echomsk

EchoMSK

20 февраля 2018

F
20 февраля 2018

Рождённые 20 февраля

Сергей Асланян автомобильный эксперт
Гордон Джеймс Браун премьер-министр Великобритании в 2010-2012 гг., лидер Лейбористской партии
Юлия Волкова солистка группы «Тату» в 1999-2009 гг.
Александр Гордон режиссер, драматург, теле— и радиоведущий
Наталия Гулькина эстрадная певица, солистка группы «Мираж» в 1986-88 гг.
Вера Ильина змс России, олимпийская чемпионка 2000 г. по синхронным прыжкам в воду, 3-кратная чемпионка Европы
Синди Кроуфорд американская топ-модель, актриса
Сергей Новиков Начальник управления президента РФ по общественным проектам
Генрих Падва управляющий партнер бюро «Падва & партнеры», вице-президент Международного союза адвокатов, заслуженный юрист РФ
Рианна американская певица и актриса
J 2123 человек проголосовало. Смотреть результаты

Жители Перми сожгли на  Масленицу чучело с  надписью ВАДА и фотографией бывшего руководителя Московской антидопинговой лаборатории Григория Родченкова.

По словам одного из  участников акции, Родченков испортил россиянам праздник – Олимпиаду,  — сообщает РИА.

2891522
Фото Павел Жигалов

2891512
Фото Павел Жигалов

2891514

Оригинал на сайте Diletant.media

Софико Шеварднадзе: Александр Николаевич, последние десять лет вы скрупулезно исследуете природу власти. Об этом ваша трилогия – «Молох», «Телец», «Солнце», об этом «Фауст». Что вы поняли про власть?

Алексанр Сокуров: Для меня очень большим подспорьем здесь были, конечно, мои близкие отношения с Борисом Николаевичем Ельциным. До этого было литературно-историческое, теоретическое наблюдение, чтение мемуаров, внимательное изучение телевизионных трансляций, которые открывают иногда гораздо больше, чем любое литературное произведение: столько подробностей, столько психических деталей, характерных именно для политиков. Но ничто так близко меня не привело к этому пониманию, как общение с Ельциным. Оно было длительным, систематическим, в тяжелый период времени, и, что меня тогда поразило, абсолютно доверительным. Конечно, нас разделяла возрастная дистанция, разная политическая статуарность, колоссальная разница в опыте: его опыт – социальный, партийный, политический – был огромен. Я просто наблюдал за каждым его словом, за каждым движением, за каждой интонацией. И я везде видел проявление довлеющей над всем индивидуальной воли, стихии воли. Мне трудно представить себе какого-то крупного российского политика, который принимает решение на основании советов опытных консультантов, старейшин и прочее. Потому что конечное решение политик, живущий реалиями этой страны, принимает, конечно, на основании своего внутреннего импульса.

Софико Шеварднадзе: А это хорошо?

Алексанр Сокуров: Это опасно, но практически неизбежно, потому что такова политическая традиция, такова природа моновласти, к этому привела вся так называемая демократическая практика. Ведь и в условиях Советского Союза политическая деятельность тоже была демократической в определенной степени, иногда даже в большей, чем сейчас. По крайней мере, принятие решений на основании какого-то общего обсуждения – это был принцип явно советский. Может быть, радикально нарушил его только Сталин, потому что политический опыт этого человека был колоссальный. Мы сейчас готовимся к новой картине о реалиях Второй Мировой войны ...

Софико Шеварднадзе: Это документальный фильм?

Алексанр Сокуров: Фильм с игровыми элементами. Это фантастическая история, которая основана на прямых фактах, на исследовании сказанного этими политиками, их разговоров, размышлений, сочинений. И, конечно, я опять возвращаюсь к роли характера человеческого. Никто из тех, кто приходил к власти, на этом пути не лишался характера, а только наращивал его и являл миру все больше и больше парадоксов его проявления.

Софико Шеварднадзе: Это главный вывод, который вы сделали из исследования власти?

Алексанр Сокуров: Да: неизбежность роли характера конкретного человека. Неизбежность объективного руководителя, объективного принятия решения, объективного размышления. И то, что огромное значение, в том числе, для мира, войны, имеют нюансы мужского характера. Я о власти думаю не как о политическом явлении. Это мало мне интересно, может быть, в силу того, что я недостаточно осведомленный человек, хотя некоторые закономерности мне видны. Но это преломление во власти человеческого характера, мужского характера, мне кажется очень важным, очень интересным.

Софико Шеварднадзе: Вот вы говорили о Борисе Николаевиче Ельцине. Мне этот человек тоже очень близок в силу моей семейной истории. Даже если они с моим дедушкой и были оппонентами в неком смысле, то по масштабу личности были очень схожими. Настоящий лидер, который ведет за собой толпу, а не лидер толпы, который стоит внутри нее и зависит от ее мнения, – для меня это хорошо понятная история. Но если посмотреть ретроспективно – как развивалась и изменилась ли вообще парадигма власти в советское время и сегодня? Вы упомянули, что Сталин был уникален в этом смысле.

Алексанр Сокуров: Он уникален был, потому что у него был гигантский политический опыт. Это был самый крупный из всех политиков XX века. Может быть, только Черчилль равен ему по масштабу политической интуиции… Это был такой политический организм, «политический зверь», как иногда говорят. Сталин был сама политика.

Софико Шеварднадзе: А почему тогда вы сделали фильм о Ленине, а не о Сталине?

Алексанр Сокуров: Потому что учитель всегда интересней ученика. Потому что учитель никогда не заходит в ту зону, в которую заходит ученик.

2891316

Софико Шеварднадзе: Ученик опасней в этом смысле?

Алексанр Сокуров: Ученик предсказуемее и понятнее, потому что учитель не успевает осуществить свою идею, а ученик, ссылаясь на своего учителя, сваливая иногда на него вину и проверяя через его опыт свое действие, может быть менее совестливым, что ли, менее ответственным. В том-то вся и беда, что учителя никогда не осуществляют задачу, которую они ставят.

Софико Шеварднадзе: А Сталин осуществил задачи Ленина?

Алексанр Сокуров: Осуществил.

Софико Шеварднадзе: Его часто с Гитлером сравнивают. То есть, с одной стороны, говорят, что он, может, и был злым гением, но масштабней никого в ХХ веке не было. С другой стороны, что если бы он проиграл войну, то к нему бы сейчас относились, как к Гитлеру, как к больному человеку, который разрушил свою страну. Вы согласны, что здесь сыграли роль обстоятельства?

Алексанр Сокуров: Обстоятельства, конечно, всегда играют роль. Но мне кажется, что важнее все-таки роль характера. Ну, например, Черчилль и Сталин люто ненавидели друг друга, все время подозревали друг друга в неверности, в ненадежности и обманывали друг друга. Но надо просто представить себе, если по-человечески смотреть на это, каково им было пойти на личную встречу. Когда они знали, что каждый из них говорил про другого. И это были люди одного возраста, жизненного опыта, масштаба понимания жизни,. И вот взять встретиться, посмотреть друг на друга, похлопать друг друга по плечу… и пить, пить, пить… Вы знаете, что они много пили вместе? Черчилля поили во время приезда так, что его выносили… Детали, может, не столь принципиальны, но, в конце концов, отступить от своего мировоззрения для политика – это вещь катастрофическая. И Гитлер никогда бы не смог этого сделать, а Сталин смог.

Софико Шеварднадзе: Потому что был больше по масштабу личности.

Алексанр Сокуров: Естественно, ведь Гитлер был молодой политик, а Сталин уже старый. Он осмысленно, долго шел к тому, что он получил. Всё, что он получил, абсолютно не случайно. Может, это единственный политик в XX веке, который двигался вперед не на основании какой-то удачи, а только следуя рассчитанному, просчитанному, выбранному им пути. Ему никто не помогал, и он смог одолеть всех критиков, которые его окружали. Просто положил всех на 

лопатки.

Софико Шеварднадзе: Но вы про это с симпатией говорите, я правильно улавливаю?

Алексанр Сокуров: Нет, я говорю не о симпатии. Вас же интересует, как это происходит во власти. Он ведь был окружен блестящими политиками. Вся так называемая ленинская школа – это же было собрание очень профессиональных политиков, очень хорошо образованных в политической области людей. И каждый из них, из тех, кого потом Сталин уничтожил – он потом всех уничтожил по одному, – каждый его учил, на самом деле. Вот он прошел среди них сначала среднюю политическую школу, а потом уже и высшую. Сложность оценки Сталина как политика заключается в том, что он имел гигантский политический опыт. И если Черчилль вошел в политику, имея совершенный политический организм государства, то Сталин сам создавал эту систему под себя, опираясь на свои собственные цели. Это очень большая разница. Поскольку он был такой политической сущностью, то очень часто моральная первопричина или моральное усложнение не имели значения.

Софико Шеварднадзе: Понятно, иначе он бы не был такой громадной фигурой. Но я хочу спросить о последствиях его правления, о постсталинской политической традиции, которая до сих пор продолжается в той или иной форме…

Алексанр Сокуров: Она не только сталинская, она большевистская. Поскольку новое государство создавалось на основе этой партийной системы, партийной методологии.

Софико Шеварднадзе: Как, по-вашему, большевизм это человеческое явление? Не искусственно придуманное?

Алексанр Сокуров: Нет, нет. И в практике большевистской партии, компартии, очень многое было схвачено в систематике российского государства, романовского единовластия. Жесткость романовского режима в отношении к тем, кто бунтовал, протестовал, массовые репрессии – это просто перешло в советское время. Большевики переняли государство со всем кошмарным, абсурдным наследством, которое им досталось. У них не было никаких других способов, никакого другого опыта ведения государственной, политической жизни, кроме того, что им передало романовское государство.

Софико Шеварднадзе: Но до развала Советского Союза мы же уже набрались этого опыта. А чему наши лидеры научились уже в современной России? Вот, например, Борис Николаевич… я могу называть его вашим другом?

Алексанр Сокуров: Конечно. Я отношусь к нему очень сердечно, с благодарностью, болью и сочувствием…

Софико Шеварднадзе: Почему с болью и сочувствием?

2891318

Алексанр Сокуров: Мне кажется, что кто бы ни оказался на его месте, он бы совершал эти же ошибки. Мы с ним очень много говорили и по деталям, и по тактике, стратегии ведения политики, по экономике, по жизни. Иногда это были тяжелые разговоры, когда он очень обижался на меня. Один раз от разговора у него даже был сердечный приступ, и я не могу себе простить этого. Но я не мог ему не говорить ему то, что говорил. Почему-то он слушал. Вот я не знаю, почему. Кто я такой, что я? Я ему излагал свое представление о том, что с ним происходит. На его долю выпало самая неприятная задача, самая непредсказуемая траектория движения: надо было идти назад, просто назад.

Софико Шеварднадзе: Не вперед, а назад?

Алексанр Сокуров: Конечно. Ну, как автомобилю, чтобы развернуться, надо сдать назад, а потом уже выехать на дорогу. Речь шла о возвращении к так называемой частной мотивации в жизни человека: деньги, частная собственность, другая экономика, другая структура государства, другой парламент. То, что когда-то было в России и от чего мы когда-то отказались. Вот надо было прийти туда. Пришли – а там уже никого нет. Все убиты, все разрушено… Частный человек не знает, как распоряжаться свободой, деньгами. Экономика, государство не знает, как быть с рынком, как организовать внешнюю политику – она уже совсем другая должна быть! Что такое внешняя политика России вне контекста борьбы с кем-то? Невероятно! Как может быть Россия, у которой вдруг нет врагов, когда мы такой России не знали? И вдруг приходит Борис Николаевич к власти – врагов нет. Мы в едином мире, у нас больше нет противоречий, нет больше всего этого груза… А что есть? Идиллия, какие-то романтические обстоятельства. В некотором смысле Борис Николаевич пребывал в безвоздушном пространстве, и это оставляло у меня тревожное и грустное впечатление.

Софико Шеварднадзе: Грустное, потому что он с этим не справился? Или непонятно, что с этим делать?

Алексанр Сокуров: С одной стороны, потому что, на самом деле, непонятно, что с этим делать. А с другой стороны, исторический процесс всегда сложнее, чем способности к решению его задач у отдельно взятого человека. Нет государственного деятеля, который был бы адекватен сложности исторического процесса.

Софико Шеварднадзе: Мне интересно: как бы вы показали Бориса Николаевича, если бы снимали кино?

Алексанр Сокуров: У меня же есть два документальных фильма с ним.

Софико Шеварднадзе: Я, скорее, про художественный образ.

Алексанр Сокуров: Такого художественного образа ни в литературе, ни в кинематографе, ни в живописи, нигде нет.

Софико Шеварднадзе: Но он же есть у вас в голове.

Алексанр Сокуров: Да, есть в голове. Но я не знаю, решусь ли когда-нибудь это сделать. Ужасно, когда у человека такое тяжелое место деятельности и всё лучшее, что есть в нем, испытывается какой-то страшной неизбежностью, страшной противоречивостью этого места. Ельцин абсолютно трагичная фигура, потому что он абсолютно добр и абсолютно растерян в связи с этой добротой. Удивительно, что на политическом месте оказался человек с таким внутренним настроем.

Софико Шеварднадзе: Вы имеете в виду – с человеческими чувствами, с человечностью? Потому что это избыточно в большой политике?

Алексанр Сокуров: Да, конечно. Я имею право так говорить, потому что мы с ним подолгу молчали рядом. И это были для меня моменты настоящего путешествия внутрь моего собеседника. Иногда по движению его бровей или руки я чувствовал, о чем он думает. И это никогда не были мысли страшные, тяжелые, жестокие. Никогда – что бы о нем ни говорили. Вот для некоторых людей, кто прошел в советский период через так называемую партийную систему, кто побывал на партийной вершине, проблески этого человеческого сознания были очень характерны. У Шеварднадзе это точно было.

Софико Шеварднадзе: Они очень похожи в этом смысле, очень – и добротой, и неизбежностью…

Алексанр Сокуров: И христианскость его какая-то… Если Борис Николаевич христианином не был, он был советским человеком, то у Шеварднадзе была эти христианская душа, как ни странно это, может быть, звучит.

Софико Шеварднадзе: Была, была.

Алексанр Сокуров: Это по всему видно, по тому, как он сидел, опустив голову, думал… Они, кстати, в этом смысле с Ельциным похожи были психологически. Нам – России – повезло, что в тяжелый исторический момент, когда всё могло быть страшнее, жестокосерднее, окончательней, бесконечнее, – в этом месте оказался именно он, Ельцин.

Софико Шеварднадзе: Примерно то же самое я пережила в то время в Грузии, хоть и в других масштабах, конечно, потому что там всего 5 миллионов человек. Но вот в Грузии было совершенно неизбежно то, что произошло после дедушки. Эта «революция роз», когда пришли молодые ребята, встряхнули страну, она действительно преобразилась, пошла вперед. Другой вопрос, за счет чего. За счет совершенно некорректных каких-то человеческих мер. Видимо, такие болезненные реформы были нужны, чтобы вывести страну из некой апатии. И часто сравнивают: Ельцин – Путин, Шеварднадзе – Саакашвили. Можно ли сказать, что путинская России была неизбежностью, логическим продолжением того, что было при Борисе Николаевиче?

Алексанр Сокуров: Конечно. В передаче власти Путину не было никакой противоестественности. И обратите внимание, что это не встретило в общественном мнении никакого протеста. Нельзя сказать, что Борис Николаевич не испытывал тревоги по этому поводу. Он понимал, что просто не будет, что это другое поколение, что у нового руководителя другой социальный навык. Но, тем не менее, это было абсолютно органичное решение, которое свидетельствует о том, что принципиально советский партийный способ политической жизни еще не изжит. Поколение, в руках у которого власть, во многом воспитано партийными принципами. Люди эти ни новой политики не создали, ни нового государства. Была Российская Федерация – осталась Российская Федерация. С Борисом Николаевичем мы несколько раз говорили на тему федеративности и всей этой практики, унаследованной от Ленина, Сталина. Несколько я его понимал, он считал, что некому за это взяться, некому серьезно это осмыслить и понять, в чем потребность, как вообще должна выглядеть новая страна. К конституционным размышлениям ни специалисты, ни политики оказались не готовы. И непонятно, где взять эту новую идею и вообще, что такое Российское государство в наше время?

Софико Шеварднадзе: Вопрос, который ставился еще со времен Ивана Грозного, если я не ошибаюсь.

Алексанр Сокуров: На эту тему надо думать. Надо проанализировать, в чем причины эволюционного, научно-технического, социального отставания; в чем причины низкого жизненного уровня населения, в чем причины низкой социальной культуры населения. Создайте три-четыре группы серьезных специалистов – пусть они будут разной политической ориентации – и поставьте перед ними эту задачу. И они смогут не только это обнаружить, но и предложить какую-то систематическую работу: такая-то перестройка государства, такая-то новая система организации разных частей государства. Решить вопрос, например, с Северным Кавказом. Что там вообще происходит? Многие молодые люди на Кавказе мне сейчас говорят, что, пожалуй, нам нужно жить без России.

Софико Шеварднадзе: Конечно. Две чеченские войны.

Алексанр Сокуров: Ну, понятно, что Чечня должна быть отдельно. И я говорил Борису Николаевичу, что раз складывается такая ситуация, давайте начнем обсуждать, разговаривать, как можно дать свободу или отсоединить Чечню… Целым рядом демпфированных, осторожных шагов можно постепенно привести к этому.

Софико Шеварднадзе: Ну, и какой российский лидер захочет войти в историю тем, кто развалил Россию? Ни один.

Алексанр Сокуров: А это не означает развал России.

2891320

Софико Шеварднадзе: А что это означает? За Кавказом пойдут другие.

Алексанр Сокуров: Борис Николаевич мне это же говорил. А я говорил: но ведь и не двигаться тоже нельзя. Можно лежать, почесывая брюшко и ничего не делать. Но когда вокруг все начинает разъедать – вы неизбежно должны будете думать о будущем.

Софико Шеварднадзе: То есть вам кажется, что дезинтеграция России в конечном итоге неизбежна?

Алексанр Сокуров: Тут могут быть разные идеи. Разная дезинтеграция может быть. Если уже сейчас там есть настроения, которые настолько контрастируют с остальной частью России, то надо честно сказать: да, мы уже разошлись в стороны друг от друга. Ничто не бывает вечным, абсолютно надежным, единым. Нужны новые формы взаимоотношений… В конце концов, в мире же много разных решений таких вопросов. Взять хотя бы США, где разные штаты живут с большим допуском, с разными законодательными нормами. Это опыт, который надо учитывать. Ничего страшного и опасного в этом нет. Надо начинать думать. Нас на это толкает не только разница укладов, религиозной жизни и прочего, сколько гигантская территория и колоссальный разрыв в часовых поясах, который просто так не проходит. Вы приезжаете в Иркутск, и там говорят: «Откуда вы? А-а, вы из России…». Четыре часа разницы, четыре часа полета – и другой уклад жизни, другие люди… Размышление о судьбе России – не есть размышление о неизбежности ее распада или ее разрушения. Надо изучать Россию в современном ее виде и понимать, что мы можем ее видоизменять.

Софико Шеварднадзе: Власть, которая пришла после Бориса Николаевича, считает, что она поняла, что такое Россия и как с ней надо обращаться. Наверное, эта уверенность залог того, чтобы быть во власти. И объективно говоря, если сравнить, как среднестатистический человек жил в 90-х и сейчас, – это небо и земля… Очень многие так скажут.

Алексанр Сокуров: Конечно.

Софико Шеварднадзе: Более националистически настроенный человек еще скажет, что геополитически мы сейчас гораздо сильнее, чем при Борисе Николаевиче, потому что при нем о нас вытирали ноги, а сейчас нас уважают.

Алексанр Сокуров: И это правда.

Софико Шеварднадзе: Путин точно не ваш товарищ, не ваш друг. Но при этом, вы едва ли не единственный выдающийся деятель искусства, который может открыто высказать ему, что думает. Я считаю, он искренне уважает неподдельно цельных людей. Не знаю, может, он в одно ухо впускает, в другое выпускает и ничего потом не делает. Но сам факт, что вы из года в год вы имеете возможность высказать ему свою позицию, о чем-то говорит.

Алексанр Сокуров: – Он хорошо знает, что мне лично от страны ничего не надо. Что всё, о чем я говорю, имеет отношение только к судьбе страны или той отрасли, частью которой я являюсь. Мне очень запомнился наш разговор, когда мы были один на один и он меня спросил, где я был за последнее время. И я ему сказал, что был в Ульяновской области и что у меня осталось тяжелое впечатление от одного места. «Что это такое?» – говорит он. – «Ульяновский завод «Авиастар», пустой завод, где ничего не производится, где стоят недостроенные самолеты». И он подробно выслушал все мои впечатления, не прерывая. Он вообще в разговоре один на один абсолютно другой, чем в публичном поле… Как и Борис Николаевич, кстати.

Софико Шеварднадзе: Это понятно.

Алексанр Сокуров: Он слушает, он действительно слушает. Но, мне кажется, что его могут настраивать против тех, кто систематически ему возражает, публично тем более. То есть ему можно доложить про меня всё что угодно. Вот мне говорят, что идет сейчас разработка ФСБ. Ищут против меня какие-то компрометирующие документы, еще что-то. Я не могу понять, почему…

Софико Шеварднадзе: Люди страхуются. Хотят сделать пиар. Самоцензура опять же.

Алексанр Сокуров: Да, да. И почему это вдруг в таком виде? Я уверен, что он сам не воспринимает меня как какого-то врага. Мне всегда дают слово. Но между тем, как мне кажется, мы как-то не до конца слышим друг друга. Я понимаю, что он может не слушать меня или не до конца слушать…

Софико Шеварднадзе: А вы его?

Алексанр Сокуров: Я тоже могу иногда его не понимать. Потому что я иногда вижу какие-то противоречия, которые хотел бы выяснить, задав, например, вопрос. Но личных встреч сейчас практически не бывает. И, я думаю, что не хватает, конечно, прямого разговора. Это разговор, при котором невозможно не перебивать человека. Я знаю, что он очень не любит, когда его перебивают. Мне после разговора о Сенцове [на совместном заседании Совета по культуре и искусству и Совета по русскому языку в декабре 2016 г.– Ред. ] много раз

делали замечание, как я там посмел несколько раз вторгаться, останавливать, перебивать Президента. Но при этом я не почувствовал с его стороны какой-то злобной раздраженности или мстительности. Это очень странно. Я действительно иногда веду себя резко, но исключительно потому, что я настолько встревожен тем, что происходит вокруг меня, я настолько несу ответственность за это… Бывает, просто не уснуть… Тревога не от политики, не от внешней войны, а оттого, что изнутри происходит с нами, с теми людьми, которые окружают меня. Я же знаю, есть великие мои соотечественники, которые никогда не решатся сказать и десятой доли того, что я говорю.

Софико Шеварднадзе: Сейчас о Путине то один фильм снимают, то другой. А как бы вы его показали? Какой у вас художественный образ Владимира Владимировича?

Алексанр Сокуров: Человек, который стоит перед подножием очень высокой крутой горы и не знает, что будет, если он поднимется на вершину, есть ли там еще более тяжелые вершины и что делать: штурмовать или обустраивать всё у подножия и с кем. Главное – с кем. Он видит, кто рядом с ним, и понимает, что с ними штурмовать – не подняться. Вот такой был бы образ. Они очень сильно с Борисом Николаевичем отличаются. Ельцин – это человек, который так же стоит, но в окружении более надежных людей на берегу очень-очень широкой реки, где не видно того берега и кто там на берегу. Вот два разных образа. Одинаково трагичные, конечно, и одинаково сочувственные. Я по природе своей человек художественный, не публицистический. И мне нравится эта модель медицинская, которая применима, наверное, к кинематографу или драматургии: мы сотрудники больницы, к нам привозят какую-то группу раненых, больных, и многие из них такие мерзавцы, что к ним прикоснуться страшно. Но мы должны принять их, поставить диагноз во что бы то ни стало, вылечить и вернуть их в общество. Не в яму выбросить, не расстрелять, не удушить, а вернуть в общество. И пусть народ или, там, Бог судит этих преступников. Искусство не имеет права убивать преступников. Оно вообще не имеет право убивать…

2891322

Софико Шеварднадзе: Или осуждать.

Алексанр Сокуров: Или осуждать. Вот кому-то в «Молохе» этого не хватает. Но, к сожалению, Гитлер был человеком о двух руках и двух ногах. И именно потому, что он был человеком, он столько сотворил кошмарных дел. Именно его человеческая природа сделала доступным все его злодейства для большого числа людей. И превратила его соотечественников в такие зверские полчища. Человеческая природа любого руководящего человека опасна. Гете сказал, что несчастный человек опасен. И не зря в его беседах с Эккерманом очень много размышлений о том, что почему-то распоряжение большой властью всегда делает человека все более и более одиноким.

Софико Шеварднадзе: Это неизбежность.

Алексанр Сокуров: А вот неизбежность ли? Почему распоряжение властью не делает человека добрее? Почему он не понимает, что такое количество власти, такое количество насилия, которое у него есть, может быть по-другому использовано, что вообще все должно быть по-другому?

Софико Шеварднадзе: Я полагаю, это то, что мы обсуждали ранее. Человечность в большой политике – это, скорее, слабость. Поэтому человек, который решает масштабные задачи, должен быть над этим.

Алексанр Сокуров: Иногда – да. Мне отец говорил, что когда – это из военных его воспоминаний – к ним в армию приезжал Жуков, все сжимались от ужаса. Как они говорили, смерть пришла. Это как раз к тому. Человек, принимающий тотальные, гигантские, грандиозные военные решения, об отдельно взятом солдате не может думать по определению. Колоссальная, страшная проблема. Абсолютно порочная.

Софико Шеварднадзе: Хочу вернуться к вашим словам: что ваши выдающиеся соотечественники, которые думают так же, как вы, не смеют открыто высказать это Путину. Но ведь вообще парадигма «художник и власть» очень поменялась за последние несколько веков. Раньше огромные художники, те же Леонардо да Винчи, Гете, Бетховен, почитали за честь быть рядом с властью. Но с какого-то времени все перевернулось. Теперь кодекс чести уважающего себя представителя искусства предполагает, что ты должен оппонировать власти. А почему и как это все поменялось?

Алексанр Сокуров: Я не знаю. У меня нет такого представления, что я должен обязательно оппонировать. Просто раз ты живешь у себя на родине, у тебя один паспорт, ты должен использовать любую возможность, чтобы добиваться улучшения обстоятельств – будь то политических или экономических. Для этого надо что-то делать вместе с теми людьми, которые живут с тобой в одно время, у которых есть определенные полномочия и возможности. Вот на этом строится наше защитное движение в Петербурге. Просто воюем.

Софико Шеварднадзе: А вы упрекаете тех, кто ничего не делает?

Алексанр Сокуров: Нет, ну что вы, ни в коем случае. Потому что вопрос общественного участия в жизни страны – это еще вопрос личного темперамента. Это вопрос, хватает ли у тебя силы воли, собранности для того, чтобы на каком-то серьезном обсуждении, притом, что вокруг достаточно людей образованных, умных, нисколько не глупее, чем ты, вступить в разговор, выразить свою точку зрения, не побояться ошибиться и как-то сконцентрировано обратить внимание на какую-то проблему.

Софико Шеварднадзе: А если тебя все устраивает?

Алексанр Сокуров: Наверное, есть такие люди. Ну, может, дирижеров всё устраивает, потому что они получают какую-то серьезную поддержку своим оркестрам, театрам. Я не упрекаю никого в этом. Для меня достаточно, например, что Гергиев – великий дирижер. И он мне на концертах, в театре дает больше, чем если бы в каких-то других обстоятельствах он действовал. Но в то же время я понимаю, что его может не интересовать то, что интересует меня по определению: архитектура Петербурга или какие-то наши социальные проблемы: большое количество коммунальных квартир в Петербурге, неправильное обращение с молодыми людьми во время общественных акций, против чего я протестую решительно. Против физического воздействия на девушек, женщин во время общественных акций. Я тут просто зверею от гнева. Говорю об этом, хотя это не имеет никакого резонанса, но это уже вопрос моей совести.

Софико Шеварднадзе: А если бы молчали, у вас было больше возможностей в профессии сейчас?

Алексанр Сокуров: Без сомнения. По крайней мере, мне бы не сообщали о том, что я нахожусь в разработке ФСБ, что за мной следят. Я, возможно, вызываю раздражение и у какой-то части городского руководства, и в Министерстве культуры, и где-то в ФСБ, в Министерстве обороны, которому я задаю все время вопросы, как они распоряжаются зданиями, которые являются национальным достоянием, или что происходит с киностудиями Министерства обороны, потому что там надо наводить порядок с архивированием. Я понимаю, что мое поведение вызывает настороженность, а у кого-то, может быть, и желание меня убрать, – это можно публиковать, за свои слова отвечаю. Все это мне очень мешает в работе и с моими студентами, и с фондом нашим, и отвлекает от моей художественной работы.

Софико Шеварднадзе: Вы, в моем понимании, ни на кого не похожи. Есть люди, которые молчат, а есть люди, которые мочат, рушат власть. А есть еще Толстой и вы, которые идут на диалог, оппонируют власти, выпрашивают у власти …

Алексанр Сокуров: Я не выпрашиваю, я просто говорю то, что я считаю нужным. Я вообще на коленях никогда не стоял. И в советский период, когда были закрыты все мои картины, когда мне не на что было надеяться. Живя в Ленинграде, при Романове, при Ленинградском обкоме партии, при той жесткости, что была здесь, когда на Ленфильме, на студии документальных фильмов картина за картиной закрывалась, что ты мог сделать? Кто ты такой? Ты маленький человек. Если бы не моральная поддержка Тарковского тогда, не знаю, остался бы я жить или нет…

2891324

Софико Шеварднадзе: В смысле думали покончить жизнь самоубийством?

Алексанр Сокуров: Да, я дважды серьезно об этом думал: когда был под следствием в КГБ и когда у меня начались большие проблемы со зрением. У меня было семь глазных операций. Я прошел через эти вопросы к самому себе. Более критичного, чем я к себе, трудно найти человека. Я иногда разрушаю себя претензиями к самому себе и разочарованиями в самом себе. Но понимаете, православным я могу быть хоть на Северном полюсе, а Россия у меня только одна, только здесь, больше ее нигде нет. И я очень чувствую беду, которая вокруг ходит. Вот в том, что у меня есть это больное чувствование, я, может быть, виноват, может быть, я в чем-то чрезмерен.

Софико Шеварднадзе: Слушая вас, я задаюсь вопросом: вы можете быть счастливым? Когда вы последний раз чувствовали себя счастливым?

Алексанр Сокуров: Какой вопрос тяжелый… Мне мама задает этот вопрос. Ей 94 года. Она меня все время спрашивает: «Сашенька, почему ты такой несчастный?» Я говорю: «Неправда, мама. Я не несчастный. Я просто ошибся дверью. Я стал заниматься режиссурой. Это мне не по плечу. Может быть, мне надо было заниматься медициной…».

Софико Шеварднадзе: То есть даже этот процесс вам не приносит удовлетворения, счастья?

Алексанр Сокуров: Когда по «Культуре» показывали «Фауста», я сидел и смотрел и мне иногда нравилось то, что я видел. Но только тогда, когда появлялась музыка… Потрясающая музыка Андрея Сигле. Мы с ним как один организм были. А режиссуры там много, на мой взгляд. Ну, что вы хотите, огромная, большая картина, которая была снята за 36 или 37 смен всего.

Софико Шеварднадзе: Это гениальная картина. Кто я такая, чтобы так говорить, когда уже все признали ее гениальной.

Алексанр Сокуров: Тем не менее… Знаете, как это говорят… руку ставить. Мою руку или голову ставило не кино – а литература, конечно. И когда я читаю Томаса Манна, или что-то из писем Толстого, или Фолкнера, я ведь понимаю, что это за высота такая. Для меня все совершенства – в литературе…

Софико Шеварднадзе: Удивительно, вы сами не осознаете, что ваше кино абсолютно равноценно масштабу литературы, которую вы сейчас перечислили.

Алексанр Сокуров: Я бы не хотел, чтобы так говорили, я считаю, что мы, кинематографисты, вообще-то плохие ученики.

Софико Шеварднадзе: А литература не может сказать, то, что сказала музыка, которая обладает еще большей властью над душами людей. Тогда писатели – только ученики больших композиторов. Это бесконечный разговор.

Алексанр Сокуров: Хорошо, если литераторы так скажут. Это будет не стыдно. Но, по крайней мере, если бы кинематограф за все время своей практики выработал четкие правила, чего ни в коем случае нельзя делать, – вот это было бы декларацией в высшей степени достойной.

Софико Шеварднадзе: А чего ни в коем случае нельзя делать в кинематографе?

Алексанр Сокуров: Ни в коем случае нельзя укреплять роль насилия, значимость насилия. Именно кино показывает, как легко совершить насилие над человеком, именно кино показывает, что убить не страшно; измываться над человеком не страшно; ударить человек не страшно и не грешно. Ничто так, как кино, не усиливает внутреннюю агрессию человека. Мне много раз приходилось и в Венеции, и в Каннах – из-за чего у меня отношения с Каннами испортились – призывать: давайте мы хотя бы на этих фестивалях поставим ограничения, скажем, хотя бы через год: ни одного фильма с насилием. Давайте начнем. Ну, естественно, никто на это не идет, никто не хочет обсуждать.

Софико Шеварднадзе: Насилие стало тотальным – как его не показывать, если это огромная часть нашей жизни?

Алексанр Сокуров: Надо взять голову в руки. Когда-то не боялись думать. Предлагали государю разные варианты. И сейчас люди не лишены рассудка. Пора всем вместе думать об этом. Так же, как о развитии России.

Оригинал на сайте Diletant.media

США стали посмешищем для России. Об этом у себя в Twitter пишет президент США Дональд Трамп. По его словам, если целью Москвы было создание раздоров, расколов и хаоса в США, то они преуспели в этом и надрывают животы от смеха, наблюдая за политическими расследованиями и партийной ненавистью. Ранее Дональд Трамп раскритиковал руководство ФБР: по мнению главы Белого дома, сотрудники бюро не предотвратили недавнюю стрельбу в школе, так как были слишком заняты расследованием предполагаемого российского вмешательства в выборы. ФБР тратит слишком много времени, занимаясь изучением «российского следа» в избирательной кампании Трампа, — считает американский президент!".


«Очень жаль, что ФБР пропустила все многочисленные сигналы, которые отправлял школьный стрелок во Флориде. Они тратят слишком много времени, пытаясь доказать тайный сговор России с избирательной кампанией Трампа — нет никакого сговора. Вернитесь к основным обязанностям и заставьте нас гордиться!»


«Генерал МакМастер забыл сказать, что русские не повлияли или изменили результаты выборов 2016 года, и что единственный Сговор был между Россией и Нечестной Х (Хиллари Клинтон), Национальным комитетом Демократической партии и демократами. Вспомните «Грязное досье», «Уран», «Речи», «Электронные письма» и кампанию Подесты!»


«Никогда не забуду тот факт, что Обама был готов отправить Ирану 1,7 млрд долларов НАЛИЧНЫМИ и никто в Конгрессе, ФБР или Минюсте не требовал расследования!»


«Наконец-то, Адам Шифф, монстр неконтролируемых утечек, теперь обвиняет Администрацию Обамы за русское вмешательство в выборы 2016 года. Наконец-то он в чем-то прав. Обама был президентом, знал об угрозе и ничего не сделал. Спасибо Адам!»


«Я никогда не говорил, что Россия не вмешивалась в выборы, я говорил, что «это может быть Россия, Китай или другая страна или группировка, или это могут быть 200-килограмовый гений, который сидит в кровати и играет со своим компьютером». Российской «мистификацией» было то, что кампания Трампа была в сговоре с Россией -этого никогда не было!»


«Теперь Адам Шифф начал обвинять президента Обаму за российское вмешательство в выборы, этим он, вероятно, пытается в очередной раз оправдать то, что демократы, возглавляемые их бесстрашным лидером, Нечестной Хиллари Клинтон, проиграли выборы в 2016 году. Но разве я не был отличным кандидатом?»


«Если ЦЕЛЬЮ России было спровоцировать разногласия, разрушения и хаос в США, тогда со всеми этими слушаниями в Конгрессе, расследованиями и партийной ненавистью они настолько преуспели, что даже вышли за границы своих самых безумных мечтаний. Они смеются до упада в Москве. Поумней, Америка!»

Николай Полисский, художник, основатель арт-парка Никола-Ленивец:

Уважаемые Друзья, я получил в свой адрес ряд комментариев, в том числе от лиц духовенства, со словами о том, что в Никола-Ленивце произошло кощунственное действие. Считаю, что это какая-то ошибка. Я решил, чтобы избежать дальнейшее разжигание конфликта, мне нужно максимально подробно ответить на эти обвинения.

Наш фестиваль и мое творчество известно тем, что решает проблемы архитектуры, искусства и с этой территории я не собирался и не собираюсь в будущем выходить. Вопросы политики, религии, национальностей и всякого рода разжигание конфликтов или оскорбления искренних чувств табуированы для деятельности художников в нашем парке.

На Масленицу 2018 мы решили использовать архитектурный стиль «Пламенеющая готика» для создания огненной скульптуры. Этот стиль был использован не только в создании готических культовых сооружение, но и в архитектуре светских зданий: замков, университетов, судов. Ничего культового в моем арт-объекте не было, естественно отсутствовали кресты, алтарь и любая религиозная символика. Это не копия какого-либо существующего культового сооружения и не имитация храма. Это просто костёр, который выстроен в стиле готического здания.

Ни одного культового символа в моей работе не было и не могло быть.

К сожалению, стоит нескольким людям разжечь в интернете дискуссию на болезненную тему, как уже никто не хочет разбираться и слушать друг друга. Шквал едких интернет-комментаторов обрушивается на художника и священнослужителей, заставляя их комментировать то, чего не было.

Обращаюсь ко всем для кого моя работа показалась оскорбительной. В моих помыслах никогда не было идеи создать и собственноручно сжечь христианский или другой храм. В моих произведениях люди часто находят то, что я в них не закладывал, это нормально, но обвинять меня в сожжении храма это чересчур.

Я готов и надеюсь на диалог с представителями католической или православной церквей. Если, разобравшись в деталях, они обнаружат что-то кощунственное в адрес веры, я готов использовать все свои возможности для того, чтобы предать этот проект забвению насколько это возможно в современном мире. Как я уже говорил, для меня разжигание розни или оскорбление веры являются запретной и недопустимой темой для творчества.

В нашей Масленице не было заложено ничего кощунственного, если кто-то неправильно меня понял, я прошу прощения, но эта обида нанесена невольно. Я не собирался никого оскорблять.

Сегодня, прощеное воскресение и я прошу у всех православных и не православных христиан простить меня Христа ради.

Оригинал

19 февраля 2018

Рожденные 19 февраля

Дмитрий Ананьев предс. правления Промсвязьбанка (2016-17 гг.), совладелец холдинга «Промсвязькапитал»; член Совета Фед. ФС РФ от зак. органа гос. власти Ямало-Ненецкого АО в сент. 2006-авг. 2013 гг.
Юрий Антонов композитор, певец, народный артист России
Витас эстрадный певец
Дэвид Гросс американский физик, лауреат Нобелевской премии по физике 2014г., профессор Института теоретической физики Калифорнийского университета в Санта-Барбаре
Бенисио Дель Торо голливудский актер, продюсер, режиссер
Дмитрий Липскеров писатель, сценарист
Олег Митяев поэт, композитор, певец, народный артист России
Павел митрополит Минский и Заславский, предстоятель Белорусской православной церкви
Лев Рубинштейн поэт, литературный критик, эссеист
принц Эндрю герцог Йоркский, сын королевы Великобритании Елизаветы II
J 2022 человек проголосовало. Смотреть результаты

UPD 23:00 ИГ* взяло на себя ответственность за убийство прихожан церкви в Кизляре. При этом террористическая группировка не предоставила доказательств, сообщает агентство Рейтер.

Ранее источники РБК в правительстве республики и в федеральном МВД рассказали, что стрельбу у храма в Кизляре устроил член так называемой спящей ячейки «Исламского государства»*. Халил Халилов примкнул к террористической организации в прошлом году. Об этом рассказали источники Издание уточняет, что 22-летнего Халилова не было в списках участников радикальных организаций. Он также не значился в базе данных спецслужб как участник незаконных вооружённых формирований.

Мужчина устроил стрельбу по прихожанам церкви в момент, когда они начали выходить на улицу после окончания службы. При этом молодой человек спокойно дошёл до церкви по улицам Кизляра с ружьём в руках. Это видно на кадрах, которые зафиксировали камеры наблюдения, записи оказались в распоряжении телеканала RT.

Человека с оружием действительно заметили не сразу, на улицах в этот момент было очень мало людей, сказала в интервью РБК пресс-секретарь главы города Сельминаз Салихова.

Жертвами нападения стали пять человек. Четверо пострадали. Двое раненых остаются в крайне тяжёлом состоянии. Стрелявшего убили силовики.


Пять человек погибли и столько же пострадали во время стрельбы около Храма в дагестанском городе Кизляр, сообщили в воскресенье в пресс службе регионального министерства здравоохранения.

«По информации на данный момент 5 погибших (включая стрелявшего), 5 раненых доставлены в Кизлярскую ЦГБ. Туда же выехала бригада специалистов Дагестанского центра медицины катастроф», — говорится в сообщении.

Стрельбу в Дагестане по толпе устроил 22-летний местный житель. Его личность установлена, сообщает агентство ТАСС со ссылкой на Следственный комитет. Как уточняет источник «Интерфакса», речь идёт о человеке по фамилии Халилов. При нем нашли охотничье ружье, патроны и нож. Предполагаемый преступник убит. Женщина, которая была вместе с ним, по предварительным данным, супруга — задержана.

Настоятель храма Георгия Победоносца рассказал РБК, что после богослужения, когда люди выходили из церкви, к ним подбежал человек с бородой, который стал кричать «Аллах акбар» и стрелять.

Некоторым людям удалось укрыться в храме. Они закрыли двери церкви, чтобы вооружённый ружьём и ножом преступник не зашёл внутрь.

Уголовное дело возбуждено по двум статьям – «убийство» и «покушение на жизнь сотрудников правоохранительных органов».

* организация запрещена в России

18 февраля 2018

Рожденные 18 февраля

Геннадий Гладков композитор, автор музыки к спектаклям, кинофильмам, мультфильмам («Бременские музыканты», «Тиль», «12 стульев», «Обыкновенное чудо» и др.), народный артист России, заслуженный деятель искусств России
Валерий Зорькин председатель Конституционного суда РФ, доктор юридических наук, профессор
Евгений Кафельников заслуженный мастер спорта России, 1-я ракетка мира 1999 г., олимпийский чемпион 2000 г. в одиночном разряде
Ирина Лобачева змс России, чемпионка мира 2002 г. в танцах на льду в паре с Ильей Авербухом
Йоко Оно художница, вдова Джона Леннона, гостья «Эха Москвы» 1 июня 2007 г.
Пако Рабан парижский кутюрье
Герман Садулаев писатель, публицист
Джон Траволта голливудский актер, лауреат премий «Золотой глобус» и «Эмми»
Аркадий Укупник композитор, певец, заслуженный артист России
Милош Форман чешский и американский кинорежиссер, сценарист, двукратный лауреат премии «Оскар»
J 1609 человек проголосовало. Смотреть результаты

Офис спецпрокурора США по делу «о России» Роберта Мюллера предъявил обвинения 13 гражданам и 3 организациям РФ. Эти люди, видимо, связаны, с  петербургским Агентством интернет-исследований, известным как «фабрика троллей». Фигурантом этих обвинений выступает и бизнесмен Евгений Пригожин.

О сути этих обвинения рассказал заместитель генерального прокурора CША Род Розенштайн:

«Начиная с 2014 года эта компания начала проект, задачей которого было вмешательство в выборы президента США. Группа людей участвовала в операциях по вмешательству в политические процессы в США. Обвиняемые ездили в США, чтобы собирать необходимую «разведывательную информацию». Они также использовали компьютерные сети на территории США, создали сотни аккаунтов в социальных сетях, таких как Твиттер, Фейсбук и другие. Обвиняемые использовали фальшивые документы американских граждан, они выдавали себя за активистов из США и контактировали с ничего не подозревающими американцами. Они оставляли комментарии в социальных сетях, выступая за или против определенных кандидатов. Также они вовлекали в политическую активность американцев, которые и не подозревали, что имеют дело с русскими».

Минюст США, добавил Розенштайн, не утверждает, что вмешательство обвиняемых россиян в президентские выборы повлияло на их результаты. Вместе с тем ведомство намерено добиваться их выдачи.

Российский МИД считает абсурдными обвинения Министерства юстиции США против 13 россиян. Они были выдвинуты в связи с вмешательством в американские выборы. По мнению официального представителя ведомства Марии Захаровой, абсурдно выглядит противопоставление 13 человек миллиардным бюджетам спецслужб, разведке и контрразведке, новейшим разработкам и технологиям. По мнению американского спецпрокурора Роберта Мюллера, группа сотрудников компании «Агентство интернет-исследований» вели работу по формированию мнения в пользу того или иного кандидата в президенты США. Причем сбор информации, по версии обвинения, они начали с 2014 года. Среди фигурантов этого расследования называют бизнесмена Евгения Пригожина, которого считают приближенным к президенту Владимиру Путину. Сам предприниматель, которого еще называют «поваром Путина», сказал РИА «Новости», что совсем не расстроен оказавшись в этом списке.

Ниже приводится полный текст документа.

Оригинал документа

IN THE UNITED STATES DISTRICT COURT
FOR THE DISTRICT OF COLUMBIA

UNITED STATES OF AMERICA

v.

INTERNET RESEARCH AGENCY LLC
A/K/A MEDIASINTEZ LLC A/K/A
GLAVSET LLC A/K/A MIXINFO
LLC A/K/A AZIMUT LLC A/K/A
NOVINFO LLC,

CONCORD MANAGEMENT AND

CONSULTING LLC,
CONCORD CATERING,
YEVGENIY VIKTOROVICH

PRIGOZHIN,
MIKHAIL IVANOVICH BYSTROV,
MIKHAIL LEONIDOVICH BURCHIK

A/K/A MIKHAIL ABRAMOV,
ALEKSANDRA YURYEVNA
KRYLOVA,
ANNA VLADISLAVOVNA

BOGACHEVA,
SERGEY PAVLOVICH POLOZOV,
MARIA ANATOLYEVNA BOVDA

A/K/A MARIA ANATOLYEVNA

BELYAEVA,
ROBERT SERGEYEVICH BOVDA,
DZHEYKHUN NASIMI OGLY

ASLANOV A/K/A JAYHOON
ASLANOV A/K/A JAY ASLANOV,
VADIM VLADIMIROVICH

PODKOPAEV,
GLEB IGOREVICH VASILCHENKO,
IRINA VIKTOROVNA KAVERZINA,

and
VLADIMIR VENKOV.

Defendants.

CRIMINAL NO.
(18 U.S.C. §§ 2, 371, 1349, 1028A)

INDICTMENT
The Grand Jury for the District of Columbia charges:
Introduction
1. The United States of America, through its departments and agencies, regulates the activities
of foreign individuals and entities in and affecting the United States in order to prevent, disclose,
and counteract improper foreign influence on U.S. elections and on the U.S. political system. U.S.
law bans foreign nationals from making certain expenditures or financial disbursements for the
purpose of influencing federal elections. U.S. law also bars agents of any foreign entity from
engaging in political activities within the United States without first registering with the Attorney
General. And U.S. law requires certain foreign nationals seeking entry to the United States to 
obtain a visa by providing truthful and accurate information to the government. Various federal
agencies, including the Federal Election Commission, the U.S. Department of Justice, and the U.S.
Department of State, are charged with enforcing these l aws.
2. Defendant INTERNET RESEARCH AGENCY LLC («ORGANIZATION») is a Russian
organization engaged in operations to interfere with elections and political processes. Defendants
MIKHAIL IVANOVICH BYSTROV, MIKHAIL LEONIDOVICH BURCHIK, ALEKSANDRA
YURYEVNA KRYLOVA, ANNA VLADISLAVOVNA BOGACHEVA, SERGEY PAVLOVICH
POLOZOV, MARIA ANATOLYEVNA BOVDA, ROBERT SERGEYEVICH BOVDA,
DZHEYKHUN NASIMI OGLY ASLANOV, VADIM VLADIMIROVICH PODKOPAEV, GLEB
IGOREVICH VASILCHENKO, IRINA VIKTOROVNA KAVERZINA, and VLADIMIR
VENKOV worked in various capacities to carry out Defendant ORGANIZATION’s interference
operations targeting the United States. From in or around 2014 to the present, Defendants
knowingly and intentionally conspired with each other (and with persons known and unknown to 

the Grand Jury) to defraud the United States by impairing, obstructing, and defeating the lawful
functions of the government through fraud and deceit for the purpose of interfering with the U.S.
political and electoral processes, including the presidential election of 2016.

3. Beginning as early as 2014, Defendant ORGANIZATION began operations to interfere
with the U.S. political system, including the 2016 U.S. presidential election. Defendant
ORGANIZATION received funding for its operations from Defendant YEVGENIY
VIKTOROVICH PRIGOZHIN and companies he controlled, including Defendants CONCORD
MANAGEMENT AND CONSULTING LLC and CONCORD CATERING (collectively
«CONCORD»). Defendants CONCORD and PRIGOZHIN spent significant funds to further the
ORGANIZATION’s operations and to pay the remaining Defendants, along with other uncharged
ORGANIZATION employees, salaries and bonuses for their work at the ORGANIZATION.
4. Defendants, posing as U.S. persons and creating false U.S. personas, operated social media
pages and groups designed to attract U.S. audiences. These groups and pages, which addressed
divisive U.S. political and social issues, falsely claimed to be controlled by U.S. activists when, in 
fact, they were controlled by Defendants. Defendants also used the stolen identities of real U.S.
persons to post on ORGANIZATION-controlled social media accounts. Over time, these social
media accounts became Defendants’ means to reach significant numbers of Americans for
purposes of interfering with the U.S. political system, including the presidential election of 2016.
5. Certain Defendants traveled to the United States under false pretenses for the purpose of 
collecting intelligence to inform Defendants’ operations. Defendants also procured and used
computer infrastructure, based partly in the United States, to hide the Russian origin of their
activities and to avoid detection by U.S. regulators and law enforcement.

Case 1:18-cr-00032-DLF Document 1 Filed 02/16/18 Page 4 of 37

6. Defendant ORGANIZATION had a strategic goal to sow discord in the U.S. political
system, including the 2016 U.S. presidential election. Defendants posted derogatory information
about a number of candidates, and by early to mid-2016, Defendants’ operations included
supporting the presidential campaign of then-candidate Donald J. Trump («Trump Campaign») and
disparaging Hillary Clinton. Defendants made various expenditures to carry out those activities,
including buying political advertisements on social media in the names of U.S. persons and
entities. Defendants also staged political rallies inside the United States, and while posing as U.S.
grassroots entities and U.S. persons, and without revealing their Russian identities and
ORGANIZATION affiliation, solicited and compensated real U.S. persons to promote or disparage
candidates. Some Defendants, posing as U.S. persons and without revealing their Russian
association, communicated with unwitting individuals associated with the Trump Campaign and
with other political activists to seek to coordinate political activities.
7. In order to carry out their activities to interfere in U.S. political and electoral processes
without detection of their Russian affiliation, Defendants conspired to obstruct the lawful functions
of the United States government through fraud and deceit, including by making expenditures in 
connection with the 2016 U.S. presidential election without proper regulatory disclosure; failing
to register as foreign agents carrying out political activities within the United States; and obtaining
visas through false and fraudulent statements.
COUNT ONE
(Conspiracy to Defraud the United States)

8. Paragraphs 1 through 7 of this Indictment are re-alleged and incorporated by reference as if
fully set forth herein.
9. From in or around 2014 to the present, in the District of Columbia and elsewhere,
4

Defendants, together with others known and unknown to the Grand Jury, knowingly and
intentionally conspired to defraud the United States by impairing, obstructing, and defeating the
lawful functions of the Federal Election Commission, the U.S. Department of Justice, and the U.S.
Department of State in administering federal requirements for disclosure of foreign involvement
in certain domestic activities.
Defendants
10. Defendant INTERNET RESEARCH AGENCY LLC (Агентство Интернет
Исследований) is a Russian organization engaged in political and electoral interference
operations. In or around July 2013, the ORGANIZATION registered with the Russian government
as a Russian corporate entity. Beginning in or around June 2014, the ORGANIZATION obscured
its conduct by operating through a number of Russian entities, including Internet Research LLC,
MediaSintez LLC, GlavSet LLC, MixInfo LLC, Azimut LLC, and NovInfo LLC. Starting in or
around 2014, the ORGANIZATION occupied an office at 55 Savushkina Street in St. Petersburg,
Russia. That location became one of the ORGANIZATION’s operational hubs from which
Defendants and other co-conspirators carried out their activities to interfere in the U.S. political
system, i ncluding the 2016 U.S. presidential election.
a. The ORGANIZATION employed hundreds of individuals for its online operations,
ranging from creators of fictitious personas to technical and administrative support.
The ORGANIZATION’s annual budget totaled the equivalent of millions of U.S.
dollars.
b. The ORGANIZATION was headed by a management group and organized into
departments, including: a graphics department; a data analysis department; a 
search-engine optimization («SEO») department; an information-technology («IT»)

department to maintain the digital infrastructure used in the ORGANIZATION’s

operations; and a finance department to budget and allocate funding.

c. The ORGANIZATION sought, in part, to conduct what it called «information
warfare against the United States of America» through fictitious U.S. personas on 
social media platforms and other Internet-based media.
d. By in or around April 2014, the ORGANIZATION formed a department that went
by various names but was at times referred to as the «translator project.» This
project focused on the U.S. population and conducted operations on social media
platforms such as YouTube, Facebook, Instagram, and Twitter. By approximately
July 2016, more than eighty ORGANIZATION employees were assigned to the
translator project.
e. By in or around May 2014, the ORGANIZATION’s strategy included interfering
with the 2016 U.S. presidential election, with the stated goal of «spread[ing] distrust
towards the candidates and the political system in general.»

11. Defendants CONCORD MANAGEMENT AND CONSULTING LLC (Конкорд
Менеджмент и Консалтинг) and CONCORD CATERING are related Russian entities with
various Russian government contracts. CONCORD was the ORGANIZATION’s primary source
of funding for its interference operations. CONCORD controlled funding, recommended
personnel, and oversaw ORGANIZATION activities through reporting and interaction with
ORGANIZATION management.

a. CONCORD funded the ORGANIZATION as part of a larger CONCORD-funded
interference operation that it referred to as «Project Lakhta.» Project Lakhta had
multiple components, some involving domestic audiences within the Russian

Federation and others targeting foreign audiences in various countries, including

the United States.

b. By in or around September 2016, the ORGANIZATION’s monthly budget for
Project Lakhta submitted to CONCORD exceeded 73 million Russian rubles (over
1,250,000 U.S. dollars), including approximately one million rubles in bonus
payments.
c. To conceal its involvement, CONCORD labeled the monies paid to the
ORGANIZATION for Project Lakhta as payments related to software support and
development. To further conceal the source of funds, CONCORD distributed
monies to the ORGANIZATION through approximately fourteen bank accounts
held in the names of CONCORD affiliates, including Glavnaya Liniya LLC,
Merkuriy LLC, Obshchepit LLC, Potentsial LLC, RSP LLC, ASP LLC, MTTs
LLC, Kompleksservis LLC, SPb Kulinariya LLC, Almira LLC, Pishchevik LLC,
Galant LLC, Rayteks LLC, and Standart LLC.

12. Defendant YEVGENIY VIKTOROVICH PRIGOZHIN (Пригожин Евгений
Викторович) is a Russian national who controlled CONCORD.

a. PRIGOZHIN approved and supported the ORGANIZATION’s operations, and
Defendants and their co-conspirators were aware of PRIGOZHIN’s role.
b. For example, on or about May 29, 2016, Defendants and their co-conspirators,
through an ORGANIZATION-controlled social media account, arranged for a real

U.S. person to stand in front of the White House in the District of Columbia under
false pretenses to hold a sign that read «Happy 55th Birthday Dear Boss.»
Defendants and their co-conspirators informed the real U.S. person that the sign

was for someone who «is a leader here and our boss . . . our funder.» PRIGOZHIN’s

Russian passport identifies his date of birth as June 1, 1961.

13. Defendant MIKHAIL IVANOVICH BYSTROV (Быстров Михаил Иванович) joined the
ORGANIZATION by at least in or around February 2014.

a. By approximately April 2014, BYSTROV was the general director, the
ORGANIZATION’s highest-ranking position. BYSTROV subsequently served as 
the head of various other entities used by the ORGANIZATION to mask its
activities, including, for example, Glavset LLC, where he was listed as that entity’s
general director.
b. In or around 2015 and 2016, BYSTROV frequently communicated with
PRIGOZHIN about Project Lakhta’s overall operations, including through
regularly scheduled in-person meetings.

14. Defendant MIKHAIL LEONIDOVICH BURCHIK (Бурчик Михаил Леонидович)
A/K/A MIKHAIL ABRAMOV joined the ORGANIZATION by at least in or around October
2013. By approximately March 2014, BURCHIK was the executive director, the
ORGANIZATION’s second-highest ranking position. Throughout the ORGANIZATION’s
operations to interfere in the U.S political system, including the 2016 U.S. presidential election,
BURCHIK was a manager involved in operational planning, infrastructure, and personnel. In or
around 2016, BURCHIK also had in-person meetings with PRIGOZHIN.
15. Defendant ALEKSANDRA YURYEVNA KRYLOVA (Крылова Александра Юрьевна)
worked for the ORGANIZATION from at least in or around September 2013 to at least in or around
November 2014. By approximately April 2014, KRYLOVA served as director and was the
ORGANIZATION’s third-highest ranking employee. In 2014, KRYLOVA traveled to the United

States under false pretenses for the purpose of collecting intelligence to inform the
ORGANIZATION’s operations.

16. Defendant SERGEY PAVLOVICH POLOZOV (Полозов Сергей Павлович) worked for
the ORGANIZATION from at least in or around April 2014 to at least in or around October 2016.
POLOZOV served as the manager of the IT department and oversaw the procurement of U.S.
servers and other computer infrastructure that masked the ORGANIZATION’s Russian location
when conducting operations within the United States.
17. Defendant ANNA VLADISLAVOVNA BOGACHEVA (Богачева Анна Владиславовна)
worked for the ORGANIZATION from at least in or around April 2014 to at least in or around
July 2014. BOGACHEVA served on the translator project and oversaw the project’s data analysis
group. BOGACHEVA also traveled to the United States under false pretenses for the purpose of 
collecting intelligence to inform the ORGANIZATION’s operations.
18. Defendant MARIA ANATOLYEVNA BOVDA (Бовда Мария Анатольевна) A/K/A
MARIA ANATOLYEVNA BELYAEVA («M. BOVDA») worked for the ORGANIZATION from
at least in or around November 2013 to at least in or around October 2014. M. BOVDA served as 
the head of the translator project, among other positions.
19. Defendant ROBERT SERGEYEVICH BOVDA (Бовда Роберт Сергеевич) («R.
BOVDA») worked for the ORGANIZATION from at least in or around November 2013 to at least
in or around October 2014. R. BOVDA served as the deputy head of the translator project, among
other positions. R. BOVDA attempted to travel to the United States under false pretenses for the
purpose of collecting intelligence to inform the ORGANIZATION’s operations but could not
obtain the necessary visa.

20. Defendant DZHEYKHUN NASIMI OGLY ASLANOV (Асланов Джейхун Насими
Оглы) A/K/A JAYHOON ASLANOV A/K/A JAY ASLANOV joined the ORGANIZATION by at
least in or around September 2014. ASLANOV served as head of the translator project and
oversaw many of the operations targeting the 2016 U.S. presidential election. ASLANOV was
also listed as the general director of Azimut LLC, an entity used to move funds from CONCORD
to the ORGANIZATION.
21. Defendant VADIM VLADIMIROVICH PODKOPAEV (Подкопаев Вадим
Владимирович) joined the ORGANIZATION by at least in or around June 2014. PODKOPAEV
served as an analyst on the translator project and was responsible for conducting U.S.-focused
research and drafting social media content for the ORGANIZATION.
22. Defendant GLEB IGOREVICH VASILCHENKO (Васильченко Глеб Игоревич) worked
for the ORGANIZATION from at least in or around August 2014 to at least in or around September
2016. VASILCHENKO was responsible for posting, monitoring, and updating the social media
content of many ORGANIZATION-controlled accounts while posing as U.S. persons or U.S.
grassroots organizations. VASILCHENKO later served as the head of two sub-groups focused on 
operations to interfere in the U.S. political system, including the 2016 U.S. presidential election.
23. Defendant IRINA VIKTOROVNA KAVERZINA (Каверзина Ирина Викторовна) joined
the ORGANIZATION by at least in or around October 2014. KAVERZINA served on the
translator project and operated multiple U.S. personas that she used to post, monitor, and update
social media content for the ORGANIZATION.
24. Defendant VLADIMIR VENKOV (Венков Владимир) joined the ORGANIZATION by 
at least in or around March 2015. VENKOV served on the translator project and operated multiple

U.S. personas, which he used to post, monitor, and update social media content for the
ORGANIZATION.
Federal Regulatory Agencies
25. The Federal Election Commission is a federal agency that administers the Federal Election
Campaign Act («FECA»). Among other things, FECA prohibits foreign nationals from making
any contributions, expenditures, independent expenditures, or disbursements for electioneering
communications. FECA also requires that individuals or entities who make certain independent
expenditures in federal elections report those expenditures to the Federal Election Commission.
The reporting requirements permit the Federal Election Commission to fulfill its statutory duties
of providing the American public with accurate data about the financial activities of individuals
and entities supporting federal candidates, and enforcing FECA’s limits and prohibitions,
including the ban on foreign expenditures.
26. The U.S. Department of Justice administers the Foreign Agent Registration Act («FARA»).
FARA establishes a registration, reporting, and disclosure regime for agents of foreign principals
(which includes foreign non-government individuals and entities) so that the U.S. government and
the people of the United States are informed of the source of information and the identity of persons
attempting to influence U.S. public opinion, policy, and law. FARA requires, among other things,
that persons subject to its requirements submit periodic registration statements containing truthful
information about their activities and the income earned from them. Disclosure of the required
information allows the federal government and the American people to evaluate the statements and
activities of such persons in light of their function as foreign agents.
27. The U.S. Department of State is the federal agency responsible for the issuance of non—
immigrant visas to foreign individuals who need a visa to enter the United States. Foreign

individuals who are required to obtain a visa must, among other things, provide truthful
information in response to questions on the visa application form, including information about
their employment and the purpose of their visit to the United States.
Object of the Conspiracy
28. The conspiracy had as its object impairing, obstructing, and defeating the lawful
governmental functions of the United States by dishonest means in order to enable the Defendants
to interfere with U.S. political and electoral processes, including the 2016 U.S. presidential
election.
Manner and Means of the Conspiracy
Intelligence-Gathering to Inform U.S. Operations
29. Starting at least in or around 2014, Defendants and their co-conspirators began to track and
study groups on U.S. social media sites dedicated to U.S. politics and social issues. In order to 
gauge the performance of various groups on social media sites, the ORGANIZATION tracked
certain metrics like the group’s size, the frequency of content placed by the group, and the level of 
audience engagement with that content, such as the average number of comments or responses to 
a post.
30. Defendants and their co-conspirators also traveled, and attempted to travel, to the United
States under false p retenses in order to collect intelligence for their interference operations.
a. KRYLOVA and BOGACHEVA, together with other Defendants and co—
conspirators, planned travel itineraries, purchased equipment (such as cameras,
SIM cards, and drop phones), and discussed security measures (including
«evacuation scenarios») for Defendants who traveled to the United States.
b. To enter the United States, KRYLOVA, BOGACHEVA, R. BOVDA, and another
co-conspirator applied to the U.S. Department of State for visas to travel. During

their application process, KRYLOVA, BOGACHEVA, R. BOVDA, and their co—
conspirator falsely claimed they were traveling for personal reasons and did not
fully disclose their place of employment to hide the fact that they worked for the
ORGANIZATION.

c. Only KRYLOVA and BOGACHEVA received visas, and from approximately June
4, 2014 through June 26, 2014, KRYLOVA and BOGACHEVA traveled in and
around the United States, including stops in Nevada, California, New Mexico,
Colorado, Illinois, Michigan, Louisiana, Texas, and New York to gather
intelligence. After the trip, KRYLOVA and BURCHIK exchanged an intelligence
report regarding the trip.
d. Another co-conspirator who worked for the ORGANIZATION traveled to Atlanta,
Georgia from approximately November 26, 2014 through November 30, 2014.
Following the trip, the co-conspirator provided POLOZOV a summary of his trip’s
itinerary and expenses.

31. In order to collect additional intelligence, Defendants and their co-conspirators posed as 

U.S. persons and contacted U.S. political and social activists. For example, starting in or around
June 2016, Defendants and their co-conspirators, posing online as U.S. persons, communicated
with a real U.S. person affiliated with a Texas-based grassroots organization. During the exchange,
Defendants and their co-conspirators learned from the real U.S. person that they should focus their
activities on «purple states like Colorado, Virginia & Florida.» After that exchange, Defendants
and their co-conspirators commonly referred to targeting «purple states» in directing their efforts.

Use of U.S. Social Media Platforms

32. Defendants and their co-conspirators, through fraud and deceit, created hundreds of social
media accounts and used them to develop certain fictitious U.S. personas into «leader[s] of public
opinion» in the United States.
33. ORGANIZATION employees, referred to as «specialists,» were tasked to create social
media accounts that appeared to be operated by U.S. persons. The specialists were divided into
day-shift and night-shift hours and instructed to make posts in accordance with the appropriate

U.S. time zone. The ORGANIZATION also circulated lists of U.S. holidays so that specialists
could develop and post appropriate account activity. Specialists were instructed to write about
topics germane to the United States such as U.S. foreign policy and U.S. economic issues.
Specialists were directed to create «political intensity through supporting radical groups, users
dissatisfied with [the] social and economic situation and oppositional social movements.»

34. Defendants and their co-conspirators also created thematic group pages on social media
sites, particularly on the social media platforms Facebook and Instagram. ORGANIZATION—
controlled pages addressed a range of issues, including: immigration (with group names including
«Secured Borders»); the Black Lives Matter movement (with group names including
«Blacktivist»); religion (with group names including «United Muslims of America» and «Army of 
Jesus»); and certain geographic regions within the United States (with group names including
«South United» and «Heart of Texas»). By 2016, the size of many ORGANIZATION-controlled
groups had grown to hundreds of thousands of online followers.
35. Starting at least in or around 2015, Defendants and their co-conspirators began to purchase
advertisements on online social media sites to promote ORGANIZATION-controlled social media
groups, spending thousands of U.S. dollars every month. These expenditures were included in the
budgets the ORGANIZATION submitted to CONCORD.

36. Defendants and their co-conspirators also created and controlled numerous Twitter
accounts designed to appear as if U.S. persons or groups controlled them. For example, the
ORGANIZATION created and controlled the Twitter account «Tennessee GOP,» which used the
handle @TEN_GOP. The @TEN_GOP account falsely claimed to be controlled by a U.S. state
political party. Over time, the @TEN_GOP account attracted more than 100,000 online followers.
37. To measure the impact of their online social media operations, Defendants and their co—
conspirators tracked the performance of content they posted over social media. They tracked the
size of the online U.S. audiences reached through posts, different types of engagement with the
posts (such as likes, comments, and reposts), changes in audience size, and other metrics.
Defendants and their co-conspirators received and maintained metrics reports on certain group
pages and individualized posts.
38. Defendants and their co-conspirators also regularly evaluated the content posted by 
specialists (sometimes referred to as «content analysis») to ensure they appeared authentic—as if 
operated by U.S. persons. Specialists received feedback and directions to improve the quality of 
their posts. Defendants and their co-conspirators issued or received guidance on: ratios of text,
graphics, and video to use in posts; the number of accounts to operate; and the role of each account
(for example, differentiating a main account from which to post information and auxiliary accounts
to promote a main account through links and reposts).
Use of U.S. Computer Infrastructure

39. To hide their Russian identities and ORGANIZATION affiliation, Defendants and their co—
conspirators—particularly POLOZOV and the ORGANIZATION’s IT department—purchased
space on computer servers located inside the United States in order to set up virtual private
networks («VPNs»). Defendants and their co-conspirators connected from Russia to the U.S.

based infrastructure by way of these VPNs and conducted activity inside the United States—
including accessing online social media accounts, opening new accounts, and communicating with
real U.S. persons—while masking the Russian origin and control of the activity.

40. Defendants and their co-conspirators also registered and controlled hundreds of web-based
email accounts hosted by U.S. email providers under false names so as to appear to be U.S. persons
and groups. From these accounts, Defendants and their co-conspirators registered or linked to 
online social media accounts in order to monitor them; posed as U.S. persons when requesting
assistance from real U.S. persons; contacted media outlets in order to promote activities inside the
United States; and conducted other operations, such as those set forth below.
Use of Stolen U.S. Identities

41. In or around 2016, Defendants and their co-conspirators also used, possessed, and
transferred, without lawful authority, the social security numbers and dates of birth of real U.S.
persons without those persons’ knowledge or consent. Using these means of identification,
Defendants and their co-conspirators opened accounts at PayPal, a digital payment service
provider; created false means of identification, including fake driver’s licenses; and posted on 
ORGANIZATION-controlled social media accounts using the identities of these U.S. victims.
Defendants and their co-conspirators also obtained, and attempted to obtain, false identification
documents to use as proof of identity in connection with maintaining accounts and purchasing
advertisements on social media sites.
Actions Targeting the 2016 U.S. Presidential Election

42. By approximately May 2014, Defendants and their co-conspirators discussed efforts to 
interfere in the 2016 U.S. presidential election. Defendants and their co-conspirators began to 
monitor U.S. social media accounts and other sources of information about the 2016 U.S.
presidential election.

43. By 2016, Defendants and their co-conspirators used their fictitious online personas to 
interfere with the 2016 U.S. presidential election. They engaged in operations primarily intended
to communicate derogatory information about Hillary Clinton, to denigrate other candidates such
as Ted Cruz and Marco Rubio, and to support Bernie Sanders and then-candidate Donald Trump.
a. On or about February 10, 2016, Defendants and their co-conspirators internally
circulated an outline of themes for future content to be posted to 
ORGANIZATION-controlled social media accounts. Specialists were instructed to 
post content that focused on «politics in the USA» and to «use any opportunity to 
criticize Hillary and the rest (except Sanders and Trump—we support them).»
b. On or about September 14, 2016, in an internal review of an ORGANIZATION—
created and controlled Facebook group called «Secured Borders,» the account
specialist was criticized for having a «low number of posts dedicated to criticizing
Hillary Clinton» and was told «it is imperative to intensify criticizing Hillary
Clinton» in future posts.

44. Certain ORGANIZATION-produced materials about the 2016 U.S. presidential election
used election-related hashtags, including: «#Trump2016,» «#TrumpTrain,» «#MAGA,»
«#IWontProtectHillary,» and «#Hillary4Prison.» Defendants and their co-conspirators also
established additional online social media accounts dedicated to the 2016 U.S. presidential
election, including the Twitter account «March for Trump» and Facebook accounts «Clinton
FRAUDation» and «Trumpsters United.»
45. Defendants and their co-conspirators also used false U.S. personas to communicate with
unwitting members, volunteers, and supporters of the Trump Campaign involved in local
community outreach, as well as grassroots groups that supported then-candidate Trump. These

individuals and entities at times distributed the ORGANIZATION’s materials through their own
accounts via retweets, reposts, and similar means. Defendants and their co-conspirators then
monitored the propagation of content through such participants.

46. In or around the latter half of 2016, Defendants and their co-conspirators, through their
ORGANIZATION-controlled personas, began to encourage U.S. minority groups not to vote in 
the 2016 U.S. presidential election or to vote for a third-party U.S. presidential candidate.
a. On or about October 16, 2016, Defendants and their co-conspirators used the
ORGANIZATION-controlled Instagram account «Woke Blacks» to post the
following message: «[A] particular hype and hatred for Trump is misleading the
people and forcing Blacks to vote Killary. We cannot resort to the lesser of two
devils. Then we’d surely be better off without voting AT ALL.»
b. On or about November 3, 2016, Defendants and their co-conspirators purchased an 
advertisement to promote a post on the ORGANIZATION-controlled Instagram
account «Blacktivist» that read in part: «Choose peace and vote for Jill Stein. Trust
me, it’s not a wasted vote.»
c. By in or around early November 2016, Defendants and their co-conspirators used
the ORGANIZATION-controlled «United Muslims of America» social media
accounts to post anti-vote messages such as: «American Muslims [are] boycotting
elections today, most of the American Muslim voters refuse to vote for Hillary
Clinton because she wants to continue the war on Muslims in the middle east and
voted yes for invading Iraq.»

47. Starting in or around the summer of 2016, Defendants and their co-conspirators also began
to promote allegations of voter fraud by the Democratic Party through their fictitious U.S. personas

and groups on social media. Defendants and their co-conspirators purchased advertisements on 
Facebook to further promote the allegations.

a. On or about August 4, 2016, Defendants and their co-conspirators began purchasing
advertisements that promoted a post on the ORGANIZATION-controlled Facebook
account «Stop A.I.» The post alleged that «Hillary Clinton has already committed
voter fraud during the Democrat Iowa Caucus.»
b. On or about August 11, 2016, Defendants and their co-conspirators posted that
allegations of voter fraud were being investigated in North Carolina on the
ORGANIZATION-controlled Twitter account @TEN_GOP.
c. On or about November 2, 2016, Defendants and their co-conspirators used the same
account to post allegations of »#VoterFraud by counting tens of thousands of 
ineligible mail in Hillary votes being reported in Broward County, Florida.”

Political Advertisements

48. From at least April 2016 through November 2016, Defendants and their co-conspirators,
while concealing their Russian identities and ORGANIZATION affiliation through false personas,
began to produce, purchase, and post advertisements on U.S. social media and other online sites
expressly advocating for the election of then-candidate Trump or expressly opposing Clinton.
Defendants and their co-conspirators did not report their expenditures to the Federal Election
Commission, or register as foreign agents with the U.S. Department of Justice.
49. To pay for the political advertisements, Defendants and their co-conspirators established
various Russian bank accounts and credit cards, often registered in the names of fictitious U.S.
personas created and used by the ORGANIZATION on social media. Defendants and their co—
conspirators also paid for other political advertisements using PayPal accounts.

50. The political advertisements included the following:

Staging U.S. Political Rallies in the United States

51. Starting in approximately June 2016, Defendants and their co-conspirators organized and
coordinated political rallies in the United States. To conceal the fact that they were based in Russia,
Defendants and their co-conspirators promoted these rallies while pretending to be U.S. grassroots
activists who were located in the United States but unable to meet or participate in person.

Defendants and their co-conspirators did not register as foreign agents with the U.S. Department
of Justice.

52. In order to build attendance for the rallies, Defendants and their co-conspirators promoted
the events through public posts on their false U.S. persona social media accounts. In addition,
Defendants and their co-conspirators contacted administrators of large social media groups
focused on U.S. politics and requested that they advertise the rallies.
53. In or around late June 2016, Defendants and their co-conspirators used the Facebook group
«United Muslims of America» to promote a rally called «Support Hillary. Save American Muslims»
held on July 9, 2016 in the District of Columbia. Defendants and their co-conspirators recruited a 
real U.S. person to hold a sign depicting Clinton and a quote attributed to her stating «I think Sharia
Law will be a powerful new direction of freedom.» Within three weeks, on or about July 26, 2016,
Defendants and their co-conspirators posted on the same Facebook page that Muslim voters were
«between Hillary Clinton and a hard place.»
54. In or around June and July 2016, Defendants and their co-conspirators used the Facebook
group «Being Patriotic,» the Twitter account @March_for_Trump, and other ORGANIZATION
accounts to organize two political rallies in New York. The first rally was called «March for
Trump» and held on June 25, 2016. The second rally was called «Down with Hillary» and held on 
July 23, 2016.

a. In or around June through July 2016, Defendants and their co-conspirators
purchased advertisements on Facebook to promote the «March for Trump» and
«Down with Hillary» rallies.
b. Defendants and their co-conspirators used false U.S. personas to send
individualized messages to real U.S. persons to request that they participate in and

help organize the rally. To assist their efforts, Defendants and their co-conspirators,
through false U.S. personas, offered money to certain U.S. persons to cover rally
expenses.

c. On or about June 5, 2016, Defendants and their co-conspirators, while posing as a

U.S. grassroots activist, used the account @March_for_Trump to contact a 
volunteer for the Trump Campaign in New York. The volunteer agreed to provide
signs for the «March for Trump» rally.

55. In or around late July 2016, Defendants and their co-conspirators used the Facebook group
«Being Patriotic,» the Twitter account @March_for_Trump, and other false U.S. personas to 
organize a series of coordinated rallies in Florida. The rallies were collectively referred to as
«Florida Goes Trump» and held on August 20, 2016.

a. In or around August 2016, Defendants and their co-conspirators used false U.S.
personas to communicate with Trump Campaign staff involved in local community
outreach about the «Florida Goes Trump» rallies.
b. Defendants and their co-conspirators purchased advertisements on Facebook and
Instagram to promote the «Florida Goes Trump» rallies.
c. Defendants and their co-conspirators also used false U.S. personas to contact
multiple grassroots groups supporting then-candidate Trump in an unofficial
capacity. Many of these groups agreed to participate in the «Florida Goes Trump»
rallies and serve as local coordinators.
d. Defendants and their co-conspirators also used false U.S. personas to ask real U.S.
persons to participate in the «Florida Goes Trump» rallies. Defendants and their
co-conspirators asked certain of these individuals to perform tasks at the rallies.

For example, Defendants and their co-conspirators asked one U.S. person to build
a cage on a flatbed truck and another U.S. person to wear a costume portraying
Clinton in a prison uniform. Defendants and their co-conspirators paid these
individuals to complete the requests.

56. After the rallies in Florida, Defendants and their co-conspirators used false U.S. personas
to organize and coordinate U.S. political rallies supporting then-candidate Trump in New York and
Pennsylvania. Defendants and their co-conspirators used the same techniques to build and
promote these rallies as they had in Florida, including: buying Facebook advertisements; paying

U.S. persons to participate in, or perform certain tasks at, the rallies; and communicating with real
U.S. persons and grassroots organizations supporting then-candidate Trump.

57. After the election of Donald Trump in or around November 2016, Defendants and their co—
conspirators used false U.S. personas to organize and coordinate U.S. political rallies in support of 
then president-elect Trump, while simultaneously using other false U.S. personas to organize and
coordinate U.S. political rallies protesting the results of the 2016 U.S. presidential election. For
example, in or around November 2016, Defendants and their co-conspirators organized a rally in 
New York through one ORGANIZATION-controlled group designed to «show your support for
President-Elect Donald Trump» held on or about November 12, 2016. At the same time,
Defendants and their co-conspirators, through another ORGANIZATION-controlled group,
organized a rally in New York called «Trump is NOT my President» held on or about November
12, 2016. Similarly, Defendants and their co-conspirators organized a rally entitled «Charlotte
Against Trump» in Charlotte, North Carolina, held on or about November 19, 2016.

Destruction of Evidence

58. In order to avoid detection and impede investigation by U.S. authorities of Defendants’
operations, Defendants and their co-conspirators deleted and destroyed data, including emails,
social media accounts, and other evidence of their activities.

a. Beginning in or around June 2014, and continuing into June 2015, public reporting
began to identify operations conducted by the ORGANIZATION in the United
States. In response, Defendants and their co-conspirators deleted email accounts
used to conduct their operations.
b. Beginning in or around September 2017, U.S. social media companies, starting
with Facebook, publicly reported that they had identified Russian expenditures on 
their platforms to fund political and social advertisements. Facebook’s initial
disclosure of the Russian purchases occurred on or about September 6, 2017, and
included a statement that Facebook had «shared [its] findings with US authorities
investigating these issues.»
c. Media reporting on or about the same day as Facebook’s disclosure referred to 
Facebook working with investigators for the Special Counsel’s Office of the U.S.
Department of Justice, which had been charged with investigating the Russian
government’s efforts to interfere in the 2016 presidential election.
d. Defendants and their co-conspirators thereafter destroyed evidence for the purpose
of impeding the investigation. On or about September 13, 2017, KAVERZINA
wrote in an email to a family member: «We had a slight crisis here at work: the
FBI busted our activity (not a joke). So, I got preoccupied with covering tracks
together with the colleagues.» KAVERZINA further wrote, «I created all these
pictures and posts, and the Americans believed that it was written by their people.»

Case 1:18-cr-00032-DLF Document 1 Filed 02/16/18 Page 25 of 37

Overt Acts

59. In furtherance of the Conspiracy and to effect its illegal object, Defendants and their co—
conspirators committed the following overt acts in connection with the staging of U.S. political
rallies, as well as those as set forth in paragraphs 1 through 7, 9 through 27, and 29 through 58,
which are re-alleged and incorporated by reference as though fully set forth herein.
60. On or about June 1, 2016, Defendants and their co-conspirators created and purchased
Facebook advertisements for their «March for Trump» rally.
61. On or about June 4, 2016, Defendants and their co-conspirators used
allforusa@yahoo.com, the email address of a false U.S. persona, to send out press releases for the
«March for Trump» rally to New York media outlets.
62. On or about June 23, 2016, Defendants and their co-conspirators used the Facebook
account registered under a false U.S. persona «Matt Skiber» to contact a real U.S. person to serve
as a recruiter for the «March for Trump» rally, offering to «give you money to print posters and get
a megaphone.»
63. On or about June 24, 2016, Defendants and their co-conspirators purchased advertisements
on Facebook to promote the «Support Hillary. Save American Muslims» rally.
64. On or about July 5, 2016, Defendants and their co-conspirators ordered posters for the
«Support Hillary. Save American Muslims» rally, including the poster with the quote attributed to 
Clinton that read «I think Sharia Law will be a powerful new direction of freedom.»
65. On or about July 8, 2016, Defendants and their co-conspirators communicated with a real
U.S. person about the posters they had ordered for the «Support Hillary. Save American Muslims»
rally.
25

66. On or about July 12, 2016, Defendants and their co-conspirators created and purchased
Facebook advertisements for the «Down With Hillary» rally in New York.
67. On or about July 23, 2016, Defendants and their co-conspirators used the email address of 
a false U.S. persona, joshmilton024@gmail.com, to send out press releases to over thirty media
outlets promoting the «Down With Hillary» rally at Trump Tower in New York City.
68. On or about July 28, 2016, Defendants and their co-conspirators posted a series of tweets
through the false U.S. persona account @March_for_Trump stating that «[w]e’re currently
planning a series of rallies across the state of Florida» and seeking volunteers to assist.
69. On or about August 2, 2016, Defendants and their co-conspirators used the false U.S.

persona «Matt Skiber» Facebook account to send a private message to a real Facebook account,

«Florida for Trump,» set up to assist then-candidate Trump in the state of Florida. In the first

message, Defendants and their co-conspirators wrote:

Hi there! I’m a member of Being Patriotic online community. Listen,
we’ve got an idea. Florida is still a purple state and we need to paint
it red. If we lose Florida, we lose America. We can’t let it happen,
right? What about organizing a YUGE pro-Trump flash mob in 
every Florida town? We are currently reaching out to local activists
and we’ve got the folks who are okay to be in charge of organizing
their events almost everywhere in FL. However, we still need your
support. What do you think about that? Are you in?

70. On or about August 2, 2016, and August 3, 2016, Defendants and their co-conspirators,

through the use of a stolen identity of a real U.S. person, T.W., sent emails to certain grassroots

groups located in Florida that stated in part:

My name is [T.W.] and I represent a conservative patriot community
named as «Being Patriotic.» . . . So we’re gonna organize a flash
mob across Florida to support Mr. Trump. We clearly understand
that the elections winner will be predestined by purple states. And
we must win Florida. . . . We got a lot of volunteers in ~25 locations
and it’s just the beginning. We’re currently choosing venues for each

location and recruiting more activists. This is why we ask you to 
spread this info and participate in the flash mob.

71. On or about August 4, 2016, Defendants and their co-conspirators created and purchased
Facebook advertisements for the «Florida Goes Trump» rally. The advertisements reached over
59,000 Facebook users in Florida, and over 8,300 Facebook users responded to the advertisements
by clicking on it, which routed users to the ORGANIZATION’s «Being Patriotic» page.
72. Beginning on or about August 5, 2016, Defendants and their co-conspirators used the false

U.S. persona @March_for_Trump Twitter account to recruit and later pay a real U.S. person to 
wear a costume portraying Clinton in a prison uniform at a rally in West Palm Beach.

73. Beginning on or about August 11, 2016, Defendants and their co-conspirators used the false

U.S. persona «Matt Skiber» Facebook account to recruit a real U.S. person to acquire signs and a 
costume depicting Clinton in a prison uniform.

74. On or about August 15, 2016, Defendants and their co-conspirators received an email at 
one of their false U.S. persona accounts from a real U.S. person, a Florida-based political activist
identified as the «Chair for the Trump Campaign» in a particular Florida county. The activist
identified two additional sites in Florida for possible rallies. Defendants and their co-conspirators
subsequently used their false U.S. persona accounts to communicate with the activist about
logistics and an additional rally in Florida.
75. On or about August 16, 2016, Defendants and their co-conspirators used a false U.S.
persona Instagram account connected to the ORGANIZATION-created group «Tea Party News»
to purchase advertisements for the «Florida Goes Trump» rally.
76. On or about August 18, 2016, the real «Florida for Trump» Facebook account responded to 
the false U.S. persona «Matt Skiber» account with instructions to contact a member of the Trump
Campaign («Campaign Official 1») involved in the campaign’s Florida operations and provided

Campaign Official 1’s email address at the campaign domain donaldtrump.com. On 
approximately the same day, Defendants and their co-conspirators used the email address of a false

U.S. persona, joshmilton024@gmail.com, to send an email to Campaign Official 1 at that

donaldtrump.com email account, which read in part:

Hello [Campaign Official 1], [w]e are organizing a state-wide event
in Florida on August, 20 to support Mr. Trump. Let us introduce
ourselves first. «Being Patriotic» is a grassroots conservative online
movement trying to unite people offline. . . . [W]e gained a huge lot
of followers and decided to somehow help Mr. Trump get elected.
You know, simple yelling on the Internet is not enough. There should
be real action. We organized rallies in New York before. Now we’re
focusing on purple states such as Florida.

The email also identified thirteen «confirmed locations» in Florida for the rallies and requested the

campaign provide «assistance in each location.»

77. On or about August 18, 2016, Defendants and their co-conspirators sent money via
interstate wire to another real U.S. person recruited by the ORGANIZATION, using one of their
false U.S. personas, to build a cage large enough to hold an actress depicting Clinton in a prison
uniform.
78. On or about August 19, 2016, a supporter of the Trump Campaign sent a message to the
ORGANIZATION-controlled «March for Trump» Twitter account about a member of the Trump
Campaign («Campaign Official 2») who was involved in the campaign’s Florida operations and
provided Campaign Official 2’s email address at the domain donaldtrump.com. On or about the
same day, Defendants and their co-conspirators used the false U.S. persona
joshmilton024@gmail.com account to send an email to Campaign Official 2 at that
donaldtrump.com email account.
79. On or about August 19, 2016, the real «Florida for Trump» Facebook account sent another
message to the false U.S. persona «Matt Skiber» account to contact a member of the Trump

Campaign («Campaign Official 3») involved in the campaign’s Florida operations. On or about
August 20, 2016, Defendants and their co-conspirators used the «Matt Skiber» Facebook account
to contact Campaign Official 3.

80. On or about August 19, 2016, Defendants and their co-conspirators used the false U.S.
persona «Matt Skiber» account to write to the real U.S. person affiliated with a Texas-based
grassroots organization who previously had advised the false persona to focus on «purple states
like Colorado, Virginia & Florida.» Defendants and their co-conspirators told that U.S. person,
«We were thinking about your recommendation to focus on purple states and this is what we’re
organizing in FL.» Defendants and their co-conspirators then sent a link to the Facebook event
page for the Florida rallies and asked that person to send the information to Tea Party members in 
Florida. The real U.S. person stated that he/she would share among his/her own social media
contacts, who would pass on the information.
81. On or about August 24, 2016, Defendants and their co-conspirators updated an internal
ORGANIZATION list of over 100 real U.S. persons contacted through ORGANIZATION—
controlled false U.S. persona accounts and tracked to monitor recruitment efforts and requests.
The list included contact information for the U.S. persons, a summary of their political views, and
activities they had been asked to perform by Defendants and their co-conspirators.
82. On or about August 31, 2016, Defendants and their co-conspirators, using a U.S. persona,
spoke by telephone with a real U.S. person affiliated with a grassroots group in Florida. That
individual requested assistance in organizing a rally in Miami, Florida. On or about September 9,
2016, Defendants and their co-conspirators sent the group an interstate wire to pay for materials
needed for the Florida rally on or about September 11, 2016.

Case 1:18-cr-00032-DLF Document 1 Filed 02/16/18 Page 30 of 37

83. On or about August 31, 2016, Defendants and their co-conspirators created and purchased
Facebook advertisements for a rally they organized and scheduled in New York for September 11,
2016.
84. On or about September 9, 2016, Defendants and their co-conspirators, through a false U.S.
persona, contacted the real U.S. person who had impersonated Clinton at the West Palm Beach
rally. Defendants and their co-conspirators sent that U.S. person money via interstate wire as an
inducement to travel from Florida to New York and to dress in costume at another rally they
organized.
85. On or about September 22, 2016, Defendants and their co-conspirators created and
purchased Facebook advertisements for a series of rallies they organized in Pennsylvania called
«Miners for Trump» and scheduled for October 2, 2016.
All in violation of Title 18, United States Code, Section 371.

COUNT TWO
(Conspiracy to Commit Wire Fraud and Bank Fraud)

86. Paragraphs 1 through 7, 9 through 27, and 29 through 85 of this Indictment are re-alleged
and incorporated by reference as if fully set forth herein.
87. From in or around 2016 through present, in the District of Columbia and elsewhere,
Defendants INTERNET RESEARCH AGENCY LLC, DZHEYKHUN NASIMI OGLY
ASLANOV, and GLEB IGOREVICH VASILCHENKO, together with others known and
unknown to the Grand Jury, knowingly and intentionally conspired to commit certain offenses
against the United States, to wit:
a. to knowingly, having devised and intending to devise a scheme and artifice to 
defraud, and to obtain money and property by means of false and fraudulent
30

pretenses, representations, and promises, transmit and cause to be transmitted, by 
means of wire communications in interstate and foreign commerce, writings, signs,
signals, pictures, and sounds, for the purposes of executing such scheme and
artifice, in violation of Title 18, United States Code, Section 1343; and
b. to knowingly execute and attempt to execute a scheme and artifice to defraud a 
federally insured financial institution, and to obtain monies, funds, credits, assets,
securities and other property from said financial institution by means of false and
fraudulent pretenses, representations, and promises, all in violation of Title 18,
United States Code, Section 1344.
Object of the Conspiracy
88. The conspiracy had as its object the opening of accounts under false names at U.S. financial
institutions and a digital payments company in order to receive and send money into and out of 
the United States to support the ORGANIZATION’s operations in the United States and for self—
enrichment.
Manner and Means of the Conspiracy
89. Beginning in at least 2016, Defendants and their co-conspirators used, without lawful
authority, the social security numbers, home addresses, and birth dates of real U.S. persons without
their knowledge or consent. Using these means of stolen identification, Defendants and their co—
conspirators opened accounts at a federally insured U.S. financial institution («Bank 1»), including
the following accounts:

90. Defendants and their co-conspirators also used, without lawful authority, the social security
numbers, home addresses, and birth dates of real U.S. persons to open accounts at PayPal, a digital
payments company, including the following accounts:

Approximate Date Account Name Means of Identification
June 16, 2016 T.B. Social Security Number
Date of Birth
July 21, 2016 A.R. Social Security Number
Date of Birth
July 27, 2016 T.C. Social Security Number
Date of Birth
August 2, 2016 T.W. Social Security Number
Date of Birth

Approximate Date Initials of Identity
Theft Victim Means of Identification
June 16, 2016 T.B. Social Security Number
Date of Birth
July 21, 2016 A.R. Social Security Number
Date of Birth
August 2, 2016 T.W. Social Security Number
Date of Birth
November 11, 2016 J.W. Home Address
January 18, 2017 V.S. Social Security Number

Defendants and their co-conspirators also established other accounts at PayPal in the names of 
false and fictitious U.S. personas. Some personas used to register PayPal accounts were the same
as the false U.S. personas used in connection with the ORGANIZATION’s social media accounts.

91. Defendants and their co-conspirators purchased credit card and bank account numbers from
online sellers for the unlawful purpose of evading security measures at PayPal, which used account
numbers to verify a user’s identity. Many of the bank account numbers purchased by Defendants

and their co-conspirators were created using the stolen identities of real U.S. persons. After
purchasing the accounts, Defendants and their co-conspirators submitted these bank account
numbers to PayPal.

92. On or about the dates identified below, Defendants and their co-conspirators obtained and
used the following fraudulent bank account numbers for the purpose of evading PayPal’s security
measures:

Approximate Date Card/Bank Account
Number
Financial
Institution
Email Used to Acquire
Account Number
June 13, 2016 xxxxxxxxx8902 Bank 2 wemakeweather@gmail.com
June 16, 2016 xxxxxx8731 Bank 1 allforusa@yahoo.com
July 21, 2016 xxxxxx2215 Bank 3 antwan_8@yahoo.com
August 2, 2016 xxxxxx5707 Bank 1 xtimwaltersx@gmail.com
October 18, 2016 xxxxxxxxx5792 Bank 4 unitedvetsofamerica@gmail.com
October 18, 2016 xxxxxxxxx4743 Bank 4 patriototus@gmail.com
November 11, 2016 xxxxxxxxx2427 Bank 4 beautifullelly@gmail.com
November 11, 2016 xxxxxxxxx7587 Bank 5 staceyredneck@gmail.com
November 11, 2016 xxxxxxxx7590 Bank 5 ihatecrime1@gmail.com
November 11, 2016 xxxxxxxx1780 Bank 6 staceyredneck@gmail.com
November 11, 2016 xxxxxxxx1762 Bank 6 ihatecrime1@gmail.com
December 13, 2016 xxxxxxxx6168 Bank 6 thetaylorbrooks@aol.com
March 30, 2017 xxxxxxxxx6316 Bank 3 wokeaztec@outlook.com
March 30, 2017 xxxxxx9512 Bank 3 wokeaztec@outlook.com

Case 1:18-cr-00032-DLF Document 1 Filed 02/16/18 Page 34 of 37

93. Additionally, and in order to maintain their accounts at PayPal and elsewhere, including
online cryptocurrency exchanges, Defendants and their co-conspirators purchased and obtained
false identification documents, including fake U.S. driver’s licenses. Some false identification
documents obtained by Defendants and their co-conspirators used the stolen identities of real U.S.
persons, including U.S. persons T.W. and J.W.
94. After opening the accounts at Bank 1 and PayPal, Defendants and their co-conspirators
used them to receive and send money for a variety of purposes, including to pay for certain
ORGANIZATION expenses. Some PayPal accounts were used to purchase advertisements on 
Facebook promoting ORGANIZATION-controlled social media accounts. The accounts were also
used to pay other ORGANIZATION-related expenses such as buttons, flags, and banners for
rallies.
95. Defendants and their co-conspirators also used the accounts to receive money from real
U.S. persons in exchange for posting promotions and advertisements on the ORGANIZATION—
controlled social media pages. Defendants and their co-conspirators typically charged certain U.S.
merchants and U.S. social media sites between 25 and 50 U.S. dollars per post for promotional
content on their popular false U.S. persona accounts, including Being Patriotic, Defend the 2nd,
and Blacktivist.
All in violation of Title 18, United States Code, Section 1349.

COUNTS THREE THROUGH EIGHT
(Aggravated Identity Theft)

96. Paragraphs 1 through 7, 9 through 27, and 29 through 85, and 89 through 95 of this
Indictment are re-alleged and incorporated by reference as if fully set forth herein.
97. On or about the dates specified below, in the District of Columbia and elsewhere,
34

Defendants INTERNET RESEARCH AGENCY LLC, DZHEYKHUN NASIMI OGLY
ASLANOV, GLEB IGOREVICH VASILCHENKO, IRINA VIKTOROVNA KAVERZINA, and
VLADIMIR VENKOV did knowingly transfer, possess, and use, without lawful authority, a 
means of identification of another person during and in relation to a felony violation enumerated
in 18 U.S.C. § 1028A©, to wit, wire fraud and bank fraud, knowing that the means of 
identification belonged to another real person:

Count Approximate Date Initials of Identity
Theft Victim Means of Identification
3 June 16, 2016 T.B. Social Security Number
Date of Birth
4 July 21, 2016 A.R. Social Security Number
Date of Birth
5 July 27, 2016 T.C. Social Security Number
Date of Birth
6 August 2, 2016 T.W. Social Security Number
Date of Birth
7 January 18, 2017 V.S. Social Security Number
8 May 19, 2017 J.W. Home Address
Date of Birth

All in violation of Title 18, United States Code, Sections 1028A(a)(1) and 2.
FORFEITURE ALLEGATION
98. Pursuant to Federal Rule of Criminal Procedure 32.2, notice is hereby given to Defendants
that the United States will seek forfeiture as part of any sentence in accordance with Title 18,
United States Code, Sections 981(a)(1)(C) and 982(a)(2), and Title 28, United States Code, Section
2461©, in the event of Defendants’ convictions under Count Two of this Indictment. Upon
conviction of the offense charged in Count Two, Defendants INTERNET RESEARCH AGENCY
LLC, DZHEYKHUN NASIMI OGLY ASLANOV, and GLEB IGOREVICH VASILCHENKO

shall forfeit to the United States any property, real or personal, which constitutes or is derived from
proceeds traceable to the offense of conviction. Upon conviction of the offenses charged in Counts
Three through Eight, Defendants INTERNET RESEARCH AGENCY LLC, DZHEYKHUN
NASIMI OGLY ASLANOV, GLEB IGOREVICH VASILCHENKO, IRINA VIKTOROVNA
KAVERZINA, and VLADIMIR VENKOV shall forfeit to the United States any property, real or 
personal, which constitutes or is derived from proceeds traceable to the offense(s) of conviction.
Notice is further given that, upon c onviction, t he United States intends to seek a judgment against
each Defendant for a sum of money representing the property described in this paragraph, as 
applicable to each Defendant (to be offset by the forfeiture of any specific property).
Substitute Assets
99. If any of the property described above as being subject to forfeiture, as a result of any act or 
omission of any defendant -—
a. cannot be located upon t he exercise of due diligence;
b. has been transferred or sold t o, or deposited with, a third party;
c. has been placed beyond t he jurisdiction of the court;
d. has been substantially diminished in value; or 
e. has been commingled with other property that cannot be subdivided without
difficulty;

it is the intent of the United States of America, pursuant to Title 18, United States Code, Section
982(b) and Title 28, United States Code, Section 246l©, incorporating Title 21, United States
Code, Section 853, to seek forfeiture of any other property of said Defendant.
(18 U.S.C. §§ 98l(a)(l)(C) and 982; 28 U.S.C. § 2461©)
t?(t-Jv/4.dl ~
Robert S. t1ueller, III __.
Special Counsel
U.S. Department of Justice

A TRUE BILL:
Foreperson
Date: February_, 2018

Оригинал документа

17 февраля 2018

Рожденные 17 февраля

Илона Броневицкая актриса, певица
Антон Вайно руководитель Администрации президента РФ, постоянный член Совета безопасности РФ
Евгений Гришковец режиссер, актер, драматург
Майкл Джордан американский баскетболист, легенда мирового баскетбола
Николай Куликов генерал-полковник милиции в отставке, нач. управления по работе с органами обеспечения безопасности Правительства Москвы (2000–2008)
Денис Майданов поэт, композитор, исполнитель, продюсер, заслуженный артист России
Джулия Маккензи британская актриса театра и кино, режиссер
Вячеслав Малежик композитор, певец, заслуженный артист России
Евгений Миллер артист Московского театра под руководством Олега Табакова, киноактер
Пэрис Хилтон актриса, дизайнер
J 1069 человек проголосовало. Смотреть результаты

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире