Жанр баттлов (словесных поединков) стал у нас необыкновенно популярен.

Некоторое время назад схватились Гиркин-Стрелков с Навальным. Битва проходила в форме прозаических дебатов, явного победителя не оказалось. Но все рекорды побила недавняя схватка двух рэперов: около 5 млн просмотров! Что стоит за этим явлением?

Победил более Гнойный

Идея о проведении дебатов, выборов и прямой линии президента с народом в формате рэп-баттла уже высказывалась. Гнойный, он же Слава КПСС, он же Карелин, он же Вячеслав Машнов, и Oxxxymiron, он же Мирон Федоров, в августовском петербургском соревновании задали главный формат наступающей эпохи.

Рэп-баттлы были давно, в последние три года этот формат широко распространился в обеих столицах, но ни один не привлекал такого внимания. Причин, кажется, две.

Во-первых, как ни кинь, Оксимирон и Гнойный — два самых известных и скандальных персонажа русского рэпа: Гнойный (1990 г. р.) — патентованный возмутитель спокойствия — успел задеть почти всех товарищей по цеху и поссориться с чеченцами, перед которыми пришлось извиняться за шутку в адрес чеченских девушек (в том же тексте упоминались также армянки и китаянки, но в Армении и Китае нет харизматичных лидеров). Это дало Оксимирону повод обозвать его в давешнем баттле «человек, замученный Рамзаном» — с изысканной отсылкой к Ильфу и Петрову.

Гнойный активно и не всегда уместно матерится, изобретательно хамит и спокойно, чтобы не сказать пофигистически, воспринимает встречные наезды. С него все, как с гуся гной. Оксимирон (1985 г. р.) — полная противоположность Машнову, несмотря на некоторое — и неизбежное — сходство приемов: он считается авангардистом, его альбомы давно вышагнули из границ рэпа и застолбили особый жанр — роман в треках. Таков «Горгород» — самый знаменитый и обсуждаемый рэп-альбом за последние годы: это не просто цикл из одиннадцати баллад, но история с трагическим сюжетом и политическим подтекстом.

Оксимирона часто и не без оснований называют серьезным поэтом; литераторы, поспешающие за модными трендами, считают хорошим тоном лестно о нем отзываться и посещать его концерты. По сравнению со Славой КПСС Оксимирон — сама изысканность, и потому в нашумевшем баттле предсказуемо победил более Гнойный. Справедливости ради заметим, что фактура стиха — рифмы, метафоры, каламбуры — у Славы КПСС ничуть не жиже, просто он грубей, но стихов прочитал не меньше.

Пока есть баттл, майдана не будет

Вторая причина всеобщего внимания к баттлу состоит в том, что жанр года — поединок. Все идет к тому, что звездам, шоуменам и политикам второго ряда (в первом у нас один человек, и к публичным баттлам он не склонен) придется рвать друг друга на глазах восхищенной публики. Не нужно, по-моему, видеть в этом обнадеживающий признак: типа все устали от вранья и цензуры, хотят дискуссий и ярких действий. Нет, нынешняя всеобщая тоска по кровавым разборкам сродни тяге позднего Рима к гладиаторским боям, которые, правда, все равно потом запретили.

Напомню, что победивший гладиатор мог получить свободу — и нынешние рабы-победители тоже могут получить нечто вроде гарантированного права публично выражаться вслух, а также род неприкосновенности (другой свободы сейчас не бывает).

Всеобщая усталость от цензуры — это, кстати, действительно есть — выражается вовсе не в интересе к закрытой информации, а в протестном разгуле нецензурной лексики; отсутствие перспектив и повсеместная гниль приводят не к протестам, а к бессильному озлоблению, которое разряжается в транспорте, на дорогах и в семье. Баттл — главный жанр современной русской жизни, и властям это нравится, потому что пока есть баттл, не будет майдана. Ведь срывать раздражение друг на друге — самый верный способ сохранить существующее положение вещей.

Если оценивать поединок Мирона со Славой с чисто литературной точки зрения — оба классно поработали, надр...чились, так сказать, но импровизацией тут не пахло. Я, впрочем, сторонник тщательно подготовленных экспромтов. Стихи крепкие, местами классные: «Как я изменился, хотя продажи, как были! Ты, как и я, извинился — но тебя даже не били!» «Ты стал, как я, коммерсант, но на словах комиссар». Рифмы вполне приличные: Гришаева — прошаренный, экран — играл, Олимпийский — на вписке… Читать и слушать — заразительно, и ведь, сука, блин, действительно постепенно, step by step, сам начинаешь выдавать рэп. Не то чтобы это все графоманство, хулиганство, пьянство, взаимное чванство — хрен бы с ним, проблема в ином: тоже мне высокое искусство — поливать друг друга говном! Это невесело и невкусно.

Рэп как главная тропа современной поэзии

Традиция поэтических состязаний имеет глубокие корни что в Европе, что в Азии. Трубадуры и труверы состязались в прославлении своих прекрасных дам. Джамбул Джабаев — был такой легендарный акын, хотя споры об авторстве его песен не утихают — прославился именно как неоднократный победитель на айтысах, певческих соревнованиях, когда исполнители, совсем как в рэп-баттле, стоят друг против друга и ведут поэтический диалог. Самая знаменитая баллада Франсуа Вийона написана на поэтическом состязании в Блуа: Карл Орлеанский давал десяти поэтам тему (или строчку) и выбирал лучшую вариацию. Состязания миннезингеров, ашугов и русских народных гениев (одно как раз описано у Тургенева в рассказе «Певцы») были не менее популярным зрелищем, чем рыцарские турниры или битвы стенка на стенку.

Печально одно: когда певцы соревнуются в воспевании дамы (как трубадуры) или в разоблачениях социальной несправедливости (как акыны) — это может привести к появлению шедевров и вообще возвышает душу. Но когда они изобретательно обгаживают друг друга, припоминая малопочтенные факты из малоизвестных биографий, или соревнуются в знании фекальной лексики — это свидетельствует лишь о том, что у общества не осталось других развлечений, кроме как унижать и доминировать.

Само собой, не следует принимать все эти взаимные инвективы всерьез: допускаю, что в жизни Гнойный и Мирон — нежнейшие друзья и взаимной ненависти в их наездах не больше, чем в боксерском поединке. Не следует также, подобно Геннадию Онищенко, возмущаться падением нравов: стихи, пусть стопроцентно хейтерские, все же благородней и душеполезней, чем сколь угодно возвышенная проза в устах прожженных народных избранников. Преувеличивать популярность рэпа в подростковых кругах тоже, увы, не стоит: мой сын, например, многократно переслушал «Горгород», но он и его круг — все же никак не представители массы.

Рэп при всей своей грубости никак не блатная культура и тем более не шансон. Рэп — современная, наиболее живая и успешная форма существования русской поэзии, которая раньше точно так же преобразила рок, отодвинув музыку на задний план. Основой успеха «Аквариума» и «Наутилуса» была все же поэзия БГ и Кормильцева, их расплывчатая, мерцающая точность. Плохо только то, что в любом сегодняшнем российском соревновании побеждает тот, кто бесстыдней и проще. Но и это полбеды — говорила же Ахматова, что поэзия должна быть бесстыдна.

А вот ужасно то, что самые наглые и развязные футуристы после революции послушно стали государственными поэтами и превратили поэзию в род индустрии. Так что если я увижу Гнойного в новых «Окнах РОСТА» — удивляться будет нечему.

Оригинал — «Собеседник»



Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире