anevskaya

Алена Невская, журналист

19 января 2016

F





Наконец-то сойдём с Острова Сите, перейдём речку, попадём сюда. Площадь Сен-Мишель (Le Quartier latin, 1855) и одноименный фонтан – La fontaine Saint-Michel, 1860  (Наполеона III и Барона Оссмана помните? — они поставили). 




Отсюда: направо пойдёшь – в квартал Одеон попадёшь; налево пойдёшь — в Латинский Квартал придёшь. Прямо пойдёшь – на Буль’Мишь’ окажешься.



Первоначально вместо фонтана хотели поставить гигантскую статую Наполеона I. Но в итоге решили, что Архангел Михаил Поражающий Дракона – лучше. Официальное название фонтана — Борьба Добра со Злом (La lutte du Bien contre le Mal).



Парижанам фонтан, надо сказать, не понравился. Парижанам вообще мало что нравится. По началу. Потом привыкают, гордятся. Припомнить Эйфелеву Башню. А про  фонтан, конкретно, даже стихи сочиняли:


В этом отвратительном монументе  -- Dans ce monument exécrable, Не видно ни таланта, ни вкуса,  -- On ne voit ni talent ni goût, Дьявол ничегоне стоит,  -- Le Diable ne vaut rien du tout; Сен-Мишель не стоит дьявола  -- Saint Michel ne vaut pas le Diable.



От фонтана выходим на Буль’Миш’:







Бульвар Сен-Мишель (Le boulevard Saint-Michel, в просторечии «Буль'Миш» / Boul’Mich’)  (французы все длинные слова сокращают).



Если пойти по нему дальше прямо, дойдёшь до:

Слева, на пересечении с Бульваром Сен-Жермен (Le boulevard Saint-Germain) — Римские Бани (Les thermes de Cluny, I-II AD) (наследие римского присутствия эпохи Лютеции), прилегающий к ним Отель Клюни (L'Hôtel de Cluny, XV AD) с Музеем Средневековья внутри (Le musée de Cluny — Musée national du Moyen Âge — Thermes et hôtel de Cluny, 1843). Музей волшебный. Маленький, душевный. Далее, опять же по левую руку – Сорбонна (La Sorbonne, XIII) (эдакий градообразующий университет). Ещё дальше – площадь Эдмон-Ростан (La place Edmond-Rostand), с которой – направо – Люксембургский Сад (Le jardin du Luxembourg, 1612, парижане называют «Люко» — «Le Luco»), налево – Пантеон (Le Panthéon, 1758-1790).



Всё близко. Всё в двух шагах….


Но мы туда не пошли. Пошли сразу налево.







Так называемый «Латинский Квартал». Вообще, всё, что вокруг Сорбонны – это и есть «Латинский Квартал» (Le Quartier latin). Прозван так не потому, что здесь «латиносы» живут (как кое-кто у меня спрашивал), но оттого, что с самых давних времён здесь обитает во множестве учёный люд, сколяры и профессора, приезжавшие со всего мира, и объяснявшиеся между собой на «учёном» латинском языке. По сей день здесь множество высших и классных учебных заведений. Ну и прочего. Внизу, ближе к реке (то есть то, что на фотке), квартал крикливых, дешёвых, заманчивых и не самых хороших «ресторанчиков», греческих и не очень. Хотя есть и исключения. Меня, лично, вполне удовлетворяет ресторанчик Le Bistro 30 (30, Rue du Severin), где за самые минимальные деньги тебя достаточно вкусно (если правильно выбрать) и весьма обильно кормят чем-то более-менее настоящим. Будете голодать в этих краях – рекомендую (не шик-блеск, конечно, но вполне).
















Здесь же, но взглядом с набережной:





Просвет между домами – это не просто так, это улица. С абсолютно чудесным названием – «Улица Кошки (или Кота) Ловящего Рыбу». Rue du Chat-qui-Pêche. Нет, ни котов, ни кошек с удочками здесь, конечно, никогда не было и нет (разве что нарисована на стене одного из домов). Хотя могли бы быть. Некогда улица выходила не на набережную Сен-Мишель (9, quai Saint-Michel), как сегодня, а прямиком к реке. Набережной не было. И улица называлась, когда возникла в 1540 году, rue des Étuves (улица Парилен) (от слова «парильня»). «Кот, который ловит рыбу» появился позже, благодаря уличной вывеске… А вывеска была связана с народной французской поговоркой: «Aller voir pêcher les chats» — дословно – «Идти смотреть на котов ловящих рыбу». И значит – «позволять (пере)убедить себя слишком легко, слишком легко поддаться чужому мнению».










Что-то на стене:








Неужели кто-то живёт, в окошко смотрит?..





















Максимальная ширина улицы – 1,80 м. Длина -29 метров. Зачастую вам говорят, что это самая узкая улочка в Париже. Но это не так. Имеется поУже. «Le sentier des Merisiers» – 0,90 м в ширину. Не здесь. В 12-ок «аррондиссменте» (округе).




(...)





(...)

Традиционная табличка по истории на углу с улицей Huchette (проложена в XII веке под именем Laas).






Написано: 

«История Парижа. Улица Юшетт. Своё название получила по вывеске, упомянутой в конце XIII века: Золотой Ларец / Ларец с Золотом (Huchette, здесь, переводится, наверное, как «маленький ларь», прим. моё). Известна с конца Средних Веков своими постоялыми дворами и, в XVII в. – своими торговцами жареным мясом и кабаре. Пользовалась дурной репутацией и славилась своими знаменитыми карманниками (дословно: «подрезателями кошелей», прим. моё). Множество старинных домов. В доме номер 14, на углу улицы Chat-qui-Pêche, медальон украшенный  знаком «Y» — ребус к «lie-grègues» — шнурок для привязывания между панталонами и «о-де-шосс» (короткие штаны). Шумная и бурлящая активность средневековья вернулась на улицу с появлением здесь многочисленных ресторанов, средиземноморских или экзотических».

(...)

Париж времён первого упоминания об улице Huchette:







Сегодня здесь самая большая концентрация мест общественного питания в Париже:







(...)


Но мы в тот день концентрацией не воспользовались. Отошли чуть подальше. Зашли в традиционную французскую «блинную» (une crêperie).

NB.
Хозяйке на заметку: весьма рекомендую попробовать не «блин» (la crêpe), но «галетт» (la galette) – блин из гречневой муки (la galette de sarrasin) — если, конечно, с чем не сладким.









(...)

Источник конфузливой отмазки: «Пойду позвонить», вместо откровенного «Пошёл в туалет». В до— мобильную эру  рядом с туалетом обязательно располагался старорежимный телефон. Ну, может не совсем обязательно, но почти всегда.





Накормились, напоились, спать не уложились… На круги своя…







Продолжение следует….




Поднявшись из Сквера Vert-Galant предыдущей рассказки обратно на Новый Мост (Pont Neuf), любуемся двумя фасадами красного кирпича и белого камня.



1.





Площадь Дофина (place Dauphine). Дословно — Площадь Наследника. Названа в честь сына Генриха IV и Марии Медичи, будущего Людовика XIII.



2.




Обустроена в связи и одновременно со строительством Нового Моста (Pont Neuf, 1578-1607) по оригинальной идее короля Генриха IV. Ради чего три некогда существовавших здесь островка, с говорящими названиями, были соединены воедино и новая площадь застроена домами из красного кирпича и белого камня. В строжайшем соответствии с королевским «регламентом». Архитектурная «визитная карточка» Парижа тех времён (наравне с «королевской» площадью Вогезов / la place des Vosges). А острова назывались: «Остров проводников коров» (Îlot du Passeur-aux-Vaches) или «Коровий /Бычий Остров» (Île aux Vaches / île aux Bœufs), «Остров Патриархов» (или Îlot de la Gourdaine), «Остров Евреев» (Île aux Juifs). Последний так назван, «без сомнений», вовсе не за то, что на нём евреи жили-были-процветали, но из-за религиозных казней. Здесь же, на этом островке, сожжён заживо на костре и последний «великий магистр» ордена Тамплиеров (l’ordre du Temple), Жак де Моле (Jacques de Molay, 11 марта 1314). Говорят, ровно на месте нынешнего дома номер 26 (читать замечательный исторический роман Мориса Дроюн «Проклятые Короли» (Maurice Druon, «Les Rois maudits»); смотреть экранизацию 2005-го года году с нашим дорогим «соотечественником» Жорой Депардьёв в роли главного проклинателя— тамплиера (но если книгу наизусть не знать — ничего не понятно, тогда лучше сериал 1972-го года).




3.

«До» 1380 год и «После» 1620 год


Если присмотреться к первому плану — можно разглядеть прямоугольник под обозначением «Jardin du Roi» — Королевский Сад. Так оно и было. С незапамятных времён — огород и сад к королевскому столу Королевского Дворца за спиной. Застроили….




4.

Claude Chastillon, 1655



5.

La place Dauphine et le pont Neuf en 1615, plan de Mérian



6.




На заднем фоне — Дворец Правосудия (Le palais de justice). Которое (правосудие) здесь было всегда (со времен римской Лютеции и её королевского дворца с трибуналом). Так что площадь пришлась как нельзя кстати: деловые переговоры, разговоры, договоры и прочие конфиденциальные сделки обсуждались традиционно вне стен (у которых уши), но в местах открытых, желательно уединенных. Уютная, камерная площадь подошла адвокатам идеально. А также ювелирам, оптикам, гравёрам….



Первоначально площадь была совершенно закрытой (два узких прохода с противоположных сторон, остался один), торцовую часть зданий снесли в 1854, дабы обнажить Дворец Правосудия. Из всех домов, которые по королевскому указу должны были быть одинаковыми и неизменными во веки веков, аутентичными остались только два — со стороны Нового Моста.



Небезызвестный уже вам Барон Оссман (Georges Eugène Haussmann, 1809-1891) планировал было снести Площадь и отстроить «сквер в окружении домов нео-греческого стиля». Не успел (Слава Богу). На пенсию вышел вовремя….



В доме N* 15 жили Ив Монтан и Симона Синьоре (Simone Signoret et Yves Montand).




7.




Русскоязычная Вики пишет, что на площади происходили «Салоны Дебютанов». Дословно и подробно: «С начала XVIII века — один из центров художественной жизни Парижа. На площади со стороны Нового моста проводилась выставка дебютантов (фр. Exposition de la Jeunesse). О ней упоминается в литературном журнале тех лет Mercure de France. Выставка проходила в день Тела и Крови Христовых под открытым небом. Если в этот день шёл дождь, то выставка переносилась на следующую неделю. Если же и через неделю шёл дождь, то проведение выставки откладывалось до следующего года. Вначале выставка проходила стихийно, но постепенно стала регулярным и ожидаемым событием. С 1722 года выставкой стали интересоваться академики Королевской академии. Благодаря выставкам на площади Дофина признание публики получили Фрагонар, Шарден, предложивший публике своё полотно «Скат» в 1728 году, и Никола Ланкре. Салон дебютантов просуществовал до Великой французской революции, когда революционное правительство запретило праздник Тела и Крови Христовых».


Здесь всё как бы правда, и как бы не совсем. Хотя молодые художники действительно «выставлялись» здесь. Вперемешку с прочими кустарями и малёвщиками вывесок и афиш. Академические издания характеризуют те «выставки» — «своего рода базарами»... Ну да это не важно…

Что важно — будет оказия, загляните в «Таверну Генрих IV» (Taverne Henri IV). Это не на самой площади, но «у входа». В одном из красивых красно-белых домов. На первый взгляд таверна неприглядна и неказиста. Но советую. Отличное вино «от мелких производителей» и аутентичный «перекус» с сырами и ветчинами. Горячее в обеденное время. Очень милая атмосфера с трофеями и фотографиями собственников (семейный «бизнес» многих поколений) по стенам. Бывший хозяин специализировался на «божоле» (Beaujolais — привет новичкам в изучении французского) и в день, когда «нуво» (nouveau) прибывало, у дверей Таверны устраивался почти что грандиозный праздник. С оркестрами, «гурманами» и телевидением… Припоминаю, когда-то давно, когда лимит поглощённого алкоголя «за рулём» был ещё достаточно высок, впервые во Франции увидела чувачка, что сел за руль своего драндулета будто ровно для того, чтоб не упасть, чтоб было за что держаться… В общем — советую!


А мы идём дальше…

просто дома…





слева на последнем этаже квартирка симпатичная…











очередная «историческая» табличка на фоне исторического места:




Набережная Орфевр (Le quai des Orfèvres). Местная Петровка 37.









птички






умудрилась






другая история

2012_12_23_Paris_Noel-2539









Продолжение следует….





Всем известно — чашечка кофе стоя за стойкой кафе — одна цена, та же самая чашечка сидя за столиком — цена другая, на террасе (зачастую) — третья. И на террасе, конечно, дороже. Но оно того стоит! Нынешний пост воскресный, отдыхаем. Сидим за крошечным круглом столиком, смотрим происходящее пред глазами кино.



(фото, разумеется, из разных кафе и разных дней — за один присест мне столько не выпить)....
































— . Парижанка.






— . Парижанин






— . Мимо проезжающие….






— . Мимо проходящие….






— . Школьники. Самокат — главное средство передвижения…





— .










— Разговор.







— Зашла в кафе….






— Да, тут рядом…






— и вдруг ливень накрыл….






— хорошо смотреть за стаканчиком вина из-под крыши….
























— . ливень быстро кончился….






— . и получилась такая картинка…. насотящая!







-. внутри….




































































-. опять мимо… Машинко чисто для Парижа. Может парковаться перпендикулярно тротуару. А мест с парковкой (абсолютно повсюду платной) в Париже примерно так: как только я вижу свободное место, мне страстно хочется припарковаться. Хотя вот здесь и сейчас мне совсем без надобности…. Так, рефлекс… В остальном, практически все штрафы — за парковку в неположенном месте. Ага! А ты пойди найди где припарковаться! Положено… А надо…. Как-то так….








— прохожие….

























— туда сюда головой крутя…..


























— школьники…






— популярный ныне мопед (не мой)... два колеса впереди, одно — сзади….






— (...)























— .







— . вкусный винный бар «L’Ecluse».... «сетевой» бар. по правильным местам Парижа….






— Няня…






— Прохожая…






— Допили, дальше пошли….







— Вечереет….

























— Очередь….





— по выходу….






— ....




















продолжение следует….



Герб Парижа. Кораблик на волнах. В соответствии с девизом: «Fluctuat nec mergitur»
(что-то типа: «Зыблем, но не потопим», «Качается на волнах, но не потопим», «Держится на поверхности, но не тонет»; ну или так: «Paris, malgré le temps et les adversités de toutes sortes, est toujours indestructible» — «Париж, несмотря на время и всяческие невзгоды, всегда нерушим».

Официально принят девизом Парижа Наполеоном III 24 ноября 1853. До того один из девизов города, происходящий из слогана речных галльских навигаторов, что представляли из себя богатый могущественный цех, управляющий муниципалитетом в Средние Века.




То было вступление. А мы продолжаем гулять….


Из вчерашнего сквера Vert-Galant можно сесть на экскурсионные кораблики «Vedettes du Pont Neuf». Кораблики помельче их наиболее популярных собратьев «Bateaux Parisiens» или «Bateaux Mouches», поинтимней. Комментарии не из наушников, но от живой весёлой девчушки. По крайней мере так нам повезло в тот раз. Девчушка с шутками и прибаутками рассказывает о мимо проплыващющих красотах, заигрывает (светски) с пассажирами, разговаривает живым языком (я лично не люблю магнитофонные записи банального тур-обзора). Одна проблема: разговаривает девчушка по-французски и по-английски. На всех языках разом, понятно, не получится. Тем более что болтать надо без умолку: плотность красот и достопримечательностей за бортом приближается к абсолютному максимуму. Так что если вы в этих языках не очень – лучше выбрать иные компании (а то все вокруг смеются, а ты один как дурак не в теме) (это я про себя в подобных ситуациях). Можно, конечно, и индивидуальную яхту с индивидуальными шеф-поварами, официантами и гидом заказать! А можно сделать ещё хитрее: сесть на «корабль-автобус» (Batobus Paris) и примерно за те же деньги (не яхты!) кататься целый день, выходя и возвращаясь на кораблик по своему усмотрению (Hop-On Hop-Off ). «Автобус» делает девять остановок (Tour Eiffel, Musée d'Orsay, Saint-Germain-des-Prés, Notre-Dame, Jardin des Plantes / Cité de la Mode et du Design, Hôtel de Ville, Louvre, Champs-Élysées, Beaugrenelle) – ничего не пропустите! По случаю не лишне и старорежимную печатную брошюрку приобрести: «Париж – путеводитель по берегам Сены» (благо тоненькая) и читать обо всём, что видишь. А можно и телефоном удовлетвориться…



Мы в данную нашу прогулку сели в «Vedettes du Pont Neuf». И поплыли. Декабрь. Переменная облачность…. Фоточки так себе, я понимаю…. Но…



1. Почему-то первая фотка по маршруту…  Наверное это просто красиво ;-)





2, Почивший магазин Samaritaine. Так жаль. Там, на крыше, когда-то была абсолютно бесплатная «смотровая площадка» откуда самый красивый вид, был… Самый центр города. Сейчас идёт тотальная реставрация зданий. Что там получится… А ведь был (магазин) одним из «символом» Парижа. Голосовая реклама до сих пор «в ушах стоит»: «On trouve tout à La Samaritaine». (Найдёшь всё в Самаритен»)…. Название восходит к находящейся здесь года-то водяной помпе, «La Samaritaine»…






3.





Институт Франции. L'Institut de France. То есть на самом деле – Академия, точнее – союз пяти Академий (наук, изящных искусств, изящной словесности, etc…) Основан по завещанию (1661) Кардинала Мазарини, первоначально в качестве «Колледжа Четырёх Наций» (Le collège des Quatre-Nations) для бесплатного обучения шестидесяти отпрысков знатных семей четырёх вновь присоединённых провинций (1648). Примерно здесь когда-то находилась Нельская башня, рассказку о которой я не устану рекомендовать.

















4. Мост Искусств. Le pont des Arts (или la passerelle des Arts). Ещё весь в «замочках» (см. вчерашнюю рассказку). Позади – Новый Мост (Le Pont Neuf). Сквер Vert-Galant. Западная оконечность Острова Сите (L'île de la Cité). Фасады домов «входа» на Площадь Дофина (La place Dauphine).






5. Большой дворец. Le Grand Palais. Построен для Всемирной Выставки 1900 года. Под вывеской: «Монумент посвящённый Республикой во славу французского искусства» («Monument consacré par la République à la gloire de l’art français «). Ныне – всевозможные выставочные залы (временные экспозиции). А на крыше – пчелиные ульи. Хотите отведать мёд с парижских тротуаров?





6. С одной стороны Лувр начинается…






7. С другой стороны Орсей заканчивается… (Musée d'Orsay - «музей импрессионистов» )...






8. У подножия Сада Тюильрии (Le jardin des Tuileries). Шлюпочки (многие) жилые. То есть там люди живут. Как в квартирах. Только уплывают время от времени.






9. То же самое, но у подножия Площади Согласия. La place de la Concorde.










10. Мост Александра III. «Инаугурирован» к Всемирной Выставке 1900. Заложен (первый камень) Николаем II в 1896 г., назван в честь понятно кого, символизирует русско-французскую дружбу, а точнее «альянс», подписанный Александром III и Президентом Франции Сади Карно в 1891 г. ..К слову, в честь высоких гостей французы исполняют гимн России и гимн Франции. Аналогично, во время визитов новых друзей в Россию, в их честь тоже исполняется национальный французский гимн. Конфуз. Состоявший в том, что национальный гимн Французской Республики, «Марсельеза», слушать которую даже царю Всея Руси приходилось стоя с непокрытой головой… запрещён в Российской Империи!  Рассказывают такой анекдот в связи: «(…) Оболенский доложил, что в таких случаях по этикету следует играть гимн, и Государь ответил, что так и следует поступить. «Но, Ваше Величество, это Марсельеза». – «Но ведь это их гимн, значит, его и следует играть». – «Но, Ваше Величество, это Марсельеза…» – «Ах, князь, Вы, кажется, хотите, чтобы я сочинил новый гимн для французов; нет уж, играйте тот, какой есть».










11. Ой, а это что такое?














12. Солдат «Зуав» у Моста Альма. Le zouave du pont de l'Alma. Название моста отсылает к победе англичан, французов и турок-оттоманов против русских в битве при реке Альма (1854 г. Крымская война). Ныне является (по популярной традиции) «измерительным прибором» наводнений Парижа. «Если у Зуава ноги в воде – Сена поднялась». В кошмарном 1910 году вода дошла Зуаву до плеч (а Париж был затоплен)… В 1974 Зуава подняли повыше, о чём народная молва не упоминает. Но продолжает смотреть на ноги (я знаю, что «молва» смотреть не может, можно не комментировать). Сегодня уровень Сены измеряется (официально) у моста Турнелль (pont de la Tournelle).






13. Площадь Альма. La place de l’Alma. И золотой «Огонь Свободы». Копия в натуральную величину верхушки статуи Свободы в Нью-Йорке, подаренная США Франции в честь франко-американской дружбы в 1989 году, после того, как Франция подарила США в честь той же самой дружбы саму Статую Свободы в 1886 г. С 1997 года – спонтанный «памятник» Принцессе Диане, погибший в одноимённом туннеле приблизительно здесь.





14. Так просто…










15. Плавучие сады….













16. Возвращаемся… Мост Александра III













«Fluctuat nec mergitur»














17. Конкуренты…







18. Крыша Большого Дворца.










19. Променады. Позади высокое зелёное острое – «Американская Церковь», 65, Quai d'Orsay









Скалолазочки…






20. Мост «Инвалидов». Pont des Invalides. Самый низкий мост Парижа.





Из под — к мосту Александра III





21. Площадь Согласия.






22. Национальная Ассамблея.












23. И опять Музей Орсей.











24. Отель Сальм (городская резиденция фамилии Сальм). Дворец ордена Почётного легиона и музей военных орденов Франции. Hôtel de Salm. Musée national de la Légion d'honneur et des ordres de chevalerie. Начало строительства – 1781 год. Ничего не напоминает? – Посмотрите на Белый Дом в Вашингтоне. Начало строительства 1792.







25. «Посмотрите направо – это самый узкий дом в Париже!» — скажет (весьма возможно) вам гид на кораблике. Не верьте. Самый узкий и маленький по адресу 39, rue du Château-d'Eau. Это совсем не здесь.







26. Всё. Остальное просто так. Или вы уже сами всё знаете…. Да и вааще — темнеет стремительно…






























































































Мэрия Парижа.





Продолжение следует…

памятник Генриху IV на Новом Мосту



Генрих IV был очень хорошим королём. Но это поздно поняли. Уже после того, как убили. Так бывает…





Генри IV (Henri IV 1589-1610) на коне. На фоне легендарного (ныне закрытого) магазина Самаритен (La Samaritaine, 1900). Посреди Нового Моста (Pont Neuf), который на самом деле самый старый мост в Париже (1607).





памятник Генриху IV на Новом Мосту




Это как раз тот самый Генрих, который, будучи протестантом (гугенотом) (и ещё не будучи королём Франции), женился на Маргарите де Валуа (Marguerite de Valois) (более известной под именем и по роману «Королева Марго») во дворе Собора Парижской Богоматери (см здесь)... И тот самый, что является потомком несчастной Жанны Наваррской, отлучённой от престолонаследия Франции в 1316 г. по причине сомнительности своего происхождения (если кто ещё не читал ту рассказку — обязательно прочитайте! На мой взгляд — одна из наиболее значимых и курьёзных страниц истории Франции… из которой также следует, что бравый наш Генрих IV, возможно, происходит отнюдь не от законного короля-помазанника, но от простого «конюха» (почти)...




Henri IV par Frans Pourbus le Jeune.




...Потом Генрих с Марго развёлся и перекрестился — дабы взойти на престол — в католицизм. Якобы произнеся при этом знаменитую на весь мир фразу: «Париж стоит мессы» («Paris vaut bien une messe», на самом деле приписывается, возможно, советнику Sully, или никому — позднейшее измышление). Имел 6 законных детей со своей второй законной супругой Марии Медичи (Marie de Médicis). В том числе будущего Людовика XIII (Louis XIII). И ещё как минимум 12 незаконных, с семью «официальными» любовницами (не «официальных» любовниц насчитали 73, но это только те, кого считали, детей там тоже видать без счёту. Генрих не пренебрегал никем: будь то дама высшей аристократии, будь то то прачка или кухарка. Как шутят (или не шутят) в городе Нерак (где долго обретал двор Генриха): «Все мы .от него»! За любвеобильность прозван «Vert-galant» («старый волокита», кстати, позади статуи, внизу, как раз одноименный и весьма уютный сквер располагается, рекомендую, Le square du Vert-Galant)...




Le square du Vert-Galant


Я не помню, откуда взяла цифру в 73 любовницы. Но точно не сама придумала. Где-то вычитала. Когда-то. Давно. А вот нынешняя франкоязычная Вики на отдельной странице «Список любовниц королей Франции» (да-да, есть и такая), поимённо называет «всего» 33. Что гораздо больше, чем у иных не слишком отягощённых супружеской верностью монархов, но всё-таки маловато. Будет. Маловато. Другой источник так же поименно перечисляет, уже 43. С обязательными оговорками: «это только те, что не являлись эфемерными со-ложницами на одну ночь».



Про любовниц, конечно, интересно и захватывающе — почти как про казни, отравления и прочую «расчленёнку». Но мы тут постараемся остаться в рамках приличия. То есть про всех любовниц говорить не будем, упомянем только двух. Или трёх.





Генрих Новаррский и Маргарита де Валуа, король и королева Наварры, около 1572, миниатюра из Книги Часов Екатерины Медичи



С первой женой «Королевой Марго» Генрих особо в одной постели не спал. Общих детей не нажил. Пока жили мирной семейной жизнью — каждый вволю любовничал на стороне. Потом миру в семье пришёл конец (по многим причинам). Генрих развёлся и взял в жёны «Толстую Банкиршу» Марию Медичи (как поговаривали в эпоху, «Медичи купили французский трон дважды», снабдив более чем солидным приданным сперва Екатерину (Медичи), тоже прозываемую «Банкирша», или «Дочь Торгаша», затем Марию).



Со второй женой мира не заладилось сразу. С самой первой брачной ночи. Любвеобильный пылкий Генрих «нашёл свою невесту толстой и вялой»; итальянская аристократка пришла в ужас от вони и неотесанности отпрыска Наварры (Генрих происходил родом из королевства Наварра, детство и юность провёл «босоногие» (почти), при рождении «на счастье» дедушка помазал губы младенца чесноком — «сей запах остался с ним на всю его жизнь»).



Но запах ещё ничто, как говорил один умный человек: «Отойди, к чёртовой матери, и запах с тобой». Хуже — ненавистная Анриетта д’Антраг (Catherine Henriette de Balzac d’Entragues). Год назад Генрих подписал «обещание жениться» на Анриетте — если та в течение полугода забеременеет и родит ему наследника. Хотя и продолжал, втайне от любовницы, вести переговоры о женитьбе на «Флорентийской Банкирше» (ему очень нужны были деньги). Анриетта действительно забеременела, но, увы, на горе деве юной — и на счастье Генриху — однажды ночью случилась гроза, молния ударила по окнам её спальни, столь необходимый сын родился преждевременно мертворождённым… Генрих женился на «Толстой Флорентийке». Впрочем, это не помешало обманутой невесте остаться при дворе и её последующие от Генриха дети воспитывались вместе с легитимными детьми королевской четы. Что, понятно, не могло не раздражать законную супругу. Тем более что вздорная любовница «вечная интриганка, дьявольской красоты и ума», вела себя настоящей Королевой, прилюдно высмеивала и оскорбляла «Банкиршу», да вдобавок рожала Генриху детей практически синхронно с Марией Медичи. (В конце концов Генрих Анриетту выгонит, уж больно та со всем своим семейством во всевозможных интригах и заговорах поучаствовать любила)...






Портрет Марии Медичи накануне коронации, Pourbus




Раненое сердце, глаза в слезах. — Le cœur blessé, les yeux en larmes. Сердце мечтает только о ваших прелестях; — Ce cœur ne songe qu’à vos charmes ; Вы — моя единственная любовь. — Vous êtes mon unique amour. День и ночь, я вздыхаю о Вас: — Jour et nuit, pour vous je soupire : Если Вы полюбите меня в ответ, — Si vous m’aimez à votre tour, У меня будет всё, что я так страстно желаю. — J’aurai tout ce que je désire. Я Вам дарую скипетр и корону; — Je vous offre sceptre et couronne ; Моя искренняя любовь их Вам даёт. — Mon sincère amour vous les donne. Кому же ещё мне их дать? — A qui puis-je mieux les donner ? Всецело счастливый Король под вашей властью, — Roi trop heureux sous votre empire, Я буду царствовать вдвойне, — Je croirai doublement régner, Если получу то, что жажду. — Si j’obtiens ce que je désire.

Поэма, написанная (предположительно) Генрихом IV Анриетте. В назидание юным сердцам. Генрих всё, что «так страстно желал» получил. А вот скипетр и корону вручил «Толстой Банкирше».



Catherine Henriette de Balzac d’Entragues



Не верьте, девушки, страстным юношам. «Утром корона — вечером страсть».



Страстный Генрих от «страстей» сгорал нон-стоп. «Уж влюбится, так влюбится». Не в первый раз. А уж последняя страстная влюблённость оказалась совсем было губительной. В прямом смысле.



Дело было так. Одним прекрасным утром (по другим источникам — вечером) 16 января 1609 года, удручённой всевозможными заботами и проблемами (со здоровьем, войнами в том числе, и в личной жизни — пустота), Генрих входит в маленький театральный зал, где на сцене репетирует балетная труппа…. По другим источникам: вышел из своего кабинета и нечаянно столкнулся с выводком балеринок в коридоре дворца… Не важно. Пусть будет в театре, так поэтичней… И вдруг на сцене появляется Она! У старого ловеласа сердце подпрыгнуло и остановилось. Юное белокурое создание «с глазами газели». «Прекрасная, как день, более прекрасная, чем день, хрупкая и грациозная, почти нагая, в своём платьице из муслина и тюля»... Шарлотта де Монморанси (Charlotte-Marguerite de Montmorency). Ей нет и пятнадцати лет. Она из знатнейшего и богатейшего дома Франции. Вер-Галану пятьдесят шесть, он страдает подагрой, его мучают последствия венерических болезней, у него уж нет «всех своих зубов» (счета от дантиста за золотые пломбы и «имплантаты» подтверждают)... Но он влюблён! Как мальчишка! С первого взгляда! Шарлотта игриво улыбается и целит ему в сердце золотой стрелой (символ любви)...





Charlotte-Marguerite de Montmorency



Дабы соблюсти приличия, Генрих выдаёт Шарлотту замуж. Как то было принято в благопристойных домах. Жених подобран правильный (Шарлотта уже была помолвлена, но пришлось ту «неправильную» помолвку расторгнуть). Нынешний жених — кузен, Принц Конде (Henri II de Bourbon-Condé). Имевший репутацию «не интересоваться женщинами, но предпочитать мужчин». В иных местах пишут — был импотентом. Что для Генри всё одно. Лишь бы муж был покладист. Не мешал. (...впоследствии, Шарлотта родит своему мужу шестеро детей, трое выживут).




Но тут случилось непредвиденное — вроде бы согласившийся на все условия Конде вдруг заупрямился, молодую благоверную от старого «Барбона» (старик-волокита) спрятал, в провинцию увез. Генрих в отчаянии. Бросился вслед беглецам, всё пытался до возлюбленной добраться. Пишут, что даже к фарсам с переодеванием прибегал. Ничего не вышло. Кроме воспламенённой переписки. «Обожаемая Звезда моя…» — начинала свои письма Шарлотта. «Любите меня! Верьте, что я Ваш…» — отвечал Генрих… (как ни странно, но юная Шарлотта, по всей видимости, действительно влюбилась в своего Короля, действительно писала ему нежные любовные письма, жаловалась на скуку и помышляла бежать к нему)...... И ещё был эпизод, когда престарелый Генрих разыгрывал под балконом своей «Джульетты» настоящего «Ромео», по стенам на балкон карабкался… Взбешённый Конде вывез жену в Брюссель (и далее). Бельгия тех времен — часть Священной Империи, Шарлотта — под защитой и покровительством Испании — злейшего недруга Франции. Генрих собрался на войну (кроме Шарлотты настоящие причины тоже имелись, разумеется, война назревала издавна, но об этом не так романтично)...



Как ни уговаривали обезумевшего Генриха его родные, близкие, родители Шарлотты, советники, послы, королевские семьи Европы, все — всё напрасно!



19 мая 1610 года Генрих IV должен был встать во главе своей достаточно большой по тем временам армии, 37.000 человек. 13 мая 1610 года Мария Медичи — как она на том настаивала аж с самого дня свадьбы в 1600 — венчается Королевой Франции. 14 мая 1610 года Генри IV был убит…



Много есть размышлений о том, кто именно и за что именно убил «Доброго Короля Генри». 14 мая 1610 года — это уже восемнадцатая попытка убрать ненавистного гугенота-ловеласа. Но нынешний убийца, католик-фанатик Франсуа Равайак (François Ravaillac), здоровенный рыжий детина 32-ух лет, на пытках (добротных) никого не выдал, ни в чём не признался. Действовал один, по собственному усмотрению… В это поверили далеко не все (на эту тему можно разговаривать долго, не стану вас утомлять)...






Убийство Генриха IV 
Assassination of Henri IV and the arrest of Ravaillac, by Charles-Gustave Housez




Казнили Равайака столь же «добротно», сколь «подвергали вопросу» (пыткам). 27 мая 1610 года. Осужденный за «нечеловеческое цареубийство», Равайак из Консьержи доставлен к Собору Парижской Богоматери, босой, в одной рубахе, со свечой (см здесь); происходит процедура «покаяния», затем преступника сажают в телегу для мусора и отвозят на привычное в эпоху место публичных казней — Площадь Грев (ныне Площадь Мэрии Парижа, La place de Grève / Place de l’Hôtel-de-Ville).


(сейчас меня обвинят в чрезмерной любви к «рачленёнке», но я всё-таки продолжу, средневековье — куда деваться! — слабонервным и беременным далее не читать).




Казнь цареубийцы длилась чуть ли не целый день. Для начала, в строгом соответствии с письменным приговором, щипцами растерзали соски (болезненное место), ляжки, ноги, руки; раны залили расплавленным синцом, кипящим маслом, смолой, сваренными серой и воском. Правую руку, что держала нож, спалили «серным огнём». Затем привязали к четырём лошедям и приступили к четвертованию. Но детина оказался столь крепок, что одна из лошадей выбилась из сил — уже час прошёл с начала «четвертования» — и её пришлось заменить. А палачам пришлось «надрубить» руки и ноги большим мясницким тесаком… «Наконец лошади, подхлёстываемые для эффективности, разлетелись в стороны, туловище рухнуло на землю». Беснующаяся вопящая толпа прорвала оцепление солдат и разодрала тело в клочья. Палач не сумел завершить предписание, «бренные останки» не были сожжены и «развеяны по ветру», как требовал ритуал, но рассеяны по всему городу. «Палачу пришлось удовлетвориться лишь разодранной в лоскуты рубахой»... Прочие «останки» всё-таки сожгли и развеяли….




German School, Execution of Francois Ravaillac, the assassin of King Henri iv, 1610




Заканчивать рассказку на столь макабрном эпизоде как-то неприятно… Припомним, лучше, нечто хорошее. Например, ещё одну из «главных» любовей «Доброго Короля Генри», Габриэль д’Эстре. Просто за то, что благодаря ей появился подобный шедевр мировой живописи:





Portrait présumé de Gabrielle d’Estrées et de sa soeur la duchesse de Villars



Про саму Габриэль, как и о других любовницах, можно писать до бесконечности… Но остановиться следует. Пусть далее будут просто фото местности…



(...)

Вид на сквер Vert-Galant и Новый Мост (Le square du Vert-Galant / Pont Neuf)








В сквере .... Декабрь…





















Напротив…..





















Вид на статую Генриха IV из сквера его же имени…
















Обратить внимание на «ёжик» на голове….





Здесь же летом…







К слову, в Париже не запрещено распивать спиртные напитки на улице… Прихватите с собой бутылочку вина и сыра… Лучший не «бизнес-ланч» в Париже!












(...)

Все влюблённые едут в Париж…. Это ещё в эпоху, пока под тяжестью «любви» не рухнула секция соседнего Моста Искусств (Pont des Arts) — куда все свои замочки вешали…. Теперь там пустота (на данный момент что-то уродливое), а народ со своей любовью идёт куда ни попадя… Ныне здесь тоже гроздья…






(...)


На любви про любвеобильного Генриха и завершим. Раз так подвернулось. Мост Искусств (Pont des Arts) ровно накануне падения и закрытия (для замочников).





























Дело прибыльное.











But first...let me take a selfie!

















Продолжение следует….


…а кроме милых городишков и городков, во Франции имеются и целые регионы. Очень милые. И совсем не освоенные массовым туризмом из-за границ. Разве что чуть-чуть. Русских нет почти совсем полностью тотально (я статистику смотрела). Хочу вас познакомить. Может приедете в следующий раз. Вместо известных всех маршрутов. Регион Овернь. Auvergne. Буду фоточки периодически выкладывать, дозами (у меня их тыщщи — там слишком красиво!)….









(...)

В Оверне имеется много-много таинственных замков….









и ещё больше породистых коров….







(...)


а также удивительных людских поселений. Например: городишко-деревня Монсальви (Montsalvy).

























Монсальви — город открытий. Маршрут наследия (следуя стрелкам). Бесплатная документация в Туристическом Офисе. 







Замок Монсальви














Названия улиц дублируются на овернском диалекте окситанского языка (auvergnat, Langue d'oc).





















Мэрия








































































в мае










но даже в мае — достаточно холодно и дождливо. почти «высокогорье»...












вкрапления новых домов…






































































(...)


Площадь называется «Конец Света» (Fin du Monde)









































(...)


Здесь можно очень вкусно и не так дорого поесть… И поспать… Ресторан и отель…























а этому ресторану повезло меньше…. закрыт… продаётся….









продаётся. жилых 1200 м 






(...)

жизнь напряжённостью не отягащена….



Медиатека, Цветочный магазин, Парикмахерская, Аптека, Прочая коммерция... 









(...)

Околица….


























(...)

На 850 жителей деревни имеется около 70 детей в детском саду и школе… Школа достаточно большая. Даже слишком большая на 50 школьников. Антитеррористический план действует по всей Франции, здесь тоже (на воротах школы объявление о запрете парковки рядом со школой)... 







(...)







(...)


В сельпо… каждому по потребностям… (формы для хранения фуа-гра)











(...)

Здесь рядом — потухший вулкан. Маленький (Овернь — Страна Вулканов). Идём туда…




Маршрут здоровья…






типичный французские перекрёсток



(...)

Пригород.












Погода, конечно, не очень…







































(...)

Возвращаемя в Монсальви….







Околица…





Пригород…














Дом-Ферма… Там коровы тоже живут…. Коров видела. Людей — нет. Но судя по машинам — они всё-таки здесь есть. Не коровы же на машинах катаются... 

















Продолжение следует….




О монументах и достопримечательностях я, в принципе, писать не хочу. Вернее – не стремлюсь переписать Lonely Planet и иже с ним. Кому интересно – сам прочитает. А я — разве что вкратце. Или наоборот – слишком подробно с экскурсами в совсем не про то. Ну или что-то не совсем обычное. Чего сама, например, не знала когда-то. Потому про Собор Парижской Богоматери сказать мне сегодня нечего. Помучаю просто фоточками (разных лет и времён года).




Но для начала небольшое отступление к вчерашнему посту. К упомянотому cardo maximus.







На фото: если пойти туда, прямо вперед, перейти через Сену, попадаешь на улицу Saint-Jacques, и дойдёшь ней до «Латинского Квартала», потом до Сорбонны (но не с парадного входа, который по параллельному бульвару Saint-Michel), потом до Пантеона, который на холме Святой Женевьевы (Sainte-Geneviève) и далее везде.

Улица Святого Иакова. Rue Saint-Jacques.


Вероятно, самая старинная улица Парижа. Бывшая галльская тропа, ставшая римским Cardo: главная дорога, идущая с севера на юг, вокруг которой«структурировался» город. Урбанистический сей принцип римляне взяли от этрусков, весьма ревностно относившихся к правам частной собственности, а значит и размежеванию земель. «Пророчество угрожает худшими катастрофами всякому, кто перенесёт межевой столб». Этруски, в свою очередь, свои принципы градостроения подчерпнули у греков, как говорят. Synœcisme называется. По-французски. Συνοικισμός по-гречески. Как по-русски я не нашла. Google translate переводит «συνοικισμός» как «посёлок». Наверное, так оно и верно. С одним нюансом: планировку своих селений древние люди обдумывали тщательно и заранее.



Итак – cardo – «кардинальный». Наиглавенствующий. Интересное слово «cardo». ABBY Lingvo даёт перевод: дверной крюк, дверная петля; демаркационная линия с севера на юг; время года, пора; точка вращения, ось, центр; сущность, главное обстоятельство; критический, поворотный, решающий момент; страна света. Quattuor cardines mundi – четыре стороны света. Обожаю такие слова! Иной источник уточняет: «Дверная петля», «ось», вокруг которой вращается небесный свод»…. «Cardo происходит от cardinal – «то, что служит осью, стержнем». Стержень города.


Когда город разрастался, и cardo становилось несколько, главную называли cardomaximus. А главная дорога с востока на запад называлась у decumanus (в Париже практически потерялась, шла где-то вдоль бульвара Saint-Germain и не слишком строго). На пересечении cardo и decumanus, как правило, выстраивался форум: основа основ римского бытия – публичная площадь, где бурлила торгово-политическая жизнь. «Место сборов и церемоний, форум осуществлял политические, административные, юридические, религиозные, финансовые и коммерческие функции города». Символ «принадлежности к римскому миру».



Le forum de Lutèce, maquette



В Париже времён Лютеции (название Парижа между 52BC и 310AC, когда здесь заправляли римляне), cardomaximus проходил от холма Святой Женевьевы (в те времена mons Lucotitius, ныне там Пантеон) по нашей улице Святого Иакова (Saint-Jacques), потом по Маленькому Мосту (Petit Pont) через остров Сите и мост Notre-Dame и далее на север по улице Saint-Martin. Второй cardo соответствует нынешнему бульвару Saint-Michel. Был ещё и третий, но нас интересуют пока первых два, обрамлявших на холме Sainte-Geneviève римский форум. По обеим улицам стояли высотные, для эпохи, дома в парочку или более, этажей. До сегодня дожили останки бань – термов, ныне Музей Средневекового Искусства (Musée national du Moyen Âge — Thermes et hôtel de Cluny).







Не вспомнить уже, где когда-то читала, будто вымощен был cardo maximus такими мощными и крепкими плитами, что хоть автобан сегодня пролагай. Но может быть это неправда.



Конец отступления.


Теперь о самом Соборе Парижской Богоматери… (когда-то в далёкой нежной юности, подрабатывая гидом с туристами из России, случился со мной такой дурацкий казус: рассказываю я группе граждан из далёкой провинции про Собор, но длинное и тяжеловесное «Собор Парижской Богоматери» по неопытности и малолетству заменяю на краткое «Notre Dame». Рассказываю долго и подробно. Потом уходим по маршруту дальше. Через некоторое время женщина средних лет таки спрашивает: «Вы всё про Собор Нотр-Дам, да Нотр-Дам рассказывали. А когда мы пойдём к Собору Парижской Богоматери»?  …Мне было и смешно, и стыдно. Как и теперь… )









Собор Парижской Богоматери. Cathédrale Notre-Dame de Paris. 1163-1345 (даты окончания строительства обозначаются по концу окончания «основных работ»; подобные великие сооружения перестраиваются и достраиваются как правило веками по сей день) (то был ответ на один из комментариев).








Самый посещаемый «монумент» Франции. 30.000 человек в день. А ведь чуть было не снесли в своё время. Хорошо Гюго со своим Квазимодо подоспел вовремя – а то и впрямь — не видать бы нам было…



Здесь хранятся теперь Святые Реликвии из Святой Капеллы (Терновый Венец, фрагмент Креста Господня, один из Его Гвоздей, etc).




очередь в Собор на Поклонение в Страстную Пятницу 2015


Терновый Венец выставляется на поклонение каждую первую пятницу месяца, каждую пятницу Великого поста в 15:00, в Страстную Пятницу с 10:00 до 17:00.




Пятница, 3 апреля 2105



В Соборе, понятно, много всего знаменательного происходило… А мне лично более всего нравится анекдот о том, как здесь Генрих IV (Henri IV) с Маргаритой де Валуа (Marguerite de Valois) женился: она, как католичка, не могла венчаться без священника, он, как протестант (гугенот) – не мог зайти в католический храм. Так и свадебку сыграли: невеста – внутри, жених – во дворе. Впрочем, такого рода церемонии в те времена были не редкость. И, впрочем, от бойни Варфоломеевской Ночи никого сей никчёмный брак не сберёг. Напротив. Резня случилась шесть дней после свадьбы. Как раз всех гостей гугенотов, специально приехавших на торжества, и перерезали…

















Иудейские короли (всего 28 статуй – символ 28 поколений иудейских королей до прихода Христа). В 1793 году почти все статуи Собора (кроме Богородицы с Младенцем) были обезглавлены и «обезличены» (выбивали кувалдой лицо). Или просто порушены. Бесштанники (Санкюлоты)  Великой Французской Революции (1789) постарались. И сам собор испоганили. Что впоследствии чуть и не привело к его уничтожению. А именно этих Иудейских Королей тупые и необразованные революционеры посчитали за французских. Потому и обезглавили.

(sans-culottes: без-кюлотт. Culottes сегодня – просто трусы. А во времена Революции – часть одежды аристократов, короткие «панталоны» чуть ниже колена, носимые с чулками).



Обломки и останки порушенного ныне покоятся в совершенно замечательном Музее Средневекового Искусства. Не устаю советовать. Musée national du Moyen Âge — Thermes et hôtel de Cluny.





















































































(...)


Во Франции очень любят жениться гости из далёкой Азии. Специализированные агентства плодятся и процветают.


















(...)

Немножко изнутри.


Оригинальные средневековые витражи были заменены в 1756 на прозрачное стекло (каноники порешили, будто в Соборе слишком мрачно и надо бы больше света, одни «розетки» сохранили, а заодно и стены отштукатурили; сегодня на средневековые витражи следует любоваться в Святой Капелле / Sainte-Chapelle, здесь близко совсем).  Нынешняя красота – результат различных реставраций, главным образом XIX века (после романа Виктора Гюго, архитектор Viollet-le-Duc) и 1965 года.























(...)


Ну и так просто, рядом….






































Как я люблю эти парижские «висячие сады»!!!!



























(....)




Мемориал жертвам депортаций 1941-1944 годов. Le Mémorial des Martyrs de la Déportation. На восточной оконечности Сите.
















(....)


Поклонение Терновому Венцу. Страстная Пятница. 3 апреля 2015
















Пятница, 3 апреля 2105








































Продолжение следует….





Мост Notre-Dame. Один из самых первых мостов Парижа. Ну, то есть не этот самый, понятно, но мост на этом самом месте.









Если посмотреть на карту Лютеции римских времён, красная линия — пресловутый cardo maximus. Через «маленький» рукав Сены — Маленький Мост. Через Большой, по красной линии — Большой Мост, как назывался в далёком девичестве наш Notre-Dame (с названиями не запутаться невозможно — «Большим Мостом» в IX веке назывался «Мост Менял» из предыдущего поста). Потом всякое разное происходит, всё те же нормандцы, мост разрушают, на опоры набрасывают досок, водяные мельницы… Вновь отстраивают и окрещают Notre Dame в 1421.





Plan de Paris, 1422




Мост Notre-Dame — 1576 — gravure Jacques Androuet du Cerceau




Новый мост солидный, хоть и деревянный. Широкий. Во всю длину с обеих сторон выстраивают жилые дома. Богатые лавки на первом этаже (60 или 65 домов, источники разнятся). Особо знамениты заведения оружейников и книготорговцев. Всё это даёт неплохой доход городу, но город доходным местечком манкирует. Не заботится, хочу сказать. 25 октября 1499 мост рухнул (почти). Дома полетели в реку. Ответственных — городского главу в том числе — приговорили к крупным штрафам, к возмещению ущерба и к пожизненному (как кое где пишут, а кое где нет) заточению в тюрьме. Хотя в разрушении моста можно былобы обвинить и сильный паводок Сены. Хотя и не обвинили — были люди, кто предупреждал об опасности загодя. Не послушались. Получили.





L’écroulement des maisons du Pont Notre-Dame en 1499. Крушение домов на Мосту Notre Dame в 1499
Tableau de Hubert Robert (XVIIIe s.). Картина
Hubert Robert (XVIIIe s.).





25 октября, надо сказать, в Париже и сегодня не жарко. А далёкий 1499 год относится к эпохе, получившей ныне название «Малый Ледниковый Период». Предполагаю, что в воде было холодно. Хроники ведают о множестве погибших.
Иллюстрация к «Малый Ледниковый Период»

The Hunters in the Snow by Pieter Brueghel the Elder, 1565






2000 Year Temperature Comparison





В 1507 мост отстраивают в камне. Как всегда с домами по обе стороны (странно сегодня предположить, что парижане с мостов пейзажем не любовались — все мосты были застроены). Дома большие, красивые. Вики пишет: шестьдесят один дом в шесть этажей. Пронумерованы. Что в Париже новшество! Первые номера домов!... Впрочем, новшество эфимерно. Настояща нумерация датирована 1728 / 1729 / 1765 / 1779 (даты различных декретов не слишком исполняемых до поры).






Место престижное, людное. Шикарные лавки, променад. 1515. Триумфальный въезд в Париж Франсуа Первого. Мост постоянно украшают. Портреты королей и королев, мужские и женские гермы[1], в нишах королевские статуи[2]. Красота! Бутики всё как на подбор — картинные галереи. Вот такие:





Antoine Watteau «L’Enseigne de Gersaint». 1720




А в 1786 все дома сносят. Поскольку пришёл им конец. Хотя некоторые «жилые мосты» оставались в Париже аж до конца XVIII века.



Пару слов о «жилых мостах». Сегодня кажется странным. Зачем на мосту дома строить? — Разве что Ponte Vecchio во Флоренции красивый. И ещё кое где. Но дом? На мосту? В речку плюхнуться?... Отгадка проста. Проста и вечна — деньги. Селившейся на мосту не платил всевозможных податей землевладельцу, сеньору, не платил за проход по мосту. На мостах селилась нищета. И коммерсанты. Последним тем более заманчиво было от налогов уйти. Не ото всех, конечно, но от земельных точно. Кроме прочего, торговцу не надо было бегать за покупателем — покупатель сам здесь массово шёл. Так что риск быть смытым паводком, или попасть под раздачу неповоротливого судна (аварии случались не редко), никого не страшил. Хуже. Сами обитатели мостов ничтоже сумняшеся прорубали в опорах подвалы и склады, надстраивали свои жилища со стороны реки ласточкиными гнёздами, за что и падали в речку время от времени… Ещё пожары частые. Мосты-то деревянные. Зато! — жилые мосты, как утверждают специалисты, были первыми урбанистическими проектами. В отличие от хаотичной застройки в городе, дома на мосту изначально отвечали некоему единому архитектурному плану, passage oblige. Это сегодня улицы в Париже ровные, фасады домов по линеечке. Но это лишь со времён Оссмана так. http://alena-esn.livejournal.com/369617.html До него фасады могли разгуливать, как хотели, улочки кривые были, узкие. А на мосту так нельзя. Там точно место для проезда / прохода оставить надо. Дома строили ровно. Потом уже и торговцы недвижимостью подсуетились: мост и дома на нём строились как единый проект недвижимости. Говорят, весьма прибыльный. Такой вот средневековый прогресс.




Nicolas-Jean-Baptiste Raguenet, La joute des mariniers, entre le pont Notre-Dame et le Pont-au-Change, 1756





Le pont Notre-Dame et le port au blé en 1782. Мост Notre Dame и порт зерна в 1782





Первый мост без домов — Новый Мост. Le pont Neuf. Который, как всем известно, самый старый мост Парижа. Завершён в 1607.



Ну а с нашего моста дома снесли, как сказано, в 1786. Снесли, и обомлели — все опоры пришлось срочно чинить. Изъедены подвалами и прочим рукоблудством бывших жильцов… А потом революция, никаких названий в духе Notre Dame (десакрализация) теперь нельзя, обозвали «мост Разума» (pont de la Raison). На время Революции. Потом хуже — «Мост Дьявола[3]». Но это уже после перестройки, когда двоечник-архитектор сделал своды слишком низкими. Корабли бились, как мухи о стекло (я преувеличиваю). Пришлось опять перестраивать. Таковым, как мы его видим сегодня, pont Notre Dame завершен в 1919 году.



Ещё здесь была помпа. Качала воду для Парижа. Парижу всегда воды не хватало. Первая помпа, La Pompe de la Samaritaine, не справлялась. Но об этом уж как-нибудь в следующий раз.



La pompe du Pont Notre-Dame en 1857 Помпа в 1857







На заднем плане фотографии — Мэрия Парижа.


Продолжение следует….


















[1] Четырехгранный столб, увенчанный скульптурным изображением головы [2] В нишах по концам моста: Святой Людовик, Генри IV,
Людовик XIII, Людовик XIV [3] не официально



Продолжаем гулять вокруг да около….



1.



Что видим на картинке: Королевский Замок, Дворец Правосудия, Консьержери (Le palais de la Cité, Palais de justice, Conciergerie). То, что под солнцем; в тени, на первом плане – это Торговый Суд, Tribunal de Commerce, мимо которого вчера проходили….



2.




…Местами (экс) королевский средневековый дворец (о котором будет самая подробная рассказка), местами (и с незапамятных времён) – домицилий судебно-карательных органов. Первая тюрьма Парижа. Заодно последняя для последней королевы, Марии-Антуанетты. И иже с ней.



3.



Одна из «круглых» башен Консьержери называется «Бонбек» (Tour Bonbec). Производное от Бон Бек (Bon Bec). На углу «квадратная»  башня — Часовая (где первые публичные парижские часы до сих пор ходят, с 1370). Две оставшиеся «круглые» — Башня Цезаря (в память о римлянах на этом месте и о римском фундаменте, на котором стоит) и Серебряная (там казну короны хранили) (tour l’Horloge, tour de César, tour d’Argent). А «Bon Bec» можно перевести, вольно, как «болтун». Иметь «bon bec» — «не лезть за словом в карман». В башенке в средние века как раз находились пыточные камеры. Где преступников подвергали «вопросу» (question). На который те, как следует из названия башни, охотно давали ответ. «Вопрос водой» — при помощи пустого бычьего рога влить в горло подследственному 4 пинты (почти 4 литра) воды при «обычном вопросе», и 8 – при «экстраординарном». «Вопрос сапогом» (la question des brodequins) – деревянными досками раздробить кости ног. Например. И много иных «вопросов». Заканчивающихся, можно предположить, в не так давно (1828 г.) обнаруженных «потайных комнатах» на уровне воды. Эдакие «каменные мешки» — «oubliettes» — с пыточными артефактами и кольями, «служащими для растерзания в клочки тел несчастных, которых на них бросали». Иные источники описывают «каменные колодцы» с внезапно проваливающимся под ногами полом «...и приговорённый падал на острые копья внизу, где и дожидался смерти». Потом Сена уносила труп куда подальше…



4.


Впрочем, некоторые утверждают, что «Бонбек» башня называется вовсе не за милые свои затеи, но просто за то, что крепкая, солидная, способная вынести любую атаку, что в средневековье и называлось «bon bec» (дословно – «хороший (добрый) клюв», ну и всякие производные понятия).


А ещё Консьержери (Королевский замок) памятен тем, что Филипп-Август Второй (Philippe II Auguste), в конце XII не вынес тошнотворной вони, поднимающейся с улиц Парижа прямо в окна замка, приказал вымостить все подходы к Консьержери, а заодно и несколько других главных улиц города.


Можно посетить тюремные камеры, превращённые в музей. И обязательно подняться в Святую Капеллу (Сент-Шапель, la Sainte-Chapelle) (внутри Дворца Правосудия, отсюда не видно), выстроенную Людовиком Святым ради Тернового Венца и других Святых Реликвий (расскажу очень подробно вскоре).


Продолжение следует…


5.





6.




7.

Обратная сторона Дворца Правосудия



8.




9.



Слева – Дворец Правосудия, Консьержери (Palais de justice, Conciergerie), справа –Шатле (Châtelet), по центру – мост Нотр Дам (Pont Notre-Dame).



10.


Остров Сите (l'île de la Cité) и Остров Сан-Луи (l’Île Saint-Louis) c одноименным мостом посредине (le pont Saint-Louis).



11.



Воды много. Но до наводнения далеко. Декабрь 2012.




12.


Справа — Дворца Правосудия и Консьержери (Palais de justice, la Conciergerie), слева – Шатле (Châtelet ) (не видно), посерёдке – Мост Менял (Pont au Change).

Имперская буква «N» — фикция.



13.


Наполеон III (Napoléon III) тут причём лишь в том, что при нем мост в очередной раз отстроили (а перестраивали его многажды). На самом деле мост здесь существовал с IX века, назвался Большой Мост (le Grand-Pont) в противовес с Маленьким Мостом (Petit Pont), что находится напротив, соединяя остров Сите (l'île de la Cité) с «большой землёй» через «маленький» рукав Сены. А «Большой», понятно – через «большой» рукав. Впрочем, названий у моста в этом месте было много. И история его – как любого стратегического моста – насыщена и любопытна…. Нынешнее название, логично, возникло от тех менял, что обосновались здесь в средние века. Кстати, домов в те времена на мосту было так много, и стояли они так плотно, что самой Сены видно не было. Снесли все эти дома и лавочки только в конце XVIII века (1786).
Ну и ещё кстати, от мостов и средних веков осталось во французском языке выражение «Payer en monnaie de singe». Дословно: «платить обезьяньей монетой». Не дословно: «отделаться шуточками». То есть – не заплатить. Обмануть. А в средневековье то была вполне честная сделка. За проход по мосту любой торговец должен был заплатить денег. За проход по Petit Pont владелец обезьяны платил 4 динария. Добрый Людовик Святой (Saint Louis,1226-1270) издал закон, освобождающий «фокусников и жонглёров» от уплаты пошлин. То есть, если хозяин обезьяны умел заставить последнюю погримасничать, потанцевать и «повыделывать трюки» перед сборщиком податей – хозяин проходил бесплатно. Жонглёры тоже ничего не платили за «свой прочий товар», если устраивали небольшое представление. С танцующими медведями аналогично, говорят… (завтра поподробней расскажу, о мостах)....



14


Ну и просто красиво!



продолжение следует…..

P.S.
Во избежание лишних комментариев: я НЕ пишу серьёзный исторический труд, я пишу досужие рассказки для тех, кому интересно просто поболтаться по Парижу (хотя стараюсь вычитывать и перепроверять преподносимую информацию максимально тщательно, по крайней мере для подобного рода рассказок) . Относитесь к написанному с юмором. Но спасибо каждому за указание на неточности и исторические ошибки. …Также у меня случаются ошибки и опечатки грамматические, а орфография так совсем «хорошая, но хромает». Увы. Word не всё отлавливает. Мне стыдно, конечно. Но ничего поделать не могу… И последнее: фамилия Невская – не псевдоним (как кто-то тут упорно утверждает), но моя родная, по свидетельству о рождении и паспорту. Да и зовут Алёна с рождения… Как-то так…


Продолжение рассказки… «Потом мы дошли до угла улицы Chanoinesse…. А там!!!!!»

Rue Chanoinesse. Улица Канониссок. Название в женском роде и единственном числе. Не без цинизма: как раз женщинам в своё время вход на эту улицу был запрещён. Как, впрочем, и всем прочим, не причастным к монастырской жизни Собора Парижской Богоматери. Но женщинам, всё-таки, в особенности.

Существует улица со времён Каролингов (королевская династия, 751-987 гг)...

К началу XI века примерно здесь зародились первые французские университеты. Ещё Карл Великий (742-814) повелел при каждом соборе организовать по школе. Сперва исключительно для будущих каноников. Потом и прочих. До сих пор все школьники Франции ненавидят Карла и распевают на переменах: «Qui a eu cette idée folle, Un jour d’inventer l’école? ... C’est ce sacré Charlemagne, Sacré Charlemagne» («У кого возникла эта бредовая идея придумать школу? — Это чёртов Карл Великий».






Студенты и преподаватели массово поселяются в «стенах» Cloître Notre Dame.


«Cloître Notre Dame» манит — по привычке — перевести как «Монастырь Собора Парижской Богоматери». Но Собор Парижской Богоматери заложили несколько позже (в XII веке, 1163). А «Cloître» в нашем случае не совсем монастырь. Вернее совсем не монастырь. Хотя церквушка Notre Dame где-то здесь действительно существовала.
Студенты селятся в домах каноников. Дома эти, как описывалось впоследствии, более всего походили на «paedagogia». Латинское слово «paedagogia» переводится как «школа для детей рабов». Хотя в XI веке Париж и студенчество, по свидетельству современников, процветали и радовались. И поэмы слогались: Paisible domaine —Мирное поместье Amoureux verger — Сладостный сад Repos sans danger — Безмятежный покой Justice certaine — Несомненная справедливость Science hautaine — Возвышенная наука C’est Paris entier — Таков весь Париж…
Cloître Notre Dame — «город в городе, остров на острове». Вход на территорию на ночь закрывается четырьмя воротами. Наша улица Chanoinesse — центральная артерия. Владельцы недвижимостью (они же преподаватели местных школ — каноники) освобождены от налогов и королевские законы на территории анклава недействительны (в XV веке высшие сословия тоже получат право «прописываться» здесь, беря в аренду дома церковников и получая те же привилегии). В целом сей Cloître — предшественник Парижского Университета — обладает завидной независимостью и неприкосновенностью. Об истории школ и университетов расскажу, когда до Сорбонны дойду, а пока маленький анекдот:


XI век. Сын короля Франции, Людовик, будущий Шестой, ни у кого не спросясь, заставил снести часть одного из домов нашей своевольной улицы. Там какой-то «выступ» у дома был, чересчур, по мнению наследника, «выступающий». Ходить по улице мешающий. Вызвал камнеломов, те и снесли. А владелец дома обиделся. Капитул Notre Dame хозяина поддержал. И заставил королевского сына — королевского сына!!! — извиниться, поклясться, что больше так не будет, ещё и штраф заплатить. Привилегии и иммунитет школам даровал Карл Великий. В будущем такие привилегированные и неприкосновенные школяры ещё покажут остальному Парижу почём цена просвещения!




Впрочем, особой грамотностью Франция всё одно не отличалась ещё долго-долго. Средневековые аристократы умение читать-писать барским делом не полагали…


Это так, только присказка. Главная сказка впереди. Но сначала ещё пару никчемных сведений.



Будите здесь гулять — попробуйте зайти во двор под номером 26. И посмотрите под ноги: это старинные гробовые плиты. Надписи почти исчезли. Инфернальность, на мой взгляд, осталась. Надгробья, по всей видимости, происходят с кладбищ когда-то существовавших, но давно сгинувших церквушек. Откопаны в XVIII веке… Здесь же можно отыскать руины капеллы от 1120 г.



А по номеру 20 находился «маяк», башня XV века, в 15 метров высотой, «Tour de Dagobert», указывавшая на некогда существовавший порт Saint-Landry (помните название?).


Дом номер 18 — здесь обнаружены останки галло-романской крепостной стены времён Лютеции.


Ну а теперь самое интересное. И зловещее. И очень очень страшное. И ужасное. И гадостное. Я вас предупредила. 26+



1387 год. Под дверью одного из домов сидит собака и воет который день подряд. Дом принадлежит цирюльнику. А собака — студенту из Германии, пропавшему именно вот тот который день назад. Пропажу списали на грабителей и бандитов. Не удивить. Благость и благосостояние XI века далеко в прошлом. Теперь время нищее, голодное. Народ, говорят, уже крыс ест. Столетняя Война с Англией. Чума недавняя. Депрессия и кризис. Людские бунты. Разбоя на улицах много. Студенты пропадают постоянно. Но тут собака. Воет и воет. С места не уходит. Народ заподозрил неладное… ...При допросе цирюльник признался: на протяжении последних лет, он убивал иностранных студентов (кто искать будет?), а тела продавал пекарю, что жил за стеной. Студенты приходили побриться, цирюльник намыливал щёки, шею, запрокидывал голову на подголовник и острой своей цирюльнической бритвой перерезал горло. Тело сбрасывал через люк в подвал. Подвал был общим с пекарем. Пекарь из жертвы готовил мясные пироги. Точнее — мясной паштет в тесте. «Pâté en croûte». От покупателей отбоя нет. Как запишет чуть позже «хроникёр»: «...и из плоти их делал паштет, который был вкуснее других, поскольку плоть человека более деликатна, по причине питания, нежели плоть иных животных» («Et de la chair d’iceluy faisait des pastez qui se trouvaient meilleurs que les aultres, d’autant que la chair d’homme est plus délicate, à cause de la nourriture ; que celle des aultres animaux»). Брадобрей и кулирар богатеют и процветают….


Pâté en croûte фото своровано из Wikipédia



Но вот собака, такая собака…


Сожгли обоих предпринимателей заживо, посадив в железные клетки. Дома-лавки сравняли с землей (стандарт: первый этаж — рабочее место, второй — жилой). С запретом что либо строить на про’клятом месте на веки вечные. Так пустым место и осталось по крайней мере сотню лет… Разве что мемориальную пирамидку поставили… Теперь на этом месте гараж «мотоциклированных» полицейских Парижа (Compagnie motocycliste de Paris).










По другой версии, никакой собаки не было, но был студент, чудесным образом вырвавшийся из рук брадобрея. Студент, по данной версии, опять же из Германии. Завлечён обещаниями бесплатного бритья. Но нахалявой несколько настороженный. Уже с надрезанным горлом сам накинулся на насильника и скинул его в подвал. Сосед-подельник в потёмках личность не опознал, сразу за дело принялся: тушку на фарш расчленять. За чем его и застали всполошённые студентом граждане…




люк, куда брадобрей сбрасывал тела своих жертв. фото из полицейского архива.



А ещё вот говорят, что где-то совсем рядом, другой ресторатор готовил свои «паштеты в тесте» из мяса висельников. Палачи тоже подрабатывали (приторговывать телами казнённых для средневековых палачей было делом обыденным, «более-менее легальным»; всё тело, или по частям, продавали врачам, алхимикам, колдунам, последним — для приготовления «приворотов»: язык повешенного, например, особенно повешенного в пятницу, отлично умел вызывать дьявола)...


Последнее утверждение я почерпнула отсюда:

«Une belle créature brune, vêtue en fille de noblesse, s’approcha de ces derniers et, à mi-voix, d’un ton un peu traînant, leur demanda la langue de l’un des suppliciés.
— On dit que c’est bon pour les maux de femme… expliqua-t-elle. La langue de n’importe lequel des deux… cela m’est égal…
Les bourreaux la regardèrent d’un air soupçonneux. N’y avait-il pas quelque tour de sorcellerie là-dessous? Car il était bien connu que la langue d’un pendu, surtout un pendu du jour de vendredi, servait à évoquer le Diable. Mais une langue de décapité pouvait-elle faire même usage?
Comme Béatrice d’Hirson avait une belle pièce d’or brillante dans le creux de la main, ils acceptèrent, et, feignant de mieux assujettir une des têtes fichées sur le gibet, y prélevèrent ce qui leur était demandé.
— C’est seulement la langue que vous voulez? dit, goguenard, le plus gras des deux bourreaux. Parce que, pour marché égal, on pourrait aussi bien vous fournir le reste».

Maurice Druon/ «LE ROI DE FER»




Впрочем, про цирюльников и мясников средневековья, а уж тем более про палачей, народ много чего рассказывал. Фольклор такой. Помимо Дрюона я ещё много где на тему читала. Но про нашу улицу Chanoinesse скорее всего правда…


Во всех случаях и по всем версиям, предприниматели-каннибалы закончили одинаково: сожжены заживо, дома снесены... «И многие люди умерли от горя, что ели эти пироги»...





Со страшилками покончили…. Уф….. Поговворим о хорошем. Вот, например:



Дом номер 24. Занесён в списки Исторического Наследия. «Au Vieux Paris». На вывеске написано: «Постоялый двор с 1594 года». Сегодня здесь ресторан. Если посмотреть на сайт заведения, можно вычитать, что само здание построено в 1512. Принадлежало настоятелю Notre Dame. Потом сайт что-то врёт про Папу Клемента VIII (Clément VIII) якобы жившего в этом доме аж целых полгода. Но называет сайт Клемента почему-то Папой Авиньона, что по датам расходится столетия эдак на два ... А может я чего совсем не понимаю… В 1723 дом продан и становится «Винным баром».








Сходить в ресторанчик надо бы. В следующий раз. Он хоть и предлагает обслуживание туристических групп, но выглядит красиво.


Меню от 39 евро на человека. Вкусняшки перечислены. И отзывы в интернете хорошие. Да хотя бы поглазеть сходить. Всё-таки редкое средневековое здание в Париже. Сайт хвастает: «домов подобного типа осталось в Париже мало, 3 или 4». Включая сюда соседний дом, где живёт нынешний ректор— протоиерей Собора Парижской Богоматери, Patrick Jacquin… (но про старинные дома мы уже знаем, см. предыдущие рассказки).


«В качестве туристического исключения» фасад ресторана украшен «не ординарным растительным и цветочным декором», включая гигантскую глицинию. Дорогое моему сердцу растение. Папа мне в Румынии (я там три года жила) в саду целую стену из глицинией соорудил…


Ну да не скоро сказка сказывается, куда быстрее мы уже отсюда ушли, и пришли….


продолжение следует…







глициния Au Vieux Paris зимой:








она же летом:









Ресторан всегда красиво украшен:





Поэтому тут все фотографируются:




Соседняя улочка. rue de la Colombe






продолжение следует….

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире