13:23 , 14 марта 2019

Почему на земле постоянно повреждают самолеты

В Шереметьево стукнули Boeing грузовой авиакомпании AirBridgeCargo.

Удивлены? Я — ни капли. До этого, в конце января (чуть больше месяца назад) повредили борт Nordwind, в результате чего сотни пассажиров сначала ждали, пока их выпустят из поврежденного самолета, а затем гадали, как скоро получится попасть в место назначения. Причина — несоответствие устанавливаемых под колеса воздушного судна колодок. Да, вроде бы такая мелочь (как кажется людям, непричастным к авиации) — а расходы на многие миллионы.

Самолетам в Шереметьево образца 2019 года вообще не очень везет — то один вылетит со скользкой полосы, сломав шасси, то другой выкатится, то вернется в аэропорт из-за недостаточно тщательного наземного обслуживания…

Теперь же повреждение самолета при буксировке, осуществляемой силой сотрудников «Шереметьево Хэндлинг». Компании, получившей такое звучное название не так давно, но уже успевшей составить о себе определенное мнение клиентов.

О причинах массовой потери багажа (когда теряют багаж известных певиц и футболистов — об этом пишут СМИ, а вот простые пассажиры вынуждены пользоваться социальными сетями и прочими интернет-инструментами) сказано уже немало, но мне хотелось бы заострить внимание именно на повреждении воздушных судов. И доказать, что подобные ситуации будут повторяться с ненормальной для международного аэропорта частотой.

Посмотрите на иллюстрацию. Это закрытая от глаз посторонних людей часть аэропорта Шереметьево, раньше на ней располагались ремонтные мастерские, то есть участок, ответственный за содержание техники и оборудования. Сейчас там, как мы видим, не очень уютно. 

(На некогда кипящем жизнью участке — тоска и запустение)

Самый яркий пример недостатка технического обслуживания — это трапы, которые работники вынуждены заводить дедовским методом, простите за такой термин — дёргая за шнурок, хотя все они оборудуются с завода аккумуляторными батареями. Что с ними случилось? Их похитили? Или может они разряжены и неработоспособны? Их давно пора заменить, но нет денег?

(Кружочком отмечено место, где должен стоять аккумулятор. Там же виден ручной стартер, которым работники от безысходности заводят это чудо техники)

Представьте себе, что Вы вызываете такси бизнес-класса, а водитель, извиняясь, выходит из машины и заводит ее с помощью рукоятки. Подпортит настроение, правда? Сразу же мысли — если аэропорт не может отследить наличие аккумуляторов, не сложится ли этот бесхозный трап под ногами пассажиров, как будет в Барнауле? Никому не хочется лететь несколько метров до холодного и негостеприимного перронного покрытия, оно очень твердое…

Напугал? Пугаю дальше — все это оборудование должно стоять на учете в органах технадзора, за ним должны следить и проверять ответственные лица… Но на деле табличек, указывающих на успешное прохождение оборудованием частичного и полного технического обслуживания (так называемые ЧТО и ПТО) просто нет. Как за ними следят? Кто их обслуживает? Контролируют ли этот процесс государственные органы? Вопросы, ответы на которые не очень вдохновляют пассажиров.

(Трап, у которого нет ни государственного регистрационного знака, ни табличек о прохождении необходимых проверок… Возможно, по нему доведется идти Вам или Вашим близким, уважаемый читатель)

К слову, забавная мысль — интересно, а как собственно государственным органам контролировать все эти процессы, если их представителей Шереметьево банально не пускает, запрещая проводить проверки? К сожалению для нас (пользователей услуг), наличие уважаемого (в кругах чиновников) хозяина у бизнеса дает ему фактический иммунитет.

И да — похожая ситуация не только с трапами — табличек о прохождении своевременного техобслуживания нет и на многих контейнеропогрузчиках. 

Согласитесь, посмотрев на все эти фотографии, трудно удивляться очередным новостям о поврежденных самолетах. А ведь это — лишь маленький кусочек внутренней жизни Шереметьево, куда удалось заглянуть одним глазом. Что же откроет полная картина внутренней кухни порта, скрытая за многочисленными победами в конкурсах, красивыми проектами и воздушными замками?

И тут возникает совершенно резонный вопрос к контролирующим структурам — взять тот же Шереметьево Хэндлинг, повредивший самолет и теряющий багаж. Его генеральный директор — Андрей Никулин — по совместительству является первым заместителем генерального директора АО «МАШ» — то есть самого аэропорта. Причем сфера его «заместительства» — именно производство. Получается что должностное лицо аэропорта, ответственное за качественную работу по обслуживанию воздушных судов, одновременно является руководителем одной из компаний, эти самые воздушные суда обслуживающей (причем не очень успешно). Нормально ли это? Что может прокомментировать нам Федеральная Антимонопольная служба и ее руководитель Игорь Артемьев?

А другие? По случаю аварии грузового «Боинга» «возбудились» и Прокуратура, и Следственный комитет. Сколько уже было таких пресс-релизов, но ни разу мне не доводилось слышать об итогах рассмотрения. Меры то какие-нибудь принимаются? Или самолеты так и будут таранить телетрапы, осветительные мачты и неубранные сугробы вокруг взлетно-посадочной полосы?


P.S. Когда этот материал уже был готов, стало известно, что в Шереметьево повредили очередной самолет — Boeing-777 авиакомпании «Россия», причем заметили повреждение уже после посадки пассажиров — то есть в очередной раз не сработала система контроля. Сколько можно надеяться на везение?



Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире