11:50 , 16 августа 2012

Деятели культуры – о грядущем приговоре участницам Pussy Riot

809333
Чулпан Хаматова, актриса:

Я бы очень хотела, чтобы здравый смысл хоть какой-то вернулся в эту историю и во всё это происшествие.
Чтобы хватило мудрости не продолжать это безумие. Остановить. Выпустить девушек. Уже достаточно прошло количество времени и перипетий для того, чтобы это просто вошло в историю, стало её одной из, может быть, не очень приятных и не очень понятных страниц. Перешагнуть и пойти дальше.

КОРРЕСПОНДЕНТ: Как вы думаете, нужно ли завтра придти к суду? Есть ли в этом смысл?

Ч.ХАМАТОВА: Практического смысла…
Не знаю, насколько он есть. Возможно, это повлияет на решение судей – приходом…
Но придти поддержать непосредственно участниц и друг друга, наверное, увидеть людей, которые думают одинаково – в этом смысл, наверное, есть. Безусловно.




809395
Дарья Мороз, актриса

Д. МОРОЗ — Мне кажется, что они не совершали никакого преступления. Они не убивали никого, не насиловали и так далее. Мне кажется, что дикость, что они сейчас сидят в тюрьме, а преступники разгуливают по свободе. И мне очень радостно, что какой-то зарубежный резонанс эта история получила. Может быть, повлияет как-то на всю эту ситуацию.

КОРРЕСПОНДЕНТ: — Как вы считаете, завтра имеет смысл идти к суду? Эта акция может на что-то повлиять?

Д. МОРОЗ — Не знаю, но я на это надеюсь, что она может как-то повлиять. Вообще, что все акции какие-то могут повлиять. Что это всё не просто так, мы ходим на демонстрации, ходим на Болотную площадь и так далее. Я надеюсь, что как-то это может повлиять.


809397

Константин Богомолов, режиссер:

По-моему, здесь не может быть двух мнений по поводу того, что происходит после акции самих этих девушек. Если по отношению к этой акции мнения могут быть различными, то по отношению к тому, какие действия принимает государство к этим девушкам, отношение однозначно негативное. Потому что меры пресечения, способы вообще преследования их — они неадекватны.

Я думаю, что это такое отчасти политическое преследование, отчасти демонстративная порка. И я думаю, что все, что касается завтрашней акции (в поддержку PR — «Эхо Москвы»), имеет право быть и должно происходить, потому что если бы суд был честным, независимым, порядочным, адекватным, тогда любые акции вокруг суда, носили бы несколько странный характер. Зачем митинговать по поводу справедливо происходящего разбирательства, расследования и так далее? Но так как расследование, разбирательство, всё, что происходит, настолько очевидно, настолько явно несправедливо, мне кажется, в этой ситуации любые акции в поддержку этих девушек, любые акции, направленные на выражение протеста против беспредела, который происходит, они имеют право быть.

Идти надо. Надо бороться, надо бороться всеми мирными возможными средствами. Надо протестовать всеми мирными возможными средствами, хотя бы для того, чтобы не было мучительно стыдно за бесцельно прожитые годы. А повлияет или нет — я в этом отношении скептичен, я считаю, что властям глубоко и надолго наплевать на общественное мнение.




809053
Борис Стругацкий, писатель:

Я, вообще говоря, не люблю хулиганство, ни в каком виде. Тем более, хулиганство демонстративное, наглое и вызывающее.
То, что хулиганство это вызвало… имело политический акцент, сути дела не меняет, поганости поступка не отменяет вовсе.

Лично я определил бы девочкам мыть полы в женском монастыре, суток 15 подряд.
Я считаю, это было бы более чем достаточное наказание. Но власть, как это у нас бывает слишком часто, отреагировала на инцидент настолько неадекватно, настолько бездарно, настолько бюрократически тупо, что вместо отвращения к хулиганам вызвала отвращение к себе, и к нашей доблестной юстиции.

Такое впечатление, что она поставила перед собой специальную цель: расколоть российское общество как можно глубже, чтобы пропасть образовалась между людьми, по-разному относящимся к событиям, чтобы сделать этих людей взаимно непримиримыми и взаимоненавистниками.

Я с ужасом и отчаянием читаю, что пишут наши граждане по этому поводу.
И наблюдаю: уже прирожденные дураки демонстрируют безграничную свою глупость, отпетые люмпены – безмерную жестокость свою, настроенную на злобе и ненависти.

Зачем?
Зачем и кем запущен аппарат взаимонепонимания, яростного желания обличить врага и стереть его с лица земли? Кому это понадобилось?

Не знаю.
Но отвращение невозможно описать. Вот моя позиция.

КОРРЕСПОНДЕНТ: Борис Натанович, как вы думаете, имеет ли смысл, нужно ли 17 числа, в пятницу, тем, кто подписал это письмо, кто находится в Москве, деятели культуры, кто может это сделать, может быть нужно прийти к суду? Или нет в этом смысла?

Б.СТРУГАЦКИЙ: Если говорить откровенно, практического смысла в этом нет никакого.
Но ведь кроме практики, существуют ещё некие представления о нравственности. Но думаю, что если бы я жил в Москве и был бы здоров, я бы пришел.


809055
Сергей Юрский, народный артист России

Говорят, время лечит, раны затягиваются сами.
В данном случае, в истории с этими тремя молодыми женщинами, так не происходит.

Идут месяцы…
Месяцы их тюремного заключения. Следственного. Общество по-прежнему кипит, из кастрюли уже выходит не только пар, но уже и жидкость.

Раньше, в своей художественной среде, среди моих знакомых, товарищей даже говорили: «Да высечь их надо, и всё». Теперь другое говорят. Поднимается какое-то общественное злорадство. Говорят: «Так и надо, и ещё больше надо». Может, скоро прозвучит: «Распни их!».

Я был из тех, кто подписал это письмо протеста.
Не в защиту их, а в защиту их человеческих и гражданских прав, которые жестоко нарушены.

Что же происходит сейчас?
На днях суд, мы выслушаем, видимо, его приговор. Самое ужасное – если действительно общество будет ждать этого со злорадством и призывать судью быть жестоким.

Что происходит с нашим обществом, частью которого является и церковь?
Мы все – общество. Если в этом обществе нарушились инстинкты сострадания, инстинкты справедливости, инстинкты какого-то общественного внимания друг другу, недоверия друг другу, мстительности. Это общество сильно больно.

Нам нужно задуматься сейчас, вот на этом, в конце концов, пустяковом событии.
Пустяковом, которое должно было уйти, оно не уходит. Я очень встревожен.

Я хочу сказать сейчас, вот в этот день, слова…
Во-первых, что все разговоры, что «да кто это подписывал, никто не подписывал, это собрали подписи…». Вот я про свою подпись говорю. Я подписывал, подписывал сознательно. И сейчас говорю: нужно опомниться и не превращаться в общество злорадства.

Задумаемся, а может быть, и выскажемся, а может быть – и поспорим.
Поспорим, давайте ещё поспорим, но задумаемся просто о трёх людях, которые беззаконно находятся как опасные преступники за нечто, что не подлежит такому воздействию.


809056
Евгений Хавтан, музыкант:

Я абсолютно искренне считаю, что это не уголовное преступление, а административное.
И то, что происходит сейчас на наших глазах – это прямое нарушение всего просто.

Ни в коем случае нельзя этих девчонок несчастных арестовывать, давать им срок.
Они уже отсидели свое, у них дети. Это будет абсолютно неправильно, если это произойдет.

И поэтому – остался один или два дня – мне кажется, что очень важно, что максимальное количество голосов поддержали.

КОРРЕСПОНДЕНТ: Как вы думаете, нужно в пятницу тем, кто подписал это письмо, кто может находиться в Москве – придти к суду, и просто показать свои лица?

Е.ХАВТАН: Я думаю…
Я не уверен, что это принесет какие-то результаты, кроме поддержки самим девушкам. Но если есть у кого-то такая возможность, то это было бы сделать неплохо.


Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире