Присуждение в 2016 году Нобелевской премии по литературе американскому артисту Бобу Дилану многими было воспринято, мягко говоря, странно. Но нельзя отрицать, что его тексты действительно стали гимнами поколения в 1960-х.

Конечно, вскоре после написания своих песен-памфлетов, Дилан отошел от политического подтекста и многие десятилетия был обернут спиной к этой теме. Но то, что его цинизм и прагматизм так или иначе повлияли на развитие и поддержку движения за права человека в западном мире, – неоспоримый факт.

Все мы с вами, включая международные организации, знаем, что в Украине нет свободы слова и самовыражения. Точнее, она есть, но дозированная, по графику и в четко оговоренных границах. И последние решения президентской вертикали лишь это подчеркивают.

В стране, где существует министерство информационной политики и ряд контролирующих свободную прессу органов, СМИ очень сложно действительно быть свободными. Кроме того, собственниками в большинстве своем являются люди крайне небедные, которым ссорится с властью не к лицу. В результате сложения этих факторов мы получаем квазиоткрытую и едва ли свободную печать, которая от западных стандартов страшно далека.

В современной Украине не принято быть Бобом Диланом. В современной Украине за то, что сделало Дилана популярным и символом поколения, его бы давно уже посадили за измену, разжигания чего-либо или просто «работу на врага». Украинской власти не нужны альтернативные мнения.

Вопрос с цензурой в постсоветских странах вот уже которое десятилетие остается открытым. С одной стороны, вроде бы оппозиция и другие точки зрения присутствуют в медиа-пространстве, но ровно до такой степени, чтобы они не были видны широким кругам.

Свобода слова по-украински ограничена обоюдно и правительством, и издателями/собственниками. Правительство под прикрытием «гибридной войны» с Россией ограничивает спектр высказываний, которые могут считаться правомерными, а менеджмент СМИ не рискует вступать в конфронтацию с властью, публикуя нелицеприятные материалы.

Последовательные атаки на крупные СМИ, угрозы и манипуляции с государственными разрешениями, преследования и насилие в отношении журналистов, часто санкционируемые правительством, — все это явно не является признаками развитой демократии и свободы слова.

Все мы слышали фамилии Коцабы и Шария. Не комментируя их высказывания, тем не менее, стоит отметить, что ни одно украинское СМИ не публикует их при том, что они являются лидерами мнений части населения страны. Можно относится к ним по-разному, но ведь заявления этих двух людей собирают больше просмотров на YouTube, чем важнейшие новости о бюджете или войне на Востоке.

Показателем ангажированости прессы является то, что зачастую лидеры альтернативных (пусть и неприятных) мнений просто не получают площадки для высказываний, вместо честной и открытой дискуссии, как в странах, на которые Украина хочет равняться. Я не становлюсь ни на одну из сторон, но считаю, что свобода слова на то и свобода, что даже противоречивые взгляды достойны точно такой же платформы, как и провластные.

Инциденты с «Интером», «112 каналом», радио «Вести» и другими СМИ, представляющими часто альтернативные власти позиции, пусть даже и неприемлемые в ряде случаев, доказывают государственное вмешательство в дела СМИ и открытое преследование инакомыслия.

Мне, например, может не нравится «Интер», но я его попросту не смотрю. В демократических и здравых обществах не нужно никаких регуляторных рычагов давления на прессу. Если же за какие-то конкретные высказывания, суждения и репортажи СМИ подвергается преследованию, а его журналисты – остракизму и лишению работы, то это никак не вписывается в понятие свободы чего бы то ни было, кроме свободы произвола и репрессий.

В украинском обществе существуют директивы, навязываемые властью СМИ и транслируемые прессой, о том, что правильно, а что нет. Открытой дискуссии о серьезных проблемах в обществе нет. Можно потыкать пальцами в соцсети, мол, там постоянные яростные баталии, но, увы, соцсети не являются в Украине фактором изменений общественного сознания.

Например, в Швеции, которая первая в мире отменила цензуру, на страницах крупнейших газет открыто обсуждается вопрос независимости Норрланда, северной части Швеции. И нет никаких границ, никто не затыкает никому рот уголовными статьями и никто не призывает закрыть крупнейшие газеты.

Наоборот, открытая и честная дискуссия приводит к тому, что сам вопрос становится неинтересным, аргументированное обсуждение показывает, что Норрланд не выживет без остальной Швеции и дискуссия постепенно затихает из-за беспочвенности. Но при этом со стороны государства ни один чиновник или орган не посмеет вмешаться и как-то влиять на дискуссию, а уж тем более ее прекратить и посадить инициаторов.

Скажите, много ли вы видели таких широких дискуссий в общенациональных украинских изданиях? Например, о будущем Донбасса и Крыма? С альтернативными официальным точками зрения и аргументами не только политиков, но и ученых?

Конечно же таких нет вообще, потому что за любую такую публикацию, которая, кстати, абсолютно отвечает всем параметрам свободы слова и самовыражения, СМИ и участников дискуссии ждут аресты, допросы и малоприятное будущее. Можно ли это назвать свободой? Конечно же нет.

Не только Боб Дилан, но и, например, Ремарк, Хэмингуей и Цвейг являлись активными противниками войны и государственных вмешательств. Но если я сейчас своими словами перепишу их строки, ставшие всемирно известными, в украинскую или российскую прессу они не попадут, так как они противоречат государственной политике. Фактически же, ограничивая мою свободу слова, таким образом издатели и государство ограничивает и цензурирует великих писателей ХХ века.

Казус Дилана очень хорошо иллюстрирует разные ценности и разное понимание свободы. Если бы в Украине был артист уровня Боба Дилана, который открыто бы высказывал острое недовольство социальным строем или приемами правительства, он бы получил не премию или награду за свободомыслие, а длительный тюремный срок.

Вот потому-то в Украине и не будет Нобелевских лауреатов, пока ценности свободы и прав человека не будут восприниматься одинаково с западом. Или же, наоборот, давайте признаем превосходство восточных ценностей и будем полностью цензурировать эфир и интернет. Пора наконец-то определиться, на чьей мы стороне. 



Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире