Совсем недавно вновь побывал в Италии.
История с «порнографической выставкой» в Москве заставила вспомнить особенно остро то, о чем не раз задумывался в течение последних десяти лет.
Был такой Беннито Муссолини. В общем-то считающийся родоначальником понятия «фашизм».
Правда фашизм «по Муссолини» это немного другое, чем то, с чем пришлось столкнуться Европе и России после прихода к власти Гитлера, но все же это фашизм.
Так вот, родоначальник фашизма Муссолини заключил 11 февраля 1929 г. договор между папой Римским и итальянским государством (Латеранский договор).
Католической церкви этот договор был безусловно выгоден, т.к. он положил конец многовековым спорам между церковью и Италией относительно статуса Ватикана. Ватикан был признан государством с территорией около 44 гектаров, границами, собственной армией и прочими государственными причиндалами.
Муссолини за это имел благословение церкви на все свои действия, в том числе и на войну. Ватикан даже предоставлял заем Муссолини на военные нужды.
Но для простых смертных Латеранский договор, действующий и по сей день, оказался тоже не бесполезным.
Одним из условий этого договора стало то, что каждый, подчеркиваю, каждый, вне зависимости от расы, национальности и религиозной принадлежности, кто пожелает увидеть сокровища папских музеев, будет допущен на территорию государства Ватикан беспрепятственно.
Замечу особо, что допуск на территорию государства производится без выдачи въездных и выездных виз, но под пристальным контролем полиции и, вероятно, таможни (вероятно потому, что сам не углядел, но намекали, что таковая имеется).

Одним из самых поразительных сокровищ Ватикана, на мой взгляд, является Сикстинская капелла, а точнее ее стены, расписанные фресками работы гениального Микеланджело Буанаротти.
Впервые для росписи купола Сикстинской капеллы Микеланджело был приглашен папой Климентом VII. Причем, легенда гласит, что папа внял советам, которые давались со злым умыслом. Микеланджело был скульптором, а фреска, это совсем другой вид искусства. Советчик рассчитывал на позор Микеланджело, который, по его замыслу не должен был справиться с работой.
Однако гении, подобные великому Буанаротти, рождаются, наверное, не каждое тысячелетие.
Микеланджело, работая совершенно один, за четыре года создал творение, которое, как мне кажется, будет восхищать человечество еще многие века.
Приступая к работе,Микеланджело поставил условие: за его работой никто не будет смотреть. В помещение доступ был разрешен исключительно папе Клименту VII. Лишь он один мог наблюдать за тем, как рождается чудо.
Работа Микеланджело настолько потрясла Климента VII, что спустя короткое время он предложил Микеланджело расписать стены Сикстинской капеллы. По его замыслу на алтарной стене капеллы должна была появиться роспись «Воскресение».
Однако Климент VII умер на второй день после приезда Микеланджело, а его преемник, папа Павел III, поддержав своего предшественника в замысле о росписи и его исполнителе, изменил тему.
Поэтому на алтарной стене Сикстинской капеллы изображена сцена Страшного суда.


Описанию этого потрясающего по своей силе произведения посвящено много слов.
Но мне, в свете сегодняшнего дня, все время вспоминаются два эпизода.

Микеланджело на этот раз запретил кому-либо следить за своей работой и творил в полном одиночестве. Даже папе Павлу III был запрещен вход в капеллу.
Когда работа была закончена почти полностью, Микеланджело позволил папе и его окружению взглянуть на работу.

Папа Павел III был настолько потрясен, что в ужасе упал на колени перед фреской, умоляя Господа не вспоминать о его грехах в день Суда.
Ведь Микеланджело, вопреки существовавшей традиции, изменил понимание Страшного суда и, вместо торжества Справедливости над Злом, изобразил сцену бессилия человека перед лицом Судьбы, представив религиозную тему как человеческую трагедию гигантского масштаба, когда Второе пришествие Христа становится днем гнева и ужаса, борьбы страстей и безнадежного отчаяния.

Но что вызвало больше всего споров и критики, так это то, что всех, абсолютно всех персонажей фрески Микеланджело изобразил обнаженными, чего, особенно в те времена, церковь не просто не одобряла, а прямо запрещала.
В ответ на критику Микеланджело приводил простой довод: в день Страшного суда человеку невозможно ничего скрыть, а значит одежда ему ни к чему.

Наиболее злобствующему критику — церемониймейстеру папы Бьяджо да Чезена, который измучил папу Павла III упреками в том, что тот допускает нахождение в святом месте фрески, более подходящей для бани, Микеланджело отмстил изысканно.
Он, заканчивая фреску, поместил персонаж с лицом да Чезена в правый нижний угол фрески, в самую пучину Ада и украсил его ослиными ушами царя Миноса.
Причем на фреске Микеланджело только да Чезена «одет».
Его обнаженное тело обвивает гигантская змея, которая впивается в то самое место, которое да Чезена полагал непристойным для обозрения.

Мольбы да Чезена к папе о том, чтобы тот заставил Микеланджело убрать его изображение остались тщетны.
Папа, не без юмора отвечал: если бы он поместил тебя наверху (в Раю), то я еще мог бы что-то сделать, а внизу — я бессилен.
Когда к власти в католической церкви пришел папа Павел VI, то он пытался заставить Микеланджело «прикрыть срамные части». На что Микеланджело отвечал: «передайте папе, что это дело пустячное. Пусть он наведет порядок в мире, а навести порядок в живописи можно быстро».

Уже после смерти Микеланджело в живописи «порядок навели» не трогая «мир».
Работу поручили Даниеле да Вольтера, большому почитателю Микеланджело. Он изобразил всем персонажам всевозможные тряпочки, прикрывающие наготу, за что получил прозвище «брачетоне» (рисовальщик штанов), но особой славы не заслужил.
Кстати, Миноса (да Чезена) да Вольтера не тронул и оставил в первозданном виде.

После да Вольтера еще несколько раз пытались «привести искусство и религию к взаимному согласию», дорисовывая «штаны» на фреске Страшного суда.
Один раз даже дошли до того, что хотели сбить фреску совсем, но Римская Академия Святого Луки «встала грудью» и отстояла гениальное произведение.

Так ханжество и глупость на время победили искусство и одухотворенность.

Но… капелла все еще стоит, люди туда все еще ходят, функцию религиозной святыни она исправно исполняет. В 1981-1994 году фрески Микеланджело реставрировали, т.к. уж очень сильно их закоптило свечами за эти века. И все вдруг узнали, что Микеланджело писал очень яркими, радостными красками, а не угрюмыми и темными, как казалось долгое время.
И большую часть нарисованных «штанов» реставраторы тоже убрали. Остались только те, которые в самом начале дорисовал да Вольтера.
Не зря же он был учеником и почитателем Великого Мастера.



Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире