В Москве вручили театральную премию «Гвоздь сезона»

 

Кино/театральный понедельник выдался тяжелым. Одна церемония сменить другую спешила, «дав ночи полчаса»: не успели утихнуть споры об Оскаре, полете «Икара» и пролете «Нелюбви», как московские театралы поспешили на вручение театральной премии Союза театральных деятелей РФ  «Гвоздь сезона». Здесь, в  отличие от Оскара, номинанты пребывали в спокойствии, тогда как публика волновалась и предвкушала, чем ее удивлять будут. Так уж повелось, «Гвоздь сезона» -  премия, славящаяся именно своей церемонией. Вернее бесцеремонностью. Многолетними усилиями Константина Богомолова и Сергея Епишева вечер вручения наград СТД стал праздником непослушания, триумфом остроумия и острословия, иронии и часто сарказма.  Театральную Москву  буквально «пригвождали» колкими, едкими не только внутрицеховыми шутками. Острили  здесь действительно «заостряя», и даже «Большой хрустальный гвоздь» без подколок не вручали. Шутили так, что иным лауреатам становилось  не до шуток.  Лауреатов здесь ославливали, а не прославляли. Без различия степеней и званий. Ведущие всегда, на всякий случай, прощались, ибо не всё им могло проститься… Творческие люди ранимы и не все выдерживали щекотку «гвоздичных» острот, выходящих далеко за рамки дружеского подтрунивания. Но настоящий друг тот, кто не боится говорить правду: авторы «Гвоздя сезона» «дерзали в забавном русском слоге» (в текстах филолога и поэта Константина Богомолова ни слова в простоте и все неспроста) и «истину царям с улыбкой говорили».

Поскольку «мир» и «театр» понятия порой взаимозаменяемые, то диапазон тем для зубоскальства был не ограничен. Ведущим на сцене было и привольно, и фривольно, и вольнодумно.  Эта энергия заражала зал. Шутили на авансцене, на краю, на грани. И вот, кажется, дошутились.

Казалось, что ежегодные прощания ведущих  сродни «последним китайским предупреждениям». Публика надеялась что «Мы расстаемся, чтоб встретиться вновь».  И вот надежды не оправдались.  Нынешний выборный год подарил церемонии нового  автора сценария и режиссера— постановщика  Владимира Панкова, человека талантливого, отмеченного многими наградами, в том числе и «Гвоздем сезона».   В общем, на «Гвоздь сезона» нашелся молоток…

Церемония из 18 + опустилась буквально до 6+:  вели церемонию и вручали хрустальные гвозди те, кто еще не дочитал «Приключения гвоздика» — дети. Мал, мала, меньше. Человек 50, а то и больше. Сцена Театрального центра «На Страстном» была утыкана искусственными  розами (прямо как на похоронах былого «Гвоздя…»), но расцветали на ней подлинные цветы жизни. Пели хором (черный низ, белый верх)  и сольно (от Tiger lili,s  до рэпа)? танцевали (от классического балета до танцев народов мира), садились на шпагат, крутились под куполом  («Ой, Вань, умру от акробатиков!»), играли на виолончели и скрипках («Инструментальный квартет освободили от сна») и демонстрировали самоотдачу, какую редко встретишь на театральных подмостках. «Ух, дети!», -  вспомнился мне товарищ Дынин  под то, как зрители  дружно «аплодировали, аплодировали, кончили аплодировать». А за ним и товарищ Огурцов, который и сам шутить не любил, и людям не давал.  Его заветы здесь чтили: «Необходимо приложить игру фантазии, чтобы в соответствии со сметой провести наше мероприятие, так сказать, на высоком уровне, товарищи!» и « так, чтобы никто бы ничего бы не мог сказать».  И, действительно, говорили мало, зато пели много…

Дети стали хозяевами праздника, продлившегося как школьный урок 45 минут. Гости вечера больше времени провели в фойе до церемонии, чем в зале. Евгений Стеблов, как учитель перед классом в начале нового учебного года, выразил надежду, что «на нынешней церемонии будут учтены ошибки прошлого (смех в зале), но и все лучшее тоже будет взято».  Справедливости ради, название и статуэтки премии остались неизменными. Остальное было исправлено.  До такой степени, что «Гвоздю…» образца 2018 стоило бы снять шляпку, почтив память своих предшественников.

Живая музыка (мог ли обойтись без нее создатель студии SounDrama?! Обилие музыкальных спектаклей-лауреатов, тоже кажется не случайным), видеоколлажи на экране, дым, проекция снежинок — образцовый детский утренник. Лауреатов торопили «снизу»: «Мне еще на электричку надо успеть» или «Спасибо, садитесь!» — дискант выталкивал со сцены взрослых.   В ритме бешеного престо награждали одного за другим.

Лауреатами премии стали спектакли: «Манон Леско»  Большого театра России,  режиссер Адольф Шапиро, «Ревизор. Версия» Московского театра «Et Cetera» под руководством А. Калягина,  режиссер Роберт Стуруа, «Турандот» Московского музыкального театра «Геликон-опера» под руководством Д.Бертмана, режиссер-постановщик Дмитрий Бертман (этот спектакль получил и гран-при – Большой хрустальный гвоздь), «Царь Эдип» Государственного академического театра имени Евгения Вахтангова,  режиссер-постановщик Римас Туминас, «Анна Каренина»  театра «Московская оперетта», продюсеры Владимир Тартаковский и Алексей Болонин, режиссер-постановщик Алина Чевик. 

Отличительная черта премии в том, что в ней нет градаций: лучший режиссер, лучший актер и прочее. Здесь спектакль рассматривают как единое целое, как итог работы всех его участников.  До сих пор не важны были ни таинственные критерии, ни шифрующиеся отборщики, ни принципы, ни рамки премии, — все это  скрывалось за пеленой юмора в т. ч самих лауреатов. Их самоиронии, с которой только и можно принимать награды.

Выбор  спектаклей странен («А не странен кто ж?», -  по-чеховски возразит безымянное жюри). Здесь драма перемешалась с музыкальным театром  и цирком, детский ор дополнил  детский  юмор  с беззубыми  шутками про путаницу с ударениями в фамилиях лауреатов.

«Гвоздь сезона» — не  летопись театральной жизни. В историю премия вошла церемониями, а не подбором лауреатов. Речь о том, что  было до 17-ого года (рокового) включительно.  2018-й показал, что нынешние авторы (множественное число рождено числом согласований и учтенных пожеланий по формату и содержанию вечера), что из «Гвоздя…» исчезло главное -  воз. Воз театральной жизни, пусть  тяжелый и тягостный, негабаритный и легковоспламеняющийся, порой, но однокоренной с союзом деятелей, которому принадлежит премия. Воз и ныне там.

Если и показали здесь зубки,  то молочные, вроде запинки в произнесении слова «академический»  по отношению к театру, и эдакой «репризы»: «Говорят, Туминас покорил Грецию. А что в Москве?  В Москве Минкульт».

Полный благостности и благодарностей вечер свернули под песню Эдит Пиаф  и торжество театральной красоты и вкуса  — проекцию снега на задник сцены.  «Non, je ne regrette rien» (с фр. — «Нет, я не жалею ни о чём»).  А нам жалеть ли? Нынешнее или о былом? Церемония  «Гвоздя сезона» закончилась в детское время на бодром театральном девизе – пожелании: «Творить, любить, мечтать».  Прозвучало это как голос из будущего, ведь дети – наше общее будущее. Не только театральное…  Если Оскар задает тренды, то неужели нынешняя премия СТД дает добро на «театр добра», который когда – то остро и горько высмеял Кирилл Серебренников на церемонии  вручения «Золотой маски». Тогда ему еще можно было ставить спектакли.

«Быстрее, выше, сильнее», «Ешь, молись, люби», «Проще, легче, веселее», «Творить, любить, мечтать»… Что ж,  я мечтаю, что «Гвоздь сезона» перерастет свою детскую болезнь и дорастет до собственной высокой планки.  Все-таки, жидкие гвозди плохо пахнут…

Эх, ведь как было ... И что стало… Чем сердце успокоится?



Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире