Детство небезосновательно считается лучшей порой жизни. Однако мне, как и большинству моих сверстников, эти лучшие годы отравляла школа, а затем колледж. 

Кроме того, я понимаю, что не все школы такие, как моя и те, в которых учились друзья. Существуют исключения, есть борцы с системой и внутри образования, есть настоящие сподвижники и гении. Моя точка зрения касается лишь тех процессов, которые я видел и пережил сам. 

Редко когда в школе я был счастлив и просто рад, потому что школа, как известно, место для знаний, а не эмоций. Теперь я абсолютно точно могу сказать, что именно школа и система образования не только дала мне минимум знаний, но и отравила прекраснейшую пору жизни.

Школа для меня всегда была и остается воплощением насилия над личностью, мучений, скуки и отсутствия души, предтечей тюрьмы взрослой. Нам всегда, как в аптеке, отмеривали знания, которые знать нужно и отсекали все то, что программой обучения, составленной дряхлыми и ретроградными стариками в столице, знать, по мнению этих стариков, не нужно.

Признаюсь честно – большинство этих знаний (даже в университете) никакого отношения к реальной жизни, моему личному опыту или интересам не имеют. Это было абсолютно безмозглое, унылое заучивание текстов и переписывание страниц по методу Нестора Летописца (в ХХІ веке!) из учебника в конспект, которое нам так радужно навязывала вся добродушная Академия педнаук и Министерство образования.

Единственным счастливым моментом в моей личной школьной жизни (признайтесь, в вашей тоже) был день, когда мне выдали аттестат и я навсегда покинул стены этой детской тюрьмы.

Я не виню в этом учителей или образовательное учреждение. Программы обучения, при творческом подходе, могут создавать фундамент для универсального и хорошего образования. Но бюрократизм, педантичность, механичность выполнения программы и ее заданий, постоянные и редко когда выполнимые планы превратили даже самые прекрасные программы в Сизифов труд.

Школа не любит детей – это аксиома. Она не любит личность, не любит ее интересы и запросы. Школа любит программу, школа любит деньги, школа любит четкость и планомерность. Безысходность и зацикленность на самой себе вместо внимания на детях сказывается даже на внешнем виде наших школ. Посмотрите на большинство этих ничем не выдающихся, типичных и серых построек, которую хочется назвать «учебной казармой», а не «храмом знаний», как ее любят называть те, кто в этой казарме работает.

Я не приезжаю на встречи выпускников, потому что испытываю облегчение лишь при мысли, что мне больше не нужно посещать эти застенки, где умирает детство и юность. Мне практически не за что говорить «спасибо» школе. Все, что я знаю сейчас, является продуктом самообразования и тяги к знаниям, которые система образования планомерно уничтожала.

Учителя и преподаватели не виноваты в состоянии вещей. Они зачастую – такие же «рабы на галерах», как и ученики или студенты. Одни обязаны выполнять требования администрации и программ, и они исполняли свой «долг» так же, как его исполняли мы. Этот симбиоз лицемерия и безликого, механического выполнения заданий, данных свыше, заканчивался только с последним звонком дня, который был счастьем как для нас, так и для учителей.

Между учеником и учителем, между студентом и преподавателем всегда есть незримый барьер авторитета, который подчеркивается кафедрой или столом. Любое отступление от формальных требований и норм считается панибратством, нарушением педагогической этики и угрозой для авторитета учителя.

Сейчас, когда дети и молодежь умеют пользоваться интернетом намного лучше, чем их наставники, весь этот авторитет бесследно утрачен. Этого не понимают ни чиновники, ни школа, продолжая тянуть все ту же лямку, не замечая, что дети подчас намного больше знают, чем тот, кто их учит. О каком авторитете может идти речь в таком случае? Учитель может отмахиваться от того, что дети найдут в гугл, но это лишь подчеркнет его ненужность. 

Другое дело, что дети часто не знают, что делать с полученными ими знаниями. И в этом школа и учитель могли быть незаменимыми советчиками. Но нет, они отдают предпочтение заветам чиновных стариков, потому что поступить по-другому значит навлечь на себя гнев администрации, родителей или всех вместе.

Будемте честны – за всеми громкими словами о ценности ребенка и молодого человека ничего нет. Система образования лишь тормозит, подавляет личность, не давая ничего взамен. Образование, как и весь государственный аппарат, работают лишь на самосохранение и самовоспроизводство. Любой прогресс и настоящие, а не бумажные, инновации воспринимаются в этой среде как вызов установленному порядку вещей, а потому преимущественно подавляются.

Государство использует образование для поддержания своего авторитета и только. Обучение и воспитание направлено лишь на консервацию того порядка вещей, который бесследно исчез.

Нам постоянно внушали, что мнение учителя, портретов чиновников в холлах, родителей и «старших» является непогрешимым, что слова родителей неоспоримы. Что мы, дети и молодежь, еще в жизни ничего не достигли, ничего не знаем, поэтому сначала нам нужно знать наши обязанности и лишь потом – права. Собственное мнение зачастую либо учителями не воспринималось, либо отвергалось как несущественное и необоснованное.

Детям и молодежи школа и другие образовательные учреждения постоянно внушают, что они еще не «созрели», они «не выросли», ничего не знают. В нашей образовательной системе детям необходимо лишь слушать, кивать, поддакивать, но ни в коем случае не возражать, даже если последние открытия мировых ученых противоречат постулатам старого учебника.

Сколько проблем и психологических комплексов порождает наше образование у детей и молодежи могут сказать лишь психоаналитики. Репрессивная, схоластическая, непримиримая к свободному уму и полету мысли школа зачастую выпускает из своих лап неуверенных, зажатых, узко мыслящих людей, которые иногда лишь через десятилетия возвращают себе ту уверенность, которой их лишила диктатура образования.

Но я благодарен системе образования за то, что именно она меня подтолкнула к саморазвитию, к свободе творчества и мышления, к критической оценке действительности, неприятию догматов и диктата. Удивительно, что подавляя все личностное, школа воспитала во мне именно личность, которая больше всего в жизни ценит свою свободу и свободу других.

Я глубоко убежден, что старый советский атавизм под названием «академия педагогических наук» необходимо декоммунизировать посредством ликвидации и увольнения всех сотен сидящих там дармоедов и ретроградов. Вслед за этим стоит сократить чиновников в аппарате министерства образования и лишь потом что-то делать со школами.

Удивительно еще и другое. Все без исключения выдающиеся педагоги, которых цитируют чиновники, учителя и некоторые родители, чьими портретами увешаны педагогические вузы, все эти гении мысли работали именно над личностным развитием. По злой иронии судьбы сейчас их последователи уничтожают свободу личности, предпочитая бюрократические и далекие от реальности талмуды мертвых букв творчеству, свободе и познанию вместо диктата авторитетов.

Не нужно каждый год изобретать велосипед. Нужно, как говорили все известные педагоги мира, просто любить, ценить и уважать детей. Дети и молодежь – это не стружка, которую можно прессовать для получения нужного изделия, а точно такие же личности, как и те, кто является их учителями.

Если уж ученикам и студентам говорят, что они должны заслужить право на свое мнение, неплохо было бы и тем, кто их учит, доказать то же самое. Авторитет уже давно не является чем-то устоявшимся, даже если нашим достопочтенным учителям так кажется. И теперь уже они должны бороться за то, чтобы их мнимый авторитет сравнился хотя бы с влиянием свинки Пеппы.

Школа, признаемся честно, агонизирует. Кроме отвращения, процесс обучения в целом редко вызывает положительные эмоции и это устраивает всех, за исключением детей. Государству нужны исполнители, а не лидеры и творческие личности, и с этой задачей школа успешно справляется. 



Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире