15:19 , 24 апреля 2019

Французский бунт, бессмысленный и беспощадный

Как ни удивительно, но да, события, которые чуть не привели к кардинальной перемене в жизни всех французов, начались из-за того, что мужские и женские общежития в Нантере были открыты лишь для представителей соответствующего пола. Конечно, студентов не устраивали и условия жизни в целом, им не нравились состояние университета и методика преподавания, да и многие молодые французы хотели изучать на лекциях Маркса и Сартра. Но запрет на посещения стал последней каплей, а потому разозленные студенты оккупировали административные здания.

Французские студенты захватывают Сорбонну. Источник: socialist.news

Студенческие забастовки и акции продолжились, молодые люди все чаще дрались с полицией, кто-то уже начал возводить баррикады, но президент Шарль де Голль тогда еще не придавал происходящему должного внимания – очень зря, ведь в результате это непосредственно повлияет на его жизнь и карьеру. У де Голля на тот момент были другие проблемы, так что он поручил решение студенческого вопроса своим министрам. Но министры ничего не смогли сделать. А потом начался Красный май 1968 года.

Национальный Студенческий Союз Франции призвал к массовой забастовке. Первого мая 100 тысяч студентов, а также учителей и профессоров вышли на улицы Парижа с требованием 40-часовой рабочей недели и прочих благ. Второго мая декан факультета в Нантере объявил о прекращении занятий и исключении лидера бастующих студентов Даниэля Кон-Бендита. Бравых французских студентов это не остановило, так что они отправились непосредственно в Сорбонну, чтобы уже там поддерживать огонь зарождающейся революции. Третьего мая перепуганный ректор Сорбонны вызвал полицию, которая не стала церемониться и пустила в ход дубинки и слезоточивый газ. Молодые революционеры отбивались булыжниками. Четвёртого мая Сорбонну закрыли, пятого многие студенты были осуждены, что спровоцировало появление Комитета защиты против репрессий. Уже не только в Париже, но и во всей Франции разгневанные молодые люди выходили на улицы. К ним присоединялись рабочие, которые вовремя поняли, что в творящемся беспорядке они могут улучшить свое положение. Французы же, привыкшие к такого рода событиям, радостно встречали революционеров, не особо понимая, что вообще происходит.

Граффити на стене «Запрещается запрещать»

Ситуация раздражала де Голля. Старый генерал не понимал мотивации студентов и упрямо настаивал на применении силы, которая бы усмирила их пыл. Вместо этого 11 мая премьер-министр Помпиду решил смягчить обстановку и открыть Сорбонну. Буквально сразу после этого Сорбонна была захвачена студентами и объявлена «автономным народным университетом». Париж превратился в один большой беспорядок, по улицам носились машины полиции и скорой помощи, стычки происходили постоянно. Город парализовало постоянными забастовками рабочих, которые воспользовались ситуацией настолько умело, что всеобщее желание устроить революцию переросло в желание увеличения зарплат, а студенты уже и сами не понимали, чего хотят, и просто наслаждались устроенным хаосом. Четырнадцатого мая де Голль уехал с официальным визитом в Румынию, решив, что наведение порядка – дело правительства, а не главы государства. Естественно, за время его отсутствия все стало только хуже.

Пятнадцатого мая студенты захватили знаменитый театр «Одеон» и объявили его дискуссионным клубом, почти все учебные заведения и банки перестали работать, транспорт стоял, радио и телевидение молчали. К 20 мая по всей стране бастовало уже более 10 миллионов человек, а к красноречивым студенческим лозунгам «Запрещается запрещать!», «Будьте реалистами — требуйте невозможного!», «Секс — это прекрасно! (Мао Цзэдун)», «Университеты — студентам, заводы — рабочим, радио — журналистам, власть — всем!» добавились и такие, как «Десяти лет достаточно», «Де Голль, до свидания».

Продолжение читайте на сайте Diletant.media.

Читайте также:

Ахматова и её мужчины: какой была личная жизнь поэтессы?

«Навсегда ушел от нас величайший гений современности»: Мао Цзэдун – о смерти Сталина

Лев Толстой и его педагогика: писатель как основатель уникальной школы

Конец Рюриковичей: смог бы ты надеть шапку Мономаха после них? 



Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире