Юру я знаю с арбатского митинга:  мы стояли рядом  и восхищались выступлением Виторгана-младшего, когда  остальная делегация из Дубны где-то распылилась в толпе. Фамилия у Юры очень простая, пусть здесь будет Иванов, а профессия – рабочий. Но что он рабочий,  я не сразу узнал, потому что дубненские рабочие,  они такие:  в научном городке слесарь или фрезеровщик  с тонкой настройкой рук, который мог собрать сложнейший научный прибор, в советские времена подчас получал квартиру в «сталинке» наряду с ближайшим начальством. Я таких двоих знавал, которые ездили по стране вслед за своими академиками.  Юра из той же закваски, но более позднего разлива и работает не на физику, а собирает катера где-то под Химками. Ему уже 50, жена его оппозиционную деятельность терпит, но по доброму, потому что Юра, видимо, и сам по себе хороший, без митингов.  Ещё есть сын, который играет в панк-группе, и дочь – студентка, красавица и модница из тех, что подбирают очки под цвет айфона. Дети папину активность не одобряют, боятся за него. Когда 6 мая 2012 года на Болотной его задержали, Юра потом пытался извести судью заявлениями о том, что якобы полицейские, которые его задерживали около «Ударника», не соответствовали тем, которые писали заявление «…не подчинялся законным требованиям представителей власти», и он получил сутки в изоляторе.  Слава богу, Юра не стал домогаться судьи всерьёз, до глубокой кутузки, хотя изводить оппонентов он умеет.  

Сразу после Болотной Юра вместе со мной занимался концертом в поддержку Pussy Riot, где и я сыграл, и его сын со своей группой. Накануне вечером он со знакомым парнем-ирокезом рисовал задник для сцены — «Свободу Pussy Riot!». Буквы получились прямыми и искренними.Ещё была акция с ГосДурой, куда мы посылали подгузники для взрослых в связи с принятием новой редакции закона о митингах. Юра послал свою порцию прямо автору, депутату от ЕР  Сидякину. С обратным адресом, конечно.  Потом был вечере в поддержку политзаключённых, пикет у оборонного предприятия, довёдший охрану до истерики, и личная акция Юры в виде баннера с грамматической ошибкой по поводу загрязнения природы шашлыками. В общем, Юра активист, каких и Навальному поискать.  К тому же он ездил на процесс в Киров, а сейчас регулярно посещает Болотный суд.  Его уже выводили из зала, чему я не удивляюсь. Ещё он болеет за «Барселону» и позволяет себе иногда ездить на их матчи в Испанию.

Юра не один такой в местном протестном кружке. Есть пара заводских рабочих и уборщица, которые регулярно сдают по 300-500 рублей на передачи и адвокатов. У них нет интернета, поэтому о массовых акциях я им сообщаю по телефону, и иногда они ездят и возвращаются потрясённые. Ещё есть женщина-провизор, у которой Интернет работает, несмотря на то, что она уже на пенсии; её вклад в помощь политзаключённым – 10 000 рублей.

Согласитесь, это же удивительно и здорово, что простые люди, которым Агитпроп Эрнста, Кулистикова и Добродеева компостирует мозги ныряющим Путина и колосящимися  озимыми с утра и до вечера – удивительно, что эти простые люди всё понимают.Ещё к ним можно добавить знакомых мне налоговых инспекторов, мелких предпринимателей, служащих банков и компаний и т.д., которые все вместе расшибают в пенки уничижительный кремлёвский образ восставших хомячков и креаклов.

Печаль же моя в том, что учёных среди них почти нет.  Почти – это значит, что он у нас 1 (один).   Когда-то, ещё в советские времена,  местному научному сообществу многое позволялось: концерты Высоцкого,  выставки авангардистов, «Машина времени» в Доме учёных, спектакли студии Юденича, джазовые вечера с исполнителями из братских стран,  и даже документальный фильм о третьей экспедиции американцев на Луну, где они катаются на электромобилях – совершеннейшее  потрясение для 70-х.   Здесь писал Зверев,  пел Визбор, ночевал Башлачёв.

Здесь были учёные-невозвращенцы,  и другие учёные, которые не боялись подать им руку на симпозиумах в Швейцарии. Местные кандидаты и доктора первыми начали очищать заброшенную церковь от мусора, а когда случился ГКЧП –просто его проигнорировали.

И вот как всё изменилось: публичные поступки стала неприемлемой  формой для людей с умными головами, которых здесь, несмотря на бедовые 90-е, всё ещё много.   Да, они голосуют против «Единой России» и Путина, дают маленький процент подмосковному Воробьёву. Но голосование у нас тайное и никто, кроме того единственного, не ездит на митинги. Ни один не сдал и рубля, чтобы купить сгущёнку коллеге, кандидату физико-математических наук Сергею Кривову, сидящему по «Делу 6 мая» с откровенно сфабрикованным обвинением;  ни одна дубненская газета, в том числе институтская,  не написала о новом законе, призванном обкорнать до корчей РАН; не было ни одного собрания или пикета по этому поводу.

И вряд ли того же Юру или провизора устроят отговорки, что ОИЯИ (Объединённый Институт Ядерных Исследований) – организация международная, не относящаяся к РАН и должна быть вне политики:  существует же профессиональная, научная, человеческая солидарность…

Я не склонен давать отповедь, я просто хочу сказать, что мне как-то неудобно напоминать людям, закончившим МГУ, МФТИ и МИФИ, что:

— если третьего дня начали выдавливать заслуженных учёных из Курчатника, но вы промолчали;

— если позавчера начали процесс над физиком за то, что он на Болотной защищал товарища, но никто из вас не встал у Мосгорсуда хотя бы в одиночном пикете;

— если вчера  Госдума изнасиловала РАН особо изощрённым, то есть, законным способом, но среди протестующих был всего один представитель из нашего города…  

 

…То  завтра обязательно придут к вам, и этим людям совершенно наплевать на ваш международный статус, звания и заслуги. Я не знаю, они вас будут сначала экономически насиловать или  сразу грабить:  не мне вам рассказывать, что своровано и растрачено на олимпиады столько, что на содержание государства – полицию, армию, бюрократию – оставшегося уже не хватает. А ведь на кормлении  ещё электорат, пенсионеры и бюджетники.  Поэтому власть прямым рекламным слоганом говорит: «Теперь мы идём к вам!»

Возможно, у меня фантомная боль от утраты свободной Дубны 70-х и 80-х.

Но я не отчаиваюсь. Потому что есть Юра, который пойдёт на митинг, перечислит денег, встанет в одиночный пикет. Есть  провизор, две рабочих, уборщица, экономист и ещё пара десятков неравнодушных и порядочных людей.

Мы научились обходиться без вас.

Но вот то, что власть готова обходиться без вас – вот это хуже всего.



Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире