Почему заключенные объявляют голодовки?

Этот вопрос беспокоит только тех, кто заключенным не был. Это снаружи все выглядит сложным. А изнутри все просто: а нету у тебя других методов борьбы, вот и объявляешь. Ха-ха-ха.

Вернее, парочка еще есть, но их лучше приберечь.

Кто лежит в робе, лысый, в очках на кровати с Библией в руках?

Это я.

С Библией, потому что это единственная книга, которую я смог получить за три недели. А на кровати (суперскандальное нарушение правил), потому что объявил голодовку.

Ну а что делать-то?

Я имею право пригласить врача и получить лекарства. Ни того, ни другого мне тупо не дают. Боль в спине перешла в ногу. Участки правой, а теперь и левой ноги потеряли чувствительность. Шутки шутками, но это уже напрягает.

А вместо медицинской помощи у меня пытка лишением сна (будят 8 раз за ночь), и администрация, подговаривающая зэков-активистов (aka «козлы») запугивать рядовых зэков, чтобы те не убирались вокруг моей кровати. Те так и говорят: «Леша, извини, но мы тупо боимся. Это же Владимирская область. Жизнь зэка стоит меньше пачки сигарет».

Ну вот и чего делать? Я объявил голодовку с требованием исполнить закон и пустить ко мне приглашенного врача. Так что лежу голодный, но пока с двумя ногами.

И вы тоже не болейте.

3428780

3428782

Дорогой Александр Александрович!

В течение последнего месяца (и последние три недели нахождения в ИК-2) я ежедневно обращаюсь с просьбой об оказании медицинской помощи, допуске ко мне врача и разрешении передать для меня лекарства.

Просьбы мои скромны, очевидны, а право на медицинскую помощь и осмотр приглашенным врачом-специалистом черным по белому прописаны в законе. Однако на меня почему-то закон не распространяется.

Несмотря на острые прогрессирующие боли сначала в спине, потом правой ноге, а теперь и с онемением части левой ноги, я мед.помощи так и не получил. Лекарства мне не передают. Врача ко мне не пускают.

И черт бы с ней, с правой ногой, Александр Александрович! Обошелся бы я как-нибудь и одной. Но вот двух ног мне лишаться не хочется. Несправедливо это будет: у всех по две, а у меня ни одной.

А с учетом того, что не так давно сотрудники ФСБ пытались убить меня химическим оружием, но государственная медицина объявила это «нарушением обмена веществ», меня — как говорится — терзают смутные сомнения относительно причин болезни и перспектив выздоровления. Писать новые обращения и заявления смысла не вижу.

Единственная реакция на них — это психологическое давление. Ну серьезно, Александр Александрович, вы, как в классических книжках о тюрьмах, дали поручение осужденным-активистам (в просторечии именуются «козлы»), готовым продать родную маму за банку сгущенки, давить обычных осужденных (в просторечии именуются «людская масса»), чтобы ты перестали убирать вокруг моего спального места?

Они мне так и говорят: «Извини, Алексей, но убирать у твоей кровати мы просто боимся».

Честно говоря, после трехнедельной пытки лишением сна я ожидал чего-то более оригинального, чем насыпать песок вокруг моей кровати, пока я хожу в медсанчасть. Впрочем, трюк полностью соответствующий уровню власти, на которую вы работаете.

Ну ничего, с разными мелочами я справлюсь. А вот врач мне очень нужен. Право пригласить специалиста для осмотра и консультации есть у каждого осужденного. Даже у меня, хоть я и невиновен. Поэтому я требую допустить ко мне врача, а пока этого не произошло, объявляю голодовку.

31.03.21

Навальный А.А.

Оригинал



Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире