gmelamedov

Григорий Меламедов, политолог

05 октября 2017

F

У каждого своя правда об октябре 1993. Да, Ельцин спровоцировал кризис. Но вина тех, кто начал убивать, неизмеримо выше. Я  никогда не прощу фашистов и люмпенов, которые вышли из здания Белого Дома и  угрожали убить нас. Я видел, что они творили. К этому времени Белый дом не  являлся парламентом, это было бывшее здание парламента, превращенное в  крепость.

И когда на следующее утро в город вошли танки, когда они несколькими выстрелами заставили подонков сдаться, я сказал: «Слава Богу». И считаю так до сих пор, хотя это не принято…

А у вас, братцы, — с кем мы вместе стояли лицом к  стене и с автоматами у затылка, — просто короткая память. Или другие причины «забыть», о чем мы с вами говорили, когда вырвались оттуда…

Но я напомню. Говорили мы, что с этими людьми переговоров быть не может. Вы спрашивали меня: «Гриша, ты мирный человек, но  что бы ты сделал с тем майором в баркашовской форме со свастикой, если бы тебе дали автомат?» Кстати, я не ответил. Не знаю, смог бы я выстрелить в живого человека или нет. Возможно, это слабость.

Интересно, где сейчас тот майор со своими орлами из  Приднестровья. Если еще жив, наверное, в Донбассе воюет.

А главное, я хочу спустя столько лет поблагодарить спецназ «Вымпела». Ребята, родные, в ту ночь вы спасли город. Вы отстояли Останкино, когда телеканалы отключались один за другим. Когда ведущие уже начинали заигрывать с «товарищем Руцким», призывавшим бомбить Кремль. Вы спасли людей, которых фашисты из Белого Дома захватили на «Рижской» и «Останкино», чтобы использовать их как живой щит при штурме.

Вспоминают «Альфу» и танки, но они появились утром. А «Вымпел» выполнял свой долг в ту жуткую ночь, пока армия отступала от Москвы и решала, на чью сторону встать. Спасибо, «Вымпел»!

Главный итог вчерашнего дня в том, что объединенный демократический список – блок «Яблока», команды Гудкова и ПАРНАС – в Москве разгромил парламентских сателлитов «Единой России», существенно подвинул саму партию власти и нанес административной системе сильнейший психологический удар. Политтехнология власти впервые не сработала. 

Сейчас два вопроса являются самыми важными.

Первый: в каком виде эту информацию преподнесут (уже преподнесли) президенту, и как он отреагирует. Здесь слишком много неизвестных; слишком много придворных тайн и подковерной борьбы. Поэтому делать прогнозы сейчас не берусь. Может, через несколько дней будет больше ясности.

Второй вопрос: что, собственно, произошло в Москве, и можно ли применить этот опыт в других регионах. Это более интересная тема.

Протестный и  потенциально протестный электорат можно разделить на четыре большие группы, — по крайней мере, в столице.

Одну группу составляют убежденные сторонники европейского пути, демократии, парламентаризма. Их  мировоззрение сформировалось давно, они ему верны и готовы его отстаивать.

Вторая группа по  взглядам близка к первой, но в ее психологии присутствует страх: а вдруг от  протестов будет только хуже? А вдруг Путин – единственный, кто может держать в  узде… Далее, у каждого свои страхи, кого надо держать в узде, — кадыровцев, бандитствующих силовиков или поджигателей кинотеатров, а может, люмпенов.

Третья группа выступает не «за», а «против». У нее нет ясного представления о позитивном будущем, но  очень силен протест против происходящего сейчас.

Наконец, четвертый сегмент – молодежь, которой просто хочется свежего воздуха. Хочется новых имен, новых технологий. Хочется активности не только в день выборов, а постоянно.

И вот уже лет пятнадцать, как никому не удавалось объединить все четыре группы. «Яблоко» мобилизовывало одних, но теряло других. Навальный был популярен среди молодежи, но пугал первую группу. Колеблющиеся («как бы не стало хуже») бросались из  крайности в крайность. То голосовали за кого попало, то устраивали бойкот. И  почти всегда поддавались манипуляторам от партии власти.

Вчерашняя победа достигнута за счет того, что демократический блок смог, наконец, мобилизовать большую часть потенциальных сторонников. «Яблоко» внесло основательность, свой лейбл, имидж Г.Явлинского и абсолютно четкое мировоззрение. Гудков и Кац – новые технологии, гибкость, вообще новизну, тот самый свежий воздух. Плюс новая когорта яблочной молодежи, которая начала формироваться еще в 2011 году в виде команды наблюдателей на выборах.

Этот сплав привлек еще больше начинающих политиков, которые привели свои команды, в том числе под беспартийными флагами.

Собственно, последовательность выше перечисленных шагов дала ключ к успеху.

Думаю, этот опыт, позволяющий мобилизовать спящих и колеблющихся, может сработать и в других регионах. Начиная, естественно, с тех, где местные режимы помягче.

Есть и опасность. Вчера один парень написал в Твиттере: «Мой приятель, выдвигавшийся от ЛДПР, сказал, что надо было идти от Гудкова». Таких беспринципных личностей сейчас будет много. Могут начаться трения при отборе кандидата в мэры, хотя до этого еще далеко. Это беда любых коалиций, своего рода теневая сторона.

Но самое главное – общество получило хороший импульс, сильный эмоциональный заряд, и жаль будет растратить его на ерунду, как бывало раньше.

Был сейчас на  избирательном участке. Народ подтягивается, но все равно недостаточно. Первый раз я голосовал в 1983 году, и вот, о чем думаю, вспоминая то время.

Допустим, тогда, в 1983 году стало бы известно, что на двух-трех избирательных участках будут альтернативные кандидаты. И тех, кто за них проголосует, не накажут. То есть сто процентов гарантии, что не посадят, не уволят, не исключат.

И все понимали бы, что три участка на всю страну – капля в море. Ничего не изменится. Райкомы и  исполкомы получили разнарядки и будут жульничать. Но голосовать можно, и за это не накажут.

Вопрос: пошли бы мы голосовать за альтернативных кандидатов? Не просто пошли бы, а очередь занимали бы с ночи и писали номерки на ладони. Стояли бы в очереди по восемь часов.

Даже если бы за право голосовать на этих участках надо было сдать 20 кг макулатуры или заплатить по  три рубля, — скинулись бы, заплатили, одолжили бы тем, кому не хватает до  получки (простите, до зарплаты).

Только лишь за  возможность выразить протест. Только, чтобы увидеть единомышленников и  почувствовать, что ты не один. Чтобы почувствовать даже не вкус и не привкус свободы, а еле заметное ее веяние.

Мы бы все отдали только  за одну такую возможность. А вы? 

Мне нравится, что на  тему московских выборов 10-го сентября появились шутки. Это хороший признак.

Например:

— Не пойдем в гости. Лень.

— А представляешь, как они обрадуются, что мы не пришли?

— Ты прав. Надо идти.

Или такой слоган: «Радио Магадан. Нас слушают сидя».

Если серьезно, есть три аргумента, чтобы пойти.

Во-первых, сколько раз все говорили, мол, демократы не хотят объединяться, поэтому мы не пойдем за них голосовать. Так вот, теперь есть объединенный список, в котором не только  партии, но и простые объединения граждан.

Во-вторых, если уж  хочется выразить протест, то давайте выберем способ, который наиболее неприятен властям. Они столько денег вложили в День города, столько сделали, чтобы никто не пошел на эти выборы. И вдруг окажется, что люди умнее, чем они думали. Что манипулировать больше не получается.

В-третьих, сами кандидаты  заслуживают, чтобы их  поддержали, хотя бы из солидарности. Ведь каждый из них понимает, что его личные шансы победить единороссовскую машину очень малы. Зато вероятность получить зеленкой в глаза или вероятность, что против кандидата сфабрикуют уголовное дело, уволят с работы, будут угрожать его детям, — такая вероятность близка к  ста процентам. Эти люди уже заслужили уважение и поддержку.

Еще мне нравится креативность. Штаб придумал, чтобы сторонники оппозиции из числа жильцов ходили по квартирам в своем подъезде вместе с кандидатами. Судя по карте, больше всего добровольцев – в районе «Октябрьского поля», у «Речного вокзала», возле метро «Молодежная», «Университет» и в ЦАО.

Вижу запись в Твиттер (то ли в шутку, то ли всерьёз): Вся страна платит деньги в Москву; почему мы – жители России – не можем приехать на московские выборы и проголосовать?

Люди, дорогие, у вас ведь тоже будут выборы. Вам труднее, в регионах больше беспредела. Но  хочу вам рассказать, чем хвастались депутаты от власти на московских выборах прошлым летом. Они говорили: «Мы добились, чтобы нефтегазовые корпорации платили налоги не там, где они добывают сырье, а в столице». А оппозиция, — от «Яблока» до ПАРНАСа, — всегда была против этого. Вот и делайте выводы.

Пора назвать вещи своими именами: медийные фигуры, определяющие повестку дня оппозиционных СМИ, умышленно замалчивают деятельность «Яблока».

Сейчас происходит одно из ключевых предвыборных событий – мэр Ектеринбурга Евгений Ройзман выдвинут от  «Яблока» кандидатом на пост губернатора. ЦИК пытается этому помешать. Именно сейчас, сегодня идет жесточайшая борьба вокруг этого выдвижения.

Много ли в российских регионах серьезных политических фигур с шансами на избрание губернатором? Имеет ли ключевое значение такой крупный регион, как Свердловская область? Безусловно. Но почитайте блоги, посмотрите, о чем разглагольствует либеральная тусовка. О чем угодно, только не об этом.

Одновременно во многих городах «Яблоко» ведет кампанию «Время вернуться домой» — сбор подписей за  вывод войск из Сирии. Огромное количество людей ставит свои подписи. Власти ряда городов запрещают пикеты. Это тоже происходит прямо сейчас. Рассказывают об этом оппозиционные СМИ? Нет. Молчат.

А потом будут говорить, что «Яблока» и Г.Явлинского не видно, не слышно. Будут делать всё, чтобы преподносить А.Навального как единственного человека, который что-то делает. Так происходит грандиозный обман. В чьих интересах?

Навальный сейчас один из главных объектов политических споров. Безусловно, у него есть и сторонники, и противники. Большая же часть протестно настроенных граждан — инакомыслящих — к  нему равнодушна, но ее пытаются не мытьем, так катаньем вовлечь в этот спор, тем самым, опять-таки, добиваясь раскручивания Навального. Вопрос — кто пытается и как это происходит?

Власть когда-то сделала умный ход, оставив несколько ресурсов, которым разрешила фрондировать — одна-две радиостанции, один телеканал, несколько раскрученных интернет-каналов.

Небольшая группа (несколько сот человек) профессиональных журналистов, экспертов, бывших депутатов, несколько скандальных телезвезд фактически определяют «общепринятую» точку зрения в этих СМИ.

Они сформировали, — назовем это так, — либеральную тусовку. Как и в любом неформальном микро-сообществе, среди них выделилась группа лидеров местного значения.

Они стали своего рода прослойкой, прокладкой, проводником между оппозицией (под этим словом я подразумеваю людей, стремящихся быть избранными в органы власти) и  инакомыслящими гражданами, то есть потенциальным электоратом оппозиции.

Либеральная тусовка определяет, как инакомыслящий должен относиться к геям, к религии, к допинговым скандалам, к войнам и вообще к погоде и футболу. Что-то вроде неписаного «кодекса оппозиционера». Кто выпадает из мейнстрима хотя бы по одной-двум позициям, тот становится чужим среди своих.

Получается, ни один оппозиционный политик не может общаться с электоратом иначе, как посредством этой тусовки и при ее поддержке. Ее неадекватно преувеличенная роль — одна из главных проблем современной политической жизни и, одновременно, один из самых надежных механизмов самозащиты власти — способ профанации дискуссий, способ гораздо более эффективной дискредитации оппозиции, чем ток-шоу на официальных телеканалах.

На счету либеральной тусовки уже немало плохих дел, если не сказать провокаций. Именно она на думских выборах 2011 года призывала голосовать за кого угодно, кто имеет шансы пройти в Думу, только бы не за Единую Россию. Сама же она навязывала мнение, какие партии имеют такие шансы, а какие нет. В результате, она помогла КПРФ, ЛДПР и «Справедливой России» и навредила внепарламентским партиям.

На выборах 2016 года либеральная тусовка призывала не голосовать. В результате, протестный электорат не пришел на выборы. Власть получила всё, чего хотела.

Сейчас либеральная тусовка навязывает мнение, будто Навальный — лидер оппозиции. Она обсуждает каждое его слово. Это типичный случай, когда свита играет короля. Точнее раздувает фигуру короля из ничего.

Но это еще не самое страшное. Либеральная тусовка виновна в том, что слово «революция», разговоры о будущих бунтах и беспорядках стали частью политического дискурса. То есть эта тема, этот сценарий перестали быть табу; они обсуждаются как нечто допустимое и даже неизбежное.

СМИ, захваченные либеральной тусовкой, получают финансирование от своих владельцев. И владельцы — вовсе не мифический госдепартамент, а крупные российские бизнес-структуры.

Все прекрасно знают, что ни один банк, ни один холдинг не посмеют давать деньги на политику, если это не санкционировано с самого верха.

Поэтому, если либеральная тусовка раскручивает какую-то фигуру или какую-то идею, то у думающих людей сразу должны бы возникнуть подозрения. То же самое — если эти 200-300 «властителей дум» кого-то, наоборот, невзлюбили.

Выход я вижу только  один: успеть до выборов раскрутить новых видеоблогеров, новых экспертов, которые не получают подпитку от подчиненного властям бизнеса. Со временем они тоже могут попасть в зависимость от кого-нибудь, но не сразу.

Многие члены либеральной тусовки сами по себе — очень достойные люди, но эта прослойка, как политический институт (хотя и неофициальный), превратилась в серьезный негативный фактор. Как посредник между оппозиционными политиками и протестным электоратом она лишнее звено. А  Навальный ее очередной продукт — не первый и не последний.

После обмена выпадами между Навальным и Усмановым многие обрадовались. Наконец-то, якобы, начался диалог между властной группой и оппозицией. Правда, диалог в очень странной форме и не по принципиальным вопросам, но хотя бы первый шаг.

На самом деле, произошло совсем другое. Чтобы разобраться, придется еще раз сказать о сути российской экономики.

В России не просто «воруют и много воруют», как говорил Деточкин. Коррупция сейчас системообразующий фактор в экономике. И даже силовики не согласны служить Хозяину за зарплату. Они требуют особых привилегий.

Когда начался период «зачистки», разгонов митингов, захвата политзаключенных, — исполнители стали требовать всё большую и большую плату за свои услуги.

Серия репрессивных законов, — о расширительном толковании понятия гостайны и госизмены, об «иностранных агентах», «нежелательных организациях» и т.д., — была принята не только для устрашения. Это была новая кормушка для репрессивных структур. Угрожая применить к кому-либо эти законы, можно тянуть огромные деньги в свой карман.

Но и этой платы стало мало. Таков объективный закон коррупционной системы: чем больше карательных услуг силовое ведомство оказывает, тем большую плату оно требует, и наступает момент, когда расплачиваться нечем.

Начался новый этап, когда в качестве платы дают уже не деньги и не возможность брать взятки, а  бизнес-ресурсы. То есть просто отнимают бизнес у собственника и передают его «княжеской дружине». С малого и среднего бизнеса состригли уже всю шерсть. И настала очередь крупного бизнеса.

Предварительно идет настройка общественного мнения. Например, еще полгода назад прикормленные властью «патриоты» стали с экрана ТВ убеждать: все экономические беды происходят от министров-либералов во главе с Медведевым; они злоупотребляют доверием президента, но скоро он всё поймет и заменит антинародных министров на истинных патриотов.

Спросите кого угодно из  аппарата правительства, и вам скажут, что давно уже ждут отставки премьера и  министров экономического блока. Вопрос лишь во времени.

Улюкаев стал первой жертвой. Потом – разоблачение «Димона».

Навальный здесь исполняет роль индикатора. Он довольно точно показывает, кто следующий, будь то  госчиновник или крупный бизнесмен.

Заметьте, он не ведет громких расследований о тех, в чью пользу отбирают бизнес-структуры и кормушки. Да, в его «Черном блокноте» есть список судей, следователей и даже некоторых офицеров «оттуда». Но, во-первых, они обвиняются не в коррупции, не в отжиме бизнеса, а в преследовании оппозиционеров. Во-вторых, это люди не первой величины, и черные списки с их фамилиями давно гуляют по интернету, их можно найти даже в социальных сетях.

Главных выгодоприобретателей из числа силовиков Навальный избегает. Зато очень верно указывает их будущих жертв, проводя расследования именно по ним.

И вот Усманов видит себя в этом списке. И находит оригинальный способ защититься: он начинает публично обвинять Навального, тем самым демонстрируя  свою лояльность. Усманов хочет таким путем выиграть время, чтобы угрожающие ему хищники (последнее звено в пищевой цепочке) пока занялись чьей-нибудь другой бизнес-империей.  Теперь властям неудобно возбудить против него дело и отнять что-либо.

Навальный действует вполне рационально, обвиняя тех, кого уже можно, и оставляя в покое тех, кого нельзя. Он уже проявил это качество не раз, например, в дебатах с Чубайсом на «Дожде», где держался тише воды.

Усманов тоже действует рационально. И оба они показывают свое истинное лицо, встроенность в верхушечные правила игры. Это договорной матч, якобы, для нас с вами. Но  настоящие зрители (они же – судьи) сидят в невидимой VIP-ложе.

Эта статья — итог размышлений над блестящей работой политолога Екатерины Шульман, которая посвящена современному городскому классу. Среди множества тезисов, я бы выделил самые злободневные с точки зрения сегодняшней политики. Основное противоречие нашей политической системы — несоответствие примитивной машины государственного управления потребностям нашего сложного общества. В российском обществе городской класс является основой, но  он лишен политического представительства. Это толкает его к радикализации, что очень опасно в перспективе, когда авторитарная власть ослабнет, а гражданских политических институтов не окажется, они разрушены.

К этому мне хочется добавить следующее. Президентские выборы де-факто уже начались. Среди оппозиционных течений выделяются два — платформа Явлинского и платформа Навального. Ситуация, на первый взгляд, складывается в пользу Навального: он  воспринимается как более современный, новаторский, вокруг него постоянно что-то происходит.

Но, если разобраться, суть вопроса в другом.

Современный российский горожанин тратит гораздо больше интеллектуальных сил для выживания, чем 25-30 лет назад. Для политических размышлений у него не хватает времени, они смещаются в сферу досуга, и это мешает продумывать стратегию отстаивания своих политических интересов.

Вот почему призыв «Яблока» к обстоятельной дискуссии в духе «Перестройки и Гласности» воспринимается как анахронизм. Даже требование, чтобы Путин вышел на прямые дебаты, не находит отклика у столичной оппозиционной тусовки.

Предпочтение отдается тому, кто предлагает вместо дискуссии политтехнологию: простой тезис — «против коррупции», простая цель — «долой их», простой слоган — «надоело». Плюс движуха, т.е. соединение политики и развлечения (раз уж политика перешла в сферу досуга).

Это уже было в эпоху смены Горбачева на Ельцина. Прогресс продолжался до того момента, когда на смену рационализму и дискуссии пришли политтехнологии и политика-развлечение. После этого наступил регресс. В итоге, народившийся класс горожан не смог отстоять свои интересы.

Навальный вообще во многом похож на Ельцина конца 80-х: он играет на той же площадке, использует те же методы, только с поправкой на информационные технологии.

Как и Ельцин, он любит простые решения. «Берите суверенитета, сколько сможете», — говорил Борис Николаевич. «Закроем границу с Казахстаном и этим остановим наркотрафик», — обещает Навальный.

В сложных ситуациях, как, например, осетино-ингушский конфликт, Ельцин при визитах в Ингушетию обещал вернуть ей Владикавказ; а при встречах с противоположной стороной обещал оставить город ей. Навальный примерно так же говорит о Крыме: «Полуостров был захвачен с вопиющим нарушением всех международных норм, но сейчас является частью России. А вообще он принадлежит тем, кто там живет». Как хотите, так и понимайте.

Идти за ним проще и легче, чем за «Яблоком», которое не побоялось сказать «Крым не наш» и было за это наказано на думских выборах. Но хочется напомнить, к чему привела подобная простота и легкость в 1991 году.

Она привела к тому, что два самых важных решения были приняты без дискуссии, без обдумывания и вообще без участия тех, кто делал революцию и надеялся на нее. Первое решение — отделение России от СССР. Второе решение: экономическая реформа была поручена команде Гайдара — Чубайса, то есть людям, которых никто до этого не знал, чья программа была неизвестна и не обсуждалась.

И вспомните, ведь всё это произошло под аккомпанемент лозунгов против коррупции, под газетные статьи с разоблачениями прежних лидеров. Система смогла адаптироваться даже под эти лозунги и снова воспроизвела сама себя, пожертвовав лишь самыми слабыми своими звеньями, которые не сумели приспособиться (естественный отбор).

Такова цена простых рецептов. Отказываясь думать о проблеме, люди перекладывают решение на чужие головы. И эти головы решают так, как им выгодно. «Не делайте так больше», — предупреждает «Яблоко». «Вы старомодны и скучны», — отвечают ему.

Возвращаясь к теме коррупции, нужно признать, что в нее вовлечена большая часть городского класса. Дело не в том, что одни из нас дают взятки другим (школы, ВУЗы, медицина, ГИБДД). Это как раз мелочи. Но кто дает самые выгодные заказы юристам, рекламщикам, пиарщикам, риэлторам и т.д.? Крупные коррупционные синдикаты. Те самые. Поэтому настоящая борьба с коррупцией будет болезненной. Только одни политики предпочитают молчать об этом, а другие говорят непопулярные вещи вслух. В этом разница.

Если мы сравним внутриполитическую борьбу в конце 80-х гг. и сейчас, то  увидим очень показательные изменения.

Например, почти исчезла тема революции и гражданской войны. Ни Ленин, ни  последний царь больше не являются знаковыми фигурами, политическими символами. Исчезли термины «левые/правые», «советский/антисоветский».

Зато выросла до невероятных размеров тема Сталина и Великой Отечественной войны.

И выживание России действительно зависит от  выбора: либо окончательная реабилитация сталинизма, либо возвращение на путь десталинизации.

Но надо сделать важную поправку. Сами сталинисты взяли на свои знамена не  реальную личность своего идола, а выбрали те черты его режима, которые выгодны для их идеологии.

Настоящий Сталин строил свою легитимность на преемственности по линии: Маркс, Ленин, революция, мировой пролетариат, классовая борьба и т.д. Сегодняшних сталинистов всё это не интересует.

Настоящий Сталин уничтожал частную собственность; сегодняшние сталинисты сплошь и рядом занимаются бизнесом. Конечно, это не настоящий бизнес, а уродливый, криминальный, но тем не менее.

Настоящий Сталин был врагом Церкви; сегодняшние сталинисты  наоборот прикрываются ею.

Настоящий Сталин уничтожил своих реальных соперников еще в 30-е годы, а  дальше казнил уже собственных идейных  сторонников. Ему не нужны были люди, которые служат по убеждению. Он  хотел управлять запуганной серой массой, у которой нет никаких убеждений, а  есть только страх и бездумное поклонение.  Это был абсолютно аморальный, но вполне рациональный способ правления. Современные сталинисты  не хотят помнить об этом.

Спрашивается, что же они оставили от реальной идеологии того времени. Только одно – идею милитаристской империи.

На мой взгляд, суть этой идеологии точнее всего выражена в фильме «Белый тигр» – опаснейшем, но талантливом произведении:

Первое. Гитлер всего лишь осмелился сделать то, о чем остальная Европа мечтала втайне. Именно поэтому Европа так легко покорилась ему.

Второе. Великая Отечественная была войной не только и не столько против нацистской Германии, сколько против Европы. И Европа была разгромлена.

Третье. Европа (точнее, Запад) рано или поздно снова нападет на Россию, и  только после следующего разгрома Запада наступит настоящее завершение Великой Отечественной.

Естественно, это требует предварительного искоренения  внутри России всех, кто придерживается иного взгляда на мир и на историю.

Отсюда и истерия  против «национал-предателей», и «Повторим, если надо». И превращение Дня Победы из дня памяти, скорби, дня ветеранов – в День вечной войны, которая (якобы) еще не кончилась.

Интересно, что власть одновременно и возрождает сталинизм в таком виде, и  боится того, что сама же возрождает.

Когда два года назад в Совете Федерации была робкая попытка запретить отрицание сталинских репрессий, это было отражение страхов власти. Когда парламент Ингушетии принял в первом чтении аналогичный закон, и когда в том же  духе высказался Кадыров, это не могло быть сделано без разрешения сверху. Власть была готова пойти на запрет реабилитации сталинизма в регионах, где живут репрессированные народы, чтобы сохранить лояльность тамошних правителей. Но испугалась создавать прецедент и спустила дело на тормозах, — прокуратура Ингушетии вдруг открыла, будто подобный закон создаст возможности для коррупции в правоохранительных органах.

Надо понять, что всё это не имеет ничего общего с попытками честно разобраться в истории России. В неосталинистской идеологии лживо всё. Даже образ Сталина в ней совсем не тот, какой он сам себе создавал при жизни. И без разоблачения этой лжи никогда не получится что-либо изменить к лучшему.

Хочу рассказать о человеке, которого никогда не признавали героем. Совсем наоборот.

Младший брат моего деда – Борис, родился на Украине в еврейском местечке в 1918 году. Переехал в Москву, учился на астронома.

Дед рассказывал только то, что Борис был в семье самым талантливым и  погиб на войне. Теперь я знаю, почему он больше ничего не говорил в те, советские времена. (Сам дед служил в войсках связи, был ранен, несколько раз награжден, закончил войну капитаном, заместителем комбата. Другой мой дед погиб при освобождении Могилева, там и похоронен).

Борис пошел на войну с первых дней, ему было двадцать четыре года. Служил сержантом в Шестой артиллерийской бригаде Брянского фронта.

В начале сентября 1941 г. войска фронта по указанию Ставки ВГК нанесли удар во фланг 2-й танковой группы противника, наступавшей в направлении Рославль, Конотоп. Однако они не смогли предотвратить выход немецких войск в  тыл Юго-Западному фронту и сами оказались в тяжелом положении. (Цитирую по  энциклопедии).

Отряд, в котором служил Борис, дважды попадал в окружение. Дважды Борис выводил свою группу из окружения, ориентируясь по звездам. Он же был астрономом. Эта история – про звезды – сохранилась как легенда.

После второго выхода из окружения, в конце сентября 1941 г., он и еще несколько солдат были приговорены военным трибуналом к высшей мере наказания.

Донесение об этом, с издевательским названием «Донесение о безвозвратных потерях» и полным списком расстрелянных бойцов почему-то датировано началом 1942 г., хотя приговор был приведен в исполнение сразу.

Рассказываю об этом не просто так. Давайте создадим еще один бессмертный полк, или батальон, назвать можно по-разному. С именами тех, кого расстреляли после выхода из окружения. И тех, кто попал в немецкий плен, а оттуда прямиком в сталинские концлагеря. И тех, кто был в штрафбатах, — ими разминировали минные поля. Давайте? К этому полку власти вряд ли захотят примазаться.

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире