Страна с нечеловеческим названием СССР мной воспринималась как некая чуждая среда, где всё устроено по-уродски, где настоящее тоскливо-серого цвета, а будущее – черного.
Я чувствовал себя там каким-то Бен Ганном.

В Перестройку вдруг обнаружилось, что таких «Палле-одних-на-свете» много, и мы все вышли на улицы и даже примерещилось, будто мы можем что-то изменить.

И вот настало утро 19 августа 1991 года.

Меня разбудил телефонный звонок.

«Спишь? – с истерическим смехом спросила коллега по редакции. – Включай телевизор».

Мы с женой послушали кафкианский бред, который несли с экрана дикторы.


Помню, что в камеру они старались не смотреть.

«Этот номер у них не пройдет, – сказал я. – Поехали в центр».

Мы поехали.

По Садовому ползли танки, их аккуратно объезжали машины, и никто даже не дудел.
С тротуаров с вялым любопытством смотрели люди, стояли обычные очереди за продуктами. Всем было наплевать.


РИА Новости. Сергей Субботин

Говорю: «Идем к Белому дому, наверняка все там».

Пришли.
На мосту бронетехника. Перед зданием российского верховного совета пусто.

Потоптались мы, пооглядывались.

«Ладно, – говорю. – Идем отсюда. Эта страна получает то, что заслуживает».

И побрели мы вверх по Калининскому проспекту.

Я думал: «Никогда себе не прощу, что не задержался на неделю, ведь уговаривали (мы всего день как вернулись из Германии, от друзей).
Теперь всё, снова железный занавес».

Вдруг поднимаю голову – и ощущение, что мне навстречу вздыбилась мостовая.

Сверху, со стороны Арбатской площади шла огромная, многотысячная толпа: люди, триколоры, почему-то строительный кран и на нем парни размахивают какими-то флагами.
И всё это движется к нам, сюда.



Даже сегодня, вспоминая этот миг, я начинаю моргать.
Это один из самых важных моментов в моей жизни. Впервые, в тридцатипятилетнем возрасте, я понял, что живу дома, что это моя страна.

У меня куча претензий к сегодняшней России.
Меня часто тошнит от ее правителей. Но разница в том, что за советского «бровеносца в потемках» с его «сиськами-масиськами» мне не было стыдно, он не имел ко мне отношения.
А когда один российский альфа-самец спьяну лупит по барабану или другой стрезву изображает горохового шута с глиняным горшком, хочется провалиться сквозь землю.

Августовские события 1991 года – единственное, за что наше поколение может себя уважать.
Больше, увы, пока хвастать нечем.

Ну вот я рассказал, что по поводу юбилея думаю я.
Судя по опросам общественного мнения тех, кто относится к тем событиям так же, в моей стране процентов десять.

Давайте посмотрим, какой позиции придерживаются читатели этого блога.

Задам-ка я вопрос, который сейчас задают все, кому не лень.

Как вы относитесь к провалу Августовского путча?

Голосование проводится по двум избирательным участкам: для россиян и нероссиян.
Предполагаю, что результаты получатся разными. А впрочем, поглядим.

Уважаемые жители России, как вы считаете?
Смотреть результаты


Уважаемые жители Нероссии, а что думаете вы?
Смотреть результаты


Оригинал


Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире