12:20 , 11 ноября 2013

Колючая граница между Грузией и Россией. Фоторепортаж

В Грузии эту границу называют административной. В России её называют государственной. Российская формулировка туманна и расплывчата: «госграница Южной Осетии и Грузии». На самом деле, конечно, это фикция. Какая Южная Осетия?

Есть Россия, в состав которой, фактически, вошла эта территория.

Есть Грузия, которая считает происходящее оккупацией и аннексией. И колючая проволока на самом деле разделяет Россию и Грузию.

Ещё есть остальной мир и международное право. С точки зрения остального мира и международного права никакой «Южной Осетии» нет.  Нет такой страны, нет на международных картах, на глобусах, её не признаёт ни ООН, ни Евросоюз, ни МОК, ни организация международной  авиации…

Жители «ЮО» имеют российские паспорта и получают российскую пенсию. Границы здесь охраняют российские погранвойска. Москва полностью содержит эту территорию, которая  сегодня превращена в одну большую российскую военную базу. Какая «Южная Осетия»? Какая независимость? Это для дураков.

Реалии таковы, что сегодня Россия , практически, открыто аннексировала часть территории соседнего государства. И не нужно с этим спорить, лучше перечитать предыдущий абзац. Какая такая независимость?

Сейчас российские пограничники активно укрепляют разделительную линию, тянут колючую проволоку. При этом они используют карты административной границы 1921 года, а поскольку с того времени многое изменилось, то бывает, что колючая проволока тупо перерезает на две части одно и тоже село, кладбище, чей-то сад.

Излишне даже говорить, о том, что перерезаемые на две части сёла, кладбища и сады — грузинские. Когда нужно, или, когда хотят, разделительную линию бесцеремонно передвигают на юг.

При этом, смотря как посмотреть на вещи — с одной стороны на части режут  Грузию,  с другой — Кремль прячет аннексированное в сундук… вернее за колючую проволоку. 

Вчера мне удалось побывать на этой...как бы её правильнее назвать, скажем так: «колючей границе» и посмотреть, что там происходит и как живёт грузинское население.

Военно-грузинская дорога — бетонное покрытие, так её отстроят до Батуми. Нужно сказать, что дороги в сегодняшней Грузии очень хорошие.

Во время войны 2008, здесь был блок российский блок пост с танками.

Это домики выстроенные для грузинских беженцев. После войны грузинские сёла в «ЮО» совершенно открыто снесли бульдозерами, население изгнали.

Кокойты тогда сказал: «Грузины сюда больше не вернутся, на месте их сёл выстроим российские военные базы».

После этих слов с ним продолжали нормально общаться высшие руководители России, он оставался главой самопровозглашённой республики. Медведев и Путин продолжали говорить красивые слова про то, что война не с грузинским народом, к которому они испытывают только светлые чувства.

В то самое время бульдозеры совершенно открыто сравнивали грузинские сёла с землёй. 

Застройка типовая, дома простые, без всяких изысков. Но их построили очень быстро и, во всяком случае, никто не остался без крова.

Это не беженцы, обычное село. Во время войны эти сёла оказались отрезаны от остальной части страны.

Ещё один посёлок для беженцев. Мы уже свернули с Военно-грузинской дороги на север и находимся в непосредственной близости от разделительной линии. До неё ехать километра 3-4.

Люди говятся к зиме, заготавливают дрова, продукты, сено для скота…

Этого мужчину зовут батоно Ило. Он жил в селе Кцуиси, которое осталось в зоне оккупации. Не жалуется, держится достойно. Простой добродушный селянин. Я спрашиваю на, что он живёт. Разводит руками, говорит: «Ну, бывают какие-то работы временные». Социальное пособие, которое он получает составляет 28 лари в месяц. Это мизер.

Батоно Ило воспринимает всё с чисто крестьянским спокойствием, терпением. Ни оптимизма, ни пессимизма. Спокойствие, которому позавидуют философы.

Брошенные дома у самой разделительной линии. 

Виноградники, сады, всё запущено, окна выбиты. На дереве спеет хурма, которую никто не собирает.

Заброшенные оросительные канавки. Эти ещё советского времени. Паралельно им тянутся пошире, но уже тоже заросшие бурьяном, проложенные перед войной. 

2008 год отбросил эту территорию на 10 лет назад. Перед войной эта территория застраивалась, реабилитировалась, прокладывались ирригационные системы, строились больницы и даже торговые центры. Российское вторжение в Грузию принесло на эту территорию разруху и застой.

Яблоневые сады. Вернее остатки яблоневых садов. Яблоки традиционно основной продукт этого региона.

Ещё один брошенный дом.

Ушли не все. Кое-кто остался.

Ну, куда ей идти?

Вот так прокладывают колючую проволоку. Прямо по селу. Часть осталась по одну сторону, часть по другую. Что нельзя было обойти село? Эти несколько домов так ценны? В конце концов село могли обойти, а затем сбалансировать эти несколько десятков квадратных метров там, где нет домов. За всем этим чувствуется тупой генеральский рык: «А и *** с ними! Пополам на ***!» Село Хурвалети.

Людям остаётся только бросить свои дома и уйти за колючую проволоку. 

Но уходят не все. Этот старик отказался бросить дом и остался на оккупированной территории. Его много раз показывали по телевидению, так, как он оказывается в кадре всех западных и местных журналистов, приезжающих сюда.

Так и живёт за колючей проволокой. На этой стороне у него остались соседи, друзья, весь его мир. На той стороне дом.

Зона оккупации.

На деревьях целые гнёзда видеокамер. Недавно сюда приезжал журналист из Германии. Когда он увидел проволоку, видеокамеры, разрезаннные надвое сёла, воскликнул: «Они, что здесь берлинскую стену возводят?!»

Но люди не разучились улыбаться и шутить!

 



Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире