В предместье Парижа изувер отрезал голову сорокасемилетнему учителю истории Самюэлю Пати. Педагог попал в очередную историческую адскую воронку.

При этом известии кровь стучит в висках, дыхание сбивается, наступает онемение. В ушах звучит реквием.

Реквием — заупокойная месса, траурная оратория. Но что-то не позволяет ограничится траурным ритуалом, успокоив на том душу.

Приходится обращаться к словам, вопреки тому, что почти все они девальвировали, превратившись в симулякры. Зачем?

Чтобы преодолеть безмолвие в состоянии ужаса по отношению к себе и к ситуации, а точнее к ситуациям.

Октябрьская катастрофа в Париже — не единственная. Трагический уход из жизни журналистки Ирины Славиной из того же ряда. Ее уже называют волжской Жанной д’Арк, отмечая отвагу и смерть в огне.

Ирина тоже учительница русского языка и литературы, отработавшая в школе несколько лет. В журналистику она пришла, расценив эту сферу деятельности как оптимальную для конкретной защиты попранной справедливости. Чего другого, а врожденного чувства справедливости у Ирины было не занимать. Дети его чувствуют буквально кожей, ожидая от педагога единства слова и дела.

Французский преподаватель и нижегородская учительница — ровесники, 1973 года рождения. Биографии и профессия у этих людей схожие, а вот посмертие разное. Почему?

Во Франции прощание с педагогом приняло общенациональный масштаб. Ибо в этой стране институт школы почти священен, а к учителям относятся с большим уважением.

Республиканские ценности зиждутся на свободе, просвещении, равенстве и братстве. Одним из ключевых столпов школы является светскость.

Отсюда четкая, внятная, единая позиция общества и властей: «Мы все должны консолидироваться для защиты педагогов и поддержания у них нужного настроения и рабочего духа. Страх — не наша религия».

Почему подобной реакции не вызвала гибель Ирины даже в ее родном городе?

Потому что страх — системообразующая категория российской жизни. Ныне он многократно усилен пандемией и нарастающей угрозой терроризма. Двойная угроза неизбежно порождает пещерные реакции.

Кто зарезал французского преподавателя? Изувер! Настаиваю именно на этом термине, ибо изувер не имеет никакого отношения к истинной вере. Изувер — человек доходящий до крайней дикой жестокости, действующий исходя из религиозной нетерпимости и фанатизма.

Кто убил — чеченец по национальности, уроженец Москвы, человек, получивший вид на жительство во Франции — не имеет НИ-КА-КОГО значения. Убил изувер. А еще юноша с неустойчивой психикой, которого вдохновили на это преступление вполне взрослые, отвечающие за свои слова и поступки люди, включая родных и близких.

Помимо страха и пещерных реакций, двойная угроза повсеместно порождает стремление поступиться свободой во имя безопасности, а также ложные обобщенные аналитические выводы.

Среди таких неправомерных обобщений — тезис о непримиримой борьбе двух цивилизаций: иудео — христианской и мусульманской. Но это всего лишь жупел, действующий на сознание неискушенный в истории и культуре людей. Он лишь комуфлирует подлинные причины локальных военных конфликтов, обусловленных меркантильными интересами политических элит.

Но их «дело прочно, когда под ним струится кровь». Гибель людей по обе стороны баррикад неизбежно порождает распри среди недавних друзей, возводит глухие непробиваемые стены даже внутри семей.

Да, терроризм — печальная реальность и опасность его нарастает. Существование на стороне бесстрашия не сулит рая на Земле. Эксцессы возможны.

Но что на другом полюсе? Тотальный контроль государства за своими подданными и полицейщина.

И вот уже в вузы и школы идут циркуляры спецслужб, требующие оперативной информации о настроениях молодежи. Цель — пресечь в зачатке протестные настроения вступающих в жизнь поколений.

Практика веками опробованная в нашем отечестве неизбежно заканчивающаяся провалом, поскольку именно она приводила к радикализации молодежи.

Но, в который раз наступая на те же грабли, мы, наряду с созданием гиперзвукового оружия, стремимся создать такую обстановку, когда скорость стука будет опережать скорость звука.

Жертвой этой превентивной стратегии безопасности и стала Ирина Славина. Отсюда ее трагический вывод, вылившийся в прямое обвинение государственных институций. После такого обвинения трудно ожидать общенациональной акции в ее память.

Нам всем придется выбирать на чьей мы стороне: страха или бесстрашия. Каждый выбирает для себя, делает свой вывод с пониманием возможных последствий.

Свой вывод сделал и Депутат Законодательного Собрания Санкт-Петербурга, учитель истории Максим Резник, открыто выступивший против гибридной полицейщины в образовании. (Он ровесник Пауля и Ирины, 1974 года рождения)

В сложившихся условиях невероятно возрастает роль педагогов, как главных носителей и хранителей подлинной культуры, призванных передавать ее ценности и смыслы новым поколениям.

Другого пути нет и не будет.

Все названные здесь люди НЕ ЖЕРТВЫ.

Они стойкие оловянные солдаты, воюющие на стороне бесстрашия, а, по сути дела, добра.



Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире