У меня дома стоит большая фотография Хемингуэя — ее когда-то поставил на книжную полку мой отец. Для его поколения Хемингуэй был символом свободы и крутизны ( хотя слова такого еще не было).

И вот в издательстве «Альпина Нон Фикшн» появляется книга о Хемингуэе, написанная неожиданным автором, — Николас Рейнольдс занимался военной историей, работал в ЦРУ («на родине и за границей»), то бишь шпионом. Потом был историком в закрытом музее ЦРУ, а теперь преподает в университете Джона Хопкинса.

Первое, что выясняется из книги Рейнольдса «Тайная жизнь Эрнеста Хемингуэя 1935-1961. Писатель, моряк, солдат, шпион», — это то, как сильно писателю нравилось выполнять секретные поручения и рисковать своей и чужими головами. Правило, запрещающее журналистам участвовать в боевых действиях, для Хемингуэя не существовало – он ходил в атаку с республиканцами в в Испании, в 1944 году самочинно объявил себя главой отряда французских партизан-коммунистов и двинулся с ними к Парижу, а потом чуть не попал за это под трибунал.

После вступления США во Вторую мировую войну Хемингуэй создал на Кубе Crook Factory ( Фабрику проходимцев) – разношерстный отряд, члены которого рыскали в поисках фашистских шпионов, докладывали об этом Хемингуэю, а тот строчил донесения американскому послу.

Когда стало ясно, что толка от их деятельности немного, писатель решил бороться с немецкими подводными лодками, которые в первые годы войны часто подходили в Атлантическому побережью Америки. Он бороздил прибрежные воды на своей яхте «Пилар», серьезно рассчитывая захватить или обезвредить противника. К счастью для Хемингуэя и для мировой литературы, им не встретилась ни одна лодка.

Но это не все.

Существуют документы, скопированные в 90-е годы, а затем тайно вывезенные из страны бывшим сотрудником КГБ Александром Васильевым, пишущим теперь в Великобритании об истории разведки. Из них явствует, что в 1940 году Хемингуэй встречался с тайным сотрудником НКВД Яковом Голосом, заявил, что не прочь сотрудничать и даже дал Голосу редкие кубинские марки, чтобы потом по ним опознавать связных.

Никакой шпионской информации Хемингуэй предоставить советской разведке не мог. Но агенты НКВД встречались с ним еще несколько раз, ему была присвоена кличка «Арго», на него завели досье.

Симпатии Хемингуэя в Советскому Союзу объяснимы его ненавистью к фашизму, но переговоры с Голосом произошли в 1940 году, когда СССР был союзником гитлеровской Германии. И это писателя не остановило. Не остановило его и все то, что сталинские советники творили в его любимой Испании, и гибель этих советников по возвращению в СССР. Когда его спрашивали о сталинских чистках, он или говорил, что ничего об этом не знает, или же заявлял «ни одного человека из тех, кто мне нравился в Испании, не расстреляли», а вот те, кого «я хотел, чтобы расстреляли, были расстреляны». Большой политик был Папа Эрнесто.

В последние годы жизни у Хемингуэя развилась такая паранойя, что он повсюду видел якобы следивших за ним агентов ФБР. Дело дошло до того, что доктор в больнице, где писатель лечился, обратился в ФБР и попросил разрешения сказать писателю, что никакого дела на него не заведено. Те разрешили. По мнению Рейнольдса паранойя, которая в конце концов довела Хемингуэя до самоубийства, помимо многих других причин, была вызвана страхом разоблачения. Возлюбленная Голоса после его смерти свидетельствовала перед комиссией сенатора Маккарти и называла множество людей, завербованных советским разведчиком. Хемингуэя она не назвала. Повезло. Но ведь могли появиться какие-то еще данные.

Конечно, на 100% доказать свою версию Рейнольдс не смог – Хемингуэй никому не рассказал ни о своих встречах с энкавэдэшниками, ни о своих страхах. Но кто знает?

Просто лишнее напоминание нам всем – коготок увяз, и тебе уже присвоили кодовое имя, и завели досье, которое где-то лежит и может вдруг вылезти на свет божий. «Не закладывай черту своей головы» — назвал свой рассказ Эдгар По.

Оригинал



Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире