или же планировали с аквалангом и бомбой на груди подобраться к американскому крейсеру. В результате таких атак, по данным США, были потоплены 34 корабля. Почти 300 получили повреждения, погибли почти 5 тысяч моряков флота Соединенных Штатов и их союзников. По данным японского «Общества почитания душ погибших бойцов Специальных ударных отрядов», в списке погибших камикадзе – 6418 человек.

По мере приближения к концу войны эффективность их атак заметно снижалась – американцы во многом научились с ними бороться. Наибольшего размаха использование камикадзе достигло во время битвы за Окинаву, единственного сражения на территории Японии, однако смертники не смогли там потопить ни одного крупного корабля.

Ну, а после поражения шоком для многих японцев стало то, что прославленный «бог войны» капитан Сэки вовсе не был тем фанатиком, каким его изображала пропаганда. Это засвидетельствовал корреспондент японского информационного агентства Домэй, который взял у летчика интервью перед его последним вылетом. «Японии – конец, если она убивает своих лучших пилотов,— сказал тогда капитан Сэки.— Я лечу не ради императора и империи, а потому что мне приказали. Еще я лечу ради своей любимой жены. А так я вполне мог бы просто сбросить на американский авианосец 500-килограммовую бомбу и успешно вернуться назад».

1460260 Первый официальный камикадзе – «бог войны» Юкио Сэки

Схожие чувства, как выяснилось, испытывал и лейтенант императорского флота Хироси Куроки — автор идеи управляемой человеком торпеды, самого эффективного оружия камикадзе после самолетов. «Неспособность и нерадивость нашего центрального командования равносильны измене,— писал он другу перед гибелью.— Эти люди виноваты в том, что мы оказались в нынешнем отчаянном положении».

После капитуляции отношение к камикадзе сильно поменялось – например, мать «бога войны» капитана Сэки до августа 1945 года была объектом всеобщего почитания, однако вслед за поражением ее стали третировать как пособницу милитаризма, погубившего страну. Женщина оказалась в изоляции, с ней перестали общаться многие знакомые, она еле сводила концы с концами и умерла в бедности.

Однако сейчас, через 70 лет, в глазах многих японцев камикадзе все же остаются трагическими героями, хотя кто-то считает их просто несчастными жертвами войны. О них снимают фильмы, и тема эта никак не уходит в историю.

Кстати, сами камикадзе (что означает «божественный ветер») себя так не называли. В ходу был термин «Токкотай-ин» — «член Специального ударного отряда». Впрочем, история о «божественном ветре», который дважды в конце XIII века спас Японию от монголо-китайского морского десанта, была важной частью мифологии этих людей. И некоторые подразделения камикадзе имели название «Специальный ударный отряд Божественного ветра». Однако само слово «камикадзе» для обозначения смертников — это все же в основном для заграницы, как и малограмотная «Фудзияма».



Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире