ganapolsky

Матвей Ганапольский

01 марта 2019

F

Что называется на днях, Следственный комитет отказался заводить дело об избиении активистов в Красноярске, потому что те поддерживали Навального. В постановлении об отказе в возбуждении говорится так: «Доводы Маркелова Д.А. не нашли объективного подтверждения, так как Маркелов Д.А. является сторонником Навального А.А., который, как известно, является оппонентом руководству Российской Федерации во главе с Президентом Российской Федерации — Путиным В.В.»
Вот так прямо и написали. И это есть лучшим комментарием сегодняшнему заявлению г-на Бастрыкина, который гордо сказал, что «низкий процент оправдательных приговоров в России является свидетельством эффективной работы СК». А еще он напомнил, что в Европе оправданий 20 процентов и это стабильная цифра.

А знаете российскую цифру? Полпроцента!

Знаете, заявление Бастрыкина – оно, на самом деле, не столько про работу его ведомства, а совсем про другое – про наш суд, который штампует обвинительные приговоры, какое бы обвинение на стол не положил Бастрыкин. А потом европейские суды присуждают потерпевшим от деятельности СК + Суда значительные компенсации. На это мы заявляем, что отказываемся признавать преимущество европейских судебных инстанций над российскими, а глава Конституционного суда г-н Зорькин постоянно намекает на то, что нужно в законы и саму Конституцию внести суверенность, смысл которой во фразе «Заграница нам не указ!»

А теперь вернёмся к бастрыкинскому СК и к тому самому постановлению об отказе, который мы приводили ранее. Если вчитаться в эту невероятную бумагу, то получается, что если ты «сторонник Навального», либо «оппонент руководству Российской Федерации во главе с Президентом Российской Федерации — Путиным В.В», то обычные законы и защита на тебя уже не действуют. Ты уже и не гражданин вовсе.

Интересно, вот если, не дай бог, погибнет какой-то «сторонник Навального» и «оппонент Путину ВВ.», то СК вообще будет заводить какое-то дело о преступлении, или, как писал Михаил Зощенко «Плюнут и разотрут»?

Каков же вывод. Он в том, что силовой блок, на который и полагается президент страны, совсем потерял чувство реальности. Полпроцента оправдательных приговоров выдаются за достижение, забывая про реальные людские судьбы, которые ломает СК и послушный суд.

И напоследок вот что. Мы с Соломиным и Нарышкиным, когда готовим программу «Итоги недели» и пишем к ней вопросы для голосования, внимательно следим, чтобы ответы не были 100:0 – такие вопросы мы отвергаем, как жульнические.
Но для государства – это норма.

Не желаю никому оказаться в тюрьме, но, ей-богу, если бы этой истории не было, её надо было придумать!
Два года и три месяца (двушечка, как скал бы наш славный ВВ) получил племянник Мистера «ядерный пепел» Дмитрия Киселёва Сергей.

За что? За участие в войне на Донбассе.

И как получил! Родной дядя навёл. Оказалось, что Дмитрий «Точное Попадание Ракеты в Белый Дом» Киселёв, наш главный пропагандист, сам сдал своего племяша, гордо рассказав в интервью 2016 года, что его родственник воюет на Донбассе. Короче, пацана взяли в Болгарии, переправили в Германию, где он и получил срок. Интересно, что срок дали не за конкретные доказательства, что он там воевал, а потому, то «многое на это указывает». Киселёв, конечно, всё отрицал и говорил, что просто был в СПБ и ждал отправку на Украину. Зачем ему нужно было на Украину, племяш застенчиво умалчивал.

Про что эта история. Она, конечно, не про Сергея Киселёва, а про Дмитрия «Лижем Путина» Киселёва. Она про сбрендившего пропагандиста, махание руками которого так воздействовало на его племянника, что тот решил немножко пострелять в укров.
Эта история про то, что дядя Дмитрий Киселёв не остановил своего племянника, не постарался ему объяснить, что телевизионная война и мультипликационное нападение ракеты «Циркон» на Вашингтон красиво смотрится только в его передаче. На самом деле, ракета просто не успеет упасть на Вашингтон – она будет сбита противоракетными силами страны, у которой военные расходы в 10! раз больше российских и приближаются к триллиону долларов. Дмитрий «Мне не Жалко, что Убьют Моего Родственника» Киселёв не объяснил племяннику, что украинские солдаты на донбасской передовой стреляют не из картонного, а из настоящего оружия, что там появилась армия и американское вооружение. Что визги Скабеевой об Украине, как стране-недотёпе – это лишь её глубоко и сексуально личное, а на деле все проблемы, санкции и неуклонное падение в самую глубочайшую пропасть её родной России – это именно за Донбасс и Крым.

Короче говоря, Дмитрий «Ради Красного Словца не Пожалею и Отца» Киселёв должен срочно бежать в церковь и благодарить боженьку, что племянника не успели убить на Украине. А еще замаливать грех, что сдал его.
Думаю, что когда племяш выйдет из тюрьмы, он сполна отблагодарит дядю.
И еще пару моментов.

Как видим, гордость за участие в донбасской авантюре, ценится только путинской камарильей, а на территории остального мира, подобное участие оценивается тюремным сроком.

А еще, видимо дяде следует подумать о своем собственном будущем.
Путин не вечен.

И тюремный срок в нормальных странах, как видим, дают даже не за то, что конкретно разжигал ненависть и плодил ложь, а за то, что «многое на это указывает».

Ну, а вообще-то, Киселёвы коллективно порадовали.
Аплодируем стоя!

27 февраля 2019

Про Немцова

Вот я сижу и мучительно думаю, что сказать про Немцова в этот трагичный день памяти, в день его убийства. Всё какие-то вытертые слова лезут в голову. Что он был политическим светом в окошке; что говорил то, что думал, особенно про Путина; про то, что когда приходил он на Эхо, то ты понимал – перед тобой лидер; что когда ты его слушал, то появлялась пусть иллюзия, что наша оппозиция объединиться вокруг этого человека и, не смотря на подтасовки и репрессии, всё же что-то выиграет и куда-то там войдёт – в Думу или СФ.
Но его убили. Вот и вся история.
Поэтому, я хотел бы сказать об обществе. Смотрите, человека нет, а шествия в его память полны народу и даже, к моему великому удивлению, разрешаются властями. Конечно, мертвый Немцов уже не опасен, но кремлёвские параноики прекрасно понимают, что теперь опасен не Немцов, а память о нём. Уж сколько лет идёт битва, ежедневная битва за немцовский мемориал на мосту. И никак дворники, маниакально выбрасывающие его портреты, плакатики и свечки в мусор, не могут побороть вот эту неистовость активистов мемориала, сравнимую с неистовостью ранних христиан, которые несли идею, несмотря на унижения, зная, что, в конце концов, идея победит. И, уверяю вас, всё так и будет. Название моста будет сменено на «Немцов-мост», как только Путин уйдёт. А через лет двести, ни Путина не будут помнить, ни Немцова, а только будет красивое название моста – оно действительно красивое.
Возвращаясь к Немцову, мне жаль тех, кто не видел его живьём. От него прямо разило энергией. Он входил в гостевую комнату на Эхе и один занимал её всю. И постоянно улыбался. «За мной всё время наружка ездит», говорил он и улыбался. При чём, это была не улыбка через страх или отчаяние, чтобы ему посочувствовали – так часто серьёзно больные с улыбкой говорят о своей болезни. Нет, он говорил искренне улыбаясь – для него эта наружка была полной фигнёй. И объяснение этому простое: он имел прекрасный опыт государственного управления и прекрасно знал, как устроено государство. А еще он знал цену жалким лидерам этого государства, знал, что они никогда не решаться выстрелить в него. А они и не решились – они просто наняли тех, кто сделал это за них.
Что дальше. А дальше то, что в тот роковой вечер дороги власти и Немцова разошлись. Немцов стал героем, его именем называют скверы, улицы и назовут мост (интересно, назовут ли что-то именем Путина), а власть сидит в Кремле и трусливо ждёт, чтобы её разоблачили.
Так и будет.

Слушайте, не сходите с ума! Я сегодня вёл утренний эфир и показал зрителям эту песню, как пример того, что в России еще остались нормальные люди, не объятые путинским бомбовым патриотизмом. «На подводной лодочке да с атомным моторчиком/ Да с десятком бомбочек под сотню мегатонн/ Пересек Атлантику» и зовет наводчика:/ «Наводи, говорю, Петров, на город Вашингтон!».

Ребята, это же прекрасно! Конечно, очень может быть, что, Трамп увидит в этих строчках угрозу НАТО а Меркель подумает, что бомбы засосёт в «Северный поток 2» и они все дружно объявят новые санкции, что давно следует сделать. Но, на самом деле, я бы дал этой песне название «Шапками закидаем», и смысл её именно в этом.

А тем, кто увидел вдруг в хоре, который профессионально выпевает строчки про бомбочки, милитаристский угар, я рекомендовал бы еще раз перечитать припев:

«Тру-ляля, тру-ляля,
Всё могу за три рубля!»

Вы считаете, что подобный припев воспевает атаку на Вашингтон? А по-моему, бард Андрей Козловский написал пародию в духе «Бременских музыкантов» на путинское победобесие, да еще вложил туда правильную идею, что жизнь русского солдатика, покорно идущего на сирийско-донбасскую смерть, стоит не дороже трёх рублей. Кстати, я верю и тому, что Козловский написал эту песенку в 80-м году, потому что только живший при совке понимает сакральное значение трёх рублей, ибо чуть добавив, или чуть убавив, можно было купить бутылку водки.

Я поздравляю Андрея Козловского с этой пародией и хочу сказать ему, что талантливая классика не стареет – не прошло и сорока лет, как Россия снова решила бросать бомбочки на Вашингтон. Так что, Андрей, мир жив не только Щедриным и Гоголем – достаточно иметь талант и наблюдательность, чтобы понять – бомбы на Вашингтон, это вечная животворящая идея. Так что, не жгите рукописи и ноты, Андрей!

Теперь о месте исполнения и идея хора.

Я поздравляю Камерный хор СПБ с прекрасным исполнением сего произведения. Многоголосье слушается великолепно, тембрА у исполнителей на мировом хоровом уровне!

Но вот что касается храма…
Тут я хотел бы поговорить о будущем, как автора, так и хора.
Думаю, что вам всем нужно срочно покинуть Россию, ибо получите двушечку за оскорбление чувств верующей секты Путина. Не мешает пока и другую работу поискать, ибо хор расформируют за профнепригодность. Короче, если бы хор спел «Хочу такого, как Путин», даже одевшись в стринги, это бы прошло, ибо любая пошлость, где лижут царя – это акт патриотического искусства. Но тут, думаю, хор загремит «под фанфары», как Пусси-Райот.

Но когда вы будете в концертных костюмах сидеть в СИЗО, я вам буду посылать воздушные поцелуи.
Ребята, мастерство не пропьёшь!

25 февраля 2019

Песня и патриотизм

Я бы хотел напомнить, что в Российской Федерации работает больше миллиона украинцев. Они зарабатывают там деньги, многие из них платят налоги в России. Да, в последнее время их число сокращается, всё больше едет в Европу, но мало кому в голову приходит обвинять их в сотрудничестве с врагом, хотя такие есть. Мало кто говорит: «Ты же украинец, почему ты в Москве делаешь ремонт квартир для россиян?», потому что знают — с работой в Украине пока тяжело.

История с Евровидением выскочила наружу только потому, что она очень яркая и в центре внимания оказались артисты. Артисты ездят за деньгами и вот эта певица MARUV (хотя я ее не слышал и не могу оценить, насколько она подходит для Евровидения, да в этом разговоре это и не нужно), о ней заговорили ровно потому, что за нее проголосовали, как за участницу от Украины. Хотя, на самом деле, она обычный гастарбайтер. Только гастарбайтер ремонтирует квартиры без подтанцовок и эротических растяжек. Но все равно, если он хорошо отремонтирует квартиру, то она услаждает взор россиянина точно так же, как его взор услаждает выступление MARUV.

Так в чем же проблема? Она совсем не в MARUV и не в тех, кто ее осуждают или поддерживают. Артист не товар, который можно запретить, как запрещали российские товары в Украине или украинские в России. Артист не тот товар, экспорт которого можно отменить. Стали ограничивать Ивана Дорна, он взял и уехал.

Конечно, можно сказать «ну, и пусть она едет к черту!». Но позволю себе задать вопрос, который не задавал никто. А представим себе, что MARUV подпишет все бумаги, к подписанию которых ее сейчас склоняют в Киеве, поедет на Евровидение и займет… первое место. А это значит, что следующее Евровидение будет в Украине. Это значит, что сюда, как и в прошлый раз, приедут десятки тысяч иностранцев, которые привезут миллионы долларов. Что тогда скажут про MARUV критики, которые сейчас ее уничтожают? Что они будут говорить? Нет, ну, она, конечно, выиграла, но?..

Что же собственно произошло? Произошло то, что в молодой постмайданной стране государство не определилось в форме закона, разрешать или запрещать украинским артистам выступать в Российской Федерации. Это решение, каким бы тяжелым оно ни было, необходимо. Ведь, что происходит сейчас? Мы с вами спорим о морали. А мораль у каждого человека своя, и она, по большему счету, чужому человеку неподсудна.

Поэтому, видимо, украинское государство должно вспомнить, что история с MARUV или «Анной-Марией», повторится ровно через год, на следующее Евровидение. Еще раз подчеркиваю, здесь должно вмешаться государство, которое, посмотрев в Конституцию, гарантирующую все свободы украинцам и политическую целесообразность, ведь идет война с Россией, должно принять четкое решение, что можно, а что нельзя.

Иначе спорам, осуждениям и оскорблениям не будет конца.
31 января 2019

Важное заявление

3043987

Национальный Лидер пригласил меня, чтобы сделать важное заявление.
— Мне только что позвонили из Европы и сообщили смешную новость, — сказал Лидер.
— У вас всё же есть телефон? Вы же говорили, что нет. Дайте номерок, — взмолился я, — обещаю, что ночью звонить не буду.
— Они звонили в рельсу, — уточнил Лидер. — Номерок не дам, лучше пишите мне в мессенджер или в вайбер, но помните, что их у меня тоже нет. Но перейдём к сути. Итак, мне позвонили в рельсу из Европы и сообщили, что я, в смысле Россия, должны заплатить 10 миллионов евро в качестве компенсации за моральный ущерб за высылку грузин в 2006 году.

— А кто должен платить — вы или Россия?
— Вы забыли, что я и есть Россия, — уточнил Национальный
Лидер, — что, в данном случае, не очень хорошо. Вроде платит Россия, а такое ощущение, что плачу я. А сумма не маленькая. Так вот, я хочу по этому поводу сделать заявление.

— Записываю! — я взмахнул ручкой.
— Нет, давайте заявление напишем вместе, чтобы было вежливо, а то снова скажут, что я из КГБ.
— А в чём его суть?
— В том, что Великая Россия, то есть, я, платить не будем.

Предлагаю написать так: «Мы ваши решения видели в гробу!»
— По моему, недостаточно дипломатично.
— Хорошо, а если написать, что у нас нет денег.
— Бросьте, это однодневная зарплата Сечина. Слушайте, а зачем вы вообще высылали этих грузин. Вы не любите Саакашвили, но он был в Грузии.

— На это было две причины. Во-первых, в грузинских ресторанах были большие очереди, и я решил помочь братскому грузинскому народу немножко окончательно решить грузинский вопрос. Во-вторых, авиасообщение с Грузией довольно дорогое, а каждый грузин хочет увидеть родной Тбилиси. Поэтому мы всех отправляли бесплатно, правда, в грузовых самолётах. Некоторые не оценили наш дружеский шаг. Но когда мы оккупировали двадцать процентов Грузинской территории, они тут же всё оценили. Теперь русский турист там самый желанный. В ноги кланяются! Так что, грузины — прекрасный народ. Главное — гордый!

— Хорошо, вернёмся к вашему заявлению, — я снова помахал ручкой. — Перед финальной фразой должен быть какой-то текст. О чём?
— Конечно же, о дружбе, причем многовековой, — назидательно поднял палец Лидер. — Вспомните об общей истории, о победе в войне, а потом красиво изложите мою концепцию любви ко всем народам.

— А в чём смысл концепции?
— Всё просто! Есть россиянин, у него есть нефть и газ. Украинец для него танцует гопак и варит борщ с пампушками, белорус поёт «Александрину», казах делает конскую колбасу, молдаванин вино, а прибалты ликёр. Но все это, в виде российских федеральных округов…

— Боюсь, что такая русская любовь сейчас не пройдёт, — я пожал плечами.
— Там, где не пройдёт русская любовь, пройдёт русский танк, — с нажимом произнёс Национальный Лидер.
— Что, так и написать? — я попробовал пошутить.
— Так и напишите, — очень серьёзно произнёс Лидер, глядя мне в глаза. — Конечно, напишите интеллигентнее, можете менять текст как хотите, оставив суть.

— Хорошо, напишу, — я разочаровано закрыл блокнот. — У нас, правда, нет финальной фразы вашего заявления. А она должна быть, ибо в ней вы должны высказать своё отношение к Европе, её институтам, судам и решениям.

— А какая вам нужна фраза? — Национальный Лидер задумался.
— Фраза должна быть конкретной, немногословной, отражающей наш путь, вашу идею вставания с колен и всякие скрепы. Ну, такая фраза, как гвоздь.
— Есть такая фраза! Пишите: «Поцелуйте нас в зад!» И эту фразу, я прошу не менять!

 — Мы должны с вами выпить шампанское за веру россиян в свою армию, — генерал поднял бокал. — Посмотрите на опрос: более половины россиян, а именно 88 процентов, верят, что родная армия их спасёт!... Почему вы не пьёте, вы не патриот?!

 — Мне нужна сенсация, а вы не говорите всей правды, — мягко возразил я, не желая снижать градус патриотизма, — ведь в этом же опросе сказано, что целых 56 процентов опасаются нападения со стороны других стран. Кстати, а кто планирует напасть на Россию?

 — Все планируют! — генерал потёр руки. — Ибо это планируем мы. Наш телевизор разжигает истерию, так что, кто-нибудь да нападёт. И тогда мы дойдём до их столицы и водрузим там наш флаг!

 — А если они будут сильнее и победят нас?

Генерал задумался:

 — Мне это как-то в голову не приходило… Хотя, ответ есть: Не забывайте, Путин сказал, что война может быть, но мы в ней всё равно победим. А мы верим Путину! В конце-концов, бросим на них атомную бомбу. Для чего-то же она у нас есть, не так ли?

 — Но в этом же опросе 75 процентов уверены, что ядерной войны человечество не переживёт. Значит и Россия погибнет, как часть человечества.
Генерал снова задумался.

 — Уверен, что мы какая-то другая часть, — неуверенно сказал генерал. — Кроме того, у нас есть ракета с непредсказуемой траекторией. Она летит, летит… и непредсказуемо падает на их головы.

 — На их головы? — усомнился я, — но ведь у неё непредсказуемая территория. А еще кто-то может просверлить в ней дырку, как в нашей космической станции. И заклеить жвачкой.

 — Проблемы с дыркой и жвачкой имеются, — мрачно подтвердил генерал. — Но, согласитесь, к войне готовится надо, ибо у нас много лакомой территории, которую хотят забрать.

 — Кто?

 — Ну, американцы какие-нибудь. Или бандеровцы. Кстати, вчера видел по телевизору тётку, которая рассказала, что была свидетелем, как бандеровцы поймали нашего русского солдатика и распяли его прямо в кальсонах.

 — Почему в кальсонах? — удивился я.

 — Ну, сейчас зима, поэтому в кальсонах. Согласно уставу. Бедная женщина, она так плакала!

 — Так ведь эту тётку уже сто раз ловили на вранье! Почему вы верите вашему телевизору? Он ведь врёт, как и эта тётка.

Генерал оглянулся и придвинулся поближе ко мне.

 — Телевизор не врёт, потому что именно мы говорим, что говорить ему. Потом они это говорят. А потом мы смотрим всё это и этому же верим.

Он встал и посмотрел на меня со снисхождением:

 — Думаю, что интервью закончено. Смотрите телевизор и ждите побед. Там вам все расскажут!

 — Еще один вопрос, генерал, — задержал я его на секунду. — Как мне написать, на кого мы бросим бомбу в первую очередь. Может на Англию? Мне нужна сенсация.

 — Вы с ума сошли! — возмутился генерал. — У меня в Англии дочь учится.

 — Тогда на Америку? Вы же показывали нашу бомбу на Флоридой.

 — Какая глупость, — снова возмутился генерал. — Там у меня квартира в Майями.

Он снисходительно вздохнул:

 — Вы путаете две войны — настоящую и в телевизоре. — Я думаю, что мы ограничимся телевизионной войной. И там обязательно победим.

Наш разговор был окончен. Я опять остался без сенсации.

Посетитель сел в кресло и, недолго думая, вытащил пачку денег, положив их передо мной:

 — Я хочу дать вам взятку, тут тысяча долларов.

 — Вы хотя бы дверь в коридор закрыли, — возмутился я. — Что за манеры давать взятку в стране, где власть неуклонно борется с коррупцией!

 — Теперь это не важно, — игриво заявил гость. — Отныне Минюст нам это позволяет.

 — Он много чего позволяет, ваш Минюст.

 — И это прекрасно, потому что его решения позволяют свободней жить. Вот раньше я боялся бить свою жену, однако, после исторического решения о декриминализации домашнего насилия, я бью её свободно и без ограничений. И это именно та свобода, за которую я люблю мою Россию! Вот сейчас я решил вас коррумпировать и рад, что родная страна мне в этом помогает.

 -Не понял.

 -Наш Минюст предложил не наказывать чиновников за «вынужденную» коррупцию. Вы хотите тысячу долларов?

 — Хочу, — простодушно подтвердил я. — А что для этого нужно?

 — Мы должны придумать «обстоятельства непреодолимой силы» — так в написано в предложении Минюста. Что-то было так непреодолимо, что вы были вынуждены мои деньги взять.

 — Ну, не знаю… — я пожал плечами. — Вот мне нужны деньги, причём непреодолимо. Это подходит?

 — Можно взять кредит или одолжить у друга, — отверг мою идею посетитель.

 — Тогда давайте так: я скажу, что вы пришли, угрожали мне пистолетом и заставили взять деньги. И еще в потолок выстрелили, чтобы я точно взял.

 — Не подходит, — пожал плечами посетитель. — У вас охранник — мордоворот. И сидит он прямо за дверями. Возникнет вопрос: почему вы не кричали, не звали на помощь.

 — Что же делать? — я был огорчён. — видно не судьба! Не вижу выхода при всём желании.

 — Вы сказали главное слово, и это слово «выход» — улыбнулся посетитель. — Выход есть! Вы очень хотите эти деньги? Ваше желание велико?

 — Оно бешено и нестерпимо, — подтвердил я.

 — Тогда мы должны ввести в эту ситуацию нечто, что бешено, нестерпимо и именно поэтому непреодолимо.

 — Что же это? — нетерпеливо воскликнул я.

 — Это любовь! Да-да, именно любовь — она непреодолима, не так ли?

Я ошарашено не мог произнести ни слова.

 — Всё очень просто, — с улыбкой продолжил посетитель. — Давайте представим себе, что мы с вами два гея средних лет, и у нас с вами давние отношения. И сейчас я пришёл к вам, чтобы заплатить за чистую и непреодолимую любовь.

 — Прекрасная идея! — восхитился я.

 — Так что, мой милый любовник, берите штуку баксов и, как бы случайно, подпишите мою бумагу.

Я удовлетворённо положил долларовый пакет, перевитый резинкой, в ящик стола и сопроводил своего новоявленного любовника до двери.

 — Благодаря предложению Минюста, мы еще не раз встретимся, мой сладкий! И, кстати, — он на секунду обернулся на пороге. — Я просил бы вас, для подтверждения нашей с вами непреодолимой любви, зайти в ближайший магазин «Наслаждение» и купить пару резиновых фаллосов. Ну, это если захотят проверить.

Дверь за посетителем закрылась и я понял, что передо мной открывается новая жизнь. Затраты на два фаллоса окупятся сторицей!

 — Благодаря предложению Минюста, жизнь коррупционера становится богатой и радостной.

 — Главное, найти непреодолимые обстоятельства!

В Саратове, как известно, учителей школы отправили в 20-градусный мороз убирать снег в помощь местным дворникам. А чтобы было куда снег класть, им выдали мешки, как для мусора. И есть фото, как они собирают снег в эти мешки.

Конечно, общественность возмутилась, все стали грозно требовать к ответу того, кто приказал складывать снег в мешки, и вскоре появилось сообщение что уволена начальник отдела образования соответствующего района, где снег собирали в мешки.

Конечно, интернет бурлит – как так можно, кричит интернет, как можно собирать снег в мешки, что за абсурд, за дурость!
Однако, я вижу дурость и абсурд совсем не в мешках, и даже не в том, что учителей послали снег убирать, а в том, что никто не замечает.
А не замечают того, что учителя как должное приняли двойной абсурд – что их, учителей, отправили снег собирать, и то что в мешки.

Конечно, помогать собирать снег после аномального снегопада – это дело не зазорное, ибо это помощь родному городу. Но только в том случае, если это добровольно, а не по указке отдела образования. А про мешки… я понимаю, что учителя видимо смеялись над этой вселенской глупостью… но снежок в мешки собирали. Точно так, как я, будучи студентом еще в советские времена, по указанию деканата отправлялся на овощную базу перебирать гнилую картошку и капусту. Боже, как мы нашим курсом смеялись над «тупым Брежневым», как поносили эту «смешную власть идиотов». Да, мы смеялись и поносили, но… послушно перебирали гниль. Почему не протестовали? Мы, студенты, просто не знали этого слова, да и советская власть казалась вечной.

Конечно же, я далёк осуждать учителей и сурово вопрошать – почему не вышли стройными колонами на протест. Все хорошо знают, что такое в современной России выйти на протест. Тут важно другое – на восемнадцатом году правления Путина, мы оказываемся в ситуации, когда снег поручают собирать учителям при 20-градусном морозе, и в мешки. А учителя, конечно же, внутренне кроют матом эту власть, но глубоко внутренне. И собирают снег в мешки. И нет никакого Брежнева.
Думаю, что Россия всем богата – богата нефтью, газом, медведями, территориями и всем прочим, чем может гордиться любая страна. Не может гордиться Россия только одним – человеческим достоинством своих граждан. Оно растоптано не только властью московской, но и местной. И его, это человеческое достоинство, собирают в мешки, вместе со снегом.

Не задавая вопросов и возмущаясь глубоким внутренним возмущением.

27 декабря 2018

Лепет оправданья

В интервью Золотова интересно не то, что он сказал, а то, что он не сказал и как говорил.
Обратим внимание на несколько вещей.

Во-первых, кому дал интервью Золотов. «Комсомольской правде» — верной газете Кремля, организующей сливы и травли неугодных.
Во-вторых, обратим внимание, как именно подано интервью. Оно названо «эксклюзивным». Но не подумайте, что там есть какой-то эксклюзивный материал, просто интервью дали именно этой газете, а не какой-то другой. А дали этой газете ровно для того, чтобы корреспондент был дрессированным и не задавал лишних вопросов.

Третий момент связан со временем интервью. Видимо, в высоких кабинетах долго решали, что с Золотовым делать после его позора с вызовом на дуэль Навального. Вспомним, что даже началось какое-то расследование по поводу закупок капусты и морковки по завышенным ценам, о чём писал Навальный. Потом была тишина… и вдруг это интервью. Видимо, в знаменитой фразе «помиловать нельзя казнить» запятую решили поставить после слова «помиловать», решили, что позор уже все забыли и можно Золотова потихоньку «поднимать». И если посмотреть оригинал статьи в КП, то видно, как «поднимают»: интервью взято на ходу, когда Золотов выходил «с очередного совещания с офицерами». То есть, Золотов крайне занят, у него бесконечные совещания, он весь в работе. Правда, из этого следует, что корреспондент оказался «девочкой по вызову» — ему приказали прибыть в нужное время в нужное место, что лишь подтверждает версию, что Золотова решили «поднимать».

Это желание обелить Золотова доходит до смешного: в материале две фотографии. Одно фото в полевой форме, прямо с фронта военных действий; второе — праздничное, прямо с парада. Или на парад. Одно фото Росгвардии, второе ИТАР-ТАСС. Актуального фото, сделанного во время интервью нет, возможно его вообще делали по телефону.

И еще, корреспондент обращается к Золотову исключительно «Товарищ генерал армии!» Трудно себе представить, чтобы обычный журналист, не состоящий на службе в ФСБ или какой-то военной газете, обращался так к гостю — обычно обращаются по имени-отчеству.

Итак, в совокупности, перед нами парадный материал под заголовком «Посмотрите, какой красавчег!»
А вот с содержанием интервью как-то не сложилось. Про главную уголовную претензию Навального к себе, Золотов упоминает одним предложением: «Он бегал по магазинам и овощным развалам, доставал мои фотографии и говорил – вот он, кто вас объедает, он – вор». И больше, по сути претензии, ни слова. Главное в интервью – «дача Микояна, в захвате которой меня обвиняет Навальный, это не дача Микояна. Моя дача – это другая дача».
Вот и весь смысл интервью «товарища генерала армии».
Не сомневаюсь, что Навальный внесёт ясность, где дача Микояна, а где дача Товарища генерала.
Однако, лакированные фотографии и упоминание Навального словами «этот субъект» вряд ли поднимут Золотова.
Как говорят украинцы «Из старой бабки девку не сделаешь»
Даже если девка берёт у тебя интервью.



Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире