16:44 , 06 марта 2012

Маленький такин оставляет кривой след на грязном снегу

753128
Этому маленькому особняку с лепниной, инициалами владельца на фасаде и кариатидами под карнизом не повезло с соседом.
Вместе с домом №5, по мнению застройщиков, он подлежит сносу. По другому мнению, сносу подлежат застройщики.


У Григория Дашевского есть такое стихотворение:

«Близнецы, еще внутри у фрау,
в темноте смеются и боятся:
«Мы уже не рыбка и не птичка,
времени немного. Что потом?
Вдруг Китай за стенками брюшины?
Вдруг мы девочки? А им нельзя в Китай».

Этот номер «Большого города» сдается 29 февраля, а выйдет 5 марта. В городе пройдут выборы президента, утром в Москву прилетят журавли, москвичи выпьют несколько сотен тысяч чашек кофе, в 4-м Самотечном переулке прочтут лекцию «Манекенщица: история профессии», температура воздуха опустится до –7 градусов по Цельсию, аспирант Д. закажет в Ленинке «Письма Бестужева-Рюмина о Смутном времени» 1898 года, молодые голодные лоси отправятся искать еду в жилые дворы Сокольников, на Даниловский рынок привезут камчатскую камбалу и карельскую форель, на заводе в Мытищах сталевар И. выкурит первую за день сигарету, на «Красном Октябре» 17 раз произнесут словосочетание «общественное пространство», полицейские изобьют в автозаке 120 митингующих, в аэропорт Домодедово прилетит 32 476-й пассажир, а в Московском зоопарке молодой такин выйдет на утреннюю прогулку под присмотром сотрудника отдела млекопитающих.

Я сделал неприятное открытие.

Едва ли не в каждом втором тексте «Письма редактора» я сообщаю, что «время изменилось». Или — «мир стал другим». Или — ну это совсем уже в забытьи — «мы проснулись в другой стране». Всякий раз мне кажется, что это чистая правда.

Если сравнить весну 2011 года и весну 2012-го — разве это не совершенно разные атмосферные состояния? Или город Москва при премьер-министре Путине и город Москва при трижды президенте Путине — это что, один и тот же город? Не говоря уже о новостной или тем более фейсбучной ленте — она так быстро уходит в даль.

Но 5 марта, когда «Большой город» будут развозить в грузовиках по городским заведениям, мы в очередной раз «проснемся в другой стране». Не только потому, что маленький такин, уроженец бамбуковых лесов, оставит неверный кривой след на грязном снегу своего вольера, сталевар И., стоя на проходной завода, пустит подряд три кольца дыма, а аспирант Д. поставит карандашную пометку на полях «Вестника Европы» в отделе редкой книги Российской государственной библиотеки.

Если у города есть память, а она у него есть, город запомнит, как тысячи людей записывались наблюдателями на выборы, как сотни людей грузили в автозаки и били в отделениях полиции, как тысячи людей выходили на улицы и узнавали, что в Москве у них есть единомышленники. Это так странно — вдруг ощутить, что дни, которые ты проживаешь, становятся страницами учебника истории. И сама конструкция, которая нам этим учебником предлагается, воодушевляет.

С декабря агентом и делателем истории стал городской житель, а не те, кого он имел несчастье последние 10 лет наблюдать по телевизору.

И эти люди не из телевизора хотят, чтобы и в центре государства был человек. И чтобы частное существование было определяющим. Я, по крайней мере, хочу именно этого. Если и правда есть в этом ворованном воздухе изменения, то смысл этих изменений — в создании мира частных людей. В этом мире ключевые слова — внимательная расположенность к твоим соседям и включенность в историю, полную мелочей и деталей.

Я люблю дом №7 в Печатниковом переулке, построенный во второй половине XIX века, который вот-вот снесут. Люблю, потому что он сложный, старый, в нем жили люди с множеством невозвратимых судеб — и он полон смыслов, которые были до и будут после меня. Ближайшие месяцы могут стать временем строительства чего-то подобного — маленького, живого и настоящего, и камнями этого строительства будут «человеческий документ», «частная инициатива». Если ты за частное и маленькое — ты за каждого человека в городе. И ты будешь сражаться за этот покосившийся дом и за ему подобных — против ушлых строителей. Так внутри большого города будут выстроены маленькие города, объединяющие частных людей. От Митино до Капотни, на рынке и в библиотеке, город жителей, ставших соучастниками исторических событий.

Было удивительное время в городе Москве — продолжалось оно с декабря по февраль. А 5 марта оно закончится. Выпускной бал, последний вечер каникул, августовский дачный вечер. Вот эта необязательность, улыбчивая придурковатость, прогулки в сумерках «за все хорошее» — все это заканчивается. Глава про рыбок и птичек, которые «в темноте смеются и боятся», пройдена. Прошу к доске, откройте страницу пятнадцать. Эта глава труднее для чтения — она про серьезность, каждодневную борьбу за свои и чужие права, за изменение законов, за частные инициативы — в области культуры, социального строительства или гражданского контроля. Нужно сражаться за каждого незаконно осужденного, защищать каждого, попавшего в маховик государственной корпорации. И не покупаться на заготовленные этой корпорацией милые культурные кластеры. Это длинная глава с перспективой неоднократной пересдачи.

Одно понятно: атмосфера в воздухе изменилась, в марте легко простудиться, но дышать легче. И нам повезло больше, чем близнецам из стихотворения Дашевского: теперь от тебя зависит, что за стенками. Если продерешься — увидишь не «Китай», а весну в городе.

Оригинал


Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире