16:48 , 17 января 2013

Будет ли привлечена к ответственности судья Гульчачак Хамитова?

 

Что такое суд? Это независимый (от других «ветвей») орган власти, наделенный правом принимать решения, основанные на законе, которым должны подчиняться все без исключения? Или это своего рода производитель услуг по разрешению возникающих споров? Впрочем, чем бы ни был суд, он ответственности за свои косяки не несет. Потому что суда над судом не может быть по определению?

С некоторых пор районное Управление ПФР начало удерживать в свою пользу часть моей пенсии по старости, с точки зрения права, являющейся моим имуществом. Для этого УПФР должен был заручиться соответствующим решением суда: в соответствии с п. 3 ст. 35 Конституции РФ в ином порядке гражданин своего имущества лишен быть не может.

Однако суд требование УПФР об удержаниях из моей пенсии  удовлетворил бы едва ли, ведь как гражданин я перед ним никаких обязательств не имел и не имею. А в случае претензий ко мне как к индивидуальному предпринимателю (я числился таковым до последнего времени) УПФР должен был обращаться в Арбитражный суд.

Дело в том, что, по мнению УПФР, я как ИП, должен был страховать себя от старости, несмотря на то, что пенсионного возраста достиг еще восемь лет тому назад. И от утраты трудоспособности, несмотря на то, что имею II группу инвалидности пожизненно.

Действуя формальным образом, УПФР выносит постановление об удержании образовавшейся задолженности за счет несуществующего в природе имущества ИП Андурского. А судебный пристав-исполнитель, не выявив такого имущества, обязывает УПФР эту задолженность погасить за счет гражданина Андурского, единственным источником средств существования которого является государственное пособие по старости, то есть пенсия.

Как должен был поступить УПФР? Он должен был обратиться в суд. И получил бы отказ в удовлетворении иска. Потому что как гражданин, я перед ним никаких обязательств не имел и не имею. Ну, а я, обнаружив, что УПФР незаконно удерживает часть причитающейся мне пенсии, обратился в суд.

Итак, на одной чаше весов Фемиды оказалось постановление судебного пристава-исполнителя, а на другой – императивная конституционная норма, а именно п. 3 ст. 35 Конституции РФ, согласно которому никто не может быть лишен своего имущества иначе как по решению суда.

Казалось бы, чаша весов с Конституцией должна была бы перетянуть. Однако суд принял во внимание доводы представителей Пенсионного фонда и Службы судебных приставов-исполнителей. А те пояснили, что «удержания из пенсии заявителя производились на основании постановлений УПФР о взыскании страховых взносов, штрафов и пеней за счет имущества ИП Е.Я. Андурского».

Осознав, что подельники (суд, ПФР, ФССП) постараются перевести гражданский процесс (по рассмотрению жалобы гражданина Андурского на госорган) в русло разбирательств с хозяйствующим субъектом (ИП Андурским), я заявил письменное ходатайство. И попросил суд не рассматривать вопросы, касающиеся взаимоотношений названного хозяйствующего субъекта, поскольку эти взаимоотношения относятся к компетенции хозяйственного, то есть арбитражного, суда.

Напомню, что в соответствии со ст. 166 ГПК РФ ходатайства лиц, участвующих в деле, по вопросам, связанным с разбирательством дела, разрешаются на основании определений. Сказанное означает, что, рассмотрев ходатайство, суд это ходатайство должен либо удовлетворить, либо отклонить.

Закавыка, однако, в том, что разрешение этого ходатайства по существу содержащегося в нем требования могло бы повлечь за собой вынесение правильного решения, что судью Хамитова, как я понимаю, устроить не могло. Поэтому она поступила, на мой взгляд, неправосудно, то есть не справедливо, нарушив процессуальный закон. См. http://www.classes.ru/all-russian/russian-dictionary-Efremova-term-80934.htm.

Как я думаю, принятие правосудного решения по моей жалобе в планы судьи Хамитовой и не входило. Именно поэтому мое ходатайство «судом было воспринято как возражение против пояснений представителей заинтересованных лиц».

Возражение действительно имело место быть: посчитав представленные заинтересованными лицами доказательства не относящимися к делу, то есть неотносимыми (см. ст. 59 ГПК РФ, в соответствии с которой суд принимает только те доказательства, которые имеют значение для рассмотрения и разрешения дела), я попросил зафиксировать это в протоколе судебного заседания.

Вывод, к которому судья Хамитова пришла в конечном итоге, свидетельствует о том, что ученая степень кандидата юридических наук ей была присвоена не напрасно: «Оспаривание заявителем действий государственных органов (только не органов, а отдельно взятого УПФР. – Е. А.) направлено на восстановление нарушенного права, однако нарушений закона при удержании денежных средств из пенсии судом не установлено».

В самом деле, стоит ли считать нарушением игнорирование императивной нормы действующей Конституции?!

«Суд приходит к выводу, что удержания из пеней (по-видимому, из пенсии. Е. А.) заявителя пенсионным фондом производились на законных основаниях, в связи с чем, оснований для удовлетворения требования Е.Я. Андурского не имеется».

Гульчачак Хамитова сделала этот, на мой взгляд, преступный вывод, скорее всего, потому что была совершенно убеждена в своей безнаказанности. А ведь безнаказанность по словам Феликса Дзержинского порождает хулиганство.  И поскольку способствовать порождению хулиганства я бы не хотел, считаю, что в отношении судьи гражданки Хамитовой должно быть возбуждено уголовное дело.

Уголовную ответственность за неправосудное решение предусматривает ст. 305 УК РФ. Согласно этой норме вынесение судьей заведомо неправосудного решения наказывается штрафом в размере до трехсот тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период до двух лет, либо принудительными работами на срок до четырех лет, либо лишением свободы на срок до четырех лет.

Однако неправосудность нужно еще доказать. Дело в том, что уголовная ответственность по ст. 305 УК РФ может наступить только в том случае, если будет доказано, что, вынося заведомо неправосудное решение, судья действовал с прямым умыслом, то есть желал, чтобы принятое им решение оказалось неправосудным.

Но, как говорится, чужая душа потемки. Откуда же мне знать, на чем в моем случае основывалось внутреннее убеждение судьи Хамитова: то ли на желании защитить мои конституционные права, то ли на стремлении потрафить государству, которому Гульчачак Хамитов должна быть признательна за достойную зарплату, рассчитывая в будущем на достойную пенсию.

И что, кроме возможных угрызений совести, грозит судье Хамитовой принятое ею решение? А вот если бы она приняла решение, не соответствующее интересам государства и в частности государственного ПФР? Об этом страшно даже подумать…

В сущности, опасаться судье Хамитовой нечего. Будучи не только ученым, но и практикующим юристом, она легко и просто докажет, что инкриминируемое ей деяние явилось следствием неправильной оценки доказательств (к слову сказать, недопустимых, на что ей и было указано), недостаточно полного исследования материалов дела. В крайнем случае – результатом халатности, за что к уголовной ответственности не привлекают.

Другое дело, если бы представительница ПФР у всех на глазах передала судье Хамитовой пакет, из которого посыпались бы купюры… И все это было бы зафиксировано вовремя подоспевшими судебными приставами-исполнителями…

Еще до начала процесса с красавицей Катей и симпатичной представительницей службы судебных приставов-исполнителей Таней я поделился своим прогнозом. И заметил, что у меня и тени сомнений нет в отрицательном исходе своего дела.

Правда, я не знал, как именно судья Хамитова будет парировать мою ссылку на п. 3 ст. 35 Конституции РФ. А она ее не парировала. Она ее просто проигнорировала. По примеру старших товарищей по цеху из Верховного суда Татарстана. Они точно так же игнорируют ссылки на Конституцию РФ.

Недавно президенту РФ Владимиру Путину (через интернет-приемную) я задал вопрос: судей вы назначаете лично, но готовы ли вы нести ответственность за ошибки ваших назначенцев?

Теперь я обращусь к г-ну президенту с предложением. Если уж в соответствии с Конституцией РФ президент является гарантом ее соблюдения, то не согласится ли он поручить Следственному Комитету РФ разбирательство по моему заявлению о привлечении Гульчачак Хамитовой к уголовной ответственности по ст. 305 УК РФ?

Президент вправе отклонить это предложение. Но у меня в таком случае, по меньшей мере, будут основания полагать, что государственный ПФР имеет законное право вымогать деньги у пенсионера. Поэтому ему не нужно опасаться того, что суд пресечет это вымогательство, как противоречащее Конституции РФ.

Ну, а мне, по-видимому, не миновать обращения в европейский суд по правам человека. Надеюсь, что уж он-то примет во внимание, что своими действиями ПФР нарушил мои права, предусмотренные п.1 ст. 39 Конституции РФ, ст. 22 Всеобщей декларации прав человека (1948 г.) и ст. 9 Международного пакта об экономических, социальных и культурных правах (1966 г.).

Если же ЕСПЧ поддержит мой иск против РФ, моему примеру последуют сотни тысяч всех тех пенсионеров, которых, пользуясь прорехами отечественного законодательства, обирает ПФР.

Убежден в том, что решение судьи Хамитовой нельзя расценивать как судебную ошибку. Это решение, скорее всего, было обусловлено управляемой реакцией на мою жалобу. А уж кто и по каким причинам может управлять реакциями судьи Хамитовой и было ли такое управление в моем случае – решать не мне.

Только не думаю я, что г-жа Хамитова может получить статус подследственной. Если же такое произойдет, она, скорее всего, пойдет в отказ. Но в этом случае ей придется признать, что она либо недостаточно квалифицированная судья, либо, имея надлежащую квалификацию, сознательно попрала мои конституционные права. А это уже статья…



Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире