08:44 , 23 августа 2016

Как я выиграла суд у Департамента природопользования и охраны окружающей среды

Все началось с моей статьи в блоге на «Эхе Москвы», где я рассказала про вопиющий случай избиения рабочим — москвички, Дарьи П. Она возмутилась, увидев, как пилят деревья у нее в районе. Дарья всего лишь попросила показать порубочный билет, а в ответ получила по лицу. Давно нужно было написать об этом деле и о том, что за ним последовало. 




В общем-то, никто не ожидал, что статья вызовет шквал откликов, историю эту станут рассказывать даже по столичным телеканалам. На место спиленных деревьев привезли новые саженцы и посадили их. Вся эта эпопея с высаживанием молодняка в мерзлую землю показалась мне подозрительно похожей на акцию «Миллион деревьев», о чем я и написала в статье. И началось.   



На предположение, что это он и есть, стартовавший «миллион», меня натолкнула мысль о посадках на том же месте, где все спилили. Было в статье и слово «видимо», с моей стороны это было лишь предположение.  Однако, Департамент природопользования, как оскорбленная дева, начал грозить мне судом. Тем самым, справедливым и беспристрастным. На шум, поднятый Департаментом обратил внимание и главред «Эха Москвы» — Венедиктов, высказавший предположение, что на радиостанцию пытаются оказывать давление.



В ответ ДПиООС выпустил еще одну «фетву», где сообщал, что к Эху у них претензий нет, а есть желание покарать москвичку Анну Николаеву. Прошу обратить внимание, что оскорбляться ведомство Кульбачевского начало 28 октября 2014 года. Статья в данный момент доступна по сохраненной копии http://eco.mos.ru/presscenter/news/detail/1373840.html


Департамент природопользования не собирался взыскивать с меня миллион рублей, он собирался создать опасный прецедент, когда любая критика журналистами чиновников и департаментов мэрии Москвы будет караться в судебном порядке. Ни больше ни меньше, ДПиООС посягнул на мою личную свободу слова, и пытался на моем примере проучить особо борзых блогеров, что повадились совать свой нос в дела всемогущего департамента. Прошу обратить особое внимание, что оскорбляться ведомство Кульбачевского начало 28 октября 2014 года. Я честно ждала месяц, или два некоего уведомления с вызовом в суд.


Сразу две политические  партии, в той, или иной форме, предложили мне свою поддержку в борьбе с чиновниками из ДПиООС, (озвучивать их не буду, т.к. в итоге самым деятельным и активным все равно оказался независимый юрист). Не дождавшись никакого судебного иска, к новому году я благополучно забыла про ДПиООС и даже написала еще несколько статей, где критиковала ведомство с новой силой. Каково же было мое удивление, когда в почтовый ящик 2 июня 2015 года (!) мне пришло уведомление с требованием явиться в Хорошевский районный суд по иску о деле чести и достоинства ДПиООС!    
На предварительное заседание в суд пришла в гордом одиночестве, в коридоре сидел юноша. «Вы наверное, Николаева?» — елейно заулыбался парниша. «Да, но я занята, и разговаривать с вами буду только в суде, или в присутствии адвоката».  Хмурая судья В. попросила наши паспорта и взяла у истца доверенность, на представление интересов ДПиООС в суде. «Камышев» — прочитала я фамилию представителя.

Судья поинтересовалась, действительно ли блог на «Эхо Москвы» принадлежит мне,  пристально и с недоверием посмотрела, наконец, в глаза. «Да, статья моя». «Знаете ли вы, по какому поводу вас вызвали в суд?» — продолжала интересоваться судья. «Нет, иска не видела, уведомление получила два дня назад» — ответила я.    
Тогда судья переключилась на Камышева. Весь праведный гнев, по поводу моих мыслей о чудесной программе «Миллион деревьев», представитель ДПиООС вложил в свою обвинительную речь: «.... Николаева, не разбираясь ни в чем, написала… Мы пострадавшая сторона… .мы не рубим деревья, мы их сажаем». «В чем вы видите оскорбление чести и достоинства в статье?» — продолжала настойчиво задавать один и тот же вопрос судья. Потерявший терпение Камышев все больше распалялся, пытаясь изобразить возмущение. Его пламенную речь прервала судья: «Хорошо. У вас там целый юридический отдел работает, дело ваше».

ЛИРИЧЕСКОЕ ОТСТУПЛЕНИЕ. О ПЕРВОМ ВПЕЧАТЛЕНИИ О ЧЕЛОВЕКЕ

Собственно, я и не делала ничего, просто откликнулась на предложение Станислава Станкевича представлять мои интересы в суде с ДПиООС. Наша первая личная встреча состоялась перед одним из заседаний. С некоторым даже удивлением читала на двух страницах  «разбор полетов» моего текста, написанный Станкевичем заковыристым юридическим языком. Тихо обалдевала, до какой же степени неграмотными и надуманными были аргументы истца!  
 
На всякий случай мы подписали  тактическую бумагу с просьбой о прекращении дела, и переводом его в Арбитраж. «Бумагу подавать будем в крайнем случае» — заверил меня Станкевич. А заседание № 2 опять оказалось… предварительным. Вместо молчаливой судьи В., за столом сидела судья Б. Теперь, вместо Камышева интересы Департамента природопользования представляла некая блондинка в очках, отчаянно похожая на Эвелину Хромченко. 
 
«Мы хотели бы ознакомиться с вашими возражениями по иску» — заявила блондинка. " Считаю, что дело яйца выеденного не стоит" — ответил ей Станкевич и положил на стол ходатайство о прекращении дела. Судья Б. подняла брови до упора и уставилась на Станислава поверх очков, а я перестала дышать. Дама в мантии погрузилась в чтение нашего ходатайства, и с удовольствием перенесла основное слушание на начало июня.       
За месяц с лишним, что мы провели в беготне по судам и в изучении материалов обвинения, выяснилось следующее. Дело было раздуто в громадный кирпич, где кропотливо собирались мои статьи, с целью доказать, что к Департаменту природопользования я испытываю «такую неприязнь, что аж кушать не могу» © и пытаюсь намеренно опорочить светлое дело озеленения всея Москвы.       
Далее, удивлению моему не было предела, добрую четверть бумаг в деле Департамент природопользования пытался…. установить мою личность. Оказалось, что это не так и просто. Судебная машина задвигала челюстями и кряхтя покатилась. Путем нудных запросов во все инстанции, на мейл.ру, на Эхо Москвы, и т.д., была найдена моя полная тезка, совершенно посторонний человек. 
Девица проживающая в престижном районе Кутузовского проспекта, наверняка, сильно удивилась, получив повестку. В суд  моя полная тезка, Николаева, не пришла, пришел ее адвокат, он в два счета доказал, что его доверительница не имеет никакого отношения ни к журналистике, ни к блогу на «Эхо Москвы». И только спустя несколько месяцев, путем «титанических усилий», меня нашли, а дело с пометкой «Передано с процессуальными нарушениями», поплыло в Хорошевский районный суд.   

На этом, сюрпризы юридического отдела из ДПиООС не закончились. В пышном и цветистом иске требовали не только опровержения моей статьи от 27 октября 2014 года. http://echo.msk.ru/blog/anna_nikolaeva/1425964-echo/,   В пылу праведного гнева Департамент природопользования требовал опровержения фактов, якобы, изложенных мною на экологической конференции 12 сентября 2011 года !!!       


Мало того, ни одной бумаги, подтверждающей, где и когда прошла эта мифическая конференция 2011 года, на которой я очерняла и порочила лучшую в мире программу «Миллион деревьев», стартанувшую в 2014 году, в деле не было.     
Вообще, все материалы, где к ним приложил руку Департамент природопользования, представляли собой винегрет из плохо смонтированных фактов и надуманных обвинений. Как в школьной игре, где туловище, голову и ноги рисуют соседи по парте, и все вместе потом смеются над получившимся портретом. Выводы были притянуты за уши, даже иск грамотно составить в ДПиООС не смогли.

Когда настал день итогового заседания, наши оппоненты Камышев и блондинка в очках, пришли вместе. Моя группа поддержки тоже собралась. Приехала активистка из Коптево — Елена Караваева, депутаты — Саша Андреева, Людмила Покаместова, Татьяна Логацкая и Марина Сидорчук.       
Слово взял истец, где опять, заученно повторял о том, какой нечеловеческий ущерб деловой репутации, чести и достоинству Департамента природопользования я нанесла своей статьей. Долго и нудно рассказывал про «злой умысел». «Вы в контексте смотрите, в целом, статья вся порочит, не какой-то фрагмент, а по смыслу» — заявлял Камышев.

Когда настала наша очередь, Станислав Станкевич задал истцам вопрос, а что, собственно, такое «Миллион деревьев», каким нормативно-правовым актом регламентируется? «Что это? Акция, программа? Где моя доверительница, как вы говорите, могла с ним ознакомиться,  покажите мне этот документ, он есть в деле?» — задал вопрос Станислав.       
Как задергался господин Камышев! Прозвучали слова, что это «программа по заданию мэра Москвы», что «Миллион деревьев» это просто упрощенная посадка деревьев. «Документ покажите, пожалуйста» — попросила судья В. Зашелестела страницами дела блондинка, пытаясь найти нужные бумаги, оживилась в зале моя группа поддержки. Повисла томительная пауза. Оказалось, что истцы не могут так вот, сходу, сразу, найти нужную бумагу по предъявленному обвинению. «Вы к делу готовились?» — задала истцам резонный вопрос судья.

МИЛЛИОН, ИЛИ НЕ МИЛЛИОН?

Истцы в ответ заявили, что да, конечно готовились, но «Миллион деревьев» регламентируется документом для внутреннего пользования, подшит где-то там, в недрах служебной переписки здания на Арбате. Соответственно, никто кроме работников ДПиООС c этим нормативно-правовым актом ознакомиться не мог.    
Сразу же вылетал один из основных столпов обвинения, что я знала все о «Миллионе деревьев».    
Заседание принимало совсем не тот оборот, на который надеялись наши оппоненты. Далее, мне оставалось только наблюдать, как мой добровольный представитель продолжает задавать вопросы, на которые у стороны истца ответов нет, я и представить себе не могла, насколько Станкевич крут. И в голову не могло прийти, какого великолепного юриста мне подарила судьба. Именно Станислав выиграл уже не одно дело против гражданских активистов, которых регулярно защищает в судах Москвы. Противник поплыл, он попадал раз за разом в расставленные ловушки, ответы истца выглядели  все более нелепыми и агрессивными. Суд довольно быстро стал напоминать избиение младенцев.

«Мы нашли документ про «Миллион деревьев» — вдруг произнесла покрасневшая представительница Департамента. Зал засмеялся. «Тишина в зале!» — сразу пресекла веселье судья и взяла бумагу из дрожащих рук девушки. «Может быть вы дадите стороне ответчика второй экземпляр, как предполагает Процессуальный кодекс?» — продолжал добивать истцов Станкевич.      
В итоге, найдено было то самое поручение мэра Москвы, но увы для истца, оно не являлось регламентирующим правовым документом.

«Уважаемый суд! Мы просим перенести слушание дела…» — с отчаянием в голосе произнес Камышев. «На каком основании? У вас было недостаточно времени для изучения дела с 2014 года?» — спросила судья. Представители Департамента все больше напоминали школьников у доски, которых учительница отчитывает за невыполненные уроки».

«Да и еще, в иске говорится о какой-то конференции 2011 года, где моя доверительница выступала о событиях 2014 года. Само собой, что она не могла распространять сведения из будущего». «Где говорится?» — распахнула накрашенные ресницы блондинка. «В иске. Вы не читали свой иск?» – припечатал истцов Станкевич. 

«Ваша честь! Здесь описка!» — с отчаянием в голосе выкрикнул Камышев. «Описка, это когда вместо Света, написано «Твета» А у вас — не описка. Позор, как вы проводите это дело, государственный Департамент !» — ледяным тоном произнесла судья. «Или вы думали, что уже выиграли дело автоматически и сюда достаточно просто прийти? Суд удаляется на совещание» — отрезала дама в мантии и вышла из зала.       
«Ты, очкастый, за базаром следи» — выкрикнул Камышев в нашу сторону. Зал опять дружно засмеялся и началась взаимная перепалка сторон с места. 
 
Когда судья зачитывала решение по делу: «В исковых требованиях Департамента природопользования к журналисту Анне Николаевой отказать» — зал дружно аплодировал.
В тот раз не удалось создать прецедент с судебным наездом на журналиста.     
      
 Обещаю, что не забуду и не прощу того, что Департамент природопользования попытался устроить разборки со мной через суд, посягнув на мою свободу слова. За те потерянные часы, что мне пришлось провести в здании суда и за свои нервные клетки. Обещаю торжественно и клянусь, что каждое слово чиновников Департамента природопользования буду рассматривать с пристрастием.        
Каждая акция за отставку Антона Кульбачевского будет освещена в моем блоге, тем более, что ДПиООС все чаще и чаще дает повод для протестов. На каждой встрече с населением даже в самых отдаленных уголках Москвы, с участием Кульбачевского, я буду задавать свои вопросы, и поверьте, они не будут приятными для чиновных ушей.

     
Также, обращусь к своим коллегам — журналистам, и просто отчаянным блогерам-правдолюбам — не давайте повод сожрать себя в потрохами за неосторожное слово. Учитесь быть убедительными, но держаться в рамках приличий. Как показал мой скромный опыт — не пренебрегайте тем, что дает вам интернет, и в частности, блог в живом журнале — псевдоним и анонимность. Пусть поищут вас год-другой, глядишь, либо ишак сдохнет, либо сменится глава Департамента, что намерен таскать вас по судам. 

Фото: Анна Николаева


Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире