boris_vis

Борис Вишневский

18 января 2019

F

К первым ста дням правления временного градоначальника Петербурга Александра Беглова лояльные издания приготовили хвалебные тексты и «экспертные мнения» (среди экспертов особенно трогательно выглядит Виталий Милонов) об активном, решительном, выходящем в народ и «открытом для диалога» врио губернатора.

Некоторые из экспертов даже проявили неслыханную смелость, утверждая, что Беглов наделен теми качествами, которых не хватало Полтавченко (пока Георгий Сергеевич был губернатором, они об этих недостатках скромно умалчивали).

3037153
фото: severinform.ru

Однако, реальная картина городской жизни далеко не так оптимистична, какой ее рисуют смольнинские пропагандисты.

Напомним, что еще до своего прихода на должность нынешний врио отличился утверждением о наличии трех главных задач для страны — создание нового атомного оружия, модернизация армии и защита от влияния Запада.

Две первые задачи сейчас явно вне его компетенции, что касается третьей, то, видимо, в целях этой «защиты» в Петербурге с приходом Беглова началась буквальная «охота» на оппозиционеров.

За указанные сто дней — около ста задержанных, под любыми предлогами, начиная от «создания помех движению пешеходов» и заканчивая якобы необходимостью проехать в полицию для дачи «объяснений» по чьему-то лживому доносу. Публичные акции с малейшим политическим оттенком практически перестали согласовываться, чиновники отказывают в этом по любым, даже самым абсурдным, причинам. Последний пример — отказ согласовать акцию антифашистов против пыток и политических репрессий, приуроченную к 10-летию. убийства неонацистами Станислава Маркелова и Анастасии Бабуровой.

Было обещано рассмотреть вопрос о возвращении гайд-парка в центр Петербурга — но воз и ныне там. Вместо этого Беглов внес проект изменений в закон о выборах губернатора — предусматривающий самовыдвижение (чтобы ему можно было максимально дистанцироваться от весьма непопулярной после «пенсионной реформы» партии «Единая Россия»).

Но проблемы — не только с «политикой».

Строительство метрополитена: едва придя на должность, Беглов заявляет, что надо просить у «центра» 300 миллиардов рублей на эти цели — а через месяц вносит поправку в бюджет города, предлагая...уменьшить на 10 миллиардов рублей расходы на строительство новых станций. Почему? Мол, «Метрострой» и с нынешними деньгами не справляется. Где логика?

Зеленые зоны: принимаются масштабные изменения в закон о зеленых насаждениях общего пользования и Генплан. При этом с огромным трудом удается «отбить» от застройки парк Интернационалистов и парк на Смоленке (последний, впрочем, пока лишь в первом чтении), но не удается расширить Муринский парк и парк Академика Сахарова, парк 300-летия Петербурга и парк Малиновка, спасти сад 30-летия Октября, убрать из Генпдана пресловутую «магистраль № 7» и вернуть в ЗНОП сквер около музея Достоевского…

И в качестве «вишенки на торте» — Беглов, несмотря на обращение оппозиционных депутатов, подписывает изменения в Генплан, соглашаясь с поправками депутата Юрия Бочкова, внесенными после установленного срока и с грубым нарушением процедуры, и предусматривающими новую масштабную застройку в чистом поле рядом с посёлками Детскосельский и Тярлево.

«Крупные проекты»: продолжает «пробиваться» крайне сомнительный и нещадно критикуемый жителями проект «Восточного скоростного диаметра», который пройдёт под окнами множества домов, будут изъяты под дорогу любимые жителями парки и зелёные зоны, вместо этого горожане получат шум машин круглые сутки и воздух, полный выхлопными газами.

Столь же упорно «пробивается» проект «реконструкции», а точнее сноса Спортивно-концертного комплекса — одной из самых интересных построек в городе в конце 70-х годов.

Не останавливается, — несмотря на протесты общественнников и несмотря на доказанные факты блокадных захоронений на этом месте, — строительство на бывшем Фарфоровском кладбище. Зато к 75-летию полного освобождения города от блокады на Дворцовой площади запланирован военный парад: вместо воспоминаний о жертвах этой трагедии, чтения имен погибших и общегородской минуты молчания (я предлагал Беглову ее организовать) — танки и переодетые в подобие старой военной формы курсанты и «росгвардейцы» на Дворцовой .

Под угрозой сноса — исторические здания на Тележной улице и на Звенигородской. Под угрозой выселения — «Мемориал», который хотят выгнать из помещения на Разъезжей улице. Не прекращаются попытки застроить территорию Охтинского мыса, чьи уникальные памятники упорно не берутся под охрану.
Не прекращаются попытки застройки территории около Пулковской обсерватории, губительные для астрометрических наблюдений — но Смольный под руководством Беглова продолжает крепко стоять на стороне застройщиков.

Зато принята «Стратегия-2035», на которую ушли десятки миллионов рублей, и где, в частности, территорией «перспективного развития» названа ... промзона «Каменка», в которой пытались построить мусоросжигательный завод.
Эту «Стратегию» (мои студенты лучше бы написали за любую половину потраченной на нее суммы) в пух и прах раскритиковали оппозиционные депутаты ЗАКСа — но это не повлияло на результат.

Забавно, что согласно этой стратегии, к 2035 году Петербург должен достигнуть «позиций европейских городов по основным характеристикам качества жизни, например, здоровье, семейная жизнь, общественная жизнь, уровень занятости, политические и гражданские свободы».

Я сказал, выступая в ЗАКСе что надо выбрать что-нибудь одно из двух: либо, как уверял не так давно Беглов, защититься от тлетворного влияния Запада, либо достичь позиций таких, как в европейских городах. Особенно по уровню политических и гражданских свобод — о чем ни слова нет в этой стратегии…

Между тем, обсудить городские проблемы с «открытым к диалогу» Бегловым невозможно — в нарушение Устава города и питерского законодательства, он отказывается принимать депутатов ЗАКСа по вопросам их депутатской деятельности. Первое обращение с просьбой принять (для обсуждения ситуации с Конюшенным ведомством, Фарфоровским кладбищем, музеем Достоевского и «Мемориалом») я направил ему еще 5 октября. Тщетно.

Самое злободневное в последние недели — зимняя уборка города. И что было сделано? Во-первых, главам комитетов было предложено взять лопаты, во-вторых, учителей срочно бросили на уборку снега, в-третьих — Беглов «поставил задачу увеличить парк снегоуборочной техники». На мои предложения — привлечь к уборке снега и льда «росгвардейцев», вместо того, чтобы они разгоняли митинги и пикеты, и выделить из резервного фонда средства, наняв дополнительных людей на уборку, — врио градоначальника не откликнулся.

Что же, судя по постам, фотографиям и комментариям в социальных сетях, качество уборки снега и льда и состояние петербургских улиц и тротуаров не сулит Беглову ничего хорошего на выборах.

И последнее. Аккурат перед Новым годом началось движение смольнинских кадров. И началось с того, что убрали наиболее профессионального вице-губернатора — Игоря Албина. Затем начались массовые замены глав комитетов — при этом в ряде случае на их места назначены мало кому известные граждане, и по совершенно непонятному принципу.

На мой взгляд, менять надо не коней на переправе, а кучера.

И менять его 8 сентября 2019 года — на предстоящих выборах.

Патриарх Кирилл (Гундяев) в ходе рождественского интервью телеканалу «Россия-1» заявил, что существование Интернета – вестник предшествия антихриста, а сеть гаджетов лишает человека свободы, наряду с алкоголем и наркотиками, и дает возможность осуществлять «вселенский контроль над родом человеческим».

С одной стороны, хочется покрутить пальцем у виска.

С другой — хочется спросить: почему автора этого, с моей точки зрения, мракобесного бреда, с его яхтами, самолетами, нанопылью в квартире и исчезающими часами, показывают по федеральному телевидению и почему его охраняет ФСО?

И с какого перепугу в светском государстве на это идут мои налоги?

Мои православные и уважаемые мной друзья, что скажете?

Фильм Виталия Манского «Свидетели Путина», на несколько дней выложенный для свободного просмотра, с его уникальными документальными кадрами,  — важнейшее напоминание о том, кто и как в 2000 году привел к власти нынешнего президента. С хорошо известными сегодня последствиями.

Тогда это сделали вовсе не православные чекисты и не попы в штатском.

Не действующие «силовики» и не бывшие коммунистические номенклатурщики.

Это сделали Борис Ельцин и его «семья» (как в узком, так и в широком смысле), обеспечивая себе неприкосновенность.
И это сделали те, кто тогда считался демократами и либералами, реформаторами и западниками разной степени умеренности.
Егор Гайдар и Анатолий Чубайс, Сергей Кириенко и Алексей Кудрин, Дмитрий Козак и Михаил Касьянов, Валентин Юмашев, Петр Авен, Александр Волошин и многие, многие другие.

Уверяя сограждан в «правильном выборе Ельциным преемника», называя Путина «политиком нового поколения», и надеясь на «продолжение экономических реформ».

Некоторые из них потом уйдут в оппозицию. Но будет поздно.

А в том, что совершили страшную ошибку, признаются потом единицы — в том числе, Борис Немцов.

Его голос, — в эфире НТВ, — звучит в фильме, когда показывают съемку происходившего тогда в путинском штабе.

На фоне всеобщего восторга Немцов говорит, что президента опять выбрали сердцем, что его программа неизвестна, и что лучше бы выборы прошли в два тура, и что для СПС (одним из сопредседателей которого он был, и который шел еще на думские выборы с лозунгом «Путина в президенты, Кириенко в Думу) поддержка Путина на выборах была «тяжелым решением» (Немцов тогда воздержался)...

Тем временем Дмитрий Козак (одно время руководивший штабом Путина, после чего его сменит Дмитрий Медведев), сидя у компьютера, озабоченно сообщает, что в Петербурге и в Москве Путин не набрал 50%.

«А сколько у Гриши?», — спрашивает Анатолий Чубайс. — «18 процентов», — отвечает Козак. «Безобразие полнейшее!», — услужливо комментирует кто-то сбоку.

Это результат Явлинского путинская обслуга именует «безобразием». Как посмели, понимаешь, отдать столько голосов человеку, которого за его выступление против второй чеченской войны Чубайс называл «предателем», объясняя, что в Чечне «возрождается российская армия»...

Виталий Манский говорит, что мы все — соучастники того, что произошло с нашей страной.
Но нет, не все.

Еще тогда были те, кто предупреждал: нельзя поддерживать выходца из КГБ без политических взглядов и без политического прошлого.

Кто противостоял Путину, как мог.
Кого не обманула оглушающая пропаганда.
Кто понимал, чем это обязательно закончится.
Но их, — таких, как моих коллег по «Яблоку», или Сергея Ковалева (тогда он еще был в СПС), — не услышали. Не захотели услышать.

Поэтому сегодня надо помнить тех, кому мы обязаны приходом Путина.
Спасибо Виталию Манскому, что сохранил для нас их радостные лица.
Именно они  — главные соучастники.

Дмитрий Песков посетовал, что на пресс-конференцию Владимира Путина проникли ненастоящие журналисты.
ФСО недосмотрела, понимаешь.
Та самая ФСО, которая просвечивает всех и все сверху донизу.

Но в таком случае, где гарантия, что президент был настоящий?

А если серьезно, то проблема не в том, что туда проникли ненастоящие журналисты.
Проблема в том, что туда — за редчайшими исключениями, — не проникли настоящие.

Уголовный кодекс РФ, статья 305. Вынесение заведомо неправосудных приговора, решения или иного судебного акта
«1. Вынесение судьей (судьями) заведомо неправосудных приговора, решения или иного судебного акта — наказывается штрафом в размере до трехсот тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период до двух лет, либо принудительными работами на срок до четырех лет, либо лишением свободы на срок до четырех лет.».
Эта статья чрезвычайно редко применяется: по данным Агентства правовой информации, за 2017 год — ОДИН случай вынесения приговора, и то — с штрафом. Без лишения свободы.
Читатель, ты веришь, что за год в России вынесен только ОДИН заведомо неправосудный приговор или решение по административному делу? Я — не верю.
Все, что мне известно о деле Льва Пономарева, арестованного на 25 суток за перепост призыва придти на акцию в поддержку тех, кто был арестован в результате провокации «правоохранителей», говорит в пользу того, что перед нами решение, которое надо рассматривать в категориях именно этой статьи.
По моему мнению, его арест — в недоброй памяти сталинской традиции работы «органов, которые не ошибаются».
Хочу спросить у судьи Гордеева: Вы давно перечитывали статью 305?
Ничего знакомого не вспомнили, вынося решение об аресте Пономарева?
Обращение «Ваша честь» не использую.
Мы не в рамках судебного процесса, где это обязательно, поэтому я могу это сделать. По причине отсутствия, по моему оценочному мнению (совпадающему с мнением Леонида Гозмана и, думаю, многих других), как чести, так и совести, руководствоваться которой Вы клялись, давая присягу судьи.
Очень жаль, что для подобных судов и решений (решение об аресте Пономарева, увы, не первое, и, к сожалению, не последнее в этой цепи) закон не разрешает обращение «Ваше бесчестие».
Только мне кажется, что это было бы уместнее?

Очень хочется употребить непарламентское выражение. И не одно.
Тема дня: как бы «доименовать» аэропорты?
Граждане, вы понимаете, что вас «разводят»?
Да какие к чертовой матери «доименования» аэропортов? Нам делать больше нечего? Больше нет проблем в стране? И в авиации, кстати?
Не хватает рейсов, не хватает лоукостеров, непрерывно растут цены на билеты, пресловутая «Победа» дерет деньги за все. включая выбор места, а теперь еще хочет брать их за регистрацию на рейс, кофе в аэропорту втрое дороже, чем в городе (при том, что в какой-нибудь Финляндии нет ничего подобного), цены на парковку у аэропортов заоблачные — а народ радостно кидается обсуждать, как этот аэропорт назвать! Да отстаньте вы вообще от названий — меня лично название питерского аэропорта «Пулково» вполне устраивает, и не только меня, судя по опросам, при чем тут Александр Невский?
И других «разводок» вокруг полно, на которые столь же радостно ведутся.
Певец бандитской «ДНР» Захар Прилепин в роли политрука во МХАТе, Михаил Боярский, призывающий к худсоветам и цензуре, споры вокруг гражданства Сергея Брилева, бурное обсуждение этических вопросов и границ сотрудничества с властью на примере Нюты Федермессер и покойной Лизы Глинки — с переходом на личности как их, так и участников спора…
Любой информационный шум — повод для интеллектуальной беседы и яростной дискуссии.
Вашу ж мать. Это — главное? Страна — в состоянии необъявленной войны с соседней страной, на которой почти каждый день гибнут люди. Войной, уже перешедшей в открытое столкновение.
В участках ежедневно оказываются гражданские и политические активисты, которых избивают, держат в пыточных условиях, а затем приговаривают в арестам и штрафам исключительно на основании доносов полицейских.
Арестованные по сфабрикованным спецслужбами делам подвергаются пыткам и объявляют голодовки.
Связанные с властями застройщики нанимают бандитов, избивающих граждан, протестующих против незаконного сноса их домов — а наказанными потом оказываются те, кто протестует.
Лекарства от рака, которых якобы «нет», обнаруживаются просроченными и в огромном количестве на складе.
Питерский суд приговаривает к уничтожению Пулковскую обсерваторию, разрешая около нее строительство элитного жилья, которое сделает невозможным астрономические наблюдения…
Продолжайте до посинения обсуждать названия аэропортов. Имени Пушкина или имени Ломоносова?

Начальник штаба Балтфлота с адмиральской прямотой судит об Иммануиле Канте, писавшем «какие-то непонятные книги».
Министр культуры «находит» в архивах описание несуществующих боев.

Президент «на пальцах» объясняет зарубежным коллегам, что украинские корабли имели приказ «скрытно проникнуть в нейтральные воды» (и эту ахинею радостно тиражируют множество СМИ).

А тем временем, РПЦ, находящаяся в полной «симфонии» с российской властью, пытается прибрать к рукам все новое и новое имущество.

В Барнауле церковники при содействии властей выкидывают на улицу единственный в городе планетарий.
Храмов в городе почти два десятка, планетарий — один.

И правда, зачем горожанам туда ходить? Там ведь рассказывают, что Вселенная возникла в результате Большого Взрыва, а вовсе не «сотворения мира».

В Петербурге церковники второй раз пытаются разгромить музей городской скульптуры. Три года назад мы вместе с другими оппозиционными депутатами Законодательного Собрания не дали им этого сделать — теперь вторая попытка. И куда более наглая: раньше епархия требовала передать им лишь одно здание — а теперь митрополит Варсанофий требует еще пять.

Между тем, на первом этаже здания, где до 1930 года находилась Благовещенская церковь, находится 70 исторических захоронений (в том числе, могила Александра Суворова).

Исторические надгробия, включенные в Музейный фонд, по закону, не подлежат никакой передаче, и неотделимы от усыпальницы — но это судя по всему, церковников ничуть не беспокоит.

Как не беспокоит и перспектива разгрома музея, директор которого Владимир Тимофеев еще три года назад категорически отказался «добровольно» отказываться от права оперативного управления зданием…

И в том же Петербурге та же РПЦ предпринимает попытки «ползучей экспансии» в отношении Исаакиевского собора, который в 2017 году мы общими усилиями отстояли от попыток захвата церковниками.

В дверь не получилось — так они лезут в окно.

По два раза в день — утром и вечером, — в Исаакии, являющемся частью государственного музея, в приделе Александра Невского идут службы.

Никакого ажиотажа нет: приходит от 10 до 30 человек. Из них часть приходит под предлогом посещения службы, чтобы бесплатно посмотреть собор (билет в музей стоит 250 рублей). Число верующих, приходящих на службы, ничтожно по сравнению с числом туристов, приходящих посмотреть на памятник мирового значения и один из символов Петербурга. И тем не менее, все тот же Варсанофий настаивает на предоставлении для служб еще и придела Екатерины.

Спрашивается, зачем? Если и придел Александра Невского во время служб остается полупустым? Для справки: в минувшее воскресенье, 2 декабря, в 16 часов 10 минут (вскоре после начала службы) на ней было менее десяти человек.

На прошлой неделе я отправил председателю городского Комитета по культуре Константину Сухенко письмо — настаивая на том, чтобы придел Екатерины не передавали для проведения служб. Нет в этом никакой необходимости. Напротив, это и помешает работам по реставрации памятника, и не позволит, как раньше, проводить в приделе Екатерины выставки и конференции. Наконец, хорошо известно, что церковники начинают везде, куда дотягиваются их руки, устанавливать свои порядки. В приделе Александра Невского посетителям музея, которые пришли посмотреть на уникальный памятник архитектуры, уже не дают снимать там фото и видео — то же самое будет грозить и приделу Екатерины. Что дальше — запрет для женщин заходить туда без платков или в брюках? Как с конституционным правом на доступ к культурным ценностям? Ответа пока нет — а церковники тем временем шумно анонсируют начало служб в этом приделе 7 декабря…

Назовем вещи своими именами: перед нами — все новые и новые агрессивные попытки РПЦ не столько не возвращения бывшего «своего» (тот же Исаакий никогда церкви не принадлежал), сколько рейдерского захвата «чужого». Сопровождающиеся погромом государственных музеев, учебных заведений, планетариев.

Спрашивается — во имя чего? Во имя восстановления исторической справедливости? Но в таком случае, почему из всех, у кого советская власть что-то отнимала, возвращают только церковникам?

Может, сперва вернем обычным гражданам — и их потомкам, — то, что у них отобрали, а потом обсудим, передавать ли что-то РПЦ, которая отнюдь не бедствует?

Сперва общественность до хрипоты обсуждала британское гражданство государственного пропагандиста Сергея Брилева. Одни уверяли, что это ужасно, вторые — что не очень.

Теперь она же до такой же хрипоты обсуждает вступление Нюты Федермессер в путинский ОНФ: одни клеймят ее за сотрудничество с властью, другие — защищают.

Не скажу, что мне совсем уж безразличны эти темы, но они представляются мне не самыми важными.

Мы раньше не знали, что у нашей «элиты», в том числе — пропагандистской, двойные стандарты? Что они ругают «проклятый Запад», держа там имущество, жен и детей? Знали. Кстати, полным лицемерием выглядит, когда верноподданного пропагандиста Брилева в двойном гражданстве упрекает другой, хотя и чуть более тонкий, но столь же верноподданный пропагандист, имеющий аж три гражданства…

Мы раньше не видели, как приличные люди пытались ради дела своей жизни идти на нравственные компромиссы, и не понимали, чем это порой заканчивается? Видели и понимали.

Мы раньше не вспоминали слова Григория Померанца о том, что дьявол начинается с пены на губах ангела, вступившего в спор за правое дело? Вспоминали и продолжали спорить.

Между тем, за нынешними спорами, как за дымовой завесой, отходят на второй план общественного внимания куда более важные, на мой взгляд, вопросы и ситуации.

То, что петербургский оппозиционер Владимир Иванютенко, которому в декабре прошлого года нанесли несколько ножевых ранений неподалеку от его дома, опознал в одном из нападавших Валерия Амельченко — героя расследования «Новой газеты», рассказавшего о работе в структурах «кремлевского повара» Евгения Пригожина. Но следователь, после очной ставки, Амельченко просто отпустил.

То, что в упомянутой публикации «Новой» (написанной Денисом Коротковым) говорилось о многочисленных преступлениях против личности, совершенных людьми, связанными со структурами, контролируемыми Пригожиным. Но никакой реакции правоохранительных органов не последовало (и на мое обращение в Следственный комитет и Генеральную прокуратуру ответа до сих пор нет).

То, что под угрозой жизнь политзаключенного Сергея Мохнаткина, которому за два дня до освобождения пытаются навесить новый срок, и которого многократно, по его заявлениям, пытали в колонии.

То, что продолжают держать под стражей (и издеваться над ними) фигурантов сфабрикованных, по мнению правозащитников, дел «Сети» и «Нового величия».

То, что резко активизировалась экспансия РПЦ, стремящейся получить все новое и новое имущество. В Барнауле ради церковников выгоняют на улицу единственный в городе планетарий, а в Петербурге жадность епархии грозит разгромом музею городской скульптуры…

Но об этом, — за редкими исключениями, — не пишут колонки, блоги и посты популярные авторы, и этому, — за редкими исключениями, — не посвящают свои эфиры популярные теле— и  радиостанции.

Вместо этого — то Брилев, то Федермессер, то спор Долина и Навального о Брилеве…
А жаль.

«Керченская история», увы, продолжается.

Захваченных украинских моряков, — в том числе, раненых, — судят за «незаконное пересечение границы». Грозят им сроками до шести лет.

А ФСБ при этом вещает про «намерения скрытно пройти через пролив» (неужели на украинских кораблях нашли плащ-невидимку?), «вторжение в территориальные воды» и найденное на кораблях оружие (а чему же еще быть на военных кораблях)?

Но погуглите немного — и очень быстро выясните, что даже военные корабли имеют право так называемого «мирного прохода» через территориальные воды, если они не применяют оружие, не поднимают в воздух самолеты или вертолеты, не сажают и не высаживают людей, не загрязняют море и так далее (подробнее — в федеральном законе от 31.07.98 г. № 155-ФЗ). Это первое.

Второе: свобода судоходства в Керченском проливе гарантирована международным договором 2003 года, ратифицированным Россией в 2004 году, который имеет приоритет в отношении любого российского закона о том же предмете, в том числе законов о границе и о территориальных водах (это — норма Конституции РФ, статья 15, часть 4, устал уже повторять). Какой «скрытный проход»?

Третье. Нет в этой ситуации никакой «зеркальности» в стиле «обе стороны хороши».

Есть те, кто напал, применив оружие, и имея подавляющее превосходство в силе  — и те, на кого напали (и кто не стрелял, и не представлял никакой угрозы для России).

При этом те, на кого напали, ничего не нарушили: недаром ни один из российских чиновников или дипломатов даже не заикается об обращении в международные органы, разбирающие споры на основе морского права.

Почему? Да потому, что они прекрасно знают: этот спор российские власти с треском проиграют. И наложить вето, как в Совете Безопасности, не удастся…

Последнее. Замечательный Адам Михник, с которым я имею честь быть немного знакомым, когда-то сказал: «патриотизм определяется мерой стыда, которую человек испытывает за преступления, совершенные от имени его народа».

Сегодня стыд за действия российских властей — и не только в этой истории, — испытывают достаточно многие. И это дает надежду.
А не стыдно тем, кому и раньше было не стыдно.

Мой Телеграм-канал

Договор между Российской Федерацией и Украиной о сотрудничестве в использовании Азовского моря и Керченского пролива
Керчь, 24 декабря 2003 года

Ратифицирован Федеральным законом РФ от 22 апреля 2004 года N 23-ФЗ

Российская Федерация и Украина, далее именуемые Сторонами,

руководствуясь отношениями дружбы и сотрудничества между народами России и Украины, исторически сложившимися братскими узами между ними;

руководствуясь положениями Договора о дружбе, сотрудничестве и партнерстве между Российской Федерацией и Украиной от 31 мая 1997 года, а также Договора между Российской Федерацией и Украиной о российско-украинской государственной границе от 28 января 2003 года;

отмечая важное значение Азовского моря и Керченского пролива для экономического развития России и Украины;

будучи убеждены в том, что все вопросы, касающиеся Азовского моря и Керченского пролива, должны решаться только мирными средствами совместно или по согласию России и Украины;

исходя из необходимости сохранения Азово-Керченской акватории как целостного хозяйственного и природного комплекса, используемого в интересах России и Украины;

договорились о нижеследующем:

Статья 1

Азовское море и Керченский пролив исторически являются внутренними водами Российской Федерации и Украины.

Азовское море разграничивается линией государственной границы в соответствии с соглашением между Сторонами.

Урегулирование вопросов, относящихся к акватории Керченского пролива, осуществляется по соглашению между Сторонами.

Статья 2

1. Торговые суда и военные корабли, а также другие государственные суда под флагом Российской Федерации или Украины, эксплуатируемые в некоммерческих целях, пользуются в Азовском море и Керченском проливе свободой судоходства.

2. Торговые суда под флагами третьих государств могут заходить в Азовское море и проходить через Керченский пролив, если они направляются в российский или украинский порт или возвращаются из него.

3. Военные корабли и другие государственные суда третьих государств, эксплуатируемые в некоммерческих целях, могут заходить в Азовское море и проходить через Керченский пролив, если они направляются с визитом или деловым заходом в порт одной из Сторон по ее приглашению или разрешению, согласованному с другой Стороной.

Статья 3

Российско-украинское сотрудничество, в том числе совместная деятельность в области судоходства, включая его регулирование и навигационно-гидрографическое обеспечение, рыболовства, защиты морской среды, экологической безопасности, а также поиска и спасания в Азовском море и Керченском проливе, обеспечиваются как реализацией имеющихся соглашений, так и заключением, в соответствующих случаях, новых договоренностей.

Статья 4

Споры между Сторонами, связанные с толкованием и применением настоящего Договора, разрешаются путем консультаций и переговоров, а также другими мирными средствами по выбору Сторон.

Статья 5

1. Настоящий Договор подлежит ратификации и вступает в силу с даты обмена ратификационными грамотами Сторон.

2. Изменения и дополнения к настоящему Договору оформляются отдельными протоколами, вступающими в силу в соответствии с процедурой, описанной в пункте 1 настоящей статьи.

Совершено в г.Керчи 24 декабря 2003 года в двух экземплярах, каждый на русском и украинском языках, причем оба текста имеют одинаковую силу.

За Российскую Федерацию
В.Путин

За Украину
Л.Кучма

Ратифицирован Федеральным Собранием (Федеральный закон от 22 апреля 2004 года N 23-ФЗ — «Бюллетень международных договоров» N 7 за 2004 год)

Договор вступил в силу 23 апреля 2004 года.

И еще: Конституция РФ, статья 15, часть 4.
Если международным договором Российской Федерации установлены иные правила, чем предусмотренные законом, то применяются правила международного договора.

По-моему, все предельно ясно.
Ключевые слова — «свобода судоходства» и «мирные средства разрешения конфликтов».
И пусть Путин, Лавров, Шойгу, Косачев и путинские пропагандисты не делают вид, что они всего этого не знают, и ни договора, ни Конституцию не читали.

Свобода судоходства цинично ограничена.
Мирные средства столь же цинично отброшены.
В полной уверенности, что за это ничего не будет.

Но разве это первый договор, который перечеркнут путинской властью?

Мой Телеграм-канал

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире