Всю первую половину дня провел в немецкой прокуратуре. Там меня допрашивали по запросу российской стороны. Это я, кстати, к тому, что Путин врёт, когда говорит «немцы ничего не дают и ничего не делают».

Вот, у них попросили меня допросить и прислали вопросы. Мне эти вопросы задали, записали ответы и отправят в Москву.
Ну так вот. Вышел — в телефоне миллион сообщений.

Оказывается Путин ответил на вопрос про меня на пресс-конференции.
Добрался до отеля и посмотрел.

Ну что же. Я ещё раз поздравляю Белингкэт, Инсайдер, нас (ФБК) и всех, кто занимались расследованием. Доказательства настолько железобетонные, что спорить с ними невозможно. И даже просто соврать как обычно невозможно.

Поэтому мы уже в зоне признания. Частичного, но очень важного. Да, за ним следили, следило ФСБ, но они не травили и не пытались убить.

Всякие мелочи вроде того, почему следили за мной химики и врачи, почему все следившие работают в центре экспертиз ФСБ, почему они созваниваются с производителями «Новичка» и — главное — почему же я все-таки впал в кому на 18 дней, игнорируются.

Игнорируются, потому что если упомянуть это, то путинская версия моментально превращается в тыкву. Вернее, это и с самого начала тыква, а не карета. И превратится она в тухлую тыкву.

И ещё, конечно, очень смешная общая логика: мы знаем, что ЦРУ следит за мобильными телефонами сотрудников ФСБ, поэтому сотрудники ФСБ следили за Навальным.

Оригинал



Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире