Вы обвиняете http://echo.msk.ru/blog/echomsk/1755462-echo/ меня в том, что я «обманом, притворяясь», что сочувствую вашему горю, «общался с Натальей Николаевной, мамой Сергея». Это неправда, я никого не обманывал. Я попросил Наталью Николаевну дать мне интервью, и записал его. Я ничего не подтасовывал в монтаже, и не искажал смысла того, что она сказала. И я сочувстовал, и продолжаю сочувствовать вашему горю.

Вместе с тем, я вынужден заявить, что вы искажаете смысл моих слов и моего фильма.

Прежде всего, вы называете его лживым. Никак не обосновывая это обвинение по сути, вы приравниваете фильм к передачам российского телевидения, негативно описывая способ их производства. С низкой оценкой части продукции росскийских телеканалов я бы, скорее, согласился. Но подобные общие утверждения не могут быть доводом в критике отдельного фильма, и тем более доказательством его лживости.

Вы не приводите ни одного конкретного факта лжи, ни в «лживом» фильме, ни в моей заметке о фильме на этом сайте. Вы лишь пишете, что «любая часть фильма, любой отрывок, в котором автор пытается оболгать, очернить Сергея Магнитского, легко опровергается огромным количеством оригинальных документов, выводами независимых комиссий и заключениями экспертов.» (Затем вы переходите к обсуждению игровой части фильма). Оставим в стороне ваши голословные утверждения о лжи. Я не согласен с вами по существу. Я исследовал историю Браудера и компании три года. Мой фильм финансировался основными государственными телекомпаниями Европы, и на всех стадиях я сотрудничал с опытными, информированными и совершенно беспристрастными коллегами из разных западных стран. Разумеется, мы изучили все доступные документы, выводы и заключения. И сделали вывод, что история, рассказываемая Биллом Браудером не верна. Давайте называть это так. Ибо я не считаю, что очернял Сергея.

Вы пишете, что «когда стало известны истинные намерения Некрасова, Наталья Николаевна запретила ему использовать материалы, полученные от неё лично». Я думаю читатель вправе знать что из себя предствавлял этот «запрет Натальи Николаевны» на самом деле.

Чуть более года тому назад состоялась моя последняя встреча с Биллом Браудером. Тогда я еще не знал всего того, что знаю об афёре сейчас, однако уже начал сомневаться в правдивости рассказов Браудера. Впрочем, как показано в фильме, я всё еще надеялся получить удовлетворительные ответы, и развеять свои сомнения. Вместо ответов на вежливые вопросы о деталях афёры, я получил обвинение в распространении версии ФСБ и совет обратиться к адвокатам.

Вскоре после этого интервью я получаю письмо от адвокатов Браудера о том, что Наталья Николаевна якобы не разрешает использование интервью, которое я с ней записал до последней встречи с Браудером. Ни то ни другое интервью не было к тому моменту ещё смонтировано! Однако о моих намерениях уже стало известно. Как и кому?

Единственно возможный ответ: мои дурные намерения стали известны Биллу Браудеру. В те секунды когда он слушал мои вежливые вопросы. Дурные намерения разбираться в этой истории. Вместо того, чтобы копипейстить его прессрелизы, чем занимались и западные и российские журналисты.

Я имею основания считать, что очерняете меня – вы. Я лишь занимаюсь своим делом, которое искренне считаю полезным для общества. В этом проекте у меня очень скромный гонорар, растянувшийся на длительный период. Я верил в историю Браудера, и неправда которая мне в ней постепенно открывалась вгоняла в депрессию, лишала сна, заставляла менять планы на жизнь. Я был и остаюсь критиком Путина и той системы, которая приводит к таким трагедиям, как смерть вашего мужа. Это, однако, не означает, что художник, документалист, журналист, гражданин имеет право не называть вещи своими именами, даже если это, по мнению некоторых, играет на руку российской власти. При этом можно и нужно проявлять максимальную деликатность в отношении чувств близких, в данном случае, Сергея Магнитского. Мне казалось, что я поступал именно так. Если вы искренне считаете, что это не так, я готов просить прощения, у вас и у Натальи Николаевны,

Вместе с тем, как взрослый, разумный и ответственный человек, при всей глубине вашего горя, вы не можете не отдавать себе отчет в том, что от интерпретации истории Сергея Магнитского зависит ход расследования одной из самых крупных афёр нашего временя, имевшей глобальные политические последствия. И даже на этот очевидный факт, я предпочёл бы не указывать из деликатности, будь я сторонним наблюдателем. Но зная в точности как используют вашу трагедию, чтобы запутать дело, которое я стараюсь распутать – молчать не могу.



Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире