Давеча многие набросились на Володю Рыжкова за его «Особое мнение», в котором (если убрать лирику и детали) он сказал следующее, и с чем я не могу не согласиться: 1) вооруженные конфликты (и войны, в частности) заканчиваются мирными политическим переговорами. Независимо от того, как закончилась война, и независимо от того, в каком формате были проведены мирные переговоры (Потсдам-1945 или «шашлыковая» договоренность Путина и Кадырова-старшего); 2) участники конфликта на востоке Украины имеют различные взгляды относительно его причин и, следовательно, для каждого из них видится свой путь прекращения конфликта, 3) любые переговоры могут продвигаться вперед только если стороны учитывают позиции друг друга и готовы идти на взаимные компромиссы. (После этого Володя изложил свое видение того, каким мог бы быть этот компромисс, за что ему (Володе) и досталось от слушателей, но так это и было его «Особое мнение»).

В этой связи, глядя на второе издание Минских соглашений, его нельзя назвать ни завершением конфликта, ни итоговым компромиссом, который решает все проблемы. Это – соглашение о перемирии, которое в данный момент конъюнктурно было выгодно всем участникам встречи в Минске:

Порошенко получил мирную передышку и очередное соглашение с МВФ, кредиты которого не могут предоставляться странам, находящимся в состоянии войны (это, кстати, ответ на часто встречающийся вопрос – почему Украина не объявит о состоянии войны с Россией),

Путин отвел угрозу новой волны санкций, показав, что он пока не готов идти на  повышение ставок в тот момент, когда его экономический корабль начал сильно крениться,

Оланд подтвердил право Франции называться великой дипломатической державой и думает, что этим «утер нос» Саркози с его миротворческой ролью в грузинском конфликте,

Меркель может немножко отойти в сторону и нейтрализовать давление, которому она подвержена с двух сторон: бенефициаров экономического сотрудничества с Россией, которые требуют смягчения санкций, и защитников демократических ценностей, которые требуют ужесточения санкций и поставок летального оружия на Украину.

Выгодно Минское соглашение и президенту Обаме, которому очень хочется, чтобы украинский конфликт решался внутри Европы и не требовал от него принятия каких-либо новых решений.

Соглашения о перемирии бывают устойчивые и не очень, и я не хочу спекулировать домыслами относительно судьбы Минска 2.0. Мне не хочется, чтобы лилась кровь, по мне худой мир, он, все-таки лучше доброй ссоры! Но я очень хорошо понимаю, что в тексте минских соглашений полно «подводных камней», которые могут разрушить хрупкое равновесие. Так, например, там нет четкого и ясного решения абсолютно конкретного вопроса о судьбе Надежды Савченко или Олега Сенцова. Вы скажите, что есть пункт об освобождении всех заложников и незаконно удерживаемых? А я уверен, что на это российский президент, известный своей юридической подкованностью, может смело ответить, что они-то удерживаются законно, поскольку задержаны на основании решений российского суда.

А как вы считаете, пункт о выводе иностранной военной техники и наемников относится к российским отпускникам, которых наши правоохранительные органы наемниками не считают? А если военная техника, поставленная Лугандону, уже списана из российских военных частей и не числится у них в хозяйстве, то она считается иностранной? А ««разоружение незаконных вооруженных формирований» относится ко всем боевикам, воюющим на стороне сепаратистов?

Список вопросов без ответов можно продолжать. Но, тем не менее, я считаю, что хорошо, что в Минске было хоть что-то подписано. Судьбу и цену этого документа мы поймем очень скоро и увидим, будет ли это Прага-1938 или Потсдам-1945.

Кто хочет сделать, тот ищет способ, кто не хочет – тот ищет оправдания. Минские соглашения придутся ко двору и тем, и другим. И этим они хороши.



Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире