В честь дня Святого Валентина Федеральная система исполнения наказаний порадовала меня сообщением, что Ильдар находится в колонии ИК-5 Алтайского края.



Документ, который пришел по почте, крайне интересный: в нем, например, сказано, что Ильдару положено десять свиданий в год. Между тем нам с Ильдаром видеться запрещают, потому что ФСИН сократил количество свиданий до двух в год.

Но это – не самое весёлое. Веселее то, что Ильдар был этапирован из Карелии 2 декабря 2016 года. А уведомление о его местонахождении мне пришло 14 февраля 2017 года. Спустя два с половиной месяца.



В январе – когда мы уже больше месяца не знали, где Ильдар находится – многие люди в социальных сетях требовали от государства сообщить эту информацию. Даже Европейский суд по правам человека дал России представление сообщить о местонахождении Ильдара до 9 января 2017 года.

Благодаря большому общественному давлению Ильдару дали мобильный телефон, чтобы он позвонил мне и сообщил, где находится. Но это – повторюсь – стало возможно только благодаря скандалу. Без общественного давления я узнала бы, где Ильдар, только сегодня. Спустя два с половиной месяца после этапирования. И всё это время мы бы сходили с ума.

А что с десятками других людей, которых этапируют по всей стране, из Краснодара во Владивосток? И их родные месяцами не знают, где искать брата/сына/мужа/отца — и безумно переживают. Хорошо ли это? Нет. Надо ли это менять? Надо!

Вчера Лев Шлосберг выдвинул законопроект, который поможет ограничить беспредел системы ФСИН.

Законопроектом предлагается обязать администрацию следственного изолятора в течение трех дней ставить в известность одного из родственников по выбору осужденного о его дальнейшем маршруте по отбыванию наказания, то же самое касается администрации того исправительного учреждения, в которое прибывает осужденный.

Кроме того, законопроект предлагает обязать администрацию исправительного учреждения предоставлять право осужденному на звонок одному из родственников не позднее трех дней со дня прибытия к месту отбывания наказания.

Лев Шлосберг предлагает также установить предельный срок перемещения заключенного: не более 7 суток (что соответствует длительности пути на поездах дальнего следования от Калининграда до Владивостока).

С учетом отбывания наказания в транзитно-пересыльных пунктах, общий срок перемещения осужденных к лишению свободы к месту отбывания наказания не должен превышать 14 суток.

Как человек, который с ума сходил в поисках мужа, подтверждаю: законопроект очень важен. Надеюсь, что эта инициатива будет одобрена и сильно облегчит жизнь семьям заключенных – а это, наверное, большая часть страны вообще.


Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире