belyakov

Антон Беляков

21 марта 2011

F
Думаю, никто не сомневается в целесообразности запрета на вождение автомобиля в нетрезвом состоянии.
Очевидно, что пьяный водитель опасен для окружающих. Но ведь вооруженный человек, если он пьян, представляет еще большую угрозу. Однако никакой ответственности за ношение оружия «под мухой» у законодательстве нет. В понедельник я планирую внести в Госдуму законопроект, который должен ликвидировать этот явный пробел.

В нашей стране правом ношения боевого оружия обладают миллионы граждан: это военнослужащие, сотрудники полиции, ГИБДД, прокуратуры, специальных служб, судебные приставы.
Прибавим сюда еще и работников частных охранных предприятий, а также простых граждан – владельцев травматического оружия. Все это в большинстве своем нормальные люди, и человеческие слабости свойственны им в той же мере, что и другим россиянам. То есть пьют они не меньше.

По официальным данным МВД, 80% убийств совершается в нетрезвом состоянии.
Среди них достаточно велика и доля преступлений, совершенных с применением оружия. Причем нередко смертоносным в руках выпившего человека становится легальное оружие.

Россияне уже давно смирились с тем, что сотрудники МВД и военные пьют.
На телевидении и в кино пристрастие человека в погонах к алкоголю часто подается как неотъемлемая часть его жизни и работы. Вспомним хотя бы известный цикл фильмов «Особенности национальной охоты», «рыбалки» и т.д. Герои этих картин, среди которых, кстати, и войсковой генерал, и милиционер, вооружены и беспрерывно находятся «под шафе», причем пьянство преподносится как способ решения всех проблем.

Или другой пример: типичная сцена из многочисленных телесериалов о жизни милиции.
Доблестные сыщики, раскрыв очередное запутанное преступление, отправляются в питейное заведение праздновать успех. При этом, как правило, табельное оружие находится при них. На экране обычно все происходит благополучно, а вот в жизни случаются, мягко говоря, эксцессы. Достаточно вспомнить майора Евсюкова, устроившего кровавую бойню в супермаркете в нетрезвом виде.

На вполне законных основаниях можно выпивать, имея при себе травматическое оружие.
При этом оно все чаще становится причиной человеческих жертв как в бытовых, так и более сложных конфликтах, например, имеющих межэтническую основу. Подобных случаев можно привести массу — от застреленного в собственном подъезде в Подмосковье православного священника Александра Филиппова до журналиста и футбольного болельщика Егора Свиридова, убитого в уличной потасовке».

Как ни парадоксально, запрет на ношение оружия в состоянии алкогольного и иного опьянения не входит в число ограничений, налагаемых по закону на оборот гражданского и служебного оружия.
Нетрезвый, не контролирующий себя полицейский не только порочит правоохранительные органы своим поведением. С оружием в руках он может представлять реальную угрозу жизни граждан. Однако должностные инструкции не принимать алкоголь, имея при себе пистолет, фактически носят для него только рекомендательный характер.

Это упущение несет очень серьезную опасность для общества.
С моей точки зрения, данный вопрос должен регулироваться на уровне федерального законодательства, а не подзаконных актов. Поэтому я выступил с инициативой внести в закон «Об оружии» и Кодекс об административных правонарушениях поправки, запрещающие ношение любого оружия в нетрезвом виде.

За нарушение этого запрета я предлагаю предусмотреть в административном кодексе ужесточение санкций за ношение оружия в нетрезвом состоянии.
Принадлежность к правоохранительным органам, вооруженным силам и спецслужбам, с моей точки зрения, является отягчающим обстоятельством. Поэтому должностных лиц за подобное нарушение в моем законопроекте предлагается штрафовать на сумму от 15 до 20 тысяч рублей, либо лишать их права на приобретение, хранение и ношение оружия на срок от шести месяцев до одного года. Для рядовых граждан предусмотрен тоже достаточно ощутимый штраф – от 2 до 5 тысяч рублей.
Российские власти должны рассмотреть вопрос о введении экономических санкций в отношении Латвии, в которой ежегодно проводятся марши ветеранов СС. Эти акции носят откровенно недружелюбный к нашей стране характер и порочат память о победе над нацизмом, которую одержала страна, в состав которой Латвия тоже входила.

Демонстрации в так называемый «День легионера СС» уже стали в Латвии традицией, они проходят там из года в ход. При этом местные власти легко разрешают эти акции. Это говорит о том, что среди Латвийского руководства есть люди, которые, во-первых, пытаются спекулировать на теме миллионов погибших в войну граждан СССР, во-вторых, раскалывают собственное общество, в-третьих, хотят нанести укол своему соседу, с которым Латвия многие годы составляла единое государство.

В современном мире принята однозначная оценка нацизма, которая юридически закреплена Нюрнбергским процессом. Во многих странах, оккупированных Гитлером, было люди, которые сотрудничали с нацистами и воевали на их стороне. Однако сегодня невозможно представить, чтобы, например, на центральной площади Парижа эти люди проводили шествия и митинги. Англичане и американцы подняли бы скандал: «Так вот  как французы отблагодарили нас через 60 лет после открытия второго фронта».

Россия как страна, претендующая на лидерство в мировом сообществе, не должна оставлять без внимания такие ежегодные акты надругательства над исторической справедливостью. С моей точки зрения, нужно предложить Риге дать адекватную оценку этим маршам, а в противном случае рассмотреть вопрос о применении санкций в отношении Латвии.

Эти санкции могут включать в себя запрет импорта продовольственных товаров из Латвии. Например, мы могли бы отказаться от ввоза алкогольных и безалкогольных напитков, которые в структуре экспорта Латвии в России составляют 54%, и рыбных консервов, качество которых, кстати, уже не раз подвергалось сомнению контролирующими органами. Также можно задуматься о частичном или полном отказе от услуг транзитной инфраструктуры Латвии, в том числе ее портов.

Кроме того, российский МИД должен инициировать обсуждение акций ССовцев в Риге на площадках международных организаций. Ведь по сути это уже не вопрос внутренней политики Латвии, а попытка реабилитировать нацизм, пойдя в разрез с общепризнанной в мире оценкой.

В Евросоюзе любые проявления неонацизма строжайше табуированы. Однако Латвия, являясь членом Евросоюза, но недотягивая до среднеевропейского уровня экономического развития, и в этом вопросе, вероятно, предпочитает оставаться на задворках.
Необходимо провести всестороннюю экспертизу состояния отечественных атомных электростанций с учетом мнения российских экологических организаций и международных экспертов. Пренебрежение к безопасности в атомной энергетике приводит к катастрофически последствиям. Опыт Японии должен чему-то научить российских атомщиков, раз они с такой легкостью забыли о Чернобыле.

Отечественные АЭС функционируют в основном на старых реакторах, сооруженных еще до чернобыльской катастрофы. Многие реакторы строились в 70х годах с учетом гораздо более низких стандартов безопасности. Срок эксплуатации подобных реакторов составляет не более 30 лет, то есть они отработали свое еще в начале прошлого десятилетия.

Например, уже несколько лет назад закончился срок эксплуатации блоков реактора на Ленинградской АЭС в Сосновом Бору. Эти блоки отработали свой срок 30 лет и должны были закрыться. Однако было принято решение продлить работы станции на 15 лет. Это при том, что даже оценить степень надежности оборудования на АЭС невозможно, так как на реакторах подобного типа износ происходит внутри энергетической установки. Вскрыть ее нельзя, так что никто не знает, что происходит внутри.

Можно привести и другие примеры. Более 30 лет работают и реакторы на Кольской АЭС в Мурманской области.

Проблема усугубляется еще и тем, что никакой косметический ремонт или поверхностная модернизация не может существенно повысить уровень безопасности на АЭС, построенных 30 лет назад. Напротив, потенциальная опасность аварий там существенно увеличивается. Полная замена реакторов, в свою очередь, требует огромных капиталовложений. Кроме того, многие эксперты указывают, что принятые решения об эксплуатации АЭС зачастую не подкреплены государственной экологической экспертизой, которая предусмотрена законодательством. Возникают опасения, что для госкорпорации «Росатом», как и для ее предшественников, безопасность не является приоритетом.

Но и это еще не все. Помимо АЭС в нашей стране существует большое число реакторов, используемых научными учреждениями и вооруженными силами. Их точное количество и нынешнее состояние – это загадка для общественности. Думаю, что ни одно ведомство не сможет предоставить более менее полной информации о том, как обеспечивается безопасность на этих объектах в том числе в связи с террористической угрозой. После теракта в «Домодедово» эта проблема выглядит особенно актуально.

Есть еще один важный аспект, который я бы назвал инфраструктурой атомной безопасности. Она в современной России практически отсутствует. В советские времена, во-первых, существовала система оповещения граждан о радиоактивной угрозе, которой сейчас нет. Во-вторых, в СССР была создана система атомных убежищ, которая поддерживалась в рабочем состоянии. В настоящий момент большинство этих помещений занято частными тирами, ресторанами, складами и т.д.
Наконец, раньше каждый гражданин со школьной скамьи знал, как нужно действовать в чрезвычайной ситуации, связанной с радиационной опасностью. Сегодня такие уроки в школах почти не проводят. По новому скандальному образовательному стандарту предмет «ОБЖ» должен стать обязательным, но неизвестно, сколько внимания в нем будет уделяться этому вопросу.

Профильные ведомства должны провести проверку состояния дел в атомной отрасли. Это им поручил премьер-министр. Я уверен, что эта проверка будет полноценной, только если к ней будут привлечены российские экологи, эксперты, авторитетные международные организации, например, Greenpeace.


Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире