afedorenchik

Анастасия Федоренчик

17 января 2018

F
17 января 2018

Команда «Голос»

Ассоциация «Голос» в России известна давно, занимается она нечастым, но полезным делом — наблюдением за выборами. Дело нужное, поскольку выборы, тем более в масштабах страны — процесс сложный, затрагивающий миллионы людей, и нарушения на них так или иначе всегда найдутся. Даже чисто статистически — случайный человеческий фактор, эпизодические технические сбои, помноженные на масштабы тысяч избирательных участков, дадут некоторый процент нарушений.

И это нормальный рабочий процесс. Его следует мониторить, проблемы оперативно устранять в законном порядке, причины подвергать последующему анализу. Да так, чтобы к следующим выборам качество их ещё более повысить. Собственно, для этих целей и служат многочисленные наблюдательные организации, представители кандидатов и партий, профессионально отслеживающие процесс и результаты народного волеизъявления. «Голос» же в ряду этих структур, как правило, стоит слегка особняком. Вопрос даже не в том, что именно он является инициатором и вдохновителем большинства громких скандалов (зачастую без юридических последствий, но осадочек-то остаётся). Вопрос в принципиальном подходе к процессу.

Далеко ходить не надо — достаточно взглянуть на так называемую «Карту нарушений», которую «Голос» уже запустил для мартовских выборов-2018. Странностей масса. Сходу удивляет позиция ассоциации относительно коммуниста Павла Грудинина. Наблюдательная организация публикует видео о Грудинине и заявляет, что факты в нём подтасованы. Но, простите, это серьёзное обвинение. Это, фактически, взятие на себя полномочий по оценке факта клеветы. Спрашивается, зачем тогда нужен суд? Именно судебные органы, согласно закону, обладают полномочиями определять достоверность информации и то только по заявлению пострадавшего лица. Но представители «Голоса», похоже, сами себе судьи и в помощи не нуждаются.

Если взять общий массив данных в целом, то можно заметить, что множество нарушений, которые в настоящее время присутствуют на карте, касается видеосюжетов о сборе подписей, что трактуется «Голосом» как незаконная агитация, не оплаченная из избирательного фонда Владимира Путина. Только новостные сюжеты телеканалов о том, что где-либо начался сбор подписей, не являются агитацией и не подпадают под действие избирательного законодательства. Юристы, которыми, по идее, является команда «Голоса», должны понимать подобные различия. Да и утверждать, что та или иная агитация не оплачена из фонда, «Голос» не вправе. Если подходить юридически точно (а ведь именно этого мы все хотим от выборов?) — можно констатировать только то, что на агитационных материалах отсутствуют данные об их оплате из фонда, что также является нарушением, но уже гораздо меньшим. Не совсем понятно, то ли «Голос» не знаком с российскими законами, за которые формально ратует, то ли банально манипулирует ими для достижения требуемого пиар-эффекта.

Как было отмечено выше, важна не только фиксация фактов нарушений на выборах, но и их последующий анализ, рефлексия по результатам, чтобы к следующему электоральному циклу оптимизировать процессы выборов. И здесь «Голос» вообще начинает выступать в стиле мальчика, кричащего «Волки! Волки!», при этом зажмурившись от окружающей реальности. А реальность такова, что аудитория избирателей «Голосом» не информируется о последствиях крика — была ли подана жалоба в ЦИК, как отреагировало ведомство, устранено ли нарушение и чем вообще всё закончилось. И, кажется, понятно, почему наблюдатели так делают.

В ходе прошлых выборов «Голос» признал, что значительная часть сообщений о нарушениях не подтвердилась. Однако ассоциация всё равно именует публикуемые факты именно нарушениями, даже не потенциальными. То есть выходит что? Громко заявляем в прессу о нарушениях, начинается разбор полётов, потом оказывается, что большая часть случаев не стоит внимания. А по подтвердившимся – никому не расскажем, каких результатов добились. Скорее всего никаких, потому что и не добивались. Пиар-сливки уже сняты, «Радио Свобода» трубит об очередном «преступлении режима» на весь мир, фейсбуки стонут — значит, можно тихо сворачивать работу до следующих выборов.

В итоге, декларируя вроде бы благие цели, «Голос» сам же их и дискредитирует, опуская значимость своей «Карты нарушений» до чисто художественного произведения. На манер той картины на стене, что дырку на обоях закрывает.

Пресс-конференцию Владимира Путина все ожидали давно и с большим интересом. Ещё бы — она должна была стать одним из ключевых событий затянувшейся мхатовской паузы после его решения о выдвижении на новый срок. Эксперты-профессионалы и диванные аналитикинеоднократно анонсировали это событие — начиная с фестиваля молодёжи и студентов в Сочи. Всё произошло без лишней помпы, на заводе, в ответ на вопрос рабочего. Но в цеху пролетарии от промышленности не успели узнать вкусных подробностей и планов президента. Они остались на долю кадровых журналистов. И этой возможностью акулы пера и смартфона сегодня постарались воспользоваться.

Спрашивали Путина многие и о многом — на встречу был аккредитован целый пресс-полк — 1640 человек. Рекорд. Готовились тоже серьёзно — журналистка из города Шахты, призывающая решить проблему с местным стадионами,попыталась пройти в зал в шахтёрской каске. Не пустили, ограничилась плакатом. Президент, в свою очередь, не стал ударяться в формализм и вещать с высоты прожитых лет, но сходу задал боевой, даже задорный характер дискуссии. Например, захотел, чтобы ему задала вопрос девушка, держащая плакат «Путин бай-бай». Правда, оказалось, что написано «бабай», что по-татарски означает «дедушка».

Если брать серьёзную составляющую беседы, то она касалась самого широкого круга вопросов. Был охвачен международный формат — президента спросили о ситуации с ядерной программой Северной Кореи, благо мы практически соседи. Путин ожидаемо ответил, что Россия КНДР как ядерную державу не признает, но добавил, что Запад сам своей агрессией против Ливии и других неядерных стран подтолкнул корейцев к военному атому как единственному средству сохранения суверенитета. Особенно его возмутила степень «нормальности» западных партнёров, сначала публично поставивших Россию в один ряд со «странами-изгоями», а потом призывающие нас же возникающие кризисы и решать. Из международной тематики ВВП поддержал российские СМИ — RT и Sputnik, подвергшиеся преследованию в США, логично заметив, что они на внутриамериканском рынке СМИ занимают весьма небольшую долю, куда меньшую, чем американские у нас — однако и в таком виде считаются опасными.

Наболевший вопрос об Олимпиаде и Родченкове. Путин не драматизирует ситуацию, но признает, что вся история с попытками отстранения российской сборной — в немалой степени политическая, привязанная к электоральному циклу. А ещё ему очень интересно, как Родченков в своё время ввозил допинг-препараты из-за рубежа для нелегальной продажи в России. Как же его пропускали?

Из внутрироссийских вопросов, волнующих поистине всех,была поднята тема про налоги — в 2018 году они для граждан повышаться не будут, заверил президент. Хорошая новость. Не остались в стороне и многочисленные владельцы легендарных шести соток — для социально незащищенной части планируется отменить налог на участки.

Конечно, прозвучал вопрос, немало волнующий политическую часть сообщества (ожидаемо откорреспондента издания «Коммерсант») — как пойдёт Путин на выборы, от какой из политических партий? Как выяснилось — ни от какой. Президент готов идти как самовыдвиженец. Надеясь, что в обществе найдётся достаточное количество людей, готовых его поддержать.
И это самый важный посыл конференции — теперь ответ за обществом.

И уже под занавес мероприятия Путин капнул бальзама на все мятежные либеральные души, отметив, что на процесс против Улюкаева Сечин мог бы и прийти. Чтобы избежать двусмысленности, президент, конечно, указал, что, по его мнению, закон нарушен не был (а это мощный щит), но неудовольствие высказано. В условиях всем известной войны, которую ведёт Игорь Иванович, это та ещё интрига. Одно очевидно: Улюкаеву злостное уклонение Сечина уже вряд ли поможет…

06 декабря 2017

Цвет победы

Тот факт, что Россия не примет участие в грядущей Олимпиаде в виде национальной сборной, вызывает печаль и гнев как у жителей нашей страны, по понятным причинам, так и у иностранных спортсменов — от хоккеистов до биатлонистов, ценность будущих медалей которых только что сильно упала. В историю зимняя Олимпиада 2018 года войдет как странный демарш, когда МОК, прогнувшись под давлением известных сил и структур, укусил сам себя за зад, потеряв немаленькую телевизионную аудиторию, а, следовательно, много денег. Поэтому победа на этих играх будет и спустя много лет отдавать нехорошим привкусом вмешательства политики в честную игру.

Тем не менее, пока у всей планеты будет спортивный праздник, России следует, утерев слезы неправедной обиды, сделать пару крайне важных для себя выводов. Во-первых, показывать кукиш санкциям и прочему международному экономико-политическому давлению — чревато. На то оно и давление, чтобы находить слабые места. В данном случае прорвало спорт, что будет в следующий раз — неизвестно. Но что-то будет. Во-вторых, российская фармакология безнадежно отстает. Нашего допинга не то, чтобы больше, чем у других (и это признает опять же целый ряд иностранных спортсменов), просто он хуже, и поэтому его легче найти. В-третьих, административное руководство спорта в России позволяет себе держать в системе шизофренических предателей с уголовными делами, и это никого не смущает. Здесь просто без комментариев.

И, наконец, главное. Самое недальновидное, что мы сейчас можем сделать — это разругаться по поводу участия российских спортсменов под нейтральным флагом. Позиции «это предатели» и «главное — спорт, остальное побоку» с легкостью входят в клинч и приводят к очередному витку либерально-ватнопатриотического противостояния, в котором достанется всем, на радость МОКу и остальным, кто это придумал. Но и устраниться, махнуть рукой, сказать «пусть сами решают» — тоже пагубный путь. Возложить ответственность на спортсменов, не искушенных в политических играх, просто жестоко.

Да, в идеале на Олимпиаду надо ехать и побеждать. Причем побеждать так, чтобы всем тем, кто выступал за недопуск российской сборной, стало стыдно. И неважно, на самом деле, что форма будет белой. Пусть теперь он станет цветом нашей победы. Однако без широкой общественной поддержки этого не случится, что только подтвердит мнение о неспособности России показывать результаты без допинга. Поэтому споры о том, кто виноват, и рассуждения об аморальности выступления под нейтральным флагом надо оставить на потом. А пока — биться. И в спортивном арбитражном суде, и на самой Олимпиаде.

Сергея Собянина и Алексея Кудрина, которые встретились на дискуссионной площадке Общероссийского гражданского форума, не так уж и просто назвать любимыми народом персонажами. Один бесперечь перекладывает московскую плитку, другой с завидным постоянством выступает с заявлениями о необходимости поднять пенсионный возраст и прочими либеральными и непопулярными идеями.

При этом оба совершенно убеждены, что управлять городом и экономикой, соответственно, они смогут и без советов всяких сиволапых, поэтому аудиторией дебатов были, конечно же, не участники форума, а скорее Самый Главный Слушатель. Поскольку кроме животрепещущего вопроса, когда, наконец, президент объявит о своем выдвижении, всех интересует, а что будет после выборов. Конкретнее —что будет с Правительством. Ещё конкретнее — кто его возглавит.

Переназначение кабинета Путин обязан провести просто в силу установленного порядка. К тому же весной как раз истекает год после существенного репутационного удара, нанесенного Медведеву фильмом про «Димона», и лучшего времени для его отставки просто не найти. Понятно, что она совсем не неизбежна, но и Собянин, и Кудрин вполне явственно заявили о своей готовности занять второй пост в государстве.

Целевая аудитория, которую оба потенциальных премьера пытаются привлечь на свою сторону, также была весьма четко очерчена. Если Собянин, фактически, призывает под свои знамена муниципальных депутатов, памятуя о серьезной либерализации мундеповского корпуса и обещая им долгожданные полномочия, то Кудрин апеллирует к национальному вопросу, допуская особые права части регионов – что выглядит даже слегка наивно.

При этом Собянин анонсирует избавления Правительства от пресловутого «либерального экономического блока», обещая изгнать в кудринский КГИ министра Силуанова и его присных. Кудрин же в ответ бьет по вечному конфликту Москвы и области, намекая, что распределение доходов и бюджетов должно быть более «справедливым», что не может не вызывать одобрение губернатора Воробьева и его союзников в ближайшем путинском окружении, к которому тоже накопился ряд вопросов как у либералов, так и у охранителей.

Словом, два титана сошлись в нешуточной схватке, однако, за Собяниным, очевидно, стоит реальный управленческий опыт, а вот Кудрин пока ни за что не отвечает и потому может безбоязненно заигрывать с национальным вопросом, что, вообще говоря, чревато. Потому что из экспериментов по предоставлению разным группам регионов разных правможет получиться не развитие агломераций, а рост неравенства и гражданская война.
Кроме того, московский мэр был всё-таки избран, причем достаточно легитимно, а вот бывший министр похвастаться этим не может, а в нынешней ситуации это важно – по губернаторам видно.

Отрадно, что политес был соблюден, и, несмотря на градус дискуссии, на личности оппоненты переходить не стали, в отличие от некоторых деятелей, которые называют себя «политиками», а ведут — как гопники из подворотни.

Насколько высказанные идеи будут восприняты Путиным, будет ясно по тому, что из них войдет в предвыборное выступление президента, и это станет неплохой заявкой на победу в премьерской гонке.

24 ноября 2017

Мастерам культуры

Указ Владимира Путина об увеличении размера ассигнований на выплату президентских грантов в области культуры интересен не только тем, что отечественные театры и музеи получат дополнительное финансирование, но и реализацией инициативы, которую почти дословно предлагал Общероссийский народный фронт. Но обо всём по порядку.

Согласно опубликованному указу, на культуру и искусство со следующего года выделят свыше восьми миллиардов, при нынешней цифре в 5,3 млрд. При этом речь идет именно о грантовой, т.е. дополнительной поддержке, а не о бюджетном финансировании, которое никуда не делось. Среди получателей есть умеренно популярные региональные организации, такие как «Коляда-театр» из Екатеринбурга, есть совсем неизвестные вроде Курганского кукольного театра «Гулливер», а есть, например, и «Сатирикон».

Последнее особенно актуально в русле, по которому Константин Райкин катит бочку на Владимира Мединского. Очевидно, что разбушевавшийся режиссер не удовлетворился бы только министром, а так как после дела Серебренникова деятели культуры и без того настороже, потеря Путиным поддержки ещё и Райкина могла бы оказать весьма негативный эффект при разыгрывании привычного предвыборного спектакля «Служители искусства и президент».

Однако Путин сработал на упреждение, и тезис «получаешь финансирование от государства, не смей его ругать» стал ещё более ощутим. Да, об этом можно спорить, но теперь никто не может сказать, что культура в стране не поддерживается. Хотя бы какое-то время. Тем же малым региональным театрам, которые не занимаются сомнительным политически актуальным «искусством», это просто приятный подарок к Новому году.

Наконец, реализация предложения ОНФ проиндексировать всех получателей президентских грантов в области культуры — недвусмысленный сигнал возможного выдвижения Путина не от «Единой России», а от инициативной группы граждан, ядро которой могут как раз составить «фронтовики». Естественно, всё это та ещё конспирология, но если президентское око нацелилось на кого-то столь пристально, что-то это да означает…

Многочисленные задержания сторонников Вячеслава Мальцева вызвали бурные обсуждения — что это вообще такое было? За что 400 человек из разных регионов России почти одномоментно попали за решётку? Обычно в таких случаях в рукопожатном секторе фейсбука поднимается страшный вой — все в один голос кричат об очередных страшных преступлениях «кровавого режима», «невинно заключенных узниках совести» и всём таком прочем. Однако в этот раз масштабная акция силовиков вызвала довольно слабую критику со стороны «людей со светлыми лицами». К чему бы это?

Во-первых, аресты силовики проводили не зря. И предъявленные обвинения в терроризме не случайны. Мы привыкли за последние годы, что терроризм в России — это бородатые ваххабиты, бегающие по горам Кавказа или они же, но притворяющиеся мирными жителями в наших городах. Тот факт, что люди, готовые пойти на теракты, являются рядовыми гражданами, скорее непривычен и не укладывается сходу в голове. Однако ситуация именно такова — из квартир и машин поклонников «АртПодготовки»* в Москве, Саратове, Петербурге и др. изъяли стрелковое оружие, коктейли Молотова, гранаты, агитационную литературу. Ребята явно не собирались ограничиваться коллективным просмотром роликов своего бородатого гуру 5 ноября, но искренне верили в начало революции из-за их действий. То, что Мальцев ныне, как революционеры 100-летней давности, комфортно выехал из страны и спокойно проживает в Европе — его адептов не очень смутило. Последовав за Мальцевым, как за попом Гапоном, 5 ноября они фактически пожертвовали собой ради глупой и бессмысленной провокации.

Относиться к их деятельности как к игре государство не могло и не имело права — ведь на наших глазах в 2014-м в соседнем Киеве точно так же выходили «по приколу» местные революционеры, собиравшиеся отметить задорным позитивным протестом Новый год на площади Независимости. Что из этого вышло, теперь знают все жители Украины, где третий год полыхает гражданская война. Ну а уж в российских реалиях годовщина Октябрьской революции — исторический повод куда как более резонансный, чем украинский новый год.

Во-вторых, большинство опытных отечественных оппозиционеров быстро дистанцировались от Мальцева и его команды. Достаточно посмотреть на нервную реакцию Михаила Касьянова, всячески отрицающего связь с «ПАРНАСом». Логично — кому хочется ассоциироваться с радикалами, готовыми идти на человеческие жертвы среди своих сограждан?

Интересно, как дальше будет строится взаимодействие Мальцева с одним из ключевых игроков оппозиционного поля — Алексеем Навальным. Сам Навальный ранее неоднократно поддерживал деятельность Мальцева в своем блоге, даже рекламировал его канал «АртПодготовка». По его мнению, именно такие люди, как Мальцев и его Youtube-технологии, способны производить массовый захват электората, его мобилизацию для выборов. Собственно, этим фактом Навальный неоднократно попрекал Касьянова и «ПАРНАС», неспособных «идти в народ» при помощи новых технологий и стабильно проваливавших выборы.

Как теперь будет выкручиваться Алексей в непростом выборе между союзниками — политическим трупом «ПАРНАСа» и террористически-радикальной «АртПодготовкой»* — посмотрим.

*движение запрещено в России

Любая нация стремится к единству. Чувство сплочённости и защищённости от внешних угроз — приятно и желанно. Поэтому в нынешнем параде сепаратизма — от Каталонии до Шотландии — действительно присутствует что-то нездоровое. Тем более отрадно признать, что Россия этой болезнью всё-таки не страдает: заявления о необходимости создавать Сибирскую, Дальневосточную или Кубанскую республику редки и негромки, и даже не в силу наличия соответствующей уголовной статьи, а просто по факту невосприимчивости народом подобных сомнительных идей.

Даже существовавшие межэтнические конфликты, по типу того, кто кому платил дань и зачем, забываются обычно после первой же рюмки. Да, исторические и культурологические дискуссии имеют место быть, но в рамках застольной беседы, а не как повод нанести друг другу увечья.

Вообще символизм единого стола нами сильно недооценён. А ведь проникновение национальной кухни в иные ареалы — это такое же сильное гуманитарное воздействие, как, например, музыка, литература или архитектурный стиль. Поэтому в рамках нашей страны уже невозможно чётко определить, что является истинно русской пищей — щи да каша? А драники? Это к белорусам? Но сегодня это главное праздничное блюдо в Москве. На Дальнем Востоке пробуют непроизносимые блюда удэгейской кухни, а в Липецке варят более привычную уху. И так по всей стране. Главное же, и именно это в России делает памятный день праздником, происходит не в публичном пространстве, а дома. Праздник без застолья представляется фальшивым.

Да, глубокий исторический контекст тоже присутствует —преодоление смутного времени — политического, экономического, конфессионального и национального кризиса — это, конечно, хорошо. Страну в буквальном смысле удержали на волоске от распада. В очередной раз. Но триста лет ужасаться этой угрозе — право, как-то перебор. «Праздник со слезами на глазах» — вот от этого нам постепенно надо бы отходить… Праздник должен быть праздником! Мы живы, мы вместе, мы едины — и это хорошо. Как пел Шаов, «Может, хватит орать и ругаться, Лучше сесть, забухать и обняться!», — вот в таком примерно ключе.

Разумеется, трагические вехи тоже объединяют, вспомним хотя бы Крымск. Но, как показывает практика, во время любой скорби вылезет какая-нибудь недовольная рожа и начнёт свой личный пересмотр истории. Помните, как открывали Стену Скорби на Сахарова? Казалось бы, вот он глубокий символизм примирения с советским прошлым, попытка оставить мертвецов хоронить друг друга, камни из мест лагерей и прочее — красиво, возвышенно. Но нет, обязательно кто-нибудь выступит с речью, что палачей и жертв примирить нельзя. Каких палачей? Каких жертв? Опомнитесь. Они все уже давно там, за последней чертой. И тащить этот конфликт через поколения — самое гнусное, что могут сделать (и, увы, делают) отдельные товарищи, необоснованно объявившие себя совестью нации.

Было бы отрадно, если бы именно подобная «геттоизация» стала нормой. Как националисты, которые практически добровольно выдавились на окраину Москвы и спокойно пузырятся там своей ненавистью в 300 человек. Но в реальности произойдёт следующее — продемонстрировав свою гражданскую позицию и попугав режим своими красными шариками, революционеры разойдутся по домам к тому же самому застолью, и протест растворится в празднике.

По завершении фестиваля молодежи в Сочи популярным становится вопрос: а зачем это всё было? Итоги, так сказать, какие? В чём смыслы? На первый взгляд — вопрос странный. Какой смысл у Нового года? То же самое: фестиваль, праздник и всё такое… Если задуматься чуть дольше, понимаешь, что это был пиар. И пиар успешный.

Небольшое отступление: вспомним Сирию. На неё тоже тратится куча денег, и операция имеет своей целью не просто принести мир в регион, но заодно продемонстрировать всю мощь российского оружия. Поэтому мы стреляем там то из одной пушечки, то из другой, а продажи растут. Даже саудиты стали что-то покупать, хотя были ориентированы сугубо на американский рынок.

С фестивалем история схожая. Сергей Кириенко назвал его «мягкой силой», имея в виду встраивание молодежи в свои национальные управленческие элиты лет через 15-20 с уже сформированным положительным отношением к России. Но дело не только в этом, мероприятие подобного масштаба — тоже soft power, по смысловой нагрузке схожая с демонстрацией возможностей нашего оружия в военных операциях за рубежом.

Во-первых, потому что серьезных провалов в технологии организации не было. Очереди возникали, это верно, но стояли они на лекции и встречи с известными героями и спикерами, что говорит скорее о заинтересованности самих молодых людей в такого рода диалоге. Делегации частично не пускали, особенно тех, кто превышал согласованные квоты — опять же, в итоге практически все желающие попали на мероприятие. И так далее, неизбежные мелочи. В итоге фестиваль прошел мирно, подтвердив способность России устраивать договорные площадки для кого угодно. От молодежи до той же самой Сирии, где скоро вооруженной оппозиции опять предстоит договариваться с Асадом. При нашем посредничестве, не иначе.

Во-вторых, на фестивале формально существовала левая повестка. Фактически же её достаточно быстро отодвинули в сторону и провозгласили идеями мероприятия образование, общение, образ будущего. В итоге о том, что фестиваль перестал быть социалистическим, брюзжали только совсем твердолобые троцкисты, причем преимущественно те, кто до фестиваля не доехал. А отсутствие языкового барьера позволило расширить пространство коммуникации и сформировать самые настоящие проектные команды.

В-третьих, образование и общение — это тоже продукт, и его тоже надо продавать. Почти полторы тысячи спикеров и забитые под завязку аудитории. На это можно просто вешать табличку и везти на международные студенческие ярмарки. В России плохое образование? А вы соберите в одном месте на неделю столько статусных лекторов, да так, чтобы они не переругались и не разобиделись. Образование сейчас — это менеджмент. Кто круче организовывает, тот и будет самым умным в конечном итоге. С созданием коммуникационной среды то же самое.
Ну и, наконец, «Youth expo». 130 разработок от молодых ученых — это немного, но и здесь было, что продемонстрировать: от робота «Емели» до самолета-амфибии. Слышите, где-то заинтересованно зашевелились военные?

Вот такие итоги. А какие ещё смыслы здесь могут быть? Здоровенная декларация о том, что надо всем жить дружно? Она, возможно, и была как некая формальная резолюция форума, но толку от неё нет ни организаторам, ни участникам. В отличие от успешно проведенной маркетинговой компании на 30 тысяч непосредственных и ещё сотни тысяч дистанционных участников. Как и в любой рекламе, продается не продукт, а ассоциируемый с ним образ будущего, получившийся, хотя бы на этой отдельной взятой сочинской земле, весьма привлекательным.

Эпоха молодёжных форумов началась в уже далёком 2005 году с открытия первого «Селигера». Несмотря на ужасные походные условия и полное отсутствие инфраструктуры, популярность мероприятия была по тем меркам огромная. Провластная молодёжь проходила строгий идеологический отбор, а оппозиционная приплывала на надувной лодке во тьме ночной и потом весело отлавливалась. А всё потому, что форум этот был политический. В полном значении этого слова. Активистам разъясняли, кто за них, кто против и какова методология борьбы. Образовательная и развлекательная части программы тоже были, но сугубо в качестве прицепа.

На смену «Селигеру» пришли «Таврида» и «Территория смыслов», эти молодежные форумы представляли из себя классические образовательно-показательные мероприятия. В этом виноваты не столько организаторы, сколько общий закат молодёжной политики в стране. Примерно тогда же прекратились и альтернативные оппозиционные лагеря, вроде летних собраний леваков под Москвой, потому что когда потенциальный контингент апатичен и не настроен на политическую борьбу вообще, вывозом в поля на две недели проблему не решить.

И вот сейчас мы наблюдаем закономерное завершение всего цикла политических форумов — изначально политизированное мероприятие, превращенное в праздник для молодых людей умелыми руками технологов Администрации президента — Всемирный фестиваль молодёжи и студентов в Сочи.

Левый интернационализм этого действа был заменён красивой картинкой, квинтэссенция которой — рукоплескание формально окололевой молодёжи стратегически правому Путину. Сергей Удальцов написал по этому поводу грустный текст, в котором признал невозможность в одной комнате с банкирами рассуждать о возможности свергнуть власть этих самых банкиров, а Сергей Кириенко может вертеть очередную дырку на погонах.

Пустые улицы в ходе московского парада и отсутствие какой-либо реальной левой риторики на самом форуме убедительно показывают, что народу на всю эту идеологию глубоко наплевать. А это значит, что радикальные левые силы, которых, в отличие от сторонников Навального, единственно и стоит бояться, не состригут с этой овцы даже клока шерсти.

Иностранные делегации разъедутся по своим банановым республикам строить то, что у них там считается социализмом, а российская молодёжь вернётся к своим обычным делам, в которых политике нет времени и места. Самая устойчивая идеологическая модель, как известно, это та, которая допускает плюрализм. И вот двери левой повестки открыты, но в них никто не идёт…

Если же слухи окажутся правдивыми, и Владимир Путин действительно объявит в ходе Фестиваля о своём выдвижении, акции Кириенко взлетят до небес. Получить в наследство потенциально опасное мероприятие, превратить его в красочное шоу, да ещё и заполучить на него Самое Главное Заявление Года — значит обломать вполне известных игроков, называть которых по именам мы здесь не будем. И даже если президент решит подержать интригу ещё чуть-чуть, сам факт, что фестиваль вполне серьёзно воспринимается как площадка для выдвижения наравне со съездом ЕР, Посланием Федеральному Собранию или Валдайским клубом — говорит о многом.

14 октября 2017

Шпион, выйди вон

Шпионские сериалы составляют свой особый, чётко очерченный жанр. Искать в них логику, смысл и историчность — дело совершенно бесполезное. И речь даже не о Джеймсе Бонде, который просто весёлая сказка с красочными спецэффектами, но и о произведениях, например, весьма уважаемого Ле Карре, который реально служил в разведке и основывал многие свои романы на личной биографии.

Однако работа разведчика скучна и кропотлива, а от экранизаций мы хотим, в первую очередь, действа и драйва. Любое массовое кино, тем более сериального типа — это то, что мы смотрим длинными осенними вечерами под тёплым пледом в обнимку с любимыми. За историчностью — пожалуйте на BBC, а «Первый канал», равно как и какой-нибудь «Netflix» — это всё-таки развлекательный контент. Поэтому не стоит относиться к этому продукту как-то иначе.

Например, персонажи т/с «Американцы» убивают неугодных второстепенных героев на улице средь бела дня, а их престарелый куратор заводит нерабочие отношения с миловидной подчиненной, приторговывающей чёрной икрой, прямо на рабочем месте. Персонажи «Спящих» служат в ФСБ, портят козни црушников, спасают Россию и пытаются разобраться, кто замочил условного Навального и, главное, зачем. И то, и другое — развесистая «клюква», но режиссёра «Американцев» мы навскидку и не вспомним, а бедного Быкова подвергают обструкции здесь и там.

И такое происходит далеко не впервые. Несчастный мэр города, якобы по мотивам жизни в котором снимали «Левиафана», устал убеждать общественность в том, что в реальности там всё далеко не так плохо. Валерию Гай Германику горячо и массово обругали за «Школу». То, что происходит вокруг «Матильды» и вовсе пересказывать не надо. От единственного здравого предложения историков МГУ признать фильм обычным художественным вымыслом с известными именами все быстро отмахнулись и продолжили войну.

Очень интересно, в какой момент наше общество стало считать, что условная «Красная жара» — это прикольный фильм под пиво, а не оскорбление памяти СССР, а вот всё, что производит отечественный кинематограф — это суровая правда и буквально соцреализм?

Если эту позицию озвучить так, её вздорность очевидна. «Спящие», конечно, не шедевр, но судят сейчас Быкова не за это, а за идеи, которые он сам в сериал, возможно, и не вкладывал. Точно так же Серебренникова оценивают не за его спектакли как таковые, а исключительно по факту уголовного преследования.

Давайте уже остановимся. Пусть сериал будет сериалом, мультик мультиком, а манифест манифестом, и смешивать их не надо. Но вот тот факт, что Быков искренне переживает за своё творчество, а не встаёт, как некоторые, в позу преследуемого гения, достоин уважения.

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире